Безликий (23)

Глава 26

Безликий (23)

Телохранители Рентай Иноуэ уже были готовы наброситься на врага, но Иноуэ внезапно вскинул руку, словно футбольный судья, показывающий красную карточку.

— Стоять.

— А? — телохранитель в замешательстве замер.

— Не спеши, — странным тоном произнес Иноуэ. — Хотя в этой комнате отличная звукоизоляция, и даже выстрелы не будут слышны снаружи, вы с Сюй Шэнсином — эсперы высшего класса. Если начнется бой, люди снаружи неизбежно это почувствуют...

— И что с того? — телохранитель, казалось, ни во что не ставил своего нанимателя и грубо перебил его. — Этот коп и так уже знает всю твою подноготную. Чего ты боишься теперь? Это все равно что убийце бояться зарезать курицу.

— Нет, я имею в виду... — Рентай даже не обернулся. — Возможно, это наш последний разговор с этим другом. Я все еще хочу сделать что-то ради нашей былой дружбы... своего рода попытку исправить ситуацию. Ведь у меня... только один друг и остался.

С этими словами он перестал обращать внимание на телохранителеля и сосредоточился на Сюй Шэнсине. Чеканя каждое слово, он произнес:

— Шэнсин, переходи на мою сторону.

— Что за бред ты несешь? — Сюй Шэнсин смотрел на него как на сумасшедшего, который пытается уговорить дерево отойти с дороги.

Но Иноуэ продолжал, не замечая этого взгляда:

— Ты ведь с давних пор ненавидел «посредственных бюрократов» и «закостенелые правила». А теперь ты сам — часть системы Альянса. Обладаешь таким талантом, но вынужден подчиняться приказам — разве это не унизительно? Ты заслуживаешь сцены получше, и я могу дать тебе этот шанс. Возможно, сейчас я для тебя лишь преступник, не имеющий права на такие слова, но ты ведь понимаешь ценность «препарата пробуждения лингно-сил». Ты ведь знаешь, что я исследую именно это? Используя это достижение как ступень, мы заставим даже Альянс признать нас. Прошлые грехи будут списаны, и тогда мы...

— Довольно, я не хочу это слушать, — холодно отрезал Сюй Шэнсин. — Ты изменился до неузнаваемости. Ты мне больше не друг. И не смей корчить из себя друга, когда говоришь со мной — от этого тошнит так, будто я дерьма поел.

Лицо Рентай Иноуэ изменилось, он тяжело вздохнул:

— Помнишь, что я говорил тебе раньше? Человеческое сердце изменчиво. Родители и дети, мужья и жены, братья, друзья... никакие отношения не длятся вечно. То, что мы сейчас враждуем — лишь подтверждение этому. Тебе не кажется это печальным?

— У тебя еще хватает наглости нести это? — Сюй Шэнсин, казалось, не верил своим ушам. Тем не менее, он не нападал сразу, что подтверждало: этот человек все еще что-то значил для него. — Раз уж ты докатился до такого и так печешься о «неизменности сердец», почему бы тебе просто не нанять эспера-гипнотизера?

— Все не так просто, — ответил Рентай. — Человеческая душа — как корабль, на котором постоянно меняют детали. С метаболизмом памяти и забвения старая личность рано или поздно заменяется новой. Психическая смерть наступает гораздо быстрее физической. Это ужасно, но другие этого не понимают. Даже если с помощью гипноза насильно зафиксировать чувства, это бессмысленно, если всё остальное в человеке изменится.

— Слушай, мне плевать на твои «откровения», пропахшие книжным пафосом и оторванные от реальности на десять метров, — Сюй Шэнсин оставался непоколебим. — Меня волнует только одно: как всё это связано с твоими исследованиями препарата пробуждения?

Дзинта пристально посмотрел на него:

— Как ты сам когда-то говорил мне: только став эспером, получаешь право исследовать то, что лежит за гранью.

