Безликий (21)

Глава 24

Безликий (21)

«Хасэгава» и «Иноуэ Наото» — это один и тот же человек. Однако, согласно информации Адама, Наото всегда считался обычным человеком.

Если рассуждать логически, вывод напрашивается один: Наото скрывал свои способности. Точно так же, как Сюй Шэнсин в юности — одновременно боялся отчуждения и жаждал, чтобы кто-то заметил, какой он на самом деле крутой.

Сюй Шэнсин сначала изумился, потом понимающе кивнул, но в итоге прищурился:

— Я действительно этого не знал. Но вопрос в другом: откуда это знаете вы?

— Наото сотрудничал с нами... — начал я и вкратце пересказал историю о временах, когда тот называл себя Хасэгавой.

Выслушав, отец снова нахмурился. Кажется, за сегодня он сделал это столько раз, что на лбу прибавилось морщин.

— Но тут многое не сходится. Если Наото действительно помогал таинственной организации и извлек запретные знания из мозга собственной матери, то почему теперь он идет против них?

Он покачал головой:

— Впрочем, оставим это. Во-первых, не факт, что их уверенность в препарате для пробуждения сил зиждется именно на этих знаниях. Во-вторых, даже если это так, они могли получить их и без помощи Наото. И наконец...

Он не договорил, но мы с Адамом и так всё поняли: он не принял нашу информацию на веру на все сто процентов. Единственное, во что он верил безоговорочно — это существование организации, связанной с «Хэли Фарм», и факты похищения людей.

— С обменом данными покончено, перейдем к конкретике, — вежливо предложила Адам. — Офицер Сюй, есть ли у вас какой-нибудь гениальный план?

Сюй Шэнсин выпрямил спину, принял официальный вид и веско произнес:

— Есть.

— И какой же? — спросил я.

Он мельком взглянул на меня и, словно разочаровавшись в чем-то, ответил:

— Всё просто. Найдем самого Рентай Иноуэ и возьмем его «тепленьким».

В его голосе не было ни капли тепла к старому другу — лишь холодный прагматизм взрослого мира.

К сожалению, об этом я уже думал. Схватить главу «Хэли Фарм», подвергнуть его пыткам и выбить правду об организации... Если бы этот путь был простым, мне бы не пришлось проникать в компанию вместе с Адамом. Проблема в том, что Рентай — человек-невидимка. В последнее время его нет в офисе, и никто не знает, где он ошивается. Тактика «срубить голову змее» не работала из-за отсутствия самой головы.

Однако Сюй Шэнсин уверенно усмехнулся:

— Не недооценивайте следственные мощности полиции. Такая «шишка», как Рентай Иноуэ, не может перемещаться бесследно. Найти его нам будет куда проще, чем вы думаете.

— Это понятно, — возразил я. — Но если ты задействуешь официальную сеть розыска, как мы сможем потом тайно его допросить?

— Вот тут вы и вступаете в игру, — у Сюя, похоже, уже всё было просчитано. — Я подам запрос на его задержание. Как только мы его найдем, я силой потащу его в управление. А во время конвоирования вы нападете на нас и похитите его. Дальше делайте с ним что хотите. Но! Допрашивать его буду я. Всё-таки он мой друг, и есть вероятность, что он ни в чем не виноват. Я не позволю вам бесчинствовать.

— Пойдет, — согласился я. — Но под каким предлогом ты его задержишь? Что бы он ни творил за кулисами, официально он — законопослушный бизнесмен. За ним нет косяков.

— Проще простого. Сфабрикуем пару улик, обвиним его в педофилии и скажем в лицо: «Хочешь остаться чистеньким — проедем с нами для дачи показаний», — обыденно произнес он. — Если выяснится, что он не при делах, скажем, что ошиблись. Схватим какую-нибудь мразь из «черной зоны», скажем, что это он подбросил улики, и засадим его лет на сорок.

— И это говорит народный полицейский? — в шоке выдохнула Адам, забыв о вежливых суффиксах.

— Хм... Чтобы воевать с подонками Бивер-Сити, иногда нужно играть не по правилам, — холодно ухмыльнулся он. — И вам двоим советую быть начеку. Сейчас мы союзники, но когда всё закончится, не обижайтесь, если я начну «действовать по закону».

Я не удержался и вставил:

— Интересно, как бы отреагировал твой сын, узнай он, какой ты «законник».

— Он не узнает.

«Уже узнал», — подумал я.

У входа в закусочную мы с Адамом провожали Сюя взглядом. Адам заметно расслабилась, будто двоечник, вышедший из кабинета директора. Похоже, Сюй Шэнсин давил на нее и авторитетом, и силой.

— Я впервые так близко общалась с псайкером Особого ранга, — протянула она, глядя, как он скрывается за углом. — Если бы он вдруг решил на нас напасть, мы бы оба здесь и легли.

— Нет, только ты, — поправил я.

— Мог бы и не придираться! — она рассмеялась, а потом добавила с грустью: — Не понимаю, почему он раньше скрывал свою силу. То есть, логикой-то понимаю... Но будь я на его месте, я бы из кожи вон лезла, чтобы всем показать, на что способна.

