Горький след прошлого

Часть 1

Поздним вечером, в отдалённой части леса, Рио и Джаргал решили показать друзьям, чему научились за время своего похода в шахты. Пока Шин и Конрад не покидали кузницу, сосредоточившись на сложной переплавке контрариума, остальные — Ханна, Гато и Люси — расположились в стороне, наблюдая за поединком.

Бой вышел зрелищным. Джаргал уверенно использовал улучшенные техники земли: вызывал каменные колонны, скрывался в защитном панцире, атаковал с помощью тяжёлой каменной перчатки и даже применил «Разлом», расколов землю под ногами противника. Рио отвечал огнём — запускал заряды, обрушивал «Поток огня», а под конец пошёл на риск, применив «Тепловой удар» прямо с воздуха. Но, как и прежде, огонь вышел из-под контроля. 

Рио быстро стал тушить свою ногу, несколько раз наступая по холодной земле. Все таки огонь давался ему тяжело, но первые плоды его трудов все же оправдали себя.

— Я же учил тебя, что огонь не должен сжигать твоё тело! — возмутился Джаргал.

— Я старался… Но он всё равно не слушается меня, — скривился Рио, держась за едва уцелевшую ногу.

— Ладно, хватит на сегодня. Думаю, ты уже выложился по полной.

Техническая победа осталась за Джаргалом — Рио вновь переборщил с огнём. Но это была не драка, а скорее демонстрация — каждый из них просто хотел показать, чему он научился за этот день.

— Это пройдёт, парень. А вообще, я поражена, — сказала Люси, подойдя ближе. — Освоить за один день три приёма огня — это не просто талант, это редкость. Ты вправе гордиться собой.

Хоть Люси и не была элементалистом, но знала, как тяжело идёт обучение у новичков. По её опыту, на «Огненный шар» у среднестатистического ученика уходили недели.

— Правильно, нечего отчаиваться. Ты справляешься уже лучше многих, — поддержал его Джаргал, похлопав по плечу.

— Хоть я не элементалист, но скажу, что это было поразительно, — добавила Ханна, и Гато, сидевший рядом, молча кивнул.

— Спасибо вам всем! — Рио с грохотом повалился на землю. — После такого дня грех не прилечь.

В тот же миг земля под ним дрогнула — Джаргал с усмешкой ударил пяткой по грунту, и под Рио выскочил небольшой столб, подбросив его в воздух.

— Прости, не удержался, — невинно сказал Джаргал, наблюдая, как тот с удивлённым видом плюхается обратно. 

— Смотрю, вы сдружились, — заметила Ханна, приподняв бровь. — При нашей первой встрече ты считал нас чужаками, а потом вообще набросился на Рио. А теперь вы ведёте себя почти как друзья… если это вообще можно назвать дружбой.

Она задумчиво глянула на них. «Почему мальчишеская дружба такая сложная?»

— Джаргал не такой, каким кажется с первого взгляда, — сказал Рио. — Да, он вспыльчивый, грубый и вечно недовольный…

— Я вспыльчивый? Грубый? Ты парень не нарывайся! — нахмурился Джаргал. Он только что подтвердил слова Рио.

— Вот, даже сейчас пылишь! — Рио отступил на шаг. — Но ты ведь добрый. Хоть и не признаёшь, но я видел, как ты переживал за Элиота и Хью, когда они ушли вглубь шахты.

— Да ни капли я за них не переживал. Просто если бы потерялись, проблем было бы вдвое больше. А так — мы их вытащили, спасли от чудовищ. Ещё спасибо пусть скажут.

— Даже так, — усмехнулся Рио. — я видел, что тебе не всё равно.

— Кто такие Элиот и Хью? — наконец подал голос Гато, скрыв лицо под шарфом.

— Двое ребят, которых мы встретили по пути к шахте Чёрного Клена, — ответил Рио. — Они помогли нам с ориентиром, не дали заблудиться. Даже участвовали в поисках контрариума…

Он коротко пересказал всё, что произошло в шахте: от знакомства с мальчиками до борьбы с камнеглотами. Рассказал и про обучение, и про то, как вместе они нашли залежи контрариума

— Два мальчика, мечтающие стать минералогами? — задумчиво переспросила Ханна. — Звучит интересно. Возможно, из них бы вышли хорошие исследователи…

Она знала человека, который мог бы им помочь, но озвучивать эту мысль пока не стала.

— Никогда не понимал всей этой науки, — проворчал Джаргал. Он был из тех, кто считал, что воинам хватает силы и стали, а вся эта теоретическая ерунда — для книжников.

— Воин без мозгов — это не воин, а орудие, — спокойно парировала Люси, бросив на него взгляд. — Такие элементарные вещи должны преподаваться в любой уважающей себя школе.

— В «Соболе» с этим не заморачивались. Всё внимание — физическим тренировкам, — пожал плечами Джаргал.

