Глава 28.0

Том 1 Глава 28

Эти два слова, произнесенные испуганным шепотом Элиаса, казалось, высосали весь воздух из комнаты. Они повисли в тишине, тяжелые и холодные, как могильная плита. Кайден смотрел на бледное лицо друга, на широко раскрытые от ужаса глаза Алексиса, и понимал: точка невозврата пройдена. Их студенческая жизнь, с ее турнирами и экзаменами, закончилась в тот миг, когда они прочли эти слова.

— Переводи, — голос Кайдена прозвучал на удивление ровно, разрезая гнетущую тишину. — Переводи все, что сможешь.

Следующие несколько дней превратились в один сплошной, лихорадочный марафон. Их комната стала штабом, убежищем и тюрьмой одновременно. Они пропускали необязательные лекции, приносили еду из столовой и почти не спали. Алексис взял на себя роль стража — он следил, чтобы никто не входил, и придумывал правдоподобные оправдания их отсутствия для любопытных соседей.

Центром их маленького мира стал Элиас. Окруженный стопками справочников по мертвым языкам и древней символике, он корпел над скопированными страницами. Прото-рунический язык был невероятно сложен. Каждое слово имело десятки значений, зависящих от контекста и соседних символов. Это было не просто чтение, а дешифровка кода, оставленного исчезнувшей цивилизацией.

Кайден не мог помочь с переводом, но его роль была не менее важна. Он сидел в углу комнаты, погрузившись в глубокую медитацию. Он снова и снова прокручивал в памяти свое видение из Запретной Секции, свои кошмары, пытался сопоставить смутные образы с угловатыми символами, которые Элиас выводил на бумаге. Иногда, когда Элиас заходил в тупик, не в силах понять какой-то особенно абстрактный термин, Кайден говорил:

— Это связано с огнем… нет, с жаром, который исходит изнутри, а не снаружи.

Или:

— Эта спираль… она означает не движение, а поглощение.

Его интуитивные подсказки, рожденные эхом видений, не раз помогали Элиасу найти верное направление.

Первый связный отрывок текста, который им удалось перевести, был о «Цикле Очищения».

— О, Богиня… — прошептал Элиас, отодвигаясь от стола, словно текст обжигал его. — Здесь не говорится о зле. Не о демоне, что хочет захватить мир. Здесь говорится о… о космическом законе.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Алексис.

— Сущность… они называют ее «Великий Пожиратель»… она приходит, когда мир становится «перезревшим». Когда в нем накапливается слишком много жизненной силы, магии, кармы… как вы это называете. Она не наказывает. Она… питается. Это природный цикл, как волк ест овцу. И после нее остается лишь первозданная пустота, готовая для нового семени жизни.

Алексис, мысливший как стратег, мгновенно осознал весь ужас этих слов.

— Это… это невозможно. Как можно воевать с законом природы? Это все равно что пытаться остановить восход солнца мечом.

Следующий прорыв касался «Предвестников». Текст описывал их с пугающей точностью.

— Они не просто армия, — бормотал Элиас, его пальцы быстро летали по страницам. — Они — своего рода терраформирующие агенты. Здесь описано несколько их видов. «Плачущий Туман», что мы встретили в форте, — один из них, он разрушает разум и волю. Есть «Ткачи Тишины», что подавляют магию. И… вот оно… «Носители Семян Порчи». Они оскверняют саму землю, делая ее пригодной для прихода Пожирателя, как фермер удобряет почву перед посевом.

У Кайдена перехватило дыхание. «Семя порчи». Та самая фраза, что всплывет в его будущем.

— Они — ключ и замок, — процитировал Кайден фразу из текста, которую они перевели ранее.

— Да! — воскликнул Элиас. — Они не просто разрушают, они готовят мир, ослабляют его, «открывают» его для Пожирателя! Именно поэтому на границе творится этот ужас. Это не нападение, это… подготовка к пиршеству.

Самым сложным и пугающим был раздел о «Печатях». Текст был крайне метафоричен.

— «Семь Столпов, что держат Завесу Реальности», — читал Элиас. — «Семь Живых Якорей, сотканных из самой сути бытия». Здесь нет конкретики. Что это за Столпы?

Кайден закрыл глаза. Суть бытия. Аспекты. Война. Знание. Жизнь. Смерть.

— Элиас, — медленно произнес он, и от его собственной догадки по спине пробежал холод. — В богословских текстах… богов когда-нибудь называют «Аспектами»?

Элиас замер. Его взгляд метнулся от Кайдена к тексту и обратно.

— Бог Войны — Аспект Конфликта. Богиня Солас — Аспект Жизни. Хетус, которого ты упоминал — Аспект Знания… О, нет… Кайден, нет…

— Да, — твердо сказал Алексис, который тоже все понял. Его лицо стало каменным. — Если Печати, сдерживающие эту тварь, — это сами Боги… то мы уже проиграли.

В этот момент в сознании Кайдена что-то щелкнуло. Он вспомнил одну из тренировок с Астеросом. Тогда его учитель создал для него магического голема и заставил сражаться с ним снова и снова. Кайден побеждал, но каждый раз голем восстанавливался, становясь немного другим: то быстрее, то прочнее, то с новым видом атаки. После десятой победы измотанный Кайден спросил, в чем смысл этого упражнения.

Астерос тогда посмотрел на него своим тяжелым, всезнающим взглядом и сказал:

— Враг никогда не бывает таким же, каким был мгновение назад. Он учится. Он адаптируется. Если ты не будешь адаптироваться быстрее, ты мертв. Это единственный закон, который имеет значение.

Кайден вскочил на ноги.

— Он знал! — воскликнул он, глядя на ошеломленных друзей. — Астерос! Он все это время знал! Он готовил меня не просто к битвам. Он готовил меня к войне с врагом, который постоянно меняется! К войне с Предвестниками!

Осознание этого было одновременно и страшным, и дарующим надежду. Его путь не был случайностью. Его готовили.

Несколько дней они жили в изоляции, поглощая крупицы ужасающей правды. Наконец, когда последняя руна была расшифрована, они сидели в тишине, опустошенные и подавленные грузом этого знания.

Алексис нарушил молчание.

— Хорошо, — сказал он своим ровным, прагматичным голосом, который возвращал к реальности. — Допустим, мы все это знаем. Великий Пожиратель. Предвестники. Боги-Печати. Что мы будем делать теперь?

Он обвел друзей тяжелым взглядом.

— Мы не можем прийти к Императору и сказать: «Ваше величество, мы тут нарушили закон, проникли в Запретную Секцию и выяснили, что конец света близок, потому что так написано в книге, которую никто не видел пять тысяч лет». Нас в лучшем случае отправят в лечебницу для умалишенных. Никто нам не поверит.

Он был прав. Они владели самым важным знанием в мире, но были абсолютно бессильны. Они были всего лишь тремя студентами против надвигающегося апокалипсиса. Что они могли сделать?