Зонтик на прокат
Глава 5. Зонтик на прокат
Десять лет подготовки – и вот мы в одной лодке
Лу Цаньжань последовала совету Лян Юаньчжэна и осталась в больнице для наблюдения.
Родителям она ничего не сказала.
Галлюцинации так и не исчезали. Когда Цинь Биншуан и Сюй Цяо пришли навестить её в больницу, над одной была надпись: «Как такое могло случиться?», а над другой: «Надо было выбрать другой ресторан… Моя бедная малышка Цаньжань».
Чжу Хуасинь тоже позвонила, свирепо сказав: «Сохрани все медицинские заключения, Цаньжань! Подадим жалобу на хозяина ресторана, заявим куда-нибудь! Сначала скинь мне пару фото – я выложу их в университетский паблик, а потом и в Rednote*, чтобы все знали, что туда ходить не стоит.
*Прим. пер. Rednote или Сяохуншу – торговая онлайн-платформа и социальная сеть.
Сюй Цяо сказала: «И ты, и учитель физкультуры – двое человек отравилось только за вчера. Я слышала, они там постоянно используют несвежие ингредиенты. Когда владельца избили, кто-то заглянул на кухню — и от некоторых продуктов пахло тухлятиной».
Цинь Биншуан: «Тогда в следующий раз я надену маску и схожу туда тайком. Пусть там и антисанитария, но всё равно ведь вкусно».
- Не ешь там больше, - сказала Лу Цаньжань Цинь Биншуан. – И не ходи туда тайком. Есть полно других вкусных мест, я могу их тебе порекомендовать. А надевать маску – это всё равно что прятать голову в песок.
Цинь Биншуан удивилась и смущённо спросила: «Откуда ты узнала, что я хотела пойти туда в маске?»
Убедившись ещё раз, что «читает чужие мысли», Лу Цаньжань серьёзно сказала: «Я вижу то, о чём ты думаешь».
Цинь Биншуан рассмеялась, не приняв это всерьёз: «Тогда почему бы тебе не пойти и не узнать, о чём думает Лян Юаньчжэн?»
Лу Цаньжань честно призналась: «Хотела бы, да не могу».
Она отправила Сюй Цяо обратно в библиотеку заниматься – до экзаменов CET-4 и CET-6* оставалось чуть больше месяца. Третьекурсники уже готовились к поступлению в магистратуру; хотя количество мест увеличивалось каждый год, росло и число студентов – как выпускников этого года, так и тех, кто пытался поступить во второй или даже в третий раз.
*Прим.пер. CET (College English Test) — это стандартизированные экзамены по английскому языку в Китае, обязательные для получения диплома, поступления в магистратуру или приёма на работу.
Библиотека – с её тишиной, кондиционерами, волонтёрами, следящими за порядком, и запретом на пронос еды и напитков – становилась настоящим полем битвы для тех, кто готовился к госэкзаменам или в панике зубрил перед сессией. Сюй Цяо уже месяц становилась в очередь с самого утра, чтобы занять место, и Лу Цаньжань не хотела отвлекать её от учёбы.
Цинь Биншуан вырвалась только на время обеденного перерыва, и теперь ей нужно было возвращаться на работу. Перед уходом она попыталась утешить Лу Цаньжань: «Посмотри на это с другой стороны: серьёзных проблем со здоровьем у тебя нет, зато появилось больше возможностей видеться с тем самым… Ой, или я слишком помешалась на романтике?»
Лу Цаньжань ответила: «Нет, я тоже так считаю».
Цинь Биншуан: «Тогда всё ясно – ты сошла с ума от любви».
Они ещё смеялись, когда дверь в палату распахнулась и на пороге появился «тот самый» - Лян Юаньчжэн.
Лу Цаньжань мгновенно замолкла.
Цинь Биншуан окинула их обоих взглядом, поздоровалась со старостой и завела лёгкий разговор.
Пока Лян Юаньчжэн невозмутимо отвечал на вопросы о состоянии её здоровья, Лу Цаньжань с деланно равнодушным видом ловила каждое слово и украдкой поглядывала на них – так, что даже случайно столкнула книгу с прикроватной тумбочки.
Цинь Биншуан вздрогнула от звука, с которым она упала.
Лу Цаньжань и Лян Юаньчжэн почти одновременно потянулись за книгой и их руки едва не соприкоснулись. Но когда его пальцы были в каком-то миллиметре от тыльной стороны её ладони, Лян Юаньчжэн резко отдёрнул руку, сжал губы и стиснул руку в кулак.