— А, точно… — хмыкнула Люси. — Ну, тогда всё сходится. Не сказать, чтобы сам Соболь блистал умом — у него на троих мозгов не хватило бы. Зато навыков — хоть отбавляй. Он умел махать мечом, но думать при этом явно не считал нужным.

Джаргал помрачнел, будто собирался что-то сказать, но лишь сощурился, стараясь не взорваться.

— Осторожнее, — буркнул он. — Ты про нашего основателя говоришь.

— Да ладно тебе, — усмехнулась Люси. — Я говорю правду. Он ведь был... не самым глубоким умом. Но бойцом — отличным, никто не спорит с этим.

— Вы что, знаете и другие школы Гелиодора? — с интересом спросил Рио, решив разрядить обстановку.

— Конечно, я ведь сама из Гелиодора, — кивнула Люси. — Все нынешние школы названы в честь чемпионов Саламандры. Самые известные — это «Соболь», «Сокол», «Гепард» и «Бык». Ну и «Коготь», конечно, самая старая и уважаемая школа.

— А вы ведь тоже были бойцом? — уточнил Рио. — В какой школе учились вы?

— Начинала в «Пантере», — ответила Люси. — Школа не самая популярная, потому мало кто о ней слышал. Потом перешла в «Сокол», туда меня пригласил Конрад. Я стала преподавателем, и мы подготовили немало хороших учеников… Жаль, что название нашей школы некоторые до сих пор боятся вслух произносить — из-за кое-кого.

«Кое-кто» - это её муж.

— Этого пьяного идиота обходили стороной все, кому жизнь дорога. У кого хватит смелости назвать его своим наставником?

— Весомый аргумент, — сдержанно заметил Рио.

— Мне до сих пор не укладывается в голове, как он столько времени оставался чемпионом… — покачала головой Ханна.

— Такие тайны даже нам неизвестны, — саркастичным тоном ответил ей Джаргал 

Совсем неожиданно тишину нарушил странный звук, донёсшийся со стороны деревни. Он был пронзительный, дикий — словно рев или глухой рык, перемежаемый непонятными отголосками. Почти сразу за ним послышались встревоженные голоса. Команда насторожилась и, не теряя ни секунды, бросилась обратно в деревню. 

Когда они добрались до окраины, их встретила сцена нарастающей паники. Жители в спешке запирали дома, захлопывали ставни и двери. Кто-то хватал детей и уводил их в укрытия, другие вооружались чем придётся — вилами, топорами, даже кусками арматуры. Обстановка становилась всё более напряжённой.

— Вы это слышали? Это нападение?

— Кто-то видел в лесу… странные фигуры!

— Неужели элуры вернулись?

— Нет, не они. Эти… они все чёрные. С глазами, будто пылают изнутри. Как у элементаля!

Рио застыл. Это описание ему знакомо. Чёрные силуэты, пылающие огнём глаза — пепельники. Именно эти твари напали на лагерь беженцев под Гелиодором. Тогда они отбили их… и были уверены, что уничтожили всех до последнего.

«Пепельники?.. Как они добрались сюда?» — пронеслось в голове у Рио. — «Мы же расправились с ними. Неужели это новые?..»

Он бросил взгляд вперёд. На опушке, прямо за полем, появлялись силуэты. Тьма словно сгущалась вокруг них. Их было много — не меньше тридцати. Медленно, с глухим скрипом и сотрясающим землю шагом, они приближались к деревне.

— Это… они, — подтвердила Ханна, вглядываясь в движение у горизонта. — Но как? Почему здесь?

— Неважно, — рявкнул Джаргал, стискивая кулаки. — Хотят снова получить — получат. Я им покажу им ад на земле!

— Нельзя позволить им добраться до деревни, — решительно сказал Рио. — Все за мной!

Он развернулся и повёл своих товарищей навстречу надвигающейся угрозе.

Часть 2

Команда уже отбивалась от второй волны пепельных монстров. С каждой атакой эти чудовища становились сильнее, будто адаптируясь к их тактике. Те, что ещё недавно сгорали в огне, теперь едва реагировали на пламя. Их кожа чернела, но не трескалась, и они продолжали наступать с прежней яростью.

— «Огненный всплеск!» — рявкнул Джаргал, соединяя руки и резко разводя их в стороны. Языки пламени вырвались наружу, обдав врагов жаром, но пепельники лишь пошатнулись и вновь ринулись вперёд. 

— Огонь больше не работает… Ладно. А как насчёт этого? «Лавовая струя!»

Соединив стихии огня и земли, он направил поток раскалённой лавы, который залил первую линию наступающих. Часть пепельников обуглилась… но не все.

— «Стена!» — выкрикнул Рио. Массивный щит из камня взметнулся из земли, перекрыв путь врагам.

Но даже не успели они перевести дух, как новые твари показались на горизонте. Они надвигались как тьма — десятки огненных глаз полыхали в сгущающемся мраке.

— Да вы издеваетесь?! — Рио вытер пот со лба, тяжело дыша. Усталость сказывалась, но отступать он не собирался.

