Глава пятая: Давайте разобьемся на пары!
Наши ночные дозоры отныне проходят раз в два или три дня. Само по себе патрулирование пока не приносит сколь-нибудь значимых плодов, однако часы, проведённые до него в модных заведениях и популярных местах для свиданий, куда меня неизменно затаскивает Аяка, считаю потраченными не зря. Видя её искреннюю, почти детскую улыбку, которую никогда не являет миру в школьных стенах, проникаюсь чувством выполненного долга. Пусть сии прогулки и бесконечно далеки от нашей основной цели, но ежели мне удаётся дать ей возможность выпустить пар и отвлечься от гнетущих школьных будней, то я, как названый брат, могу быть лишь доволен подобным положением дел.
И пока моя повседневная жизнь наполняется чувством тихой радости, на другом фронте — в школе — назревает настоящее потрясение. Случается оно в понедельник, на шестом уроке. По расписанию у нас «комплексное обучение», хотя в нынешнюю эпоху Рэйва данный предмет величают «часом изысканий». Пожалуй, возможность узнавать такие тонкости и является своего рода наградой за моё второе пришествие в старшую школу.
Суть данных занятий заключается в том, что ученики вольны сами избрать тему, будь то местная промышленность, культура или веяния моды, после чего им надлежит выявить проблему, провести исследование вместе с товарищами и представить классу итоговый отчёт. Иными словами, сей предмет априори подразумевает тесное сотрудничество и коллективный труд.
— Итак, господа ученики. — звонко хлопает в ладоши Мао-сэнсэй, озаряя кабинет своей мягкой улыбкой, прежде чем произнести сей жестокий приговор, — Пожалуйста, разбейтесь на пары по собственному желанию.
В то же мгновение по моему телу пробегает дрожь, а ладони становятся влажными от волнения — час великой битвы настал.
«Стоит отметить, что до сего момента занятия носили лишь ознакомительный характер, и вот теперь нам предстоит окунуться в настоящую работу. Ежели рассуждать с позиции взрослого человека, учителя наверняка выжидали, пока в классе сформируются хоть какие-то социальные связи, прежде чем бросать нас в горнило совместных проектов. Как бы то ни было, для меня сие — блестящая возможность наконец-то сблизиться с кем-нибудь из одноклассников. Ежели удастся проявить себя с лучшей стороны, могут представить остальной компании, и тогда моя школьная жизнь, едва не потерпевшая крах, расцветёт новыми красками. Настоящий поворотный момент. Вперёд, Минаки!»
Однако, вопреки пылким надеждам, в глубине души моей шевелится червь сомнения. Наш класс насчитывает ровно тридцать восемь человек: девятнадцать юношей и девятнадцать девушек. Следовательно, ежели все станут объединяться по половому признаку, то в конечном итоге неизбежно останутся один лишний парень и одна лишняя девушка.
Получив сигнал от Мао, одноклассники с грохотом отодвигают стулья и принимаются сновать по кабинету в поисках партнёров. В воздухе воцаряется атмосфера дружелюбного оживления, и пары формируются с поразительной быстротой. Я же, вооружившись своим немалым жизненным опытом, решаю на время занять позицию стороннего наблюдателя, ибо знаю: в группах, где обычно общаются по трое, чаще всего и оказываются те самые «лишние», которые и станут моей целью. Нужно лишь дождаться подходящего момента и выцепить того, кто останется не у дел.
Пока внимательно слежу за развитием событий, к парте Аяки внезапно подходит Фуками.
— Синохара, не желаешь ли составить мне пару?
— Чего? Мм... ну, я не против, пожалуй...
— Вот и славно, решено! — лучезарно улыбается тот, буквально навязывая свою волю сомневающейся девушке.
«Поразительно, как умудряется столь настойчиво гнуть свою линию, видя, что собеседница явно не в восторге. Искренне восхищаюсь его напористостью.»
Впрочем, он сослужил мне добрую службу: теперь и среди парней, и среди девушек осталось четное количество человек. А значит, у меня есть все шансы сойтись с кем-то из ребят и наконец-то завести друга...
— Послушай, Хосино-кун, если ты не возражаешь... не хотел бы ты стать моим партнёром?
— О, конечно, с радостью. Буду рад поработать вместе. — мгновенно отзывается Хосино, одаривая Сакураномию-сан ответной улыбкой.
Да вы что, издеваетесь?! Сакураномия, признанная мадонна нашего класса, сама проявила инициативу, отчего все юноши, втайне вздыхавшие по ней, застывают в немом изумлении. Сам же парень, будучи асом бейсбольного клуба, пользуется огромной популярностью у девушек, так что сия новость вызывает в классе бурю эмоций: кто-то восторженно улюлюкает, а кто-то из девчонок не может скрыть своего разочарования. В то же время в своём тихом уголке я тоже плачу, но совершенно по иной причине.
И вот, когда пыль улеглась...
— Ч-что же, будем работать вместе, Амон.
— ... Хорошо.
