Девушка по имени Агнес Валлен

Глава 5: Девушка по имени Агнес Валлен.

В романтических играх существует архетип персонажа, известный как «лучшая подруга». Она предоставляет информацию об уровне привязанности персонажей или советы, необходимые для их завоевания. Эти персонажи обладают такими исключительными навыками сбора информации, что могли бы соперничать с агентами ФБР или ЦРУ, оставаясь при этом полностью преданными протагонисту без намёка на романтический интерес к самим целям — поистине удобные союзники. Однако по мере того как романтические игры смещались от фокуса на завоевании сердца конкретного персонажа к акценту на визуальных новеллах, движимых сюжетом, концепция очков привязанности и сам архетип «лучшей подруги» начали исчезать. Более того, по мере того как индустрии романтических игр становилось труднее пробиться новичкам, игры с элементами RPG или выращивания персонажей — за пределами социальных игр — становились всё более редкими. В последние годы крупные тайтлы часто имеют структуру, где игроки выбирают желаемый романтический путь после общей сюжетной линии или используют блок-схему, чтобы перейти непосредственно к предпочтительному маршруту.

На этом фоне игра «Кицуюру» выделялась. С её элементами RPG и развития персонажей, механикой привязанности, зависящей от выборов и действий, и ностальгическим присутствием персонажа «лучшей подруги» она вызывала очарование классических романтических игр. Вдобавок ко всему её иллюстрации персонажей были потрясающими даже по современным меркам, привлекая значительное внимание игроков обоих полов. Однако этот широкий интерес привёл к тому, что «Кицуюру» купила широкая аудитория, что, в свою очередь, выявило существование путей плохой концовки. Шокирующее содержание этих маршрутов вызвало споры, гораздо более масштабные, чем, вероятно, ожидали разработчики.

В «Кицуюру» роль «лучшей подруги» исполняет Агнес Валлен, красивая рыжеволосая девушка. Она живёт в комнате по соседству с протагонисткой Файн в академическом общежитии. В начале игры, будучи простолюдинкой в шатком положении, Файн встречает доброту со стороны Агнес — одной из немногих персонажей, кто так поступает, оставляя у игроков благоприятное впечатление о ней. Первый выбор в игре — броситься ли на крик о помощи Агнес — запускает обучающее событие, где игрок спасает её от травли.

Такова история в оригинальной игре. В этом мире, однако, Элиз узурпировала роль Файн как «лучшей подруги», и своими интригами сделала Файн мишенью для травли. Другими словами, вплоть до этого самого момента у Файн и Агнес не было никакой связи.

---

— …!

Кучер, чуть не переехавший нас с Агнес, начал кричать, но замолчал, заметив наши формы Королевской магической академии. Сглотнув проклятия, он быстро уехал.

Теперь оставшаяся проблема была…

— Ты в порядке? Ты довольно сильно пошатывалась ранее…

— Я-я совершенно в порядке! Б-Более того, я доставила вам двоим столько хлопот… Я не знаю, как извиниться…!

Агнес была в полной панике, плача и кланяясь нам снова и снова. Вдобавок наши формы академии — символы мира, далёкого от обыденности — притягивали к этой сцене все взгляды вокруг.

— Давайте найдём где-нибудь потише, чтобы успокоиться! Мы привлекаем слишком много внимания, ладно?

— Д-Да…

Я помог Агнес подняться на ноги, и мы втроём — Файн, Агнес и я — направились в кафе, где мы с Файн обсуждали наши планы после дуэли. Мы заняли бокс в дальнем конце заведения. К счастью, кафе было почти пустым, кроме нас там не было других дворян, студентов академии или персонала. Даже если бы Агнес снова впала в панику, с этим можно было бы справиться.

— Эм, я знаю, что поздно, но спасибо огромное за помощь… Если бы вас двоих не было там, я… О, я ещё не представилась! Я Агнес Валлен! Мне так, так жаль за всё это!

— Тот, кто заметил, что что-то не так, и помог тебе — это она. Если хочешь кого-то благодарить, поблагодари её.

