Дрон

Глава 2

Дрон

Когда я, словно вынырнув на поверхность воды, наконец отвлекся от раздумий о том, «как провести ритуал кровавого жертвоприношения», я уже входил в жилой комплекс, где находилась моя квартира. Со мной такое случается: задумаюсь о чем-то на ходу и, сам того не замечая, преодолеваю огромное расстояние. А когда прихожу в себя, кажется, будто из видеозаписи моей жизни вырезали приличный кусок.

Я взглянул на небо. Был вечер. Две трети небосвода окрасились в иссиня-черный цвет, который постепенно поглощал оставшуюся треть — огненно-рыжую.

Я зашел в один из подъездов, поднялся на лифте на двенадцатый этаж, прислонил трость к стене и достал ключи. Отперев замок, я снова взял трость, толкнул дверь и вошел.

В квартире царила мертвая тишина. Даже звук закрывающейся за мной двери отозвался какой-то гулкой пустотой.

Мать в этой жизни умерла при рождении моего младшего брата. Отец, старина Сюй, целыми днями пропадал на полицейской службе, а брат учиться в школе-интернате. Так что пустой дом по возвращении был для меня привычным картиной.

Но на всякий случай я все же отправил отцу сообщение, спросив, придет ли он на ужин. Не хотелось, чтобы он внезапно заявился, когда я уже поем, и с глупым видом спросил: «А на меня что, не рассчитано?» В такие моменты у него был настолько изумленный вид — будто у человека, который отошел в туалет во время шведского стола, а вернувшись, обнаружил, что официант унес его тарелку, — что мне искренне хотелось наложить полную тарелку обжигающего риса и впечатать ему в лицо.

Впрочем, доверять ему кухню тоже нельзя — в итоге всё равно придется переделывать за ним. И он, и брат — оба здоровые люди с полным комплектом конечностей, а в бытовом плане беспомощнее меня, инвалида.

Вскоре пришел ответ: «Нет, не смогу прийти».

Через десять секунд прилетело еще одно сообщение: «Ты там как, один нормально?»

В поле ввода я набрал: «Занимайся своими делами», но, решив, что это грубо, исправил на «Нормально» и отправил.

Ответ пришел мгновенно. Всего одно слово: «Ок».

* Я начал изучать криминальные сводки города Хэли (Beaver City) за последние несколько недель.

Основная сложность заключалась в том, что печатать одной левой рукой получалось медленно. Сам же поиск был простым: управление полиции города выкладывало данные о большинстве опасных преступников в розыске на официальный сайт. Граждан призывали бдительно сообщать о подозрительных личностях, обещая за ценные наводки денежное вознаграждение и почетные грамоты.

Спустя короткое время я наткнулся на фото преступника европеоидной расы.

Хэли — город многонациональный, что вполне обычно для Альянса.

Человек, на котором я остановил выбор, был мужчиной лет тридцати с небольшим, склонным к полноте. Раньше он держал нелегальную автомастерскую в старом районе. Бог весть, какие темные мысли бродили в голове у автомеханика, но в один прекрасный день он закрыл мастерскую и превратился в местную «знаменитость» — свежеиспеченного серийного убийцу.

У него было странное прозвище, навеянное его не менее странным видом. Согласно показаниям свидетелей, какую бы одежду этот маньяк ни надел, он всегда набрасывал сверху баранью шкуру, словно жрец древнего племени, а лицо раскрашивал полосами грима. Даже зная, насколько это бросается в глаза, он не отказывался от своего «перфоманса». Полиция, основываясь на этой уникальной примете, окрестила его «Убийцей в бараньей шкуре».

Для удобства я тоже буду называть его так. Запоминать его настоящее имя и фамилию, которые в три раза длиннее моих, мне не хотелось.

Судя по отчетам полиции, почерк Убийцы в бараньей шкуре не отличался сложностью. Он действовал в основном по ночам. Затаившись в темных переулках, словно монстр из городских легенд, он выжидал жертву, внезапно нападал, увозил человека в еще более безлюдное место, подвергал бесчеловечным пыткам и в конце концов зверски убивал, будто забивал скот.

Официально на его счету было трое горожан, но полиция подозревала, что жертв гораздо больше — просто тела еще не нашли.