Лу Цаньжань поставила книгу на место и извинилась: «Прости!»
- Ничего страшного, - Лян Юаньчжэн попытался пошутить. – Это больничные книги. Можешь швырять их как хочешь – платить никто не заставит.
Возможно, это должно было прозвучать как шутка, но его лицо оставалось таким серьёзным, что казалось, будто больница и правда выставит ей счёт.
Лу Цаньжань всё время поглядывала на макушку Лян Юаньчжэна.
Но никаких красных сердечек над ней больше не было.
После ухода Цинь Биншуан Лян Юаньчжэн подошёл, чтобы расспросить Лу Цаньжань о её самочувствии и измерить ей температуру лобным термометром.
Пока термометр касался лба Лу Цаньжань, её мысли витали далеко – она всё ещё размышляла о тех таинственных символах 口口, появившихся над его головой в прошлый раз. Они выглядели будто защитный экран или сбитая кодировка – в QQ Music тексты песен, написанных на иностранном языке, иногда превращаются в такие квадратики.
Но Лян Юаньчжэн был китайцем.
- Вечером тебя кто-нибудь навестит? – вдруг спросил Лян Юаньчжэн. – Ты сообщила родителям?
Лу Цаньжань ответила: «А? Нет, родители сейчас заняты. А это ерунда… Не хочу их тревожить».
Госпожа Лу Цифэн готовилась к открытию шестого магазина в своей сети - на этот раз премиум-формата с клубной системой лояльности. А её отец, Ли Синьсинь, был писателем – срок сдачи работы в издательство приближался, и он усиленно работал над рукописью.
Лян Юаньчжэн кивнул, записывая её показатели: «Похоже, твои соседки по комнате тоже заняты».
Лу Цаньжань подтвердила: «Да».
- А Чэнь Ваньли?
- А?
- Чэнь Ваньли, - Лян Юаньчжэн щёлкнул колпачком новой ручки и положил её в нагрудный карман. – Разве он не твой близкий друг?
- А, да, - Лу Цаньжань кивнула. – Тоже его знаешь?
- В старшей школе мы вместе играли в баскетбол, - ответил Лян Юаньчжэн. – Он часто упоминал о тебе. Я думал, вы хорошие друзья, разве не так?
Лу Цаньжань поспешно объяснила: «Мы друзья, только о болезни я ему не рассказывала».
Отец Чэнь Ваньли был профессором в университете В. Кажется, он разрабатывал «машину для чтения мыслей» на основе больших данных и ИИ-моделей для прогнозирования поведения. Профессор Чэнь был человеком строгим, и Лу Цаньжань боялась его с детства.
А сейчас боялась ещё больше, представляя, как он похитит её для опытов.
Злодеи в фильмах поступали именно так.
- Тоже боишься, что он будет беспокоиться? – Лян Юаньчжэн опустил голову. – Если ночью за тобой некому присмотреть, я буду заходить чаще. У кровати есть звонок, с помощью которого можно вызвать дежурную медсестру. Если что-то случится – звони. Я буду рядом… если только не будет срочной операции, но пока таких не планируется.
Он говорил, не останавливаясь. Задав небрежный риторический вопрос, он даже не дал ей времени подумать и ответить, и сразу выдал такой длинный монолог, что у Лу Цаньжань на глаза навернулись слёзы.
Она была счастлива и тронута – ах, если бы он сказал «я буду рядом» в другом смысле… но трезвый рассудок подсказывал ей, что Лян Юаньчжэн никогда бы не сказал таких слов вне контекста.
Лу Цаньжань была девочкой доброй и отзывчивой – столкнувшись с такой заботой, она тоже попыталась проявить участие: «Но медсестра сказала, что ты уже давно работаешь без отдыха. Разве стоит так перетруждаться?»
Лян Юаньчжэн громко захлопнул журнал – звук заставил Лу Цаньжань вздрогнуть.
Он произнёс, не глядя ей в глаза: «Мне нравится работать в больнице».
Лу Цаньжань почтительно ответила: «Ах… Ты очень предан своему делу».
Преданный делу староста холодно удалился, и только тогда Лу Цаньжань вспомнила: её ведь перевели в терапевтическое отделение… но разве Лян Юаньчжэн не дежурил в отделении скорой помощи?
Пока она ломала над этим голову, Лян Юаньчжэн уже вышел из палаты.
Как только за ним закрылась дверь, Лу Цаньжань услышала снаружи чей-то вопрос: «Юаньчжэн, у тебя что, проблемы с рукой? Запястье болит или суставы? Да прекрати ты сжимать и разжимать кулак. Дай посмотрю…»
Лу Цаньжань охватили тревога и чувство вины.