Оказавшись в рядах «остатков», я в итоге объединяюсь с единственной одинокой девушкой в классе — Амон Сидзуё. Сия особа, заплетающая волосы в косы и носящая очки с линзами толщиной с дно молочной бутылки, являет собой хрестоматийный образ прилежной ученицы, каких нечасто встретишь даже в мои времена. Насколько мне известно, Амон практически ни с кем в классе не общается.
Когда формальности с выбором партнёров улажены, наступает черёд обсуждения тем, и ученики принимаются сдвигать парты. Также приставляю свой стол к столу Сидзуё. Разумеется, наша пара — единственная разнополая, не считая двух «звёздных дуэтов» из местной элиты, отчего контраст между нами невольно привлекает всеобщее внимание.
— Гляньте-ка на этих двоих, ну просто идеальная парочка, — доносится до меня издевательский шёпот Такеямы, сопровождаемый смешками его свиты.
— Ха-ха, тише ты. А ну как услышат. — вторит ему другой, ничуть не заботясь о том, чтобы действительно говорить тише.
«Видимо, сие есть мелкая месть за наш прошлый инцидент, но неужто так сложно держать своё мнение при себе?»
— Прости, Амон, мне неловко, что тебе приходится терпеть это из-за меня.
— Всё в порядке. Я к подобному... привыкла, — бесстрастно отвечает она, и в её голосе нет ни тени обиды, лишь пугающее спокойствие.
— Вот как? Что же, давай тогда не будем терять времени и выберем тему. У тебя есть какие-нибудь идеи или предпочтения? Готов подстроиться под любое предложенное.
— Нет, у меня нет особых пожеланий. Поступай так, как сочтёшь нужным, Казама-кун, доверюсь твоему выбору.
— О, хорошо, договорились. Спасибо за доверие.
Планировал использовать свой жизненный багаж, дабы во всём поддерживать инициативу Амон, но раз уж ей сие безразлично, то и неволить её не стоит.
«И всё же, что бы выбрать? Нас просят исследовать промышленность или культуру, но по долгу службы в прошлой жизни и так прекрасно осведомлён о положении дел в этих сферах. Коль представился такой шанс, стоит выбрать нечто действительно полезное... О, кажется, я придумал.»
— Послушай, как насчёт темы «Правонарушения и преступность среди несовершеннолетних в нашем районе: мотивы и тенденции»?
— Преступность среди несовершеннолетних? Мотивы и тенденции? — переспрашивает она, внимательно вглядываясь в меня.
— Именно. Мы могли бы исследовать, какие именно правонарушения чаще всего совершают подростки в этих краях, и составить определённую статистику. Какие причины и жизненные обстоятельства толкают молодёжь на скользкий путь? Осознают ли они вообще, что преступают закон? Ежели соберём воедино данные факты и в финале добавим предостережение для сверстников, проект получится просто идеальным.
Мой выбор пал на сию тему не только из интереса: полагаю, что это поможет мне в деле Аяки. Как тогда, когда она, свято веря, что мастерит оружие для страйкбола, фактически работала на банду грабителей, многие подростки оказываются втянуты в криминал против воли или по неведению. Данный подход позволит мне взглянуть на проблему с иной стороны и, возможно, выйти на след тех, кто действительно нуждается в помощи.
— Это и есть то, чем ты хочешь заниматься, Казама-кун? Довольно необычный выбор, — произносит девица, выслушав мои объяснения с весьма серьёзным выражением лица.
— Ну... понимаешь, коль уж мы взялись за дело, то подобные «серые» темы кажутся мне куда более захватывающими, нежели сухие цифры производства.
— Не пойми превратно, вовсе не критикую, скорее наоборот. И всё же... каковы причины, толкающие юнцов на преступление? Полагаю... может, у них просто не оставалось выбора?
— В смысле «не оставалось выбора»?
— Именно так. В этом мире порой случаются вещи, которые невозможно разрешить, следуя лишь правилам. Бывают обстоятельства, когда человек вынужден ставить нечто личное выше законов и морали. Сомневаюсь, что на свете существует много людей, являющихся злодеями от рождения.
— Вот оно как... Неожиданно глубокая мысль.
«Признаться, удивлён. Мне казалось, что такая прилежная и правильная девушка, как Амон, едва ли способна сопереживать нарушителям порядка. Ожидал от неё скорее порицания тех, кто мешает жить честным людям.»
— Хорошо. Раз предоставила выбор тебе, то и возражать не стану. Остановимся на этой теме.
— Отлично, решено. Буду рад поработать с тобой.
«Таким образом, темой нашего исследования становится преступность среди подростков. Хоть Амон Сидзуё и кажется на первый взгляд неприступной, вовсе не похожа на ограниченного сухаря, так что, думаю, мы поладим. И вовсе не обязательно зацикливаться на поиске друзей только среди парней. Быть может, в процессе работы сблизимся, и она станет моим первым настоящим другом в этом классе? Главное — не переусердствовать с энтузиазмом, дабы не заподозрила у меня наличие каких-либо корыстных мотивов.»