Сзади Гато удерживал тыл, не подпуская врагов к Ханне и Люси, хотя последняя и сама могла постоять за себя. Он сражался вполсилы, опасаясь выдать свою истинную силу, и ограничивался одними кулаками. Основной удар принимали на себя Джаргал и Рио — но и их сил начинало не хватать.

— «Камнемёт!» — Рио стянул все камни вокруг и с силой метнул их в противника. Взрыв разнёс более десятка пепельников.

— «Иглы!» — вытянув руку вперёд, он вырастил острые каменные пики, прорвавшиеся сквозь землю и разорвавшие вражеские ряды.

— «Землянной разрыв!» — Рио сжал кулак, концентрируя энергию. Вибрации земли сосредоточились в его руке, и, с мощным ударом, он выпустил разрушительный сейсмический поток. Земля разверзлась, с корнем вырывая кусты и деревья. Пепельников смело с лица земли, а ударной волной отбросило даже Джаргала и Гато на несколько метров назад.

Рио упал, вымотанный до предела. Он едва мог пошевелиться. За один день он истощил весь резерв энергии, так и не восстановившись после тренировок. Рио надеялся, что он справился хорошо и угроза минула.

Однако… часть тех, кто только что лежал, начала подниматься. Обугленные тела восстанавливали конечности, чёрные доспехи на их телах затягивались вновь. Они словно не ощутили удара.

— Даже после такого?.. — с недоверием выдохнул Джаргал.

Пепельники восстали вновь — и пошли в третий натиск. Атаки больше не работали. Даже Джаргал, уже покрытый ожогами и пылью, начал опускать руки.

Гато нахмурился. Едва пепельники поднялись, он почувствовал знакомый запах. Лесной воздух принёс странный аромат — еле уловимый, но до боли знакомый. Он чувствовал его в Гелиодоре. Кто-то был рядом. Кто-то… наблюдал. Но рой монстров не давал ему сосредоточиться.

Рио лежал, как раненый зверь, Джаргал пытался поднять его, но всё было тщетно. Пепельники окружили их, сжимая кольцо.

И в этот момент прозвучал чей-то крик:

— Помощь на подходе! 

Как удар грома среди ясного неба, в поле битвы влетел Шин. С яростью и восторгом в глазах он прорвался сквозь строй пепельников, разрывая их мечом, который никто ещё не видел. Клинок сиял ярко-синим светом, словно был выкован из чистого бриллианта. Его острие рассеκало тьму, оставляя за собой только пепел.

С каждым взмахом меча отряды пепельников падали, полностью лишившись своих сил. Энергия клинка пронизывала их сущность, разрушая саму природу их восстановления, их внутренее ядро.

— Узрите силу Громовержца! — прокричал Шин. Он был в экстазе — в своей стихии. Его меч плясал в воздухе, разя врагов то с одной стороны, то с другой. Пепельники, которые ранее казались неуязвимыми, падали без единого шанса.

Последняя волна чудовищ рассыпалась в пыль, как только клинок вонзился в землю. Тишина наступила мгновенно. Шин, стоя посреди поля, поднял меч к небу.

— Громовержец снова одержал победу! 

Молния ударила за его спиной, и синие отблески озарили небо. Клинок засиял ещё ярче, а сам он, гордо улыбаясь, смотрел на своих измотанных товарищей — как герой, пришедший в самый нужный момент.

— Так держать, парень, отлично сработано! — послышались аплодисменты за спинами команды. На краю поляны стоял Конрад, хлопая в ладоши и с явной гордостью глядя на сияющий клинок в руках Шина. — Меч вышел точь-в-точь, как я задумывал.

— Вы что, специально выжидали момент, чтобы появиться «внезапно»? — прищурилась Ханна с подозрением.

— Ха-ха, нет-нет, — рассмеялся Шин. — Мы просто ждали, пока меч остынет. Ну и… немного задержались с выбором названия.

— Сколько «немного»? Три часа? — Ханна сложила руки на груди.

— Мы оба хотели, чтобы имя отражало суть меча, — виновато пожал плечами Конрад. 

— И как вы его в итоге назвали? — с любопытством спросила Люси.

— Клинок, чья сила способна уничтожить любую элементную тварь! Встречайте — «Убийца Элементалей»! — выкрикнул он с пафосом, встав в крутую позу.

Где-то позади в небе ударила молния, раздавшийся гром дополнил эффект. Казалось, сама природа сыграла ему на руку.

— Эм… Плохо… — пробурчала Ханна.

— А поза ниче так, — улыбнулась Люси.

Мнение Ханны и Люси разделилось, хотя Люси понравилось больше представление меча, чем его название.

— Чем тебе не угодило название? — недовольно пожал плечами Шин. — Зато чётко передаёт суть: внутри клинка частицы анти-элемента. Для элементалей — это как яд. Джаргал, держи. Твой скимитар ведь сломался — теперь у тебя будет достойная замена.