Она даже не заметила, что у Лян Юаньчжэна болит рука. На протяжении всего разговора она вообще старалась на него не смотреть, и в итоге украдкой взглянула лишь двенадцать раз – а стыд от подглядывания и чрезмерная любовь не дали ей почувствовать его дискомфорт.
Если бы по любви проводили экзамен, она бы точно его завалила.
Подумав, что теперь Лян Юаньчжэн будет чаще её навещать, Лу Цаньжань почувствовала, что пищевое отравление – это не так уж плохо. Она уже с нетерпением ждала следующей встречи…
Вот чёрт!
Она и правда помешалась на любви.
Но до ужина Лян Юаньчжэн так и не явился.
Лу Цаньжань в одиночестве проспала всю вторую половину дня.
В терапевтическом отделении пациентов было мало, и в двухместной палате койка рядом с Лу Цаньжань пустовала.
Это было хорошо – разум ей не подчинялся, и что ещё страшнее – когда она выходила в туалет, над головами всех, мимо кого она проходила, плыли бесконечные бегущие строки.
Больница – место, где души обнажены до предела. Вот мужчина везёт парализованного старика – улыбается и что-то почтительно говорит, а над головой у него написано: «Сдох бы ты скорее, старый хрыч! Уже полмесяца тебя таскаю – надоело!»
Мужчина средних лет грубовато успокаивал жену, говоря, что всё с ним в порядке, а врачи только деньги вымогают, но в сером облачке над его головой слова лились будто дождь: «Лечение слишком дорогое, нам его не потянуть. Денег и так мало – если всё потратить на меня, на что же она будет жить? Она всю жизнь со мной мучилась, неужели и после смерти я оставлю её ни с чем? Чёрт, ну почему я заболел…»
Мать держала за руку лысого ребёнка и ласково предлагала ему поиграть, но из головы у неё исходил даже не плач, а душераздирающий вой, который, будто нож, резал барабанные перепонки Лу Цаньжань.
Когда она добралась до туалета, все передние кабинки были заняты. Она уже направилась к последней, но её торопливо окликнула уборщица, сказав, что дверь там сломана.
Лу Цаньжань кивнула, развернулась и стала терпеливо ждать у дверей других кабинок.
Потому что увидела жалобы уборщицы: «Я там только что вымыла, и смена скоро закончится. Не пачкай там снова… Я так устала, у меня болит спина, и колени тоже… Эх, старость…»
Возможно, кто-то счёл бы это крутой суперспособностью, но для Лу Цаньжань постоянно видеть и слышать все эти вещи было настоящей пыткой.
Только за ужином Лу Цаньжань наконец оценила преимущества этой способности.
Без пяти пять на улице непрерывным потоком лил дождь. Цинь Биншуан и Сюй Цяо под зонтиками пришли в больничную столовую, чтобы составить ей компанию. По телевизору шёл детектив про серийного убийцу, расчленявшего трупы своих жертв, и следователи как раз искали виновника. Вся столовая была окутана бегущими строками, густыми, будто грозовые тучи. Лу Цаньжань отчаянно пыталась сосредоточиться на сериале, но как только на экране появился один мужчина, над ним тут же возникла красная стрелочка «Настоящий убийца. Время, место и способ каждого преступления…»
Далее подробно описывались мотивы и способы совершения каждого убийства.
Лу Цаньжань больше не могла на это смотреть. Сюй Цяо, роясь в сумке в поисках салфетки, случайно выронила сборник для подготовки к экзаменам – тот упал прямо к ногам Лу Цаньжань. Когда Лу Цаньжань наклонилась его поднять, то увидела, что рядом с каждым вопросом парили и правильные ответы.
「BBBAC，CDBBA」
Она пролистала сборник, не веря своим глазам, и обнаружила, что даже рядом с заданиями на перевод отображались ответы.
И все абсолютно правильные.
Лу Цаньжань осознала весь масштаб своей суперспособности.
Вот было бы здорово, если б эти силы пробудились перед госэкзаменами или экзаменом CET-4/6!
- Цаньжань? Что случилось?
Лу Цаньжань пришла в себя и быстро вернула книгу Сюй Цяо.
В эту секунду ей даже хотелось сдать госэкзамены или вступительные в магистратуру.
Вдруг Цинь Биншуан схватила Лу Цаньжань за руку и жестом показала направо: «Смотри, кто это там!»
Тот самый.