Пока размышляю о сиих перспективах, замечаю, что напарница пристально наблюдает за мной.
— Мм? Что-то не так?
— Казама-кун, ты... довольно странный человек.
— Ха-ха, частенько слышу это в свой адрес...
«От её бесстрастного, но колкого комментария на душе становится немного горько. Впрочем, учитывая разницу в возрасте между мной и остальными, было бы куда страннее, ежели бы ничем не выделялся.»
— Пожалуйста, не обижайся. Говорю исключительно в хорошем смысле.
— В хорошем?
— Да. Обычно люди, оказавшись в паре с «неудачницей», как я, начинают дуться или выражать недовольство. Ты же, напротив, сразу взял инициативу в свои руки и повёл себя очень тактично. Ты меня выручил.
— О чём ты говоришь? Какая ещё «неудачница»? Мне и в голову не приходило считать тебя ниже себя или вообще недостойной общением. Да, признаюсь, немного расстроился, что не смог попасть в пару к кому-то из парней, ибо надеялся наконец-то обзавестись товарищем и перестать быть одиночкой, но к мои личные тараканы в башке не имеет никакого отношения.
— Вот как?
— И вообще, ежели ты «неудачница», то я и вовсе безнадёжный случай. Скорее уж мне стоит просить у тебя прощения за соседство.
— Ффу-х... Всё-таки ты и вправду странный, Казама-кун.
Нарочито комично придуриваюсь, и на губах Амон на мгновение мелькает едва заметная, но тёплая улыбка. Чувствуя, что лёд тронулся, решаю сделать ещё один шаг навстречу.
— Послушай, Сидзуё, а можно ли задать тебе вопрос, не касающийся учёбы?
— Да, конечно.
— Какие манги ты любишь читать? Сам частенько маюсь от безделья в своём одиночестве, так что буду крайне признателен, ежели посоветуешь мне что-нибудь стоящее.
«Сия тема — одна из заготовок в моём 'арсенале для бесед'. В Японии едва ли найдётся человек, который был бы совсем далёк от мира манги, и каждому приятно поговорить о своих увлечениях. Я и сам, стоит кому-то завести речь о коллекционных картах, готов вещать часами.»
— Прости, но... почти не читаю мангу. — она виновато хмурится...
... отчего хмурюсь, словно схватил сердечный приступ.
«Неужели в наше время ещё существуют подростки, равнодушные к историям с картинками?!»
— Вот оно как... Неожиданно.
— А у тебя есть какая-нибудь манга на примете, которую мог бы порекомендовать? Раз уж в этом ничего не смыслю, было бы интересно познакомиться с чем-то стоящим.
— Э? У меня?
«Так, к сему повороту событий не готовился. Но постой-ка... Раз она проявила интерес, то это мой шанс задать тон беседе!»
— Что же... Как насчёт «Пепельного Белла из серебра»?
— Хм, кажется, слышала это название.
— Ещё бы, ведь это один из главных шедевров начала двухтысячных. По ней сняли великолепное аниме, и среди людей, которым сейчас под тридцать, едва ли найдётся тот, кто не знаком с этим произведением. А недавно началось продолжение, которое пользуется бешеной популярностью у того самого поколения.
— Надо же, как глубоко в теме.
«Разумеется, ведь принадлежу к тому самому поколению, что каждую неделю с замиранием сердца ждало выхода новой главы в журнале. Вернувшись в школу, осознал: то, что для меня является прописной истиной и частью общей эрудиции, для таких, как Аяка — тёмный лес. А значит, рекомендация проверенной временем классики, которая не утратила своей прелести и сегодня — мой эксклюзивный козырь в общении.»
— Кажется, сейчас в одном приложении как раз открыт бесплатный доступ ко всем томам. Давай покажу тебе, как его найти.
Достаю смартфон.
«Хоть мы и на уроке, нам дозволено пользоваться гаджетами для поиска информации по теме проекта, так что, ежели вести себя уверенно, претензий не возникнет. Приятно видеть, как старые произведения получают вторую жизнь в цифре; раньше приходилось таскать тяжёлые томики из дома, дабы дать другу почитать, а теперь всё куда проще.»
— Спасибо, обязательно прочту.
— Буду с нетерпением ждать твоего мнения!
— Да, обещаю, что поделюсь впечатлениями. — Амон Сидзуё заканчивает установку приложения и одаряет ещё одной слабой улыбкой.
«Кажется, у меня получилось! Мы действительно смогли завязать приятный диалог.» — пока внутренне ликую от своего успеха...
— ... Хмф! — ... замечаю на себе чей-то пристальный взгляд. Аяка, подперев щёку рукой, с нескрываемым недовольством надувает губы и буквально сверлит своими острыми глазами.
Стоит мне встретиться с ней взглядом, как она тут же демонстративно отворачивается.
«Интересно, и что это сейчас было?»