Он небрежно метнул меч, и Джаргал поймал его с лёгкостью.

— А он для меня не опасен? — нахмурился тот, внимательно осматривая клинок. — Даже находясь рядом с Контрариумом, мои силы отключались.

— Не беспокойся, — ответил Конрад. — Мы ослабили эффект. Он сработает только при контакте с клинком. Пока держишься за рукоять, ничего не случится.

Джаргал сделал пару пробных взмахов. Меч оказался чуть тяжелее прежнего скимитара, но хорошо сбалансирован. Элемент откликалась на его волю, значит, можно пользоваться.

Битва, наконец, была выиграна. На этот раз — без потерь.

В этот момент Гато прищурился и вновь втянул воздух. Тот самый запах… Он становился слабее, почти исчезал. Тот, кто наблюдал за ними — уходил.

— «Если этот человек и правда стоит за появлением пепельников…» — подумал он. — «…я не могу позволить ему скрыться». 

Не сказав ни слова, Гато сорвался с места и метнулся в лес.

— Эй! Ты куда?! — Рио, едва шевелясь от усталости, приподнял голову. Он только успел заметить, как силуэт Гато исчез среди деревьев.

— Он что-то увидел? — предположил Шин, взглянув в ту же сторону.

— Похоже на то, — кивнула Люси.

— Тогда идём! — скомандовала Ханна.

Не теряя времени, команда рванула вслед за элуром, исчезнувшим в лесной чащобе.

***

Ночной лес был одновременно завораживающим и пугающим. Тьма плотно окутывала деревья, превращая их силуэты в изломанные тени. Лунный свет пробивался сквозь густые кроны, рисуя на земле причудливые узоры. Ветра не было, и лес казался застывшей картиной — красивой, но чуждой, будто сама природа задержала дыхание. Ни шороха, ни стрекота насекомых — только влажная тишина и слабое мерцание росы на листьях.

Гато двигался бесшумно, почти не касаясь земли. Он скользил между деревьями, перепрыгивая с ветки на ветку, чтобы не оставить следов. Он не хотел, чтобы Люси или Конрад узнали, кто он на самом деле. И всё же по мягкой почве тянулись отпечатки — но не его. Это были следы иного существа: у него было всего четыре пальца и необычно узкая ступня.

Внезапно в ночи раздался крик — пронзительный, наполненный паникой.

— Ай, отпусти меня, страшный зверь! 

— Уж кто бы говорил, — огрызнулся Гато, нависая над пленником. — У тебя кожа, как у болотного огра.

Он прижал существо лицом к земле, заломив ему правую руку. Тот зашипел и попытался вырваться, выплеснув в Гато липкую слизь. Однако в этот раз Гато успел увернуться и с силой придавил его плечом к мху.

На шум сбежались остальные. Увидев Гато, держащего неизвестного, все мгновенно приготовились к бою.

— Чёрт-чёрт-чёрт… Я не на это рассчитывал… Ха-ха-ха… — пробормотал пленник, нервно посмеиваясь.

— Кто это? — хрипло спросил Рио.

— Пока мы были в лагере, — пояснил Гато, не отпуская пленника, — я почувствовал странный запах из леса. Как только мы победили пепельников, он тут же исчез. Возможно, именно он и направил их на нас сюда.

— Что?! Я связан с этими чудовищами? — запротестовал пленник. — Пф! Глупость! Я — простой крестьянин! Как бы я мог управлять этими… тварями?

— Да ну? — Гато с силой надавил ему на спину. Тот заорал.

— АЙ! Убрал от меня свои лапы! 

В это время он вытащил из его кармана странное устройство — шар, слегка потрескавшийся, внутри которого клубилась мутная энергия. 

— Это не элементная энергия… — нахмурился Рио, подобрав шар. — Что-то совсем иное…

— Да ты один из «Когтей», как же ты у нас не причастен? — Джаргал сдёрнул с его предплечья эмблему школы — изодранную, но узнаваемую. — А теперь без глупостей: говори кто тебя послал!

— Это случайно зацепилось, — незнакомец продолжал отрицать свою принадлежность к «Когтю».

— Тогда на кого ты работаешь? — спросил Гато.

В ответ тот только высунул свой длинный, отвратительно скользкий язык. Гато надавил на руку сильнее и пленник снова завопил, послышался тонкий хруст кости.

— Ай-ай-ай! Только не правую! Она у меня самая ценная! Ладно-ладно, скажу! Травен! Меня послал Травен!

Имя, как выстрел, повисло в воздухе.

— Травен? Чемпион Саламандры? — переспросил Джаргал, вонзив клинок в землю прямо перед лицом пленника.

Тот утвердительно закивал. Джаргал оцепенел — он знал это имя слишком хорошо.