Лян Юаньчжэн тоже был здесь. Он снял свой белый халат и теперь был в серой рубашке и повседневных брюках цвета хаки. Лу Цаньжань отметила и другие едва заметные изменения – он не только переоделся, но даже сменил обувь, помыл голову и зачесал волосы на другую сторону.
Цинь Биншуан и Сюй Цяо быстро взяли подносы и зонтики и отошли подальше, чтобы дать Лу Цаньжань шанс.
- Цинь Биншуан говорит, что видела у него зонтик. И у него, и у моего брата по большому чёрному зонту. А вам двоим и одного более чем достаточно, - голосовое сообщение в чате от Чжу Хуасинь, наставницы и золотой медалистки по любовным делам, было исполнено педагогического рвения. – Понимаешь? Подойди к нему, попроси поделиться зонтом, и вы пойдёте вместе… Чтобы не промокнуть, вам нужно будет прижаться ближе друг к другу… Какая прекрасная возможность сблизиться! Ты обязана ею воспользоваться, Цаньжань!
Лу Цаньжань нервничала: «А вдруг у меня не получится?»
Наставницы по любовным делам сочли эти опасения обоснованными и тут же забрали у неё зонтик, заявив, что уходят. Отобрать зонт в ливень – это всё равно что сжечь мосты, выбить почву из-под ног, заставив биться не на жизнь, а на смерть.
Лу Цаньжань не хватало смелости заговорить с ним первой. Она украдкой наблюдала, как Лян Юаньчжэн накладывает еду, ищет место - и, кажется, совершенно её не замечает. С подносом в руках, не глядя по сторонам, он прошёл мимо и скрылся где-то за её спиной.
Лу Цаньжань несколько раз вытерла вспотевшие ладони салфеткой, нервно сжимая, а потом медленно разжимая кулаки – все её пальцы слегка подрагивали.
Лян Юаньчжэн правда её не заметил… или заметил, но решил не здороваться с обычной младшекурсницей? Она попыталась найти убедительное оправдание его поступку: например, он очень устал, долго работал сверхурочно, если и отдохнул во второй половине дня, у него, вероятно, всё равно нет сил… Когда люди так измотаны, приветствия и разговоры даже с близкими людьми становятся для них обузой…
Лу Цаньжань также пыталась опровергнуть утверждение «Лян Юаньчжэн её не увидел». Быть незамеченной значило, что она могла безопасно наблюдать за ним – но это также значило, что её не видит его сердце.
Не сдержавшись, она украдкой обернулась – и обнаружила, что Лян Юаньчжэн сидит в трёх рядах позади неё и ест, опустив голову. Между ними не было ни души, а значит, наблюдать за ним тоже невозможно: каждый поворот головы был бы слишком очевидным, слишком рискованным, слишком дерзким.
Пространство над его головой оставалось пустым.
В подавленном настроении закончив трапезу, Лу Цаньжань нарочито медлила – двигала поднос, перекладывала палочки, даже подумывала устроить шум, чтобы привлечь внимание Лян Юаньчжэна, например, «случайно» уронить чашку и палочки.
Однако воспитание и чувство приличия не позволяли ей так поступить.
В последний момент, уже направляясь к стойке с грязной посудой, Лу Цаньжань обернулась и увидела, что Лян Юаньчжэн всё ещё ест. Он взял большую порцию, и половина ещё оставалась. Судя по скорости, с которой он ел, ему требовалось ещё как минимум десять минут.
С одной стороны Лу Цаньжань порадовалась, что у него такой хороший аппетит, а значит, и здоровье в порядке, но с другой - тихо загрустила: ведь за всё это время, стоило ему хоть раз поднять голову, он бы увидел её... но он так и не заметил.
Ладно, неважно. Как только она сдаст посуду, то сама подойдёт к Лян Юаньчжэну и попросит у него зонт.
«Подумаешь, пустяки», - убеждала себя Лу Цаньжань.
Мы сами создаем себе шансы.
Думая так, Лу Цаньжань попыталась собраться с мыслями, выпрямилась, подняла голову и широким шагом зашагала к стойке. Только она убрала поднос, как услышала за спиной голос Лян Юаньчжэна: «Лу Цаньжань, какое совпадение».
Он стоял перед ней с невозмутимым выражением лица, держа поднос с пустыми тарелками.
Лу Цаньжань была потрясена.
Она не знала, что потрясло её больше: то, с какой скоростью он ел, опустошив большую порцию всего за минуту, или то, что они случайно столкнулись в этом месте в этот самый момент.
Наверное, им и впрямь суждено быть вместе.
Это не просто игра воображения.