— Н-Нет, это не так! Я была неосторожна и чуть не пострадала, но Эш-сан спас меня…

— А я не смогла заметить, что вы двое оказались в потенциально смертельной ситуации. Другими словами, мы все облажались, и мы все помогли друг другу. Так что давайте сочтёмся, ладно?

— Д-Да…

Как раз в этот момент прибыл заказанный нами чай — по чашке на каждого. Я предложил Агнес выпить и успокоиться, отхлебнув из своей чашки и мягко остановив её дальнейшие извинения.

Меня тогда осенило: Агнес сейчас напоминала мне Файн при нашей первой встрече. Неуверенная в себе, неспособная доверять никому и не уверенная, может ли она доверять даже нам, ближайшим к ней в данный момент людям. Разница была в том, что Файн была открыто враждебна, тогда как Агнес была парализована страхом.

— Пожалуйста, успокойся. Никто здесь не причинит тебе вреда и не расстроит, — мягко сказала Файн, пересаживаясь рядом с Агнес и нежно держа её дрожащие руки, успокаивающим тоном стараясь её утешить.

— У-Угх…

Но вместо того чтобы успокоиться, Агнес расплакалась, слёзы потекли по её лицу.

— Я-Я прошу прощения. Я слишком сильно сжала твои руки? — обеспокоенно спросила Файн.

— Н-Нет, не в этом дело… Я знала, что Штаудт-сан переживает такие ужасные вещи, но я была слишком напугана, чтобы что-то сделать… И всё же вы здесь, так добры ко мне, а я чувствую себя такой виноватой…

Её слова были похожи на исповедь в грехе. В прошлой жизни я слышал поговорку, что те, кто игнорирует травлю, являются её соучастниками — и, похоже, в этом мире разделяют это мнение.

— Ты знаешь обо мне? — спросила Файн.

— К-Конечно… Моя комната в общежитии, эм, прямо по соседству с вашей, Штаудт-сан…

Файн, удивлённая, узнав, что Агнес её соседка, всё же предложила ей свою нежную улыбку и обняла её в утешительном объятии.

— Всё это в прошлом, так что я не против. Тебе тоже не нужно об этом беспокоиться. Что важнее, ты в порядке? Ты казалась неустойчивой на ногах.

— Ух… Н-Ну, это была просто, эм, шутка? Одноклассники что-то сделали, и было немного больно — совсем чуть-чуть…

— Это не просто шутка, если она оставляет тебя в таком состоянии! И даже если ты прячешь это под длинными рукавами, у тебя же повсюду бинты, да? Ненормально оказываться чуть не сбитой повозкой вот так! — Файн, возможно, заметив что-то неладное, пока держала Агнес, настаивала с искренней заботой.

— По крайней мере, тебе стоит взять перерыв в учёбе, чтобы залечить…

— Нет… Я не могу. Это место — мой единственный путь вперёд…

Агнес, до этого робкая, твёрдо отвергла предложение Файн отдохнуть. Это правда, что для некоторых дворянских детей успехи в академии — единственный способ защитить свои семьи. Но «успехи» не всегда означают учёбу. Хотя хорошие оценки в науках, фехтовании или магии ценны, значительная часть студентов академии стремится обеспечить будущее своих семей, заключая помолвки с перспективными дворянскими сверстниками. Девушки, которые подошли ко мне сегодня утром, вероятно, были из таких.

— …Прости, что повысила голос и давила на тебя. Но, пожалуйста, позволь мне хотя бы исцелить твои раны, — мягко сказала Файн.

— Н-Нет, я не могу просить вас об этом, Штаудт-сан… К тому же, это всё моя вина, и вы не ответственны…

Агнес вернулась к своей нервной манере, вежливо пытаясь отказаться от предложения Файн. Она, казалось, не питала отвращения к святой магии, в отличие от некоторых дворян, которые несправедливо её критиковали. Её колебания проистекали исключительно из нежелания доставлять Файн ещё больше хлопот — эмоция, ясно читаемая на её встревоженном лице.

Пришло время вмешаться мне.

— Тебе стоит принять предложение Файн. Её магия может заставить твою усталость и травмы исчезнуть в мгновение ока. И если у тебя есть причина продолжать посещать академию любой ценой, ты не можешь позволить себе свалиться от травм или истощения, верно?

