Глава 9.0

После того, как лечение Клариссы было завершено, в Шеридане состоялся банкет. Это было мероприятие, где можно было утешить души тех, кто не смог вернуться с войны, и отпраздновать возвращение воинов. В течение трех дней банкета в особняке герцога, до комнаты Клариссы и до далекой деревни, доносился шум.

Но в красивой комнате Клариссы все было немного по-другому. Никто из слуг не рассказал Клариссе о банкете.

— Возможно, он заботится обо мне, — зевнув, сказала Кларисса и легла на кровать. — Это банкет в честь поражения королевства Грезекайя, а я была его принцессой. Кроме того, я заключенная, которой запрещено шуметь.

Вот почему никто не должен говорить о банкете в присутствии Клариссы. Она была очень благодарна людям, которые заботились о ее сердце, которое в лучшем случае было грешным.

И все же мне немного любопытно.

Кларисса повернулась и поцеловала камешки.

— Я никогда раньше не была на банкете.

Хоть Кларисса и была принцессой, к ней относились как к несуществующему лицу. В отличие от ее брата, которого всегда приглашали на банкеты и чаепития, ее никогда официально не приглашали ни на одну вечеринку. Вероятно, так и будет в будущем. Потому что вряд ли будет бал, куда пригласят пленницу в качестве гостя.

— Кью? (Хочешь, я станцую для тебя?)

Глаза Клариссы, цвета тыквы, расширились, когда Малланг коротко похлопал ее по плечу.

— Хм?

— Кью. (Ну, разбей меня, если тебе это не нравится.)

— Нет, нет! Мне понравилась твоя идея! Пожалуйста, потанцуй со мной, принц Малланг!

— Кью? (Кто это принц?)

Кларисса вскочила с кровати, схватила Малланга обеими руками, высоко подняла его и широко распахнула ставни окна. Вместе с белым лунным светом, приятные звуки бала, доносившиеся издалека, слабым эхом долетали до ее комнаты.

Девочка закружилась по пустой комнате с маленьким големом

Она никогда не училась танцевать, но ее кружащийся шаг замедлялся и немного ускорялся, в зависимости от звуков, которые она слышала снаружи.

Кларисса сразу же почувствовала себя счастливой. Так же сильно, как она отчаянно кружилась по комнате.

— Кью-кью! (У меня кружится голова!)

К тому времени, когда Малланг начал кричать, у Клариссы сильно закружилась голова, и она упала на покрытый ковром пол. Малланг рассыпался галькой, а Кларисса перебирала мягкий ворс, лежа на полу. Было так приятно чувствовать, как грудная клетка приятно поднимается и опускается от её тяжелого дыхания. 

Кларисса закрыла глаза, не двигаясь. Она чувствовала, как ей снится хороший сон.

* * *

У Максимилиана каждый вечер был своя рутина. Это было для того, чтобы получить отчет о прошедшем дне от Розали. Он записывал приемы пищи, ее сон и взволнованные разговоры с Розали по датам, словно в ежедневнике. Поскольку это было необходимое дело, он пометил бумаги, фиксирующие это расписание, как «действительно важные».

Конечно, это был не конец.

Кларисса была действительно важным человеком, раз он доверил её Розали.

Разве она не ребенок, который может стать законным представителем для восстановления разрушенного королевства? Её символом надежды. Поэтому ему было необходимо самому разобраться в ситуации. Максимилиан вышел из своего кабинета и направился в комнату Клариссы.

Перебирая длинными ногами, он шел по темному коридору но в какой-то момент его шаг немного замедлился. По совпадению, он замедлился рядом с комнатой герцогини.

Та вещь… Я не сообщил семье графа напрямую… Должен ли я говорить?

Остановившись, он начал размышлять.

Пожалуйста, я умоляю вас.

Затем сразу же вспомнились умоляющий взгляд, и Максимилиан неосознанно схватился за каменный выступ в ближайшей стене.

Что-то было не так с его сердцем, хотя он был уверен, что со здоровьем у него проблем нет...

— Герцог? Вы в порядке? — спросил рыцарь Бенсон, подойдя к нему. 

Он был из простолюдином в Шеридане, но занял положение рыцаря только благодаря своему превосходному владению мечом. Максимилиан медленно кивнул.

— Все хорошо. Более того, что-нибудь случилось?

— Это...  — Бенсон на мгновение заколебался, прежде чем осторожно ответить. — Я собирался проверить там, потому что мне кажется, я услышал какой-то звук.

— Звук?

Он посмотрел в направлении, указанном Бенсоном, и перевел взгляд на комнату Клариссы. Герцог поспешно постучал. Ответа не последовало, но дверь слегка задрожала. Когда он открыл дверь, прохладный ветерок растрепал его волосы.

Значит, Кларисса заснула с открытым окном, и дверь затряслась от сквозняка.

— Шум банкета, должно быть, был слишком громким… О? — Максимилиан нашел Клариссу спящей на полу и поспешил к ней. — О боже.

Лицо ребенка было холодным. Он поспешно уложил Клариссу под одеяло с перьями феникса и осмотрел ее состояние со стороны.

— Почему ты спишь на полу...?

— Я думаю, она играла с камнем, — рыцарь, который знал, что Кларисса дружит с камнями, поднял гальки, упавшие на пол, и положил рядом с Клариссой. — Я тоже был таким, когда был ребенком. Было время, когда я заснул во время игры, в то же время что и сейчас. Было очень холодно.