Травен, по прозвищу «Стальной Коготь», был одним из самых свирепых чемпионов Саламандры. Бывший ученик «Когтя», он стал чемпионом Саламандры два турнира назад и продолжал удерживать титул, стремясь превзойти самого Сокола. О нём уже ходили легенды — говорили, что он продал душу дьяволу за силу, с которой не мог сравниться ни один соперник. Когда случился тот страшный пожар, все решили, что он погиб. В лагере нашли обгоревшее тело с его браслетом чемпиона. 

— Ты же говорил, что последний чемпион погиб в огне… — шепнула Ханна.

— Я говорил, что нашли тело, — глухо ответил Джаргал. — Но я не верил что это он. Найденное тело было меньше, а Травен высокий и крупный человек. Я знал его слишком хорошо, чтобы спутать. 

— Думаешь, он инсценировал свою смерть? — предположил Рио.

— Сейчас мы это узнаем…

Джаргал наклонился к незнакомцу, и в его голосе зазвучала суровая решимость:

— Где он сейчас находиться? 

— Ага, думаешь, я тебе так просто скажу? — фыркнул тот, криво усмехаясь. — Сначала меня хватают, потом обвиняют непонятно в чём, а теперь хотят, чтобы я послушно раскрыл… А-А-АЙ! — незнакомец взвыл от боли, Гато вновь надавил ему на плечо. — Он к дикарям пошёл! К Дикарям!

— К дикарям? — переспросил Конрад, нахмурившись.

— Кто это ещё такие? — удивлённо спросил Шин.

— Он говорит не о людях, а о месте, — голос Конрада стал задумчивым. — Я знаю, где это. Старая заброшенная территория, за холмами, где когда-то я тренировался. Её называют Полигоном Затворников.

— Там где будет Травен, будет и Саламандра, — мрачно проговорил Джаргал. Он поднялся, выдернув клинок из земли. — Старик, веди нас туда!

— А с ним что делать? — Гато всё ещё держал пленника за руку.

— Как что? Отпустить, я же всё вам рассказал! — тут же воскликнул тот, с надеждой в голосе.

— А ну молчи, — рявкнул Гато, прикрыв ему рот.

— Лучше взять его с собой, — предложил Шин. — В качестве заложника. Может, на выкуп сгодится. Хотя… кто за него платить-то будет?

Он достал верёвку, собираясь связать пленнику руки. Но тот, как будто почувствовав угрозу, резко вывернулся:

— Ну уж нет! Я не позволю взять себя в плен!

Прежде чем кто-либо успел среагировать, из его рта брызнула густая слизь, ослепив Гато. Тот инстинктивно отшатнулся, и в этот миг незнакомец вырвался. Следом — серия хлопков: оглушающие бомбы. Пространство озарилось вспышками света, раздался глухой грохот — и шум стал затихать, уступая место тишине. Но самого незнакомца и след простыл.

— Вот же скользкий тип… — сердито буркнул Шин.

— В прямом смысле скользкий, — добавил Гато, протирая глаза. — У него кожа, как у лягушки.

— Наверняка побежал докладывать своим дружкам, что мы идём, — прорычал Джаргал и повернулся к Конраду. — Мы можем пойти туда прямо сейчас, старик?

— Да, я… я, кажется, помню дорогу. Это не так уж далеко. Но придётся спешить. — Конрад обернулся к Люси. — А ты возвращайся домой и оставайся там, пока мы не вернёмся.

— Впервые вижу тебя таким решительным, а не пьяным, — усмехнулась Люси. — Не волнуйтесь обо мне. Кто сунется — пожалеет. Я им там сама «Полигон» устрою.

— Хм… моя жена! — одобрительно хмыкнул Конрад. — Ладно, идём за мной.

Группа поспешно двинулась вслед за ним в сторону мрачной долины. А Люси, не теряя уверенности, зашагала в сторону деревни.

Часть 3

Конрад провёл остальных сквозь густые заросли в заброшенное и забытое место, которое местные по старой памяти называли Полигоном Затворников. Он знал дорогу — бывал здесь не раз. Каждому, кто стремился стать чемпионом, надлежало пройти через это место. Здесь обучались, здесь проверяли себя. Здесь же и забывали свои страхи. Ночь затрудняла путь. Лунный свет едва пробивался сквозь плотные кроны вековых деревьев, а лес вокруг будто затаился, прислушиваясь к каждому шагу. Но, несмотря на мрак, они всё же достигли цели.

— Мы пришли, — глухо сказал Конрад, указывая вперёд.

Перед ними простиралась обширная территория, поросшая дикой травой и плющом. Между деревьями виднелись грубые каменные сооружения — угловатые, неотёсанные, словно выдолбленные из скал варварскими руками. Они напоминали жилища первобытных людей — укрытия, способные выдержать любую осаду. Деревья плотно обступали древние постройки, обвивая их своими корнями, словно желая навеки спрятать от мира.

Место хранило тишину. Только лёгкий ветер посвистывал в ветвях, осторожно шепча забытые слова тех, кто жил здесь когда-то.

— Старик, что это за место? — спросил Джаргал, прищурившись в темноту.