— …Вы правы. В таком случае, Штаудт-сан, могу ли я… попросить вашей помощи?

— Конечно! Оставь это мне! — с энтузиазмом сказала Файн, закатывая рукав Агнес, чтобы обнажить её забинтованную руку, и готовясь применить [Святую магию] для исцеления.

И в этот момент.

«Левый глаз Агнес только что… засветился?»

Это было всего на долю секунды, но я определённо заметил нечто странное. Прежде чем я успел это осмыслить, из губ Файн вырвался тихий вскрик. Оборачиваясь взглянуть, я увидел слабый след ожога на руке Файн. Агнес Валлен, тем временем, побледнела, будто совершила нечто немыслимое.

---

Даже после возвращения домой с покупками настроение Файн оставалось мрачным. Пока я работал над бумагами в гостиной, она молча мыла посуду на кухне. Неудачная попытка применить [Святую магию] в кафе явно тяготила её. Агнес впала в панику, думая, что создала новую проблему, а Файн беспокоилась, что причинила боль Агнес, создавая тяжёлую атмосферу. К счастью, кафе было почти пустым, людей из академии поблизости не было, так что дело не переросло в более крупный инцидент. Я пытался разрядить обстановку, подбрасывая темы для разговора, даже если это выглядело немного натянуто, и в итоге нам удалось завершить встречу без дальнейших происшествий.

«Всё же, неудивительно, что она потрясена после такого…»

Файн когда-то была ложно обвинена Элиз и другими в использовании «злой» магии, названа ведьмой, почти исключена из академии и даже столкнулась с угрозами в адрес её родного детдома. В дуэли против четырёх идиотов мы доказали, что эти обвинения беспочвенны, очистив имя Файн и разоблачив Элиз и её приспешников как настоящих виновников. Но в этот раз [Святая магия] Файн причинила ей вред — лёгкий ожог — несмотря на отсутствие вредного умысла. Хотя она и исцелила ожог своей же магией, каждая попытка исцелить Агнес давала тот же результат, усиливая её страдания.

Утверждения о том, что её магия «злая», — чепуха, подтверждённая как её историей использования [Святой магии], так и установленным лором «Кицуюру». И всё же, по какой-то причине, она не сработала на Агнес — более того, навредила Файн. Ожоги сами по себе были исцелены, но загадка осталась.

«Ух, не понимаю. Почему это происходит…?»

Чем больше я думал, тем глубже становилась тайна. Мне нужно было пересмотреть событие с Агнес в игре, чтобы разобраться. Но сначала было кое-что более важное.

— Файн, иди сюда.

— Но домашние дела…

— Всё в порядке, иди же.

Я позвал её, и Файн, словно щенок, получивший выговор, шаркая ногами, зашла в гостиную, будто у неё уши и хвост виновато опустились. Стараясь сохранять лёгкость и неугрожающую атмосферу, я жестом предложил ей сесть на диван рядом со мной. Она села тихо, явно всё ещё расстроенная инцидентом в кафе.

— Моя магия… она правда злая? — пролепетала она со слезами, склонив голову.

Эмоциональные шрамы от события плохой концовки не заживут легко. Я глубоко вздохнул и нежно погладил её по голове.

— Эш-сан…? — сказала она, вздрогнув.

— Если бы твоя магия была по-настоящему злой, все, кому ты помогла, уже бы страдали. Тебе не удалось исцелить раны Валлен-сан, но ты и не причинила ей вреда. Не думаю, что тебе нужно винить себя.

— Н-Но я не смогла исцелить её травмы…

— Разве исцеление её травм с помощью [Святой магии] — единственное, что ты хотела для неё сделать?

— Н-Нет, не только! Я просто… Если Валлен-сан страдает, я хочу облегчить её боль, хотя бы немного…

— Тогда то, что тебе нужно делать, — это не сидеть тут и хандрить, а найти способ помочь Валлен-сан и выяснить, почему это произошло, верно?

— ! …Вы правы. Я не могу продолжать так унывать.

Искра вернулась в глаза Файн. Пока что она казалась в порядке. Подумав, что она, возможно, не хочет, чтобы я продолжал трогать её волосы, я начал убирать руку, но она мягко положила свою руку на мою.