Погибшие не имели с ним никаких публичных связей, а тайные контакты были практически исключены. Сферы деятельности тоже не пересекались. Из этого следовало, что мотивом была не месть и не конфликт интересов. Он просто убивал тех, кто подвернулся под руку, как голодный хищник на охоте.

Полиция активно вела поиски, но вот странность: при такой приметной внешности и активности в черте города, свидетельское показание было всего одно (то самое, про шкуру). Расследование зашло в тупик.

В конце страницы с ориентировкой полиция особо подчеркивала: есть данные, что преступник может быть вооружен пистолетом. Гражданам рекомендовалось немедленно покинуть место встречи и звонить в полицию.

«Пистолет...» — я невольно закрыл глаза. В памяти всплыла последняя сцена из прошлой жизни: вспышка из дула, леденящий ужас от пробитого живота и отчаяние, с которым меня обняла тьма...

Спустя мгновение я стряхнул с себя эти чувства, старые и пожелтевшие, как страницы дневника.

Я решил, что на данном этапе он станет моей целью для кровавого жертвоприношения.

Но оставался вопрос: как мне найти серийного убийцу, которого не может поймать даже местная полиция? Своими силами я бы не справился, поэтому решил обратиться к городскому подпольному информатору.

* Я достал из тумбочки старые детали от мобильных телефонов, разобрал портативную игровую приставку и радиоприемник. Провозился около пятнадцати минут — из-за ограниченности в движениях потерял лишних минут десять, — но в итоге собрал «рабочий телефон», которым не пользовался очень давно. Поставив его на зарядку, я связался с «Дроном».

«Дрон» был информатором, с которым я много раз сотрудничал в прошлом. Он обладал хорошей репутацией в криминальных кругах города Хэли.

На пятом гудке Дрон взял трубку.

— Слушаю, — произнес он. По голосу было понятно, что это молодой человек, хотя звук мог быть пропущен через модулятор.

Я глубоко вздохнул, слегка откашлялся и заговорил голосом, не похожим на мой обычный:

— Это я.

— Ты кто еще такой?

— Жить надоело?

— Ой, извини, — он тут же сменил тон на примирительный. — Но серьезно, я тебя сразу и не признал... Ты затих на целый год, я уж думал, сдох где-нибудь в подворотне.

— Как видишь, не сдох. Можешь перепродать эту информацию, — ответил я.

— Серьезно? — занервничал Дрон. — Или это сарказм, и если я тебя сдам, ты придешь и пришьешь меня?

Его опасения не были беспочвенными. Я действительно убивал людей.

В прошлом, в погоне за «псионической энергией» (духовной силой), я приложил немало усилий. Я не из тех, кто просто подумал: «Раз я попаданец и душа у меня другая, то магия не пробудится», и сразу сдался. Нет, я выложился на полную, как марафонец, и только когда понял, что зашел в тупик, сделал выводы.

Стоит упомянуть два момента, связанных с нынешней ситуацией:

Во-первых, я занимался единоборствами и пытался закалить тело до предела. Душа и плоть тесно связаны: «мандарин, растущий к югу от реки Хуай — это мандарин, а к северу — горький плод». Тело — это почва для души. Только сильное тело может взрастить сильную душу, у которой больше шансов пробудить псионику.

Во-вторых, когда этот путь провалился, я начал контактировать с криминальным миром. Обо всем, что там произошло, можно написать отдельный роман. Если вкратце: на моих руках есть кровь, но из-за предательства напарника я попал в засаду и получил тяжелые ранения. Моя нынешняя инвалидность — результат тех событий.

Но Дрон не знал о моем увечье. Он и другие обитатели «дна» знали лишь то, что я «тяжело ранен и исчез». Поэтому он так и дрейфил, боясь, что я расправлюсь с ним так же, как с бывшим напарником и теми, кто устроил засаду.

— Зачем мне тебя убивать? — сказал я. — Наоборот, мне нужна твоя помощь.

— Если это касается информации... — он мгновенно стал деловым, — плата по тарифу.

— Правила знаю, — отрезал я. — Мне нужно местонахождение Убийцы в бараньей шкуре.

На том конце провода повисла тишина.

«Внимание: перевод любительский, возможны ошибки. Если заметите неточности, сообщите — это поможет улучшить перевод!»