— Это… остатки города, что когда-то стоял здесь, — ответил Конрад, подходя к заросшей мхом каменной стеле у основания полуобрушенной лестницы. Он провёл ладонью по её поверхности, очищая древний символ — очертания зверя с раскрытой пастью. Волк? Медведь? Нельзя было сказать наверняка — лишь свирепость в его чертах вызывала дрожь.

— Здесь впервые был основан Гелиодор, — продолжил он. — Но тогда это место не называлось так. Раньше это была дикая местность, глухой лес, куда боялись соваться даже охотники. Земля, забытая королями и богами. Тех, кто осмеливался здесь жить, называли Дикарями.

Конрад выпрямился, и его голос стал строже:

— Большинство из них были беглыми пленниками, изгнанниками, мятежниками. Люди, которых отвергли другие страны. Сначала каждый боролся за свою шкуру, но потом некоторые объединились, основали поселение. С началом Королевских войн изгнанников становилось всё больше, и Дикари стали силой, с которой приходилось считаться.

Он указал на разрушенные строения, многие из которых обратились в груды камней и обломков. Природа медленно, но упорно поглощала остатки их цивилизации. 

— Эти дома строились из грубого, но прочного камня. Дикари знали, что на них могут напасть в любую минуту. Их поселение было словно крепость. Они не стремились к красоте, лишь к выживанию.

Конрад повёл их дальше, по каменной тропе, поросшей мхом. Впереди виднелась арена — круглая площадь, наполовину разрушенная, с чернеющей выжженной землёй посередине.

— Со временем Дикари стали всё более агрессивными. Они расширяли свои земли, нападали на деревни, грабили, убивали. Восточная часть королевства на годы превратилась в место страха и крови. Говорили, что отсюда живыми не уходит никто. И тогда… появился Саламандра.

Они остановились на краю арены. Земля здесь была тёмной, словно всё ещё хранила огонь, бушевавший когда-то. Трава не росла, и в воздухе витал лёгкий запах гари.

— Он пришёл сюда один. И не ради битвы — он искал покой, хотел уединения. Но столкнулся с ними. Говорил потом, что эти дикари были не воинами, а обезьянами с железом в руках. Не понимали, ради чего живут, не понимали, ради чего умирают. 

Конрад подошёл к центру арены и встал, словно воскрешая момент.

— Саламандра потребовал встречи с их вождями. Перед ним предстали трое Верховных Дикарей. Их имена давно стерты временем, но их зверства помнят до сих пор. Самые жестокие, самые кровавые. И Саламандра… вызвал их на бой. Один против троих.

— Он что, с ума сошёл? Ну то есть, Саламандра, конечно, элементаль, но все же… — удивлённо прошептал Шин.

— Саламандра знал, на что идёт. Огненным элементалям неведом страх. Перед всей толпой они приняли его вызов — и он победил. Даже втроём они не смогли сдержать его силу. Это была не просто победа… это была демонстрация. После этого дикари больше не поднимали мечей против короны.

Команда с уважением осматривала арену. Земля здесь была по-прежнему тёплой, несмотря на холодный вечер.

— Это всё следы его огня? — Ханна осторожно ступила на почерневшую почву.

— Да. Те кто видел этот бой, навсегда запомнили то яркое пламя. А земля сохранила память о той битве.

Рио опустился на колено и потрогал землю.

— Вот это сила! — прошептал он с восхищением и тревогой. — Спустя столько лет…

Конрад подвёл их к дальнему краю арены, где под нависшими корнями деревьев виднелись грубые каменные плиты. У каждой лежала звериная маска — черепа с вырезанными клыками, символы власти, что носили Верховные Дикари. Теперь они стали их безмолвными надгробиями.

— Это… они? — тихо спросил Джаргал.

— Скорее, все что от них осталось. Саламандра оставил их маски здесь. Как предупреждение и как память. Он специально не записал их имена, чтобы навсегда вычеркнуть их из истории.

Конрад вновь посмотрел на след огня и продолжил:

— После того, как Верховные Дикари пали, часть их последователей в панике разбежалась, другие же — одурманенные злобой и отчаянием — попытались дать отпор. Но против Саламандры они были ничем. Он пощадил многих, но не допустил повторения той тьмы, что терзала восточные земли. Многие из уцелевших жителей просили его остаться. Кто-то умолял научить их сражаться, другие — просто хотели быть рядом с тем, кто положил конец кошмару. Так появилась его первая школа... А за ней и сам город огня — Гелиодор. 

С ноткой уважения в голосе завершил свой рассказ Конрад, присев у массивного каменного обелиска. На его поверхности временем была выгравирована эмблема школы «Когтя» — изогнутый коготь, пронзающий пламя.

— Это было первое здание школы, — тихо добавил он, указывая на мрачнеющее в сгущающихся сумерках сооружение позади.

