Призыв от богини

Воздух в классе словно высушили — особенно сейчас, в обеденный перерыв.

Обычно именно в это время сюда заглядывала Тодо-сенпай, чтобы повидать подружаню, но сегодня её нигде не было. Отсутствие старшекурсницы заметили каждый в классе: помещение наполнилось тревожным шелестом, будто листья под порывом ветра перед грозой зашуршали в темном предзнаменование. И у меня самого есть к ней темки.

С одной стороны, хочу выразить благодарность: она искала Макисиму, пока колебался, не зная, что выбрать. С другой, объясниться за недоумение: зачем она ушла, не сказав ни слова, когда мы стояли перед ней? Что она тогда чувствовала? О чём думала?

«... Ну да, впрочем, какое мне до этого дело?»

Благодарность, конечно, нужно выразить — это долг вежливости. Но всё остальное не входит в мою сферу ответственности. Пусть она и надёжная подруга для Макисимы, со мной она дружбу не водит, даже сенпаем не является, ведь тесного межгодового общения не ведем. Изъясняясь терминами из манги — мы те, кто временно сотрудничают с врагом ради общей выгоды. Даже сейчас, после достижения цели, остались противники и в будущем вряд ли станем кем-то иным.

— Сатору-у-у-у! — раздался привычный голос, и Рюки, отодвинув стул, уселся рядом. — Чем сегодня обедаешь?

— Ещё не покупал. А ты?

— Я уже перекусил! Но двух булок маловато, хочу ещё чем-нибудь подзаправиться.

— Тогда пойдём.

Через десять минут на моём столе лежали булочка с якисобой и молочный чай. В столовой толкотня — как всегда по понедельникам — так что набрал привычный набор из автомата и школьного магазинчика.

— Понедельник, будний день, для начала школьно-обеденных войн.. — вздохнул дружбан.

— И в классе сегодня особенно шумно. — отозвался я.

Возможно, все стараются прогнать уныние, с которым возвращаются к учёбе после выходных. Или просто радуются, что снова видят друзей после нескольких дней разлуки. Голоса звучат громче обычного, словно те пытаются заглушить тягостную тишину утра.

— Если бы сегодня светило солнце, можно было бы спокойно поесть за спортзалом или где-нибудь в тихом уголке. — задумчиво сказал Рюки.

— При твоих габаритах тебя за спортзалом примут за бандита и вызовут полицию. — парировал я.

— Да ну?! — возмутился он. — Не суди по внешности!

Мы сидели за партами, обедая и перебрасываясь шутками. Иногда я чувствовал, как чьи-то глаза мельком скользят по нам, но игнорировал это — причина и так ясна без слов.

— Кстати, а Макисима? — спросил Рюки между делом. — Думал, вы уже обедаете вместе.

— ... Ну уж нет. Глаза Тодо-сенпай насквозь пронзят, если решусь на это.

— Да уж, это тот самый тип людей, кто одним взглядом может убить.

В этот момент в кармане завибрировал телефон. Уведомление от «Хаонэ».

— «Сатору-кун, ты уже поел? Я жду тебя в нашем месте. Можешь спокойно побыть с Ямамурой-куном, если нужно.»

«Наше место» — спортивный склад. Туда мы стали заходить, когда хотелось поговорить без посторонних глаз. С какого-то времени стало нашей тайной традицией.

— ... Меня вызывают. — вздохнул я.

— Только ты на свете получаешь призыв от богини и делаешь такое недовольное лицо. — усмехнулся Рюки.

— Ну уж...

После выходных, проведённых с пятницы по воскресенье в сплошном экстазе, Макисима, вроде бы, снова стала прежней собой (ну с момента, когда узнала, что являюсь человеком, который спас её в рождественски дни). Но кто знает, чего она сейчас захочет...

— Ну, развлекайся. — махнул мне Рюки на прощание.

Я кивнул и вышел из класса, направляясь к спортивному складу.

* * *

— ...Сатору-кун... — едва закрыл за собой дверь, как её рука уже легла на спину моей формы. — Рада, что ты пришёл. — она чуть поднялась на носочках и положила подбородок мне на плечо.

— Ты же позвала.

— Хе-хе... Если бы ты не пришёл, я бы сама пришла за тобой.

— Пожалуйста, пощади! — взмолился я. — Тогда в классе начнётся массовое убиение одного бывшего статиста самыми жестокими методами, а полученное видео все по тысячному кругу смогут посмотреть без смс и регистрации.

— Шучу. Хотя... — Макисима тихонько захихикала. — ... твоё удивлённое лицо очень милое. Но сегодня хотела сказать тебе «спасибо».

— ...Спасибо?

— Да. За всё... за выходные. — она немного отстранилась и подняла на меня глаза. Даже в полумраке склада видел, как блестят её зрачки, полные влаги. — Всё это время я... боялась. — прошептала она. — Боялась, что ты... разлюбил меня.

— Разлюбил? За что?

— Потому что... — щёки её порозовели. — ... ты был таким поражённым.

«Я понял, о чём она. Только вот удивлялся совсем не тому, о чём она подумала... Значит, она сама это осознаёт. Лучше не вспоминать. Для здоровья вредно, в прямом и переносном смысле.»

— Я тебя совсем не разлюбил. — сказал я. Голос выдал лёгкую хрипотцу.

— Тогда хорошо... — она на миг опустила ресницы, затем осторожно прижалась лбом к моей груди. — Сейчас мне спокойно. Потому что мы можем вот так... просто разговаривать.

— ...Просто?

— Да. Конечно, сердце всё равно колотится... Но чувствую, что ты больше не боишься меня, как в прошлый раз. — в её голосе слышалась едва уловимая дрожь.

— Ты, Макисима, довольно коварна, знаешь ли. — я мягко провёл ладонью по её волосам.

— А?

— Говоришь, что тебе одиноко, что ты тревожишься... Но при этом ловко пользуешься моими слабостями.

— Потому что люблю тебя, Сатору-кун.

— Это-то я и так знаю...

— ... Слушай... — она подняла лицо. — Если я поцелую тебя... тебе будет неприятно?

— Нет, не будет, но...

— Приятного аппетита! — не дождавшись окончания фразы, она прижала свои губы к моим.

Это был уже не тот первый поцелуй, робкий, неуверенный. Сейчас она целовала меня страстно и горячо, зная, что обязательно отвечу. Целовались долго — столько, что стало трудно дышать. Когда мы наконец разомкнули объятия, Макисима, полуприкрыв глаза, прошептала:

— ... Может, продолжим прямо сейчас?

Её взор был таким томным, таким пьянящим, что я почти поверил: от одного этого взгляда можно растаять, как лёд под весенним солнцем. Перед лицом столь соблазнительной Макисимы я...

— Не будем. — твёрдо сказал я.

— Ну-у-у!..

Моё волевое «нет» прозвучало так решительно, будто оно выковано из кованой стали. Ведь если бы мы начали что-то вроде этого в спортивном складе посреди обеденного перерыва, нас бы наверняка застукали. А сие — катастрофа во всех смыслах. Макисима, похоже, и сама шутила. Улыбнувшись, поправила воротник формы и первой открыла дверь:

— Всё равно у нас ещё будет много времени и возможностей. Давай уже возвращаться, скоро кончится перерыв.

Я последовал за ней с небольшим опозданием.