Сегодня у нас курица

Как только прозвучал звонок на обед, я словно по договорённости встретился с Рюки.

— По жратве как?

— Ага, сегодня решил рискнуть и взять карри. Погнали?

Но сегодня удача, похоже, отвернулась от нас...

— Ситиригахаму-кун, у тебя сейчас есть минутка? — этот голос я уже успел выучить наизусть за последние дни. Хаонэ подошла ко мне сама.

— А?! Макисима-сан заговорила с Киригахамой?!

— Они что... слишком близко общаются?

— Неужели они встречаются?

— Чувствую, как во мне вскипает ненависть...

Все взгляды в классе мгновенно устремились на меня. И неудивительно — ведь до сих пор между мной и Хаонэ не было ровным счётом никаких связей.

— Слушай... Если не против, давай сегодня пообедаем вместе? Мне кое-что нужно тебе сказать. — она мягко улыбнулась — так, будто не замечает шквала внимания вокруг.

— Нет, сегодня не получится. Мне срочно надо обсудить с Рюки будущее Японии.

«Когда можно сбежать — беги без раздумий.»

— А?! Ситиригахаму посмел отказать Макисиме-сан?!

— Какой грубиян...

— Неужели они встречаются?

— Чувствую, как во мне вскипает ненависть...

«Получается, и подходить — плохо, и отказать — ещё хуже?»

— Эй, Сатору, мы же хотели идти в столовую? — пока я растерянно молчал, Рюки хлопнул меня по плечу. — Вместе с Макисимой-сан почему бы и нет?

«Я сначала подумал, что он спасает меня, но... Нет, это просто любопытство зрителя.»

— ... Ладно.

— Ура! Тогда пойдём? — Хаонэ слегка потянула меня за руку.

Взгляды класса удвоились в интенсивности. Мне стало так неловко, что зачесалась даже кожа.

* * *

Столовая уже вовсю работала в пиковое время, внутри царила давка.

— Сегодня особенно толкучка.

— Да нет, посмотри внимательнее: не столовая переполнена, это вокруг нас толпа. На нас все глазеют!

Утром благодаря менеджеру Хаонэ удалось избежать ажиотажа, но, видимо, так и выглядит обычная жизнь рядом с топ-айдолом.

— Ситиригахаму-кун, здесь свободно! — Хаонэ нашла четырёхместный столик.

Рюки и я сели напротив друг друга, и Хаонэ заняла место рядом со мной. Едва усевшись, я прошептал:

— Макисима, может, чуть поменьше энтузиазма...

— Хаонэ.

— ... Хаонэ, может, чуть поменьше...

Тут рядом с Рюки, как раз начавшим есть карри, раздался звук ставящегося подноса.

— А здесь свободно? — не дождавшись ответа, за стол села Тодо-сэнпай.

Присутствие ученицы третьего курса среди первогодок вызвало новую волну шёпота.

— Ого! Макисима и Тодо-сэнпай за одним столом! Вот у кого настоящие подруги...

— ... А у Тодо-сэнпай вообще есть друзья в её классе? — как бы невзначай бросил фразу на стол.

— Можешь сам решишь, кто такой «друг» для начала. — гаркнула она.

— Это фраза для тех, у кого их нет... Откуда ты узнала, где нас искать?

— Спросила у одного из твоих одноклассников — он тут же всё рассказал.

«Точно, это тот же информатор, что и про мой дом.»

— Понятно... И зачем ты здесь?

— Слежу.

Всё. Больше ни слова. Но настолько уверенно, что возразить невозможно.

— Хи-хи... Рё ведь всегда волнуется... Но не бойся, Сити-кун. Рё ничего плохого не сделает.

— А если всё же?

— Тогда... я не прощу. — Хаонэ ответила всё с той же улыбкой, но в её голосе зазвенела сталь.

Тодо-сэнпай на миг прищурилась., но видимо специально промолчала, типа пропустила мимо ушей.

Воцарилась короткая тишина.