Металлический поднос с грохотом опустился на стойку. Раздаточная зона находилась недалеко от двери, за которой бушевал ливень, и прохладный ветерок обдувал разгорячённое лицо Лу Цаньжань.
Она подумала о том, что это было предначертано судьбой. Сама судьба велит ей попросить у Лян Юаньчжэна зонт. Судьба решила, что дальше они пойдут вместе.
Прямо как Бай Сучжэнь и Сюй Сянь*… Даже десятилетия под пагодой Лэйфэн не помешают им воссоединиться.
*Прим.пер. Бай Сучжэнь и Сюй Сянь – герои классического китайского сказания «Легенда о Белой змее». По сюжету Бай Сучжэнь, бессмертную белую змею в человеческом облике, заточают под пагодой Лэйфэн, тем самым разлучая её с возлюбленным Сюй Сянем.
Сердце Лу Цаньжань бешено колотилось, но она изо всех сил старалась вести себя естественно: «Какая встреча, староста».
Лян Юаньчжэн выглянул за дверь и непринуждённо сказал: «Сильный дождь».
«Да! – возбуждённо подумала Лу Цаньжань. – Дождь такой сильный, что без зонта не добраться ни до поликлиники, ни до стационара. Так что сейчас самое время попросить его зонт».
Она начала подготавливать ложь: «Староста, я только что одолжила зонт подруге… Можно я вернусь с тобой?»
Губы пересохли: «Да, очень».
Лян Юаньчжэн: «Без зонта не пройти».
Лу Цаньжань: «Да, не пройти».
Лян Юаньчжэн вдруг спросил как ни в чём не бывало: «Я одолжил зонт другу. Можно я вернусь с тобой?»
Лу Цаньжань: ……
…Стоп.
Староста, похоже, мы не сможем вернуться.
Правда не сможем.
Сюжетная пасхалка:
Едва Цзянсы очнулся от дневного сна, то услышал, как сестрёнка жалуется на «Тушёный цыплёнок с грибами “Чжэнцзи”», где её соседка Лу Цаньжань отравилась.
Сон как рукой сняло и Цзянсы спросил, как себя чувствует Чжу Хуасинь. Лишь убедившись, что с ней всё в порядке, он успокоился.
После обеда, обнаружив проблему в экспериментальных данных, Цзянсы вернулся в общежитие за ноутбуком – и случайно столкнулся со своим соседом по комнате Лян Юаньчжэном.
Лян Юаньчжэн принял душ, переоделся, а теперь тщательно причёсывался перед зеркалом, что случалось нечасто.
Узнав, что он наблюдает Лу Цаньжань, Цзянсы тут же поинтересовался её состоянием.
- Госпитализирована сегодня вечером? Так ты останешься в больнице для наблюдения? – улыбнулся Цзянсы. – Ты рад?
- Вовсе нет. Как я могу радоваться её болезни? Что я за человек тогда? – Лян Юаньчжэн покачал головой. – Я её пугаю.
Цзянсы небрежно бросил: «Какой пациент не боится врача?»
Лян Юаньчжэн ничего не ответил, бросил одежду, которую носил сегодня, в стиральную машину, но перед этим понюхал её, словно опасаясь обнаружить неприятный запах.
Когда стиральная машина заработала, он будто бы погрузился в транс.
Цзянсы спросил: «О чём задумался?»
- Хочу, чтобы та книга упала снова.
Цзянсы: «Какая книга?»
Лян Юаньчжэн пришёл в себя и неопределённо ответил: «Больничная».
Цзянсы ничего не понял, но остался под впечатлением.
Во второй половине дня Цзянсы пошёл на встречу с преподавателем и заодно решил поесть в больничной столовой. В пять часов хлынул ливень; едва переступив порог столовой, Цзянсы увидел трёх девушек, ужинающих вместе, и маленькие зонтики рядом с ними.
Из трёх зонтов Лу Цаньжань принадлежал маленький красный – он был ещё влажным, с ткани капала вода.
Лян Юаньчжэн тоже заметил Лу Цаньжань и её маленький красный зонтик.
Не дав ему опомниться, Цзянсы выхватил из рук Лян Юаньчжэна большой чёрный зонт.
- Я, пожалуй, пойду, - посмеиваясь, сказал Цзянсы. – А ты оставайся, поешь не спеша. Потом подойдёшь к ней и попросишь поделиться зонтом. Прогуляйтесь вместе под дождём… А чтобы вернуть зонтик, назначишь новую встречу. Или даже пригласишь её поужинать под этим предлогом… Какая прекрасная возможность сблизиться! Ты обязан ею воспользоваться, брат!