Здание хранило в себе черты древнего дворца, когда-то величественного, теперь же полуразрушенного и окутанного вьюнами. В архитектуре угадывались знакомые линии — копия того самого дворца, что ныне возвышался в сердце Гелиодора, хотя этот уже давно был поглощён буйной растительностью. Лишь уцелевший фундамент напоминал о его былом величии.

Ханна медленно обвела глазами место, стараясь запечатлеть в памяти каждую деталь:

— Почему Саламандра покинул это место?

— Боль и страдания, оставленные Дикарями, очень сильно сказались на людях. Они не могли здесь оставаться. Слишком много крови, страха, потерянных лиц… Даже очищенная победой, эта земля не стала для них домом. Саламандра понял это. Он покинул эти земли, основал новый город и школу, которую вы прекрасно знаете. Сюда он приводил только избранных — чемпионов турнира. Для их последнего испытания. 

Он обернулся, взгляд его стал тверже:

— Я бывал здесь не раз… и знаю каждый камень.

— Но почему он вернулся именно сейчас? — хмуро произнёс Гато, недоверчиво осматривая округу.

— Возможно, эта самая «Сила», о которой говорили они… скрыта внутри школы, — предположила Ханна. — Конрад, вы знаете что нибудь об этом?

— Хоть я и сказал, что знаю тут каждый камень, но… за все эти годы я ни разу не видел ничего подозрительного. Ни потайных ходов, ни скрытых источников силы. Поверьте, тогда я был моложе, полон любопытства и подозрений — тоже искал подвох во всем этом. Но Саламандра тщательно скрывал присутствие «Силы», если она тут действительно была, — ответил Конрад, пожав плечами.

Поднявшись выше по полуобрушенной лестнице, группа вышла на каменный уступ. Отсюда открывался вид на лагерь, разбитый не так давно. Палатки ещё стояли аккуратно, футоны были разложены — всё говорило о поспешной эвакуации. Повсюду валялись потрёпанные вещи: копья, рюкзаки, миски с наполовину съеденной едой

— Они были здесь совсем недавно, — заметил Рио, с опаской прислушиваясь к тишине. Ветер носил запах дыма от костра, который ещё слабо тлел.

— Ушли в спешке, — пробормотал Шин. — Наверняка этот жабоподобный… добрался сюда быстрее.

— И теперь они, скорее всего, где-то рядом, — хрипло добавил Гато, сжав рукоять своего оружия. — Прячутся…

Вход в здание находился прямо за лагерем — широкий арочный проём, частично скрытый заросшим плющом и сломанным навесом. Казалось, его никто не охраняет. Но стоило ребятам приблизиться, как из глубины коридора послышались глухие голоса.

— Ну почему именно нас поставили сторожить ворота?..

— Помолчи и выполняй приказ. А то Травен с нас три шкуры сдерет. 

Разговор вёлся без особой бдительности. Голоса принадлежали двоим мужчинам — уставшим и раздражённым. Один из них явно скучал, второй — нервничал.

— Всё равно сидеть тут скука смертная… Кто вообще сказал, что на нас могут напасть?..

— Огненный шар! 

Два пылающих снаряда вырвались из темноты, ярко осветив вход. Раздался грохот и вскрик: охранников отбросило вниз, по ступеням. Те не успели даже увидеть нападавших. Рио и Джаргал быстро вынесли их.

— Они все внутри. Готовитесь к встрече, — спокойно сказал Джаргал, первым ступая вниз по лестнице. 

Помещение, куда они вошли, было обширным. Серые, испещрённые трещинами стены поднимались под самый потолок, поддерживаемые массивными колоннами. Своды уходили в темноту, но через отверстия в крыше проникал лунный свет, выхватывая из мрака изломанные фрески на стенах. Всё вокруг было покрыто пылью и паутиной. В воздухе чувствовался запах сырости и времени. 

Внутреннее пространство не напоминало величественную школу. Скорее, оно было похоже на древнее святилище, пережившее десятки эпох. Строения были довольно древними и возможно, принадлежали первым племенным семьям. Саламандра использовал это здания как временное пристанище, поэтому здесь ничего нового не было сооружено, а старое - осталось нетронутым.

На полу неподвижно лежали двое стражей. Их доспехи были обуглены, оружие валялось рядом. Эффект внезапности сработал отлично.

— Сейчас мы находимся в главном зале, — сказал Конрад, стараясь освежить в памяти план строения. — Дальше по коридору — тренировочные площадки, затем спуск в залы испытаний… И… что же ещё там было?.. Ах да — комната медитации. Там Саламандра проводил большую часть времени.

Он нахмурился, прикрыв глаза, пытаясь пробиться сквозь туман воспоминаний.

— Надеюсь я ничего не перепутал. Алкоголь совсем мозги мне вышиб.

Осмотревшись вокруг и не заприметив ничего странного, Гато воспользовался своим нюхом, пытаясь найти врага.

— Здесь спокойно… слишком спокойно, — прошептал Гато. Его глаза щурились, уши подрагивали. — И это странно. Я не чувствую ни единого запаха. Будто… здесь никого нет вообще.

