Финал. Часть 2
Глава 23. Финал. Часть 2
Гриб-грибочек
Лу Цаньжань боялась профессора Чэня с самого детства.
А теперь была просто в ужасе.
Некоторое время назад в фильмах и книгах были популярны персонажи с «биполярным расстройством». Чтобы достичь нужного эффекта, сценаристы и актёры часто преувеличивали или приукрашали симптомы этого заболевания.
И профессор Чэнь сейчас идеально соответствовал образу «пациента с биполяркой» из кино.
Тряся Лу Цаньжань за воротник, он орал, что она «расточительница небесных даров», которая «стреляет пушкой по воробьям» и «помешана на любви» … выкрикивая, казалось, все обидные идиомы, которые знал.
Лу Цаньжань с присущим ей оптимизмом отметила, что речь у профессора Чэня очень грамотная. Как же получилось, что Чэнь Ваньли и двух слов связать не может? Видимо, профессор Чэнь и правда относился к тому типу отцов, которых не волнуют домашние дела.
После вспышки ярости профессор Чэнь, как ни странно, снова успокоился. С добродушной улыбкой он показал Лу Цаньжань фотографию со связанными Чжу Хуасинь и Цзянсы.
— Если будешь сотрудничать, — сказал профессор Чэнь. — И поможешь мне извлечь образец, то я гарантирую, что сегодня всё закончится хорошо и вы с друзьями вернётесь на занятия.
Но над его головой бушевал гневный огонь и мелькали окровавленные клинки.
Лу Цаньжань подумала, что профессору Чэню не мешало бы самому вернуться на занятия — начиная с уроков нравственного воспитания в младшей школе.
Она не сопротивлялась. Сейчас это всё равно было бесполезно.
Лу Цаньжань всегда была послушным ребёнком, а главное достоинство таких детей — умение подстраиваться под обстоятельства. Непослушного Чэнь Ваньли уже ударил по голове родной отец; для неё же профессор Чэнь был даже не крёстным, а просто неприятным дядей из соседского дома.
Профессор Чэнь привёз её в лаборатории университета В. Когда они вышли из машины, её развязали, но Лу Цаньжань не стала звать на помощь — её друзья были в заложниках, и она не решалась рисковать, испытывая моральные границы профессора Чэня.
Судя по извращённому воспитанию Чэнь Ваньли, у него таких границ вовсе не было.
Хотя профессор Чэнь явно не хотел обострять ситуацию, точнее, не хотел обострять её ещё больше. Старательно поддерживая спокойствие, он доброжелательно предложил Лу Цаньжань стакан какой-то жидкости.
— Рвотное, —по-отечески похлопал он её по плечу. — Эксперименты показали, что как только твой желудок будет полностью очищен… Вещество тоже выйдет наружу в целости и сохранности. Ты же росла на моих глазах, разве я могу допустить, чтобы тебе делали операцию?
Эти его слова прозвучали так жутко, что по коже Лу Цаньжань побежали мурашки.
Она не стала препираться. Убедившись, что профессор Чэнь отпустит Синьсинь и остальных, она без раздумий сделала большой глоток.
Лу Цаньжань редко рвало, поэтому оставалось только надеяться, что средство профессора Чэня подействует. К счастью, оно сработало: со сдавленным звуком она открыла рот, но рвоты не последовало. Окончательно потеряв терпение, профессор Чэнь хотел уже просунуть пальцы ей в глотку…
Но за секунду до того, как он схватил её, дверь лаборатории с грохотом распахнулась.
Профессор Чэнь обернулся и увидел на пороге промокшего насквозь физрука, лицо которого исказилось в безумной гримасе: «Так это всё ты!!!»
Физрук заскрежетал зубами, а увидев Чэнь Ваньли, «отдыхавшего» на диване, ещё больше утвердился в своих подозрениях. Рывком повалив профессора Чэня на пол, он нанёс тому два техничных удара по лицу и с перекошенным от злобы лицом заорал: «Либо отдавай товар, либо возвращай деньги… аргх!»
В комнату ворвался одетый в чёрное телохранитель, что ранее вёл машину профессора Чэня. Выхватив нож, он сцепился с физруком в жестокой драке на полу.
Лу Цаньжань ошеломлённо застыла, не зная, что делать — бежать или нанести решающий удар. Её всё ещё сковывал детский страх перед профессором Чэнем…
К счастью, крик профессора Чэня помог ей решиться.
