Анти-элементное оружие

Часть 1

Раннее утро опустилось на деревню мягким покрывалом тишины. Даже скот, обычно начинающий день с первых проблесков солнца, ещё спал. Небо было безоблачным, с едва уловимым серебристым отливом над горизонтом. С запада тянул лёгкий, но холодный ветерок, пробегая по полям и вздымая легкий иней с травы. Вокруг было тихо — настолько, что даже шаги казались нарушением этого хрупкого спокойствия.

Однако даже в такие часы находились те, кто уже бодрствовал. Джаргал шел по узкой тропке к опушке леса, не спеша и с сосредоточенным выражением лица. 

Он шел осторожно, но уже не сковано как раньше — рана, полученная в бою с Люпусом, наконец начала затягиваться. Осталась лишь лёгкая ноющая слабость, которую он намеревался превозмочь. Сегодняшнее утро он посвятит восстановлению.

Привычка просыпаться до зари осталась у него с детства — её привил ему дядя, человек строгий и со своими принципами. Когда-то он обучал Джаргала основам боя и обращения с элементами. Дядя всегда говорил, что утренние часы принадлежат тем, кто по-настоящему хочет стать сильнее. Джаргал помнил его голос и наставления.

Лес встречал его привычным шелестом листвы и лёгкими переливами света, пробивающегося сквозь кроны. Здесь, вдали от деревни, никто не будет ему мешать — и он не помешает никому. Взяв несколько крепких веток и широких листьев, он собрал простейшие манекены — старый способ тренировки, которому его тоже научил дядя. Один манекен поставил перед собой, два других — чуть поодаль, а четвёртый — за спиной, словно скрытую угрозу.

Выпрямившись, Джаргал сделал глубокий вдох и сосредоточился. Он вытянул руки вперёд и мысленно произнёс:

— «Пламенный выстрел!»

Из его ладоней вырвался пульсирующий сгусток огня, с ревом пронёсся вперёд и точно попал в цель, расплавив ветки в основании манекена. Уголки губ Джаргала дрогнули — проверка пройдена. Связь с Огнём сохранилась. А ведь обычно после тяжёлых ран она на время утрачивается, и не каждый элементалист может её восстановить так быстро.

Он поставил два новых манекена и снова вызвал пламя — два выстрела, два точных попадания. Но проверка ещё не окончена. Он почувствовал движение за спиной — манекен, поставленный на случайную угрозу. Вращаясь на пятке, он произнёс:

— «Тепловой удар!» 

Его нога вспыхнула ярким пламенем, и с разворота он нанёс удар по макушке манекена, с лёгкостью снося его «голову». Пламя тут же исчезло, оставив после себя лёгкий дымок и запах гари. Он выпрямился и огляделся.

— Огонь вернулся. Хех, и рана не мешает.

Теперь оставался второй элемент — Земля.

Недалеко от него лежали валуны. Джаргал подошёл к одному, выставил руку вперёд и медленно сжал ладонь. Камень дрогнул и, со скрипом, приподнялся над землёй. Джаргал подбросил его и ударил ладонью, отправляя прямо в сторону крупного валуна. Удар прозвучал глухо, оставив лишь небольшую вмятину на каменной поверхности. Слишком слабо. Связь с землёй ещё не полностью восстановлена, а сам он ощутил, как мышцы напряглись больше обычного при попытке удержать тяжесть. 

Он нахмурился. Огонь, как всегда, вернулся первым. А вот Земля… — всё это ещё предстоит вернуть. 

— Не хватает сил, чтобы справиться с Землёй? — раздался спокойный голос из-за кустов.

Джаргал обернулся и заметил Рио, стоявшего у обугленного манекена. Тот наблюдал за тренировкой с заинтересованным видом, скрестив руки на груди.

— Ты чего так рано поднялся? — с легким раздражением спросил Джаргал, вытирая пот со лба. — Думал, в такую рань все ещё дрыхнут.

— Я мог бы спросить у тебя то же самое, — усмехнулся Рио, выходя на поляну и потягиваясь. — Решил немного потренироваться, пока никто не мешает. Лес — подходящее место, если не хочешь будить деревню землетрясениями.