— Файн?

— …Я знаю, что это эгоистично, но… не мог бы ты погладить меня по голове ещё немного?

Она смотрела на меня умоляющими глазами, совершенно не осознавая, насколько невозможно было отказать в этом.

— Если ты этого хочешь…

— Спасибо.

Файн наклонилась ближе, прислонившись ко мне. Её сладкий, нежный аромат наполнил воздух по мере того, как расстояние между нами сокращалось. Через несколько минут, пока я гладил её по голове, она наклонилась ещё сильнее, рухнув мне на колени и заснув, её мягкое дыхание сигнализировало, что она погрузилась в мир снов.

Должно быть, она была морально истощена после неудачи с [Святой магией] и вновь всплывшей травмой. Пока что я позволю ей отдохнуть.

Хотя…

«Реакция тела подростка на такое немного… подавляющая, мягко говоря!»

Я знал, что она сделала это не нарочно. Но всё же, эта девушка…

«Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие».

Решив, что будет несправедливо будить явно измотанную Файн, я подавил свои порывы и стал ждать, пока она проснётся сама. Пережив ещё около десяти минут этого райского, но мучительного испытания, Файн пошевелилась, потирая глаза. Осознав ситуацию, её лицо залилось ярким румянцем, и она издала беззвучный визг. Каким-то образом мне удалось пережить этот опыт без повреждений.

---

— Мне так, так, так жаль за прошлую ночь!

На следующее утро, в момент нашей встречи в гостиной, Файн снова и снова кланялась, извиняясь с тем же пылом, что и когда она резко проснулась вечером.

— Нет, нет, не беспокойся об этом. Я отчасти виноват, что заставлял тебя работать, когда ты уже была истощена.

— Н-Но мне же платят за работу, а я пошла и сделала такое…!

Вспоминая прошлую ночь, глаза Файн наполнились слезами, а щёки покраснели от смущения.

— Успокойся. Мне правда всё равно. Что важнее, у тебя есть особые планы на время после уроков сегодня?

Даже восхищаясь тем, насколько она воплощала в себе героиню, я перевёл разговор на практические темы. Сегодня у нас занятия, и мне нужно встретиться с той особой. Мой вопрос был призван помочь Файн восстановить самообладание.

— Эм, нет, у меня нет никаких планов…

— Тогда мы могли бы встретиться у фонтана на площади возле студенческих общежитий после школы?

— Это нормально, но… О, это связано с расследованием насчёт Валлен-сан?

— Ну да, отчасти…

Пока я говорил, в моём сознании всплыл образ: комната, далёкая по беспорядку от нашего особняка до прихода Файн, заваленная книгами и пустыми пузырьками с зельями, и силуэт блестящей, но эксцентричной девушки, прилежно проводящей свои исследования.

— Для начала я подумал попросить гениальную дочь из семьи Энфорсеров изучить то, что произошло с твоей магией вчера.

Сараса Энфорсер — девушка, известная как один из ведущих экспертов по магии в этой стране, а, возможно, и в мире. Она также была тем, кого я предпочёл бы избегать, если только это не было абсолютно необходимо. Но попросить её исследовать проблему Файн было моим первым шагом.

---

— Вау, это…

— Больше чем впечатляюще — это просто подавляюще…

Сараса Энфорсер. Я узнал после того теракта, что она вундеркинд, предложивший множество магических теорий. Хотя её идеи иногда вызывают споры, учёные во всём мире единогласно называют её гением. Однако её образ жизни в академии — в частности, её полное пренереджествие к порядку — был проблемой. Несмотря на неоднократные предупреждения преподавателей, она никогда не слушает. Исключить её, учёного с мировой известностью, означало бы подорвать репутацию академии. Однако позволить ей продолжать бесконтрольно рисковало жалобами от других студентов и их слуг. Оказавшись в этой дилемме, академия приняла радикальные меры: её переселили в комнату в общежитии на краю здания и предоставили ей эксклюзивное пользование соседним бывшим убежищем, превращённым в склад.

Когда мы посещали её комнату перед летними каникулами по одному делу, она ещё была хоть как-то пригодна для жизни. Но сейчас, после каникул, её комната со стороны общежития — или, скорее, её дверь — находилась в таком состоянии, что казалось, вот-вот лопнет от внутреннего давления. Было чудом, что окружающие стены не треснули.