— И поэтому ты заставил собственного сына вырывать «запретные знания» из мозга собственной жены? — этот вопрос Сюй Шэнсина явно был прощупыванием почвы.

— Нет, — Иноуэ покачал головой. — Фундаментом моей уверенности в создании препарата действительно стали «запретные знания», но они никак не связаны с моей женой. К тому же мой сын, с его головой, забитой «геройскими идеалами», никогда бы не стал мне в таком помогать. Эти знания, — продолжил он, — передал мне «Таинственный человек».

— Что? — Сюй Шэнсин нахмурился.

Я, подслушивающий за их спинами, тоже не ожидал, что в такой момент всплывет еще одна загадочная фигура. Впрочем, мы с Хлоей обсуждали, что за всем может стоять кукловод, передавший знания организации, просто я никогда не связывал это напрямую с «запретными знаниями».

— Больше месяца назад этот скрытный тип явился ко мне, — вспоминал Иноуэ — Он откуда-то раздобыл теорию создания препарата. Там не хватало некоторых технических деталей, но данные все равно были бесценны. Передавая их, он взял с меня обещание: если я создам готовый продукт, я должен отдать ему экземпляр.

Рентай сделал паузу, его тон стал саркастичным:

— Но я в одностороннем порядке аннулировал это обещание. Все просто: раз он уже отдал знания, он перестал быть ценным. Я не собираюсь отдавать плоды своих технологий тому, кто просто хочет прийти на всё готовенькое.

— Ты стал по-настоящему мерзким, — процедил Сюй Шэнсин.

— Он, видимо, не смирился. Сегодня утром он проник сюда, пытаясь выкрасть результаты, — Дзинта усмехнулся. — Но исход был предсказуем. Он потерпел неудачу и сбежал.

— Вот как? Что ж, следом за ним неудачу потерпишь и ты, — Сюй Шэнсин медленно встал, его аура начала стремительно расти. — Разница лишь в том, что ты от меня не уйдешь.

Телохранитель с каменным лицом сделал шаг вперед.

— Самовлюбленность ведет к гибели, Шэнсин, — Рентай тоже поднялся. — Неужели ты думаешь, что у тебя есть шансы? Мало того что со мной эспер высшего класса, на этом заводе полно моих людей...

Не успел он договорить, как дверь распахнулась с грохотом.

Вместе с ней в комнату, доселе идеально тихую, ворвался шум битвы, похожий на рев шторма. Ввалился человек в форме охранника — один из тех «людей» Дзинты. Он был тяжело ранен; он пытался что-то сказать хозяину, но лишь выпучил глаза и рухнул замертво.

Увидев это, я всё понял. Сюй Шэнсин, хоть и сидел неподвижно, давно подал сигнал отряду полиции, затаившемуся снаружи. Штурм начался.

Первым атаковал я.

Я перемахнул через диван и бросился к Рентай Иноуэ. Телохранитель рядом оскалился в хищной ухмылке. С этой улыбкой по комнате пронеслись мириады черных линий, похожих на ветер. Звучит странно, но представьте: как на набросках художники рисуют резкие штрихи, чтобы показать порывы воздуха, так и здесь — эти линии вырвались из реальности, неся в себе бритвенную остроту.

С другой стороны Сюй Шэнсин не остался в стороне. Он взмахнул рукой, и из всех углов комнаты вырвалось пламя, смешиваясь с черным ветром. Это выглядело так, будто смешали оранжевую и черную краски, но вихрь чудесным образом обходил меня стороной.

Пользуясь моментом, я прорвался к Рентай Иноуэ, собираясь вырубить его.

В тот миг, когда я уже готов был нанести удар, между нами возникла лазурная полупрозрачная преграда — назовем ее «силовым полем». Моя атака была заблокирована. Должно быть, артефакт. Неудивительно: если у него есть деньги на элитного телохранителя, то пара защитных побрякушек точно найдется.