Оказалось, их мысли сегодня сошлись: оба пришли в лес, чтобы потренироваться и восстановиться — Рио после боя с Сайро, а Джаргал после своей травмы. Джаргал размял кисть, немного натянувшуюся после броска камня, и начал восстанавливать манекены.

— Хех, мой дядя всегда говорил: «Если кто-то встаёт до рассвета и идёт на тренировку, значит, либо чего-то недоучил, либо просто делает вид, что старается». Так какая у тебя причина?

— Ну… чувствую, что за эти дни слегка застоялся, — ответил Рио, явно утаив настоящую причину.

— Это после того, как тебе Сайро накостылял? — с усмешкой предположил Джаргал. — Шин вчера рассказал, как вы сцепились с кем-то из «Когтя». Когда он описал бойца с шипами на спине — я сразу понял, о ком речь. Это был Сайро, верно?

— Да… только я не помню, чтобы он представлялся нам, — Рио кивнул.

— Он и не из болтливых, — заметил Джаргал, устанавливая последнего манекена. — Если у него шипы растут не только из рук, но и из спины — это только он. Один из немногих из «Когтя», кого я не презираю. Говорят, он с мечом в руках родился. Проворный, уверенный, резкий. Не удивлён, что ты ему проиграл.

Несмотря на личную неприязнь к «Когтю», Джаргал признавал силу Сайро. Ему самому хотелось бы когда-нибудь сойтись с ним на турнире. Но пока — только наблюдал за его боями со стороны. 

— И как мне победить такого, как он? — тихо спросил Рио. Сайро оказался сильнее — это было очевидно. Но Рио чувствовал, что дело не только в элементе. Ему чего-то не хватало.

Джаргал задумчиво наклонился вперёд, вспоминая стили обоих бойцов.

— По элементальным навыкам вы почти наравне. Но вот в физике и стиле — он явно тебя обходит. Ты дерёшься, как типичный элементалист земли… То есть, без чёткого стиля вообще, — хмыкнул он. 

Рио вообще не припоминал, чтобы в движениях Ëрсквэйка был какой-то боевой стиль, он же элементаль.

— А Сайро — совсем другое дело. Он двигается легко, плавно, а в нужный момент — резко, как хлыст. И его шипы работают как щит, особенно те, что на спине. Неудивительно, что ты не мог пробить его защиту. Мало кому это удавалось.

Тело Рио до сих пор отзывалось болью от удара этими шипами. Некоторые раны так и не зажили, а в памяти ясно отпечаталась сцена их битвы.

— Что же касается тебя, то тебе стоит поработать над ловкостью. Перестань стоять на месте, как статуя, иначе будешь для него удобной мишенью. Я могу научить тебя нескольким своим приёмам, пригодятся.

— Правда? Было бы здорово! Но… у меня есть ещё одна просьба, — в глазах Рио блеснуло искреннее возбуждение. Джаргал насторожился.

— Научи меня Элементу Огня!

— Что? — Джаргал на миг опешил. — Ты серьёзно?

— Ну конечно, — уверенно ответил Рио. — Я давно хотел изучить второй элемент, но не находил подходящего учителя. А все мастера Огня, как я читал, сочетают акробатику, силу и скорость. Это именно то, чего мне не хватает!

— Много ты вычитал… — пробормотал Джаргал, всё ещё не веря в услышанное. — Ты хоть понимаешь, что второй элемент изучить сложнее первого? Это по щелчку не произойдет. Месяцы практики, если не годы.

— Понимаю. Но я всё равно хочу. Земля — хороший элемент, но… Огонь круче. И мощнее.

Рио был элементалистом Земли, но давно чувствовал влечение к другому элементу — порывистому, опасному, яркому. Огонь манил его своей непредсказуемостью и энергией. Слышал бы его сейчас Ëрсквэйк…

Джаргал задумался, прежде чем ответить. Опыт в обучении у него был, пусть и незначительный, но он понимал: чтобы научить Рио основам огня, понадобится немало времени и терпения.

