Глава седьмая: В конечном счете беда приходит с совершенно неожиданной стороны (1)

Среда. Городские улицы в час, когда стрелки часов уже давно перешагнули за полночь. Обычно в сие время мы уже готовимся к завершению дел, однако сегодня наш патруль только начинается.

После нескольких вылазок, не принесших ни единой встречи с кем-то подозрительным, во время нашего последнего обсуждения рождается мысль: «А что, если подобные личности встречаются именно в глубокой ночи, когда окрестные лавочки закрываются и всё вокруг погружается в безмолвие?». Посему решаем проверить данную догадку на практике.

Что ж, студенты, разгуливающие в столь поздний час в будний день, в девяти случаях из десяти явно имеют на то веские причины. Мы и сами, по правде говоря, находимся в положении, когда нас запросто могут задержать за нарушение комендантского часа для несовершеннолетних, но, как говорится, не зайдёшь в логово тигра — не поймаешь тигрёнка. Существует мир, в котором невозможно помочь, если сковывать себя одними лишь красивыми словами и правилами. Вспоминая слова Аяки о том, что именно мы способны на нечто особенное, решаю двигаться вперёд с верой в наше дело.

— Так, обстановка сегодня непривычная, но давай и в этот раз проведём патрулирование с полной отдачей!

— ... Ха-а.

— Эй-эй, ну что за упаднический настрой? Ты чего? Неужели спать захотелось?

— Вовсе нет. Напротив, ты выглядишь на удивление бодрым, что не может не радовать. Ну конечно, ты ж парень, чего с тебя взять: стоило завести знакомство с милашкой, так сразу закинулся дофаминчиком и принялся возросшим ЧСВ и настроением вывалить тестикулы направо и налево, а?

— Ты это вообще к чему? И какая еще милашка... а-а-а, ты сейчас, часом, не про Амон толкуешь?

— ... А про кого же ещё, по-твоему? — бросает на меня холодный, колючий взгляд, словно подтверждая свои слова.

Прошло два дня с тех пор, как нас поставили в пару на уроках по исследовательской деятельности. С того самого дня мы с Амон стали обмениваться приветствиями. Кажется, она действительно начала читать мангу, которую ей посоветовал; когда поблагодарила меня за рекомендацию, сказав: «Спасибо, это очень интересно», едва сдерживлся, чтобы не расплыться в глупой улыбке от нахлынувшего восторга. Не будет преувеличением сказать, что в моей школьной жизни наметились великие перемены. Всё-таки в жизни главное — сохранять позитивный настрой!

— Сразу предупреждаю: учитывая, что у нас с тобой свои отношения, никаких свиданий с Амон быть не должно. Если парень, живущий в одной квартире с одноклассницей, начнёт встречаться с другой девушкой из того класса, это неизбежно обернётся головной болью, ничего хорошего из данной затеи не выйдет. — она выпячивает губы с крайне недовольным видом и, прижав руки к груди, подаётся вперёд, выражая свой протест.

— Погоди-ка. Тебя что-то совсем не в ту степь понесло. С чего вдруг речь зашла о свиданиях и всём прочем?

— ... Хватит уже прикидываться. Она ведь тебе нравится, Амон та?

— ... Чего? Я хоть словом разок об это обмолвился?

— Нет нужды, все по твоей довольной харе видно. К тому же, все последние дни только и разговоров за ужином было, что о том, как тебе удалось с ней поболтать.

— А... ну если смотреть ситуацию под таким углом, понятно, отчего так порешила...

Обычно, когда мы ужинаем с Аякой, беседа крутится вокруг событий прошедшего дня. Я делаю это оттого, что считаю такие моменты воплощением семейного уюта, о котором так мечтала вечно одинокая сводная сестра. Если вдуматься, в последнее время и впрямь только и твердил, что об Амон. Ну а как иначе? Когда чувствуешь, что наконец-то пробил брешь в стене на пути к своему идеалу юности, радость переполняет сердце сама собой.