В этот момент из-под пола за его спиной «вынырнула» призрачная фигура. Это был фантом Хлои, созданный с помощью «Свидетельства разделения», способный проходить сквозь материю.

Иноуэ что-то почувствовал и обернулся. Хлоя в этот миг, должно быть, уже поменялась местами со своим фантомом. Она протянула к нему левую руку.

В следующую секунду она сделала то, чего не ожидал никто.

Она резко вонзила пальцы в правую глазницу Рентай Иноуэ и с жестокостью вырвала глазное яблоко вместе со зрительным нервом.

Иноуэ издал нечеловеческий вопль. Пока не испытаешь это на себе, невозможно представить, какую агонию причиняет разрыв зрительного нерва грубой силой.

Фигура Хлои тут же исчезла. Скорее всего, она заранее подготовила фантом снаружи и снова сменила позицию.

Но зачем?

Я на мгновение опешил. А тем временем силовое поле между мной и воющим Рентай Иноуэ начало хаотично вибрировать, как поверхность воды, которую бьют палкой. Дурной знак. Я мгновенно отпрянул на несколько метров.

И точно — в следующую секунду поле взорвалось. Ударная волна смешалась с черным ветром и пламенем, превращая комнату в хаос. Сквозь пыль я мельком увидел, как израненный Иноуэ, буквально на четвереньках, уползает из помещения.

Я бросился вдогонку, но тут сбоку вылетел телохранитель. Его ладонь, окутанная черным ветром, неслась ко мне с мощью осадного тарана.

У меня не было времени возиться с ним.

Уклонившись, я нанес ответный удар правым кулаком. На этот раз я не использовал ту запредельную мощь, которую применял в бою с Сюй Шэнсином — даже я не могу входить в то состояние по щелчку пальцев. Тем не менее, силы удара хватило, чтобы отшвырнуть его. Он не пострадал физически, но на его лице отразилось полное недоумение: он не понимал, как «обычный человек» смог его отбросить.

Он снова приготовился к атаке, но тут вмешался Сюй Шэнсин. Связав его боем, он крикнул мне:

— В погоню!

Я выскочил в коридор. За эти жалкие секунды Рентай испарился.

С такими ранами он не мог уйти далеко, но куда именно он делся?

Хлоя тоже пропала. Я не понимал, зачем ей понадобился его глаз... нет, стоп. В этой ситуации глаз мог служить лишь одной цели. Сотрудник, который вел нас, говорил, что в некоторые зоны завода можно попасть только через сканер сетчатки. Свежевырванный глаз всё еще сохраняет активность для обхода системы.

Но у нее есть «Свидетельство разделения»! Для нее стены — это воздух. Зачем ей глаз?

Только если... место, куда она направляется, экранировано от лингно-сил. Как в прошлый раз.

И если это так, возникает новый, пугающий вопрос.

Вопрос, который означает: возможно, Хлоя с самого начала не была моим союзником.

Я перехватил перепуганного исследователя и спросил, есть ли здесь комната, которая требует сканирования сетчатки и одновременно блокирует способности эсперов.

— Да откуда мне знать! — закричал он. — Пусти!

Кажется, я был слишком вежлив.

Я достал пистолет, приставил его к его лбу и повторил вопрос, медленно нажимая на спуск так, чтобы он это почувствовал. Он не знал, что патронов нет. Его глаза расширились, ноги подкосились, и он дрожащим пальцем указал путь.

Бросив его, я помчался туда.

Вскоре я нашел комнату в конце коридора. Дверь была открыта. Внутри — пустое пространство размером с класс, а в центре — серебристый металлический постамент высотой по пояс.

Хлоя стояла перед ним спиной ко мне, пристально глядя на верхнюю панель.

Я нажал кнопку у двери, и та со свистом закрылась.

— Кажется, мне не везет с напарниками, — сказал я, направляясь к ней.

— Это не твоя вина, — она обернулась, сняла шлем и улыбнулась. — Что поделать, если я «плохая девочка» ?