— У вас отличный нюх… для человека с Севера, — удивлённо сказал Конрад.

— Д-да?.. Спасибо… — Гато замялся, заметно смущённый.

Ханна посмотрела на Конрада колючим взглядом.

— «Или Конрад специально не замечает, что перед ним элур… или Шин создал идеальную маскировку!» 

Ханна все же склонна к первому варианту, поскольку долгое пребывание в магазине Люси и Конрада могло вызвать подозрение у них насчет Гато. Хоть Гато и вел себя осторожно, незаметно скрывать уши и хвост было непросто. Но Ханна списывала это все на то, что у Конрада плохая память из-за алкоголя.

***

Пройдя через главный зал, они попадают в тренировочную комнату. Стены были исцарапаны, местами покрыты гарью. Вдоль стен стояли деревянные манекены Вин Чун — часть сломана, другие — будто терпеливо ждали, пока их вновь начнут лупить ученики. Некоторые были усовершенствованы металлическими насадками и вращающимися шипами.

— Здесь проходила основная часть занятий — Конрад провёл ладонью по одному из манекенов. — Саламандра сначала готовил нас морально, а потом — кидал в бой. Иногда к этим штукам крепили настоящие лезвия, шипы и прочие штуки. Поверьте, уклоняться было не так уж просто. Вин Чун - весьма необычный манекен из Династии, а Саламандра - был помешан на всем этом.

Он на мгновение улыбнулся, вспоминая былое.

— Когда я впервые сюда попал, я был уверен, что Саламандра просто хочет от меня избавиться. Постоянно подсовывал манекены с длинными клинками — чтоб увернуться было невозможно. Хех… но не тут-то было. Он еще разные трюки использовал против меня, но у него ничего не вышло. 

— Неудивительно. С вашим характером и образом жизни он, наверное, думал, что из вас чемпион не выйдет, — съязвил Шин.

— Эй, я может быть и пью, иногда, — Конрад картинно поднял палец, делая акцент на «иногда», хотя все понимали, что это означает «всегда», — но талант — вещь врождённая! И вообще, я пятикратный чемпион турнира Саламандры! Так что следи за языком, юнец.

— А с какой целью его вообще проводили? — заинтересовалась Ханна.

— Показушничество, — буркнул Джаргал себе под нос.

— Всё началось довольно скромно, — отозвался Конрад, взгляд его стал задумчивым. — Поначалу десять бойцов, которых Саламандра обучал для самозащиты, решили устроить дружеский турнир — просто чтобы проверить, кто насколько продвинулся. Наблюдая за ними, Саламандра заметил, что между двумя участниками вспыхнул спор о победителе. Тогда он сам вызвал каждого из них на бой. Конечно, никто его не победил, но он признал достойным того, кто продержался дольше всех. Так появился первый чемпион. 

Конрад задумчиво уставился на манекен, вспоминая слова Саламандры, когда тот рассказывал ему про историю турниров.

— Спустя год турнир повторился. Тогда уже пришло куда больше желающих. Саламандра увидел в этом нечто большее и предложил правила: турнир будут устраивать раз в четыре года, финалист должен был сразиться с предыдущим чемпионом, чтобы забрать титул. А в качестве награды он пообещал то, что все стремятся заполучить и по сей день — обучение у Саламандры. Возможность постичь то, что позже стали называть «Силой».

— Подождите, — нахмурилась Ханна. — Но если он сначала обучал десяток бойцов, зачем потом перешёл к одному? Зачем устраивать всю эту систему?

Конрад на мгновение замолчал, потом покачал головой:

— Точно не знаю. Но я могу предположить, что у него была какая-то цель. Или просто искал кого-то особенного. Таких вещей он никогда не объяснял. Это может знать только он сам.

— Но зачем ему надо возвращаться сюда? — тихо спросил Рио.

— Этот вопрос мучает меня с того момента, когда вы мне сказали о пожаре в Гелиодоре. Саламандра… не мог просто так уничтожить город. У него даже нет на это причин. Я ни за что не поверю, что это он. Нашей единственной зацепкой является Травен… быть может… он как-то связан со всем этим. 

Слова давались Конраду с трудом. Годы, проведённые под началом учителя, тяжестью легли на сердце. Он спасал, защищал, вдохновлял… А теперь его считают монстром. Конрад не мог с этим смириться — он должен был увидеть всё собственными глазами… и спросить напрямую.

И тут послышались шаги.

— Вот они! Взять их! — крик разрезал тишину, как клинок.

Из-за поворота выскочили пятеро бойцов «Когтя». Все вооружены копьями, глаза горят — не от ярости, а от холодной решимости. Увидев группу, они без промедления ринулись в атаку.

— Когти! Вот и отлично — я вас как раз и искал! — ухмыльнулся Джаргал, выставляя вперёд меч.

Ребята выхватили оружие. В воздухе повисло напряжение. Сейчас уже не было времени на сомнения — пришла пора сражаться.