— Если ты так этого хочешь — я соглашусь, — произнёс он наконец. — Но есть одно условие. Взамен ты обучишь меня своим приёмам Земли.

Рио удивлённо вскинул брови. Это условие показалось ему странным — зачем элементалисту Огня элемент Земли?

— Для владения элементом Лавы необходимы оба элемента — Огонь и Земля. С первым у меня всё в порядке, а вот со вторым… проблемы. Если смогу улучшить навыки, то смогу лучше контролировать Лаву.

— Без проблем, я помогу! — тут же согласился Рио. — Я знаю много приёмов, которые помогут освоить Землю.

Они пожали друг другу руки, в знак взаимного соглашения.

— Спасибо. Но предупреждаю: я требовательный учитель. Огонь тоже сложный элемент. Тебе будет нелегко, — серьёзно произнёс Джаргал.

— Ты не первый человек, который мне это говорит, — усмехнулся Рио.

Так и было решено: Рио будет изучать Огонь, а Джаргал — Землю.

Обучение начали с огня. Джаргал взял палку, обмотал её тряпкой и поджёг кончик с помощью пламени, вспыхнувшего у него в ладони.

— Начнём с основ. Приём называется «Поток огня». Это первый шаг к контролю энергии и её преобразованию в пламя. Главное — удерживать энергию в одной точке. — он показал технику: соединив ладони, сосредоточил энергию в центре. В воздухе между руками загорелось маленькое, но яркое пламя, которым он тут же поджёг тряпку.

— Теперь ты. Следи за дыханием и контролируй поток энергии. Не переусердствуй — можешь обжечься.

Рио глубоко вдохнул и соединил руки. Энергия внутри него зашевелилась, разогревая кожу. Тепло росло, переходя в жар.

— Хорошо… А теперь — выпусти её наружу!

Он сосредоточил силу в правой руке и направил поток вперёд. На его ладони вспыхнул… крошечный язычок пламени. И тут же погас.

— Ахаха, ну… зато получилось! — Рио растерянно улыбнулся.

Джаргал молча наблюдал, потом вздохнул.

— Хм. Пожалуй, это будет испытание… не только для тебя, но и для моего терпения. Я-то думал, ты уже умеешь управлять энергией лучше, раз освоил Землю.

— Всё потому, что ты слишком рано начал его тренировать, — послышался голос со стороны. И знакомый запах.

— Господин Сокол?! А вы-то что здесь делаете в такую рань? — удивлённо спросил Рио.

— Чего тебе надо, старик? — грубо отозвался Джаргал.

Старый воин, восседавший на камне неподалёку, лениво встал и поправил пояс.

— Это моё место. Я тут обычно сижу и пью… пока жена не видит. А вы тут, оказывается, фаер-шоу устраиваете, — он подошёл ближе, выпятив свой округлый живот. — Вы, мальчики, всё делаете неправильно! Особенно ты - горе-тренер. С таким подходом ты и костёр не разожжёшь, чего уже говорить об пламени внутри, — ворчливо сказал он и хлопнул Джаргала по плечу. 

Как только он появился, сразу начал отчитывать. Несмотря на то, что Сокол давно ушёл из преподавания, его опыт был неоценим. И он с удовольствием делился им, если видел, что ученики действительно стараются.

— Вижу в тебе искру… возможно, Огонь у тебя в крови, — задумчиво проговорил Сокол, глядя на Рио.

Рио удивлённо вскинул брови. Ëрсквэйк ни разу не упоминал, что у него есть предрасположенность к элементу Огня.

— Однако, — продолжил Сокол, почесав бороду, — прежде чем приступить к изучению, тебе нужно подготовить тело. Закалить его. Огонь должен признать тебя. Так мне когда-то сказал Саламандра.

Джаргал едва заметно напрягся.

— «Неужели он... будет нас учить?» — мелькнуло у него в голове.

— Ну что ж! — внезапно поднял голос Сокол, подбоченясь и вздернув подбородок. — Я помогу вам закалить тела. Сделаю из вас достойных элементалистов Огня!