— Ты тоже хочешь быть псайкером? — спросил я.

— А кто не хочет? Все их сторонятся и все им завидуют, — она мечтательно смотрела вдаль. — Я мечтала об этом с начальной школы. Но с годами поняла: таланта нет, я — обычный человек. И всё равно обидно. Понимаешь, в мире столько всего удивительного, и некоторые живут в этом мире как в порядке вещей. Я знаю, таких мало, но иногда я не могу не думать...

Она осеклась.

— О чем думать? — спросил я.

Она посмотрела на меня и с какой-то странной интонацией произнесла:

— Я думаю: «Почему это не я?»

Эти слова заставили меня замолчать. Потому что я думал точно так же. Я родился в мире сверхъестественного, где у каждого есть хоть крошечный шанс. Так почему именно я — пустое место? Обида и жажда силы не исчезают, даже если ты всё понимаешь умом.

— Прости, разболталась, — она потерла лицо, прогоняя эмоции. — Давай к делу. Надеюсь, офицер Сюй быстро найдет Рентай Иноуэ.

— Главное, чтобы он сам нас не кинул. Если он решит накрыть и нас, и организацию разом, придется отбиваться вместе.

Адам кивнула и вдруг улыбнулась:

— Мне кажется, или ты стал мне доверять? В начале ты был таким подозрительным.

— Если рассматривать тебя как Адама, информатора из «черной зоны», доверия нет... — я достал рабочий телефон, быстро глянул в почту на досье Хлои. Так, Хлоя Ди Каприо... Убрал телефон, как будто просто прочитал СМС. — Но если рассматривать тебя как Хлою Ди Каприо, репортера газеты «Ручной фонарь», то, пожалуй, я могу тебе верить.

— Что...

Адам, а точнее Хлоя, застыла в изумлении. Затем её губы дрогнули в кривой усмешке:

— Значит, ты всё раскопал?

— Давно уже, — подтвердил я.

Хлоя глубоко вдохнула, быстро взяла себя в руки и азартно указала на меня пальцем, как детектив из манги:

— Раз уж я раскрыта, то по справедливости ты должен назвать свое имя!

— Не должен.

— Это еще почему?

— Я узнал твою личность благодаря своим навыкам. Если хочешь узнать мою — приложи свои.

Ее брови взлетели вверх:

— Ладно, вызов принят! Жди, Безликий, рано или поздно я сорву с тебя маску!

— Посмотрим, — ответил я.

Попрощавшись с Хлоей, я снял грим, переоделся и купил порцию соевого творога. Домой я зашел с видом человека, который просто спускался за завтраком.

Но маскировка была излишней: Сюя дома не было. Видимо, уже рыл землю в поисках Иноуэ . Я вытащил рабочий телефон и добавил номер отца в черный список. Теперь, если он решит позвонить Безликому, находясь со мной в одной комнате, мой телефон не предаст меня предательским звонком. Если что-то срочное — он свяжется с Хлоей, а она напишет мне. Об этом мы договорились.

Затем я сфотографировал свои трофеи: «серебряную иглу» и «черную деревянную маску». Фото отправил Дрону на экспертизу. Он мастер по части магических побрякушек.

Через час он перезвонил:

* Черная маска: Как я и думал — артефакт иллюзий. Но ресурс исчерпан, теперь это просто кусок дерева.

* Серебряная игла: Оказалась «Иглой запечатывания магии» . При попадании блокирует силы псайкера. Но она слабая — против 1-го или Особого ранга бесполезна, сработает только на 2-м или 3-м.

— Кстати, — добавил Дрон, — если уколоть этой иглой обычного человека, она уничтожит его потенциал. Тот, кто мог бы когда-нибудь пробудиться, навсегда останется обычным смертным.

Я сразу захотел выбросить эту дрянь. У меня и так нет сил, не хватало еще получить травму от этой штуки.

Напоследок я спросил про трофей Хлои — камень с рунами.

— Скорее всего, это «Печать Живого Мертвеца», — ответил Дрон. — Она дает временное бессмертие. Пока мозг не превращен в кашу, никакие физические раны не убьют владельца. Но есть нюансы: эффект длится минут десять, раны после этого не заживают (ты всё равно умрешь), а активация занимает от одной до трех минут. Можно помереть раньше, чем она сработает.

В общем, все наши трофеи оказались сомнительным барахлом. Но дареному коню в зубы не смотрят. В крайнем случае — продам. Или приберегу: если Рентай Иноуэ действительно решит принять препарат и стать псайкером, я с удовольствием уколю его своей «иглой», чтобы посмотреть на его лицо. Злорадно? Возможно.

Прошло два дня.

Сегодня утром Сюй Шэнсин наконец нашел Рентай. Тот скрывался на заводе другой фармацевтической компании под предлогом «совместных исследований». Мы с Хлоей встретились с отцом в тихой лесополосе в полдень.

Он бросил нам два комплекта полицейской формы со шлемами.

— Переодевайтесь, — скомандовал он. — Пора выдвигаться.