— Идиот! — внезапно разразился он бранью, понося Лян Юаньчжэна самыми грязными словами. — Опять этот выродок Лян Юаньчжэн... ай!
В ярости Лу Цаньжань швырнула в него тяжёлой стеклянной колбой, и та угодила профессору Чэню прямо в лоб. Даже на соревнованиях по метанию ядра она не прикладывала столько силы.
— Не смей так говорить о старосте! — выкрикнула она ответное ругательство. — Сам ты выродок!!!
Удар вышел таким сильным, что на лбу профессора Чэня тут же вскочила шишка, а жидкость из колбы потекла по лицу. Почему-то, глядя на его нелепый вид, Лу Цаньжань вдруг поняла, что все её детские страхи оказались напрасными.
Она больше его не боялась.
Лу Цаньжань развернулась и побежала к выходу из лабораторий.
Профессор Чэнь был уже в возрасте и привык к роскошной жизни. Удары физрука оглушили его, да ещё и по лицу стекал галлюциногенный препарат. Увидев, как Лу Цаньжань сбегает, он не смог даже подняться и лишь в отчаянии выкрикнул: «Держите её!!!»
Содержимое колбы залилось ему в рот.
Охранник в чёрном отвлёкся, обернувшись, и физрук тут же пнул его ногой по лицу. Профессор Чэнь едва встал на ноги, как снова получил от физрука удар перегонной колбой по голове.
— Товар! Или деньги! — глаза физрука налились кровью. — Сейчас же!!!
Это были последние слова, что Лу Цаньжань услышала перед тем, как выбежать из лаборатории.
Ещё не оправившись от шока, она столкнулась у выхода с подоспевшим Лян Юаньчжэном.
— Синьсинь и Цзянсы в заложниках у профессора Чэня! — торопливо выпалила она, не заботясь о том, как, должно быть, выглядит. — Я не знаю, где именно…
Лян Юаньчжэн был пугающе спокоен. Он протянул Лу Цаньжань свой телефон, давая ей знак вызвать полицию. Сам же накинул ей на плечи принесённое пальто, закутав в него с головы до ног.
Не успели они далеко уйти, как путь им преградил рослый мужчина со шрамом на голове — тот самый, что недавно следил за Чэнь Ваньли.
В руке он сжимал измятый красный конверт, из которого торчало несколько стоюаневых купюр.
— Где он? — уставился на Лу Цаньжань Шрамоголовый. — Девочка, твой приятель по фамилии Чэнь… Где он сейчас?
Ещё не пришедшая в себя Лу Цаньжань боялась, что любая задержка позволит похитителям снова настигнуть их, но и этот человек был здесь явно не с добрыми намерениями. Лян Юаньчжэн, конечно, мог постоять за себя, а вот она напоминала скорее хрупкую девушку из боевиков, которой всегда шантажируют главного героя.
Лян Юаньчжэн спросил: «Что вас связывает с профессором Чэнем?»
Шрамоголовый тут же переспросил, кто такой профессор Чэнь. Лян Юаньчжэн изобразил лёгкое затруднение и, как бы под давлением, «нехотя» указал направление к лабораториям, где находился профессор.
Удовлетворившись этим, Шрамоголовый быстрым шагом направился к лабораториям.
Лян Юаньчжэн взял Лу Цаньжань за руку и решительно потянул её в сторону главной дороги.
Даже когда прибыла полиция, они так и не разжали ладоней.
Профессора университета А уже проинформировали полицию о произошедшем. Лу Цаньжань окружили люди, женщина-полицейский протянула ей бутылку воды. Лу Цаньжань попыталась открыть крышку, но не смогла, лишь сейчас обнаружив, что у неё дрожат руки.
Лян Юаньчжэн помог ей открыть бутылку.
Сирены выли без остановки. Лу Цаньжань позвонила родителям с телефона Лян Юаньчжэна. Вне себя от волнения, те сказали, что уже едут за ней.
От голоса родителей в горле у Лу Цаньжань встал ком. Всё произошло так быстро и стремительно, как гром среди ясного неба… Шмыгнув носом, она вернула телефон Лян Юаньчжэну и поблагодарила его.
Лян Юаньчжэн с улыбкой ответил, что всё в порядке.
Полиция работала быстро.
Первым вынесли бессознательного и истекающего кровью охранника, получившего ножевое ранение в живот. Потом вывели физрука с проломленной головой, профессора Чэня с разбитым лицом и могучего Шрамоголового с хищным оскалом на губах.