Рио и Джаргал переглянулись. Сначала они подумали, что это просто бахвальство старика, особенно учитывая его вольный вид и подозрительно красный нос. Но уже через пару минут поняли — отступать поздно. Сокол не собирался шутить. Он действительно решил их тренировать. Как в старые добрые времена... хотя никто не был уверен, что это были добрые времена.

***

Прошёл час. Может быть, больше.

— Рио? Джаргал? Вы где? — голос Ханны разносился над опушкой, пока она шла по лесной тропе.

Она заметила исчезновение своих товарищей — и, что самое тревожное, вместе с ними пропал Сокол. Люси шёпотом подсказала, где её муж любит «уединиться на воздухе». Ханна пошла в сопровождении Снетча, который не хотел, чтобы она бродила одна.

— Мы уже позавтракали, а они как в воду канули… — пробормотала она, вытирая пот со лба.

Добравшись до указанного места, она осторожно раздвинула ветки и застыла. На небольшой поляне, прямо на горящих древесных углях, трое мужчин стояли в планке… в одних трусах.

Джаргал и Рио дрожали от напряжения, их лица покрывали капли пота, а мышцы судорожно подёргивались. Под ними угли продолжали потрескивать, источая невыносимый жар. А посередине — Сокол. Спокойный, невозмутимый, будто стоял на мягком ковре.

— Продолжайте стоять, мальчики! — командовал он, не сбиваясь с дыхания. — Только так вы прочувствуете суть огня! Так нас учили, и я научу вас.

— Я… я так скорее зажарюсь, чем стану сильнее… — простонал Джаргал, скрипя зубами.

— Когда это закончится?.. — прохрипел Рио, у которого всё тело горело… Он пожалел о том, что решил обучаться Огню.

— Не нойте! Боль — это ваш учитель. А теперь — добавим жару!

— Не надо! — одновременно воскликнули оба ученика.

Ханна вытаращила глаза. Её товарищи явно были на грани, но стояли, потому что знали — упадёшь, и ожоги обеспечены. Пальцы ног почернели от жара, руки дрожали, лица перекосило от боли… а Сокол стоял, как статуя, с довольной ухмылкой на лице.

— А теперь — дыхание! Чувствуйте пламя. Вдох… выдох…

— Помогите! — простонали оба ученика.

Они даже не заметили, что за ними наблюдали. Ханна не стала дожидаться, когда старик предложит ей присоединиться.

— Я ничего не видела. Я вас не знаю. Никого из вас не знаю! — прошептала она и осторожно попятилась назад, пока её тоже не заставили стоять на углях.

Часть 2

Мужественный Сокол, а по-настоящему Конрад, — живая и давно всеми забытая легенда. Пятикратный чемпион Турниров Саламандры, он считался одним из лучших учеников самого великого мастера огня. Он обучался у него боевым искусствам и элементным навыкам и достиг небывалых результатов. И разумеется, он хорошо знает самого Саламандру и его слабости.

Саламандра — элементаль Огня, уже давно победивший свою природную уязвимость к воде и добившийся статуса долгожителя. Но не бессмертного. 

— Я знаю, как можно победить даже его, — сказал Конрад им вчера, — мечом, способным подавить любую элементальную энергию. Анти-Элементное оружие.

Эти слова сразу же привлекли внимание ребят. Обычные элементные атаки против такого противника были бы малоэфективными, но если у них будет оружие, способное нейтрализовать силу элементалей, то шансы возрастут. Они решили остаться и помочь в создании этого меча. Взамен Сокол пообещал вспомнить, куда мог направиться Саламандра после своего исчезновения.

День стоял солнечный. На улице уже шумела жизнь, а оружейная лавка Конрада только что открыла свои двери — впрочем, особого наплыва посетителей не было. Несколько постоянных клиентов — и всё. Зато будет больше времени для создания меча. Большинство собрались в кузне: там старый мастер разложил на рабочем столе свиток с чертежами меча.

В руке у него была указка, лицо сосредоточено, взгляд — пронзительный. В этот момент он больше походил на генерала