Если бы мы неосторожно открыли эту дверь, лавина гримуаров и зелий, вероятно, похоронила бы нас.

К несчастью, в этом общежитии — да и в этом мире — не было домофона, так что мы не могли даже попросить Саразу-сан, предположительно находившуюся внутри, открыть дверь. Я был в растерянности, когда её голос внезапно прозвучал из ниоткуда.

— О, это вы двое! Идеальное время. Заходите же!

Она что, следит за внешним миром? Я огляделся, но не увидел магических устройств.

— Посмотрите над дверью, — прозвучала инструкция.

Файн и я посмотрели на ненадёжную дверную коробку. Там была вставлена светящаяся красным камнем, внутри которого чёрный, похожий на глаз туман следил за нашими движениями.

— …Ты говоришь «заходите», но эта дверь выглядит так, будто вот-вот обрушит на нас поток вещей, — сказал я, отводя взгляд от тревожащего зрелища и сомневаясь, можем ли мы безопасно войти.

— Никаких проблем вообще! Поторопитесь и заходите. Вы пришли ко мне, значит, столкнулись с чем-то интересным, верно? Рассказывайте всё! — уверенно заявила Сараса-сан, её волнение едва сдерживалось, пока она торопила нас войти.

«Если случится лавина, я прикрою Файн, отброшу всё магией и разберусь с ущербом потом…»

Собрав волю в кулак, я велел Файн держаться позади меня, осторожно ухватился за дверную ручку и открыл дверь.

— …Хм?

Никакой лавины не последовало. Вместо этого отполированный коридор вёл в гостиную, где стояла Сараса-сан, её волосы по-прежнему растрёпанные, а форма мятая до неузнаваемости.

Куда же подевались все те вещи, что давили на дверь? Подняв взгляд, я увидел сеть магической энергии, прижимающую к потолку груду гримуаров, пустых пузырьков и загадочных инструментов.

— Ну же, быстрее в гостиную. Это заклинание долго не продержится, и вам не захочется быть раздавленными, — с ухмылкой сказала Сараса-сан, тяжело дыша.

— Понял! Просто удерживай это заклинание, пока мы внутри, пожалуйста! — ответил я, и мы бросились в гостиную. Почти одновременно раздался щелчок, и куча рухнула на пол коридора.

Почему вход в простую комнату общежития ощущался как преодоление ловушки в подземелье?

«Было слишком близко… Но всё же…»

Гостиная была свалкой, где едва хватало места, чтобы двум взрослым лечь. И всё же, странным образом, не было ни запаха, ни признаков вредителей, что только усиливало сюрреалистичную атмосферу.

Мы уселись вокруг маленького круглого стола в центре. Сараса-сан порылась в куче хлама.

— Путь на кухню перекрыт, так что чая не будет. У меня есть зелья выносливости, если хотите.

— Нет, спасибо… — сказал я.

— Я тоже откажусь… — добавила Файн.

— Хмф, ваша потеря. Они довольно эффективны, — сказала Сараса-сан, забросив сомнительное, ярко окрашенное «зелье выносливости» обратно в кучу. Затем она убрала со стола стопку бумаг — вероятно, исследовательских заметок — и чудесным образом достала нетронутую тетрадь и ручку.

— Итак! Какой опыт или открытие привело вас сюда? Я слышала, вы столкнулись с магической конструкцией — каковы были её свойства? — Сараса-сан наклонилась так близко, что её возбуждённое дыхание касалось наших лиц, её глаза сверкали рвением. Она закашлялась от напряжения.

— На самом деле, мы за консультацией, — сказал я.

— Консультацией? — с интересом спросила она.

— Да, нечто странное произошло с магией Файн…

— О? — Взгляд Саразы-сан переключился на Файн, которая вздрогнула, но слегка кивнула.

— Д-Да. Я пыталась исцелить чьи-то раны, но не только не получилось, я сама получила ожоговые следы на руке.

— Хм, значит, [Святая магия] Файн-сан не смогла исцелить и вместо этого причинила ей вред? — Сараса-сан что-то записала в тетрадь, затем повернулась ко мне. — Человек с ранами был из особой родословной?