Герцог взглянул на его лицо.

— Ахаха, сейчас я в порядке. Потому что все это случилось, когда я был маленьким. В любом случае, поскольку ребенок живет в комнате уже несколько дней, наверное, ей стало скучно.

— Я думал, она все еще уставшая...

— Дети отличаются от взрослых. Если она поспит день, то быстро восстановит свои силы и начнет бродить в поисках следующей игрушки.

— Игры… Они обязательны? — Максимилиан коснулся лба Клариссы. Должно быть, прошло совсем немного времени с тех пор, как она заснула на холоде, и не было никаких признаков повышения температуры и быстро вернулась к нормальной.  — Пока проблем нет... Отныне обращайся с ней как с пленницей, но будь осторожен и не нанеси ей ни единой царапины.

Услышав его предупреждение, рыцарь быстро насторожился.

— Да.

* * *

Даже после этого Кларисса сдержала свое обещание герцогу. А это означало, что в комнате должно быть тихо. 

Когда она шла в ванную, то тихонько поднимала руку в коридоре, ждала, пока кто-нибудь пройдет мимо, и спрашивала разрешения. Никогда не жаловалась на ежедневное мытье и всегда следила за чистотой между пальцами ног. Всегда ела все блюда, приготовленные шеф-поваром, со сбалансированным питанием.

Несмотря на правильное поведение Клариссы, Максимилиан, казалось, беспокоился о ней.

— Меховая одежда опаздывает, — сидя в своем кабинете, он бормотал себе под нос, глядя на бумаги. Его тон не был особенно эмоциональным, но Квентин мог сказать, что Максимилиан был очень взволнован.

— Разве я не говорил вам раньше, что изготовление меховой одежды требует много времени?

— А не поэтому ли я напрямую предоставил заранее обработанный мех?

— Не торопитесь. Швеи по всей деревне заняты пошивом милой тюремной формы. Конечно, вы же не прикажете мне привезти швею из соседней деревни по высокой цене, верно?

— Я понимаю.

— Вот это уже здравый смысл...

— Мы можем привезти швею из соседней деревни, — воцарилось молчание, но герцог продолжил. — Неважно сколько это будет стоит.

Квентин медленно протер очки. Ему стало интересно, а что не так с этим герцогом. Неважно, насколько ценен заключенный, он правда собирается все усложнить до такой степени, только потому, что зимняя одежда для ребенка немного задерживается?

— Герцог.

— Это срочное дело. Доставка тюремной формы задерживается даже после того, как пленница уже прибыла.

— Извините, но это просто моя мысль, — Квентин посмотрел в глаза Максимилиану и заговорил осторожно. — Но, в  любом случае, ребенок… Остается безвылазно в комнате. 

Конечно, в этом заявлении опущен вопрос:  «Понадобится ли ей меховая одежда так скоро?»

— Именно поэтому нужно сшить меховую одежду как можно быстрее.

— Да?!

— Я отправлю ее на улицу.

— В такую суровую зиму?!

Квентин указал пальцем на пейзаж за окном. За замком упирались горы чистого белого снега, который прилипал к стеклу. Он не мог поверить, что ее выведут в такое холодное место! Дети герцогства привыкли к холоду с детства, так что это нормально, но разве Кларисса не другая? Несмотря на то, что она была заключенной, это был ужасный поступок.

— Да, —  однако герцог кивнул головой, не испытывая ни малейшего раскаяния. — Ей нужно тратить свою энергию. В книгах говорится, что правильные занятия на свежем воздухе являются секретом долголетия. Это также помогает людям расти.

Квентин широко раскрыл рот, не найдя слов.

Какое долголетие!? Грубо говоря, смерть в возрасте восемнадцати лет следует назвать недолговечной.  Для ребенка, который умрет, когда вырастет, помогать расти — это ужасно!

— Ради здоровья Клариссы мы выведем ее на улицу.

— Герцог действительно такой жестокий...

Несмотря на погоду, Кветин, считавший себя демоном, который ни разу не истекал кровью и не плакал, привез швей из соседней деревни на санях.

* * *

Тюремная форма была готова.

Когда белый мех покрыл все тело, Кларисса стала похожа на зимнего кролика. 

— Тепло, — Кларисса надела перчатки и даже ботинки, и посмотрела на это сверху вниз.

Максимилиан отступил на шаг, убедившись, что холодный ветер не будет продувать под ее одежду. Высокий мужчина и крошечный ребенок теперь стояли лицом друг к другу.

— Спасибо, что сшили мне красивую тюремную форму, герцог.

— Да… Теперь, с этого момента ты можешь заниматься активным отдыхом на свежем воздухе.

— Я? Активным отдыхом на свежем воздухе?

Герцог кивнул головой.

— Каждый заключенный должен проводить определенное количество времени на улице, чтобы улучшить свое психическое и физическое здоровье.

— Ах, — Кларисса немедленно опустила голову. Она была смущена своими самодовольными мыслями, которые у нее возникли. Она думала, что все, что ей нужно было сделать, так это тихо сидеть в своей комнате. — Мне жаль. Отныне я буду каждый день заниматься спортом на свежем воздухе, чтобы укрепить свое тело.

— Хорошо.

— Но... — Кларисса неловко сжала руку в перчатке и осторожно задала вопрос. — Чем именно я должна заниматься на свежем воздухе?