Я воспользовался паузой, чтобы заняться своим обедом: взял комплекс «курица по-миядзакски». Хрустящее тесто, пропитанное тартар-соусом, нежное мясо, пропитанное сладко-кислым маринадом — вкус, от которого тает во рту. Говорят, наша столовая славится высоким уровнем, и теперь я в этом убедился. Хаонэ и Тодо-сэнпай ели только салат. Видимо, даже в еде звёзды соблюдают дисциплину.

— ... Вчера после уроков... — вдруг нарушила тишину Тодо-сэнпай, положив палочки. Её голос был тих, но в нём чувствовалась угроза. — Ситиригахаму-кун. Ты был в аркадном центре, да?

— ...А? — я перестал жевать. Рюки тоже поднял глаза. — Ну... был, но...

— И вместе с Нито-сан, да?

*Клац* — палочки Хаонэ тихо стукнули о тарелку.

Сердце в груди громко застучало. Шум столовой словно отдалился, оставив лишь гул в ушах.

— Нито Мэриса-сан — очаровательная первокурсница из фотоклуба, пользующаяся большой популярностью у парней. — прежде чем я успел что-то объяснить, Хаонэ тихо рассмеялась. Но уже не той лёгкой, воздушной улыбкой — теперь в её смехе чувствовался лёд. — ... Ситиригахаму-кун, чем ты занимался вчера после уроков?

— Слушай, Макисима-сан, это недоразумение! Она — младшая по клубу! Просто случайно встретились! Да и я был с Рюки! Правда ведь?!

— Ага, да мы вообще ничего не делали!

«Мы ведь даже не встречаемся — но перед этой хрупкой девушкой я чувствовал себя, будто на допросе.»

— Как долго вы были вместе?

— Ну... совсем недолго...

— «Недолго» — это сколько минут?

— Э-э-э...

— ...Вы даже «пкуриру» сделали. Вдвоём. Долго в кабинке находились, избирательно видимо делали.

— ... Аа-а-а, «пурикуру» делали, Значит? — Хаонэ медленно поставила стакан с водой. — ...Понятно.

От этих нескольких слов кровь во мне, казалось, хлынула в обратном направлении.

«Что именно 'понятно'?» — я не знал, но в воздухе повисла такая тишина, температура поднялась до ста градусов Цельсия, а нутром, почуял я, гильотину над головой.

— Я поела. Пойду обратно в класс. — Хаонэ встала. Её улыбка осталась прекрасной, но теперь напоминала холодное стекло. — Ситиригахаму-кун... Завтра поговорим, основательно поговорим. — бросив на прощание, она вышла из столовой.

Я молча смотрел ей вслед и только вздохнул.

После её ухода за столом витала лишь напряжённая тишина. Никто не говорил, а соус от курицы постепенно остывал.

— ... Тодо-сэнпай, ты бы перестала следить за мной. Это уже переходит все границы... — я старался говорить спокойно, но голос, кажется, дрогнул.

— Мне нужно знать одно: ты согреешь её сердце в тяжелые минуту или омрачит душу, вогнав в неё нож, понятно, зачем слежу за тобой? — она, тем временем, невозмутимо отправила в рот мини-помидорку. — Если кто-то использует её наивность, обманывает или просто играет с ней в «парочку», я не стану это терпеть.

— Да я же не играю! Мы вообще не пара!

«Я даже не виноват, но чувствую себя подсудимым.»

— Тодо-сэнпай, я не собираюсь встречаться с Макисимой, я же уже...

— Знаю. Это мне ясно. — она резко перебила меня. — Но если из-за тебя Хаонэ заплачет — никогда тебя не прощу. — с этими словами, произнесёнными тихо, но с ледяной решимостью, она встала, взяла поднос и ушла, даже не обернувшись.

— ... Это не перебор? — выдохнул Рюки. — ...Слушай, Сатору. Сейчас ведь обед, верно?

— Ага.

— Просто... Вокруг тебя одна атмосфера финальной сцены дорамы.

Шум столовой вернулся, и я без чувств стал пить остывший мисо-суп.