— Нет, просто дворянин и студент академии. Больше ничего примечательного, думаю.

В игре у Агнес были исключительные навыки расследования, но этот мир, хотя и вдохновлённый игрой, был настолько же реальным. Всё, что я мог предложить, — это её имя, внешность и текущая ситуация.

— Дворянин, чьи раны не были исцелены этой магией, и Файн-сан получила загадочные ожоги… — Сараса-сан писала яростно, вычёркивая неподходящие идеи и обдумывая другие.

Мне было нечего сказать, учитывая моё собственное беспорядочное прошлое до жизни с Файн, но я не хотел задерживаться в этой захламлённой комнате. Плюс Файн явно чесались руки прибраться здесь, что было немного тревожно. Я молча молился о быстром заключении.

— Вы знаете ранг этой дворянки? — внезапно спросила Сараса-сан.

Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что вопрос адресован мне.

— Я не знаю точного ранга, но на ней была форма с рукавами, так что, наверное, высший.

— Хм, тогда это должно быть вот это. — Сараса-сан обвела слово в своей тетради и положила её на стол.

Слово было… «Демон»?

— Как вы, возможно, знаете, Эш-кун, во время Войны с Королём Демонов запечатанные демоны были рассеяны после конфликта. Некоторые попали в руки дворян, особенно графского ранга и выше. Они использовали ритуалы вызова, чтобы устранять соперников и укреплять свой статус. Причина травмы Файн-кун, вероятно, связана с демоном, — объяснила Сараса-сан.

Мне это было знакомо по побочному событию в «Кицуюру», где был изображён подобный ритуал. Но Агнес, простой персонаж «лучшей подруги», связана с демоном? И если бы она могла контролировать его, почему бы тогда она пассивно терпела травлю?

— Эм, правда ли, что дворяне используют демонов? — неуверенно спросила Файн.

— Да, помнишь парня, который напал на церковь в деревне Кагато? Его называли «Пользователем демонов»… — начал я, вплетая игровой лор, чтобы дать Файн упрощённое объяснение о дворянах и демонах.

— Но если демон вызвал те раны, рядом же никого больше не было…

— Некоторые демоны не материализуются, существуя только в ментальном пространстве призывателя. Они всё же могут влиять на физический мир, — сказала Сараса-сан, добавляя к своим записям. — Такие демоны также могут влиять на разум тех, кто рядом. Вы двое могли быть бессознательно подвержены влиянию. Демоны могут отвергать определённые типы магии. Магия Файн-кун должна быть несовместима с демоном, паразитирующим на той студентке, так что он захватил ваши умы, сделал магию Файн-кун агрессивной и перенаправил её, чтобы причинить ей вред.

Действительно, в побочных событиях «Кицуюру» были персонажи, одержимые демонами. Но я не припоминал никаких изображений, связывающих Агнес с ними. И что более важно…

— Если демон может делать такое, разве он не мог просто убить Файн?

— Вот что меня озадачивает, — призналась Сараса-сан. — Почти наверняка замешан могущественный демон, тот, что вырвался из печати. И всё же его сопротивление было удивительно слабым. Я не могу разрешить это противоречие.

Пока мы спорили, Файн вмешалась:

— Эм!

— Можно ли изгнать того демона? — спросила она.

— Это возможно, но демон, паразитирующий в разуме, требует удерживать носителя в течение долгого времени. Плюс ментальное вмешательство может нарушить экзорцизм, делая его довольно трудным, — ответила Сараса-сан.

Я вспомнил, что в игре одержимые персонажи освобождались после поражения носителя, вынуждая демона появиться, а затем Файн стирала его [Святой магией]. Но мы не могли сделать что-то настолько экстремальное с Агнес.

— Погоди, возможно, есть способ, — внезапно сказала Сараса-сан, снова копаясь в куче хлама. Она вытащила лист бумаги, покрытый сложными, многослойными магическими кругами.

— Что это? — спросил я.

— Хех, это моё потрясающее мир изобретение, рождённое из моей новой магической теории: [Ритуал Совместного Пребывания в Мире Снов]!