Глава 6.0

Кларисса быстро убедилась, что Бесси не очень приятный человек. В старой комнате под крышей, куда она зашла после того, как умылась, Кларисса указала на ее ошибку.

— Ты солгала. Ты сказала, что я могу поздороваться с герцогиней после того, как вымоюсь.

— Слишком шумно! Грешники не могут разговаривать без разрешения!

— Но...

— Кроме того, разве ты не поняла, что герцогиня не захотела бы разговаривать с такой пленницей как ты?

Кларисса промолчала.

— Но если ты скажешь мне, была ли там женщина, может быть, она почувствует к тебе немного жалости, — Бесси постучала кончиком пальца по голове Клариссы. — Подумай об этом сейчас. Тебе хочется ответить?

Кларисса стояла, плотно сжав губы. Бесси взяла единственную свечу в комнате и вышла. Дверь с грохотом захлопнулась, оставив узкий чердак в темноте, за которой последовал звук запирающейся задвижки. Кларисса подбежала к тому месту, где исчезла последняя полоска света, и постучала в дверь.

— Здесь темно!

Несмотря первоначальное недоумение, тон, услышанный за закрытой дверью, был холодным.

— Разве это не идеальная среда для размышлений?

После этого, сколько бы Кларисса ни кричала за запертой дверью, ответа не последовало.

***

Жена Максимилиана, герцогиня Шеридан, Асела Шеридан, была хрупкой женщиной, которая могла бы увянуть на зимнем ветру. Ее красивые серебристые волосы и грациозные манеры, подобающие Шеридану, так называемому зимнему замку, соответствовали титулу «герцогиня». Но это только то, как это выглядит со стороны. Когда герцогиня вернулась в свою комнату, она была просто молодой девушкой, очень встревоженной.

Она со страхом в глазах наблюдала за Бесси, которая все еще топала и наводила порядок в своей комнате. Бесси была последовательницей родителей герцогини, когда выходила замуж. Обычно невесты берут с собой горничную, которая может обеспечить им комфорт, но в ее случае все было немного по-другому.

Бесси была словно сторожевая собака.

Она обычно записывала каждое действие герцогини и сообщала об этом в дом своей семьи по отцовской линии. С тех пор как она оставила свою смелость в доме отцовской семьи, она не могла сказать ни слова против.

— Бесси.

Но сегодня, набравшись смелости, она осторожно позвала Бесси.

— Что?

— Я слышала, что есть… ребенок. Девочка, о которой я должна заботиться.

— Ха, позаботиться об «этом»? О ком? Не будьте смешной. Если у мадам есть время заботиться о ребенке, которого вы не знаете, то подумайте о том, чтобы завести собственного ребенка!

Герцогиня поджала губы при слове ‘ребенок’. Ее ‘родители’, семья Даррингтон, с тревогой ожидали известия о «беременности».

— Как только вы родите ребенка, графиня Даррингтон отпустит меня домой! Как долго мне придется оставаться в этом холодном месте?

— Я... я сожалею об этом.

По своей привычке герцогиня принесла ей извинения. Хотя она знала, что правда была в том, что ей не за что извиняться.

— Если бы вы знали...

Ее горничная держала руки у нее на талии, когда снимала платье.

— Как только герцог вернется, сразу же забеременейте! Как долго вы будете вести себя как деревянная скала, пока герцог уезжает на север, даже не взглянув на вас, свою жену?

— Кстати, маленькая девочка, которую привел герцог...

— Ах, это не ваше дело! Вас сейчас это волнует? Вы не против, что герцог даже не спит с вами?

Щеки герцогини покраснели от ее откровенного замечания. Несмотря на то, что они были женаты уже три года, пара так и не консумировала брак. Максимилиан, заботясь о чести своей жены, время от времени приходил в ее комнату. Но он ничего не делал, кроме того, что читал книги, и, казалось, не хотел делить с ней время и постель.

Конечно, единственной, кто знал об этом в поместье герцога, была Бесси, которая убирала спальню герцогини.

— ..Нет, все не в порядке.

— Тогда примерьте свою новую одежду. Состройте милое личико.

Герцогиня опустила голову. Хорошо, что его не было в особняке последние полгода из-за войны, так что она не слышала таких плохих слов.

‘Ещё… Я почувствовала некоторое облегчение от того, что герцог вернулся не сразу. Мне жаль, но....’

Но он вернется сюда через три дня, и ее недолгой свободе придет конец. В любом случае это не продлится долго, но она уже была готова столкнуться с острой ситуацией.

— Я... я понимаю. Я сделаю все, что в моих силах, так что пока обращайся с ребенком хорошо.

— Я позабочусь об этом, так что забудьте... Если кто-нибудь увидит это, то подумают, что вы настоящая аристократка...

На мгновение герцогиня испугалась и быстро схватила ее за руку.

— Н-не говори этого!

— Фу, ладно, — Бесси оттолкнула ее руку и нахмурилась, глядя на герцогиню. — Если присмотреться, то вы притворяетесь милой, но вы первая, кто пытается обмануть герцога.

И она, громко топая, вышла из своей комнаты и столкнулась с другими рыцарями, когда те разговаривали в коридоре.

Асела, которую она оставила одну, нет — Бриэль, лгунья, которой пришлось притворяться ею, — тихо вздохнула. Сколько бы она ни думала об этом, она не могла поверить в то, что Бесси хорошо заботилась о маленьком ребенке.

***

Кларисса сидела на корточках у двери и заснула, а через некоторое время приоткрыла глаза. Вероятно, она проспала меньше часа, но когда проснулась, ее комната, которая раньше была пустой, полностью преобразилась.

Во-первых, теперь тут был свет в виде очень яркой лампы. Кроме того, она была завернута в теплое одеяло прежде, чем осознала это. И самое лучшее...

Тут были хлеб и суп. И это было еще не все. Стояли также джем, масло и шоколад. А рядом с этим есть даже сборник рассказов, который выглядел интересно!

— Это!

Кларисса положила руку на пол. Она несколько раз погладила холодный камень, повертела в руках несколько камней и подняла голову, как будто через некоторое время что-то поняла.

— Герцогиня... тайно пришла и принесла это мне? Это правда?

Каким-то невероятным образом Кларисса повторила один и тот же вопрос несколько раз.

— Я... я думала, что она очень страшный человек

Чувствуя себя немного странно, Кларисса отрезала маленький кусочек хлеба и положила его в рот. Вкусный, теплый белый хлеб, который мягко растекся по языку.

— Я не могу поверить, что она отдала это заключенной, хотя ее называли холодной… Каким человеком была герцогиня?

Кларисса снова представила ее образ в своей голове. Возможно, она отличается от "королевы", о которой думала Кларисса.

— Может быть, она мягкая и нежная, как хлеб?

Или теплая, как суп.

Или, может быть, она сладкая, как джем.

— Или как это одеяло… было бы здорово, если бы она была теплым человеком.

Наевшись, Кларисса заснула глубоким сном, рисуя образ герцогини в голове.

***

На следующее утро Бесси с торжествующим видом направилась в комнату под крышей. Проведя ночь в холодном и темном месте, она полагала, что к этому времени девочка придет в себя и станет послушной. На самом деле, горничная также осознавала, что была жестока по отношению к ребенку.

Но с тех пор, как ее отправили в это место, где она чуть не замерзла насмерть, и годами не могла вернуться в свой родной город, все, что осталось в ее сознании — это раздражение. У нее даже не было кого-то, с кем она могла бы свободно выражать свои эмоции, поэтому она всегда ворчала на Бриэль.

— Вы правда собираетесь растить ребенка в особняке?

Бесси была по-настоящему поражена рассказами рыцарей, которые говорили: «Герцог сказал, что будет растить юную принцессу разрушенной страны в особняке, пока ей не исполнится восемнадцать».

— Почему он приехала сюда с такой ношей, когда мог просто убить ее....

Даже если нет, герцог — это холодный мужчина, который отказывается спать с герцогиней. И ситуация становилась еще более отчаянной, когда по дому бродит ребенок.

— Я должна держать ее подальше. Там, где герцог не сможет этого видеть.

Никто не будет винить ее за то, что она так с ней обращается, потому что она все равно грешница.

— К тому же, я оказала ей большую услугу, не отправив в грязную, кишащую червями темницу.

Но маленькая девочка этого не знает и не говорит ей, была ли на там женщина, убежденная тем, что она отплачивает герцогу за благосклонность.

— С этого момента я должна быть уверена, что она знает, кто её хозяин.

Она взяла щетку с ручкой, которую увидела поблизости. Если она возьмет в руки что-нибудь вроде палки, ребенку не придет в голову безрассудно бунтовать.

Бесси отперла замок и распахнула дверь.

— Что это?

Ребенок, как думала Бесси, будет расстроен, уютно спал под теплым одеялом. При чем спала так крепко, что не проснулась, даже когда хлопнула дверь.

— Черт возьми, сумасшедшая девчонка! Где ты это взяла?!

Когда она закричала, девочка едва заметно приоткрыла глаза.

— Ты тайком вышла и украла это... Ты заснула… о боже, ты даже принесла еду?!

— Ах...

Кларисса все еще была в полусне, когда вошла горничная, так что она могла только смотреть на нее с ничего не выражающим лицом. К тому же, это было ещё по той причине, что усталость, накопившаяся после долгой поездки, не прошла.

— Ты даже украла лампу с маслом!

Бесси ворвалась в комнату, сорвала одеяло, под которым укрылась Кларисса, и сбросила на пол. Затем она заметила маленький мешочек, который девочка держала под одеялом.

— Что еще ты украла?

— Я не-

Кларисса попыталась вернуть свой мешочек, но Бесси быстро выхватила, подкидывая в воздухе.

— В-верни это! — взмолилась Кларисса, протягивая к нему руки.

— Похоже, ты принесла какие-то драгоценности…что? Это камни.

— Это мои друзья ! Пожалуйста, верни мне обратно!

— Хм... друзья? Ты заставляешь меня смеяться.

Бесси открыла окно и деревянные ставни и выбросила камешки Клариссы.

— Ах...

Поскольку Кларисса безучастно смотрела на это, она ответила, пожав плечами.

— Ты будешь наказана за воровство.

— Я ничего не сделала....

— Тебя будут бить, пока ты не умрешь.

Услышав пугающие слова, Кларисса не смогла ответить и только затаила дыхание. Горничная улыбнулась, думая, что ребенок наконец-то стал послушным.

— Ты хочешь жить?

— ...Я хочу жить.

— Ты знаешь, что делать, не так ли?

Кларисса держала рот на замке.

— Смотрю на то, как ты пытаешься вот так молчать… Похоже, там действительно была женщина, верно? Герцог заставил тебя заткнуться? Ха, я схожу с ума.

Бесси коснулась своего лба и глубоко вздохнула. Кларисса, которая только смотрела на это, подняла на нее взгляд, сжав руки в кулаки.

— Я должна отвечать, чтобы выжить?

— Я же тебе говорила. Ты глупая? Сколько раз ты заставляешь меня это повторять?!

— Тогда, — Кларисса посмотрела за спину спине горничной с очень извиняющимся выражением лица. — Могу ли я ответить на этот вопрос, герцог?

Вздрогнув, Бесси оглянулась.