Чжу Хуасинь и Цзянсы тоже благополучно вызволили, вот только Чжу Хуасинь была так испугана, что не отпускала руку Цзянсы — точно так же, как Лу Цаньжань не могла отпустить ладонь Лян Юаньчжэна.
Во всём этом хаосе Лу Цаньжань понятия не имела, что только что произошло. Она знала только, что ладонь Лян Юаньчжэна в её руке была тёплой, твёрдой, немного шершавой, и ей это невероятно нравилось.
Хорошо, что Лян Юаньчжэн не ел тех грибов, иначе он непременно бы увидел её ненасытное желание держать его за руку вечно.
Дождь всё ещё шёл, заволакивая всё вокруг туманной пеленой. Лу Цаньжань выпила уже полбутылки воды, крепко сжимая руку Лян Юаньчжэна, а зелёные деревья и алые огни перед её взором медленно расплывались в потоках дождя.
Лян Юаньчжэн легонько поглаживал ладонь Лу Цаньжань. Её кожа была такой нежной, будто бы малейшее сжатие могло её повредить. Лян Юаньчжэн вдруг застыдился грубости своих собственных ладоней, и с каждым мгновением это чувство только усиливалось, пока прикосновение не стало казаться почти кощунственным. Он попытался убрать руку, но Лу Цаньжань лишь крепче сжала его пальцы.
Лу Цаньжань осторожно спросила: «Тебе не нравится держаться за руки?»
Лян Юаньчжэн пояснил: «Я боюсь причинить тебе боль».
— Всё в порядке, мне не больно, — поспешно сказала Лу Цаньжань. — И если вдруг станет больно, тоже ничего страшного. Мне даже нравится, когда ты причиняешь мне боль.
Они оба вдруг поняли, как двусмысленно прозвучали эти слова, и сконфуженно замолкли.
Особенно смутилась Лу Цаньжань: она попыталась неловко высвободить руку, но теперь уже Лян Юаньчжэн крепко сжал её, не выпуская.
Дождь затихал, сирены всё не умолкали, а горячие, осторожные ладони держали друг друга.
Когда всё стало успокаиваться, подоспели родители Лу Цаньжань. Убедившись, что с дочерью всё в порядке, госпожа Лу Цифэн отошла поговорить с полицией. Ли Синьсинь крепко обнял Лу Цаньжань, а затем с улыбкой поблагодарил Лян Юаньчжэна.
— Лян Юаньчжэн? — сказал Ли Синьсинь. — Жаньжань много говорила о тебе. Кажется, ты был её кумиром в старшей школе… Наконец-то я познакомился с тобой лично.
Лян Юаньчжэн изумлённо взглянул на Лу Цаньжань, заметив, как покраснели её щёки и губы. Но, несмотря на смущение, она не отводила от него взгляда.
Когда все закончили давать показания, была уже глубокая ночь. Дождь наконец-то стих, превратившись в мелкую, струящуюся морось.
Ли Синьсинь подвёз Лян Юаньчжэна до кампуса на машине. Лу Цаньжань сегодня собиралась ночевать дома, а не в общежитии: родители договорились об отгуле для неё, чтобы она как следует отдохнула.
Когда Лян Юаньчжэн вышел из машины, Лу Цаньжань поспешно сказала родителям: «Мам, пап, подождите меня секунду». Раскрыв зонт, она выпрыгнула из машины и в несколько шагов догнала Лян Юаньчжэна, окликнув: «Староста!»
Лян Юаньчжэн обернулся, и Лу Цаньжань крепко его обняла. В темноте ночи они застыли под светом сломанного фонаря. Горячее дыхание Лу Цаньжань коснулось шеи Лян Юаньчжэна, и она почувствовала, как его руки теперь уже уверенно нашли её талию.
— Только что в машине я солгала родителям, — сказала Лу Цаньжань. — На самом деле, мне сегодня было очень страшно.
Лян Юаньчжэн начал: «Твои родители…»
— Обними меня снова, — взволнованно прервала его Лу Цаньжань. — Просто обними меня снова, и я больше не буду бояться.
Лян Юаньчжэн поставил свой чёрный зонт на землю и крепко обнял её.
— …. Жаль, что я потеряла свои леденцы, — с досадой сказала Лу Цаньжань. — Иначе я бы… м-м-м…
Не дав ей договорить, Лян Юаньчжэн обхватил её лицо ладонями и поцеловал.
Ощутив знакомый лаймово-мятный вкус, Лу Цаньжань от неожиданности широко распахнула глаза.
— К-когда ты их купил? И как успел съесть? — От поцелуя у неё закружилась голова, а язык заплетался. — Откуда ты знаешь, что мне нравится именно этот вкус?
Позади них из машины вышел Ли Синьсинь, позвав Лу Цаньжань по имени.
— Увидимся завтра, — с улыбкой сказал Лян Юаньчжэн. — Это долгая история, я расскажу её тебе завтра, Жаньжань.
Лу Цаньжань спросила: «Завтра меня не будет в университете, но мы всё равно увидимся? Ты придёшь ко мне, староста?»
— Со старостой ты вряд ли увидишься, — ответил Лян Юаньчжэн. — А вот со своим парнем наверняка.
Сказав это, он неловко кашлянул: «Извини, это, наверное, прозвучало слишком банально?»
— Ни капли! — возразила Лу Цаньжань. — Твоей девушке очень понравилось!
Неохотно попрощавшись с Лян Юаньчжэном, Лу Цаньжань радостно вернулась в машину. Не успела она устроиться, как Лу Цифэн достала из багажника чёрный чемодан и протянула ей.
— Полиция сказала, что ты его обронила, — пояснила Лу Цифэн. — Он довольно тяжёлый, и такой большой. Что там внутри? Открой и посмотри, не пропало ли что.
Всё ещё окрылённая Лу Цаньжань радостно открыла чемодан.
— Это цветы для завтрашнего признания… А?
Она опустила взгляд, ошеломлённо уставившись на чемодан, полный аккуратных крупных купюр.
Сто юаней, двести… Одна пачка, другая…
Тяжёлые, розоватые стопки.
Откуда взялись все эти деньги?
Сюжетная пасхалка:
Когда Шрамоголовый и Заика открыли красный конверт и обнаружили внутри триста юаней вместо грибов, то сразу поняли, что их обманули.
Наверняка кто-то слил инфу, и парень по фамилии Чэнь заключил сделку с тем типом, устроив весь этот спектакль!
Если первая попытка кражи грибов была совершена из-за денег, вторая — из чувства уязвлённого самолюбия, то теперь Шрамоголовый отправился на дело исключительно из мести.
Заика был более терпелив и уговаривал Шрамоголового подождать: пусть даже они не достанут грибы, полученный задаток уже у них в кармане. Он слышал, что начальник их начальника уже отправил своих людей за грибами, так что им действительно лучше отступить…
Но униженный до глубины души Шрамоголовый считал, что отступать никак нельзя.
Ему было всё равно, кто был связным Заики и кто был начальником его начальника, и тем более не волновало, кому на самом деле нужны были эти грибы. Им двигала только одна мысль: найти обманувшего его сопляка Чэнь Ваньли и того, кто всё это устроил.
Он желал им смерти.
Самой мучительной смерти.
Студентов было легко запугать. Остановив на дороге парня и девушку, которые хорошо общались с Чэнь Ваньли, Шрамоголовый лишь слегка припугнул их — и те тут же выложили всё, что знали.
Когда Шрамоголовый ворвался в лабораторию профессора Чэня, то обнаружил на полу окровавленного физрука, а рядом — тяжело дышащего охранника в чёрном костюме и профессора Чэня.
Пока охранник обыскивал тело физрука, Шрамоголовый поднял с пола нож и пырнул его. Не ожидавший нападения охранник в ужасе обернулся — и тут же получил ещё один удар.
Затем настала очередь побледневшего профессора Чэня.
Шрамоголовый жестоко избил его, выпытывая, где находятся грибы. Но старикан оказался крепким орешком — даже теряя сознание от побоев, он твердил, что ничего не знает.
Шрамоголовый оглянулся и заметил на диване оглушённого Чэнь Ваньли.
Когда он уже собирался приняться за него, раздался звонок от Заики.
— Эй… ни в коем случае не лезь к тому пареньку Чэнь Ваньли, — сказал он. — Я только что узнал, что главный заказчик по этому делу — профессор Чэнь… то есть, отец Чэнь Ваньли. Здесь уже всё улажено: хоть мы и не достали товар, профессор согласился выплатить нам остаток, как договаривались, если будем держать язык за зубами… Эй? Алло? Алло? Ты меня слышишь?