— Тебе ведь как раз нравятся тихие, скромные и благовоспитанные девушки, Минаки? Бесполезно отпираться. Слышала слухи, будто тебя и Хирано интересовала. — она хмурит брови, изгибая их домиком, и недовольно сверлит меня взглядом.

«Чёрт бы побрал Такеяму.»

— Ну-у-у... просто сказал первое, что пришло в голову, чтобы не портить атмосферу в компании. Сама посуди, Сакурамия — самая популярная девушка в классе, такой ответ ни у кого не вызвал бы подозрений. Это вовсе не значит, что она мне по-настоящему нравится.

— Ой, неужели правда? А на меня ты и смотреть не хочешь. Если твой типаж — скромница с чёрными волосами, то всё сразу встаёт на свои места. — Аяка обиженно дует щеки.

— Ох... Даже не знаю, с чего начать оправдываться. И вообще, называть Амон «скромницей»... — чуувствую, как начинает побаливать голова, и прижимаю ладонь ко лбу.

«Разумеется, под скромностью парни обычно подразумевают невинность и отсутствие опыта в общении с противоположным полом. Если судить с этой точки зрения, то, при всей неловкости ситуации, Амон в каком-то смысле и впрямь является истинным воплощением чистоты.»

— Видимо, возникло какое-то странное недопонимание, поэтому скажу на всякий случай: это не значит, что совсем не воспринимаю тебя как девушку.

— А? Неужели?

— Это же очевидно. Живя под одной крышей с стройной красавицей, как ты, невозможно оставаться совершенно равнодушным. Тебе, может кажется, что вида не подаю, но не представляешь скольких усилий стоит поддерживание образа благопристойного старшего брата. Все, фу, закроем на этом тему, даже не пытайся большего выудить.

— Ф-фу-ух. Вот оно как... Слушай, а тебе не кажется, что здесь ужасно жарко? — с растерянным видом Аяка начинает нарочито обмахиваться воротником одежды. — Да, определённо жарко. Короче, в горле пересохло, пойду куплю чего-нибудь попить в круглосуточном.

— Эй, постой...

Так и не решаясь встретиться со мной взглядом, девушка с густо покрасневшими щеками выпаливает слова скороговоркой и быстрыми шагами направляется к попавшемуся на глаза магазину.

А ведь когда раньше ходили в супермаркет, вдохновенно доказывала, что «в комбини всё стоит втридорога, поэтому их нужно избегать, особенно это касается напитков, ведь в супермаркете за ту же цену можно взять две бутылки». И теперь прибегает к столь очевидной лжи.

«Неужели ей настолько противен? Тяжело на душе.»

Ощущая болезненный укол в самом сердце, следую за ней в магазин. Из-за позднего часа внутри нет ни единого покупателя, кроме нас, а продавец, по всей видимости, отошёл от кассы, занявшись какими-то делами в зале. Войдя, почему-то обнаруживаю Аяку в отделе десертов и направляюсь прямо к ней. Совсем рядом, у стеллажей, пожилая сотрудница выкладывает товар.

— Ты вроде собиралась купить попить?

— Ну понимаешь, когда прямо перед твоим носом клеят такое, волей-неволей задумаешься. — Аяка с крайне сложным выражением лица указывает пальцем на пудинг с наклейкой о скидке.

Судя по всему, во время выкладки товара на продукты с истекающим сроком годности нанесли уценку. И сие предложение немедленно привлекло взор девицы, которая просто обожает слово «выгода». Кстати, пудинг — одно из её любимых лакомств. Хотя на первом месте у неё, кажется, стейк. Довольно неожиданно.

— Скидка в пятьдесят иен — конечно, солидно... но всё равно жаба душит отдавать триста иен за штуку. За эти деньги можно купить упаковку из трёх обычных пудингов, и ещё сдача останется... Но этот «изысканный двухслойный» выглядит так аппетитно! — приставив руку к подбородку, Аяка с предельно серьёзным лицом мучительно размышляет.

«Ну и дилемма.»

— Ладно. Раз сама в раздумьях, не думаю, если твой добрый и покладистый «старший братик» решит купить его тебе, откажешься?

— Ой, правда-правда купишь?! — она оборачивается, и её лицо мгновенно озаряется радостью, словно небо после грозы.

— Ха-ха-ха! Знаешь, Аяка, несмотря на твои порой совсем взрослые взгляды, в такие моменты реагируешь совершенно по-детски.

— ... Минаки, иногда относишься ко мне как к маленькой, хотя мы ровесники.

— Неужели?

— Именно. И учти, в академии Суйрэн меня все уважают как опытную и взрослую девушку...

— Ой, а вы что, студенты из Суйрэн?

— А?

Пожилая сотрудница, работавшая неподалёку, внезапно вступает в разговор.

— Ну, э-э...

Застигнутый врасплох, запинаюсь.

Стрелки часов давно миновали десять вечера. Если она обратилась к нам, зная, что мы школьники, значит, сейчас пойдёт речь о том, что в такое время нам не пристало разгуливать по улицам? Меньше всего мне хочется навлечь на нас неприятности и вызов полиции. Нужно как-то выкрутиться.

— Допустим, и что с того? Может, время для прогулок школьников уже и вышло, но мы ведь собираемся купить товар. Могли бы и закрыть на это глаза, разве нет? — то ли от раздражения из-за внезапности, то ли ещё по какой причине, но прежде чем успеваю что-то предпринять, Аяка вскидывает брови и выдаёт ответ, заслуживающий твердой двойки по шкале дипломатии.

— Ох, нет-нет, вы меня не так поняли! Вовсе не собиралась читать вам нотации о ночных прогулках. — женщина виновато улыбается и машет руками, стараясь сгладить неловкость. — Просто, понимаете, если вы из Суйрэн, мне бы очень хотелось, чтобы вы кое-что глянули... Прошу вас, не уделите ли старушке минутку своего времени?

— Ч-чего? Глянули?

Академия Суйрэн славится своим низким проходным баллом и обилием проблемных учеников. Просьба, адресованная именно студентам сего заведения, не предвещает ничего хорошего.

— Вот именно. Сейчас распечатаю кадр с камеры наблюдения и принесу его вам. Посмотрите, не знакомо ли вам лицо этого человека.

— Э-э. То есть вы хотите, чтобы опознали воришку?

— Не то чтобы это был вор, но мне было бы очень приятно, если бы взглянули.

«Что за странная недосказанность и таинственный тон? Любопытно. Ну, раз такое дело...»

— Хорошо, мы посмотрим.

— Спасибо, выручили.

— Только, если уж на то пошло, нельзя ли нам взглянуть на саму запись с камеры, а не просто на фото?

«Если там есть что-то, что нам стоит увидеть, лучше оценить всю картину целиком. К тому же стоит учитывать возможность того, что нам могут показать лишь вырванный из контекста фрагмент.»

— Саму запись? Ну, даже не знаю...

Женщина задумчиво прикладывает руку к подбородку, явно колеблясь.

«Что ж, пришло время идти в атаку.»

— На самом деле мы — члены дисциплинарного комитета академии Суйрэн. Недавно до нас дошли слухи, что наши ученики повадились гулять по ночам, поэтому проводим тайное патрулирование.

— О, неужели?

— Да. Так что ваше предложение пришлось как нельзя кстати. Пожалуйста, позвольте нам помочь.

— Вот оно как... Трудитесь до поздней ночи, молодцы. А эта девочка тоже из комитета?

— А что, есть закон, запрещающий блондинкам следить за порядком? — Аяка с холодным лицом выражает своё недовольство предрассудками.

«Ну почему ты вечно лезешь в бутылку?»

— Прости-прости. Просто непривычно. Раз так, то не против.

— Благодарим за содействие.

Женщина весело улыбается, жестом приглашая нас следовать за ней в подсобное помещение.

— ... Слушай, Минаки.

— Что?

— Когда же мы успели вступить в дисциплинарный комитет?

— Кто знает. Но зато теперь разговор пошёл как по маслу, разве плохо? — самодовольно усмехаюсь...

.. а подруга, кажется, даже с некоторым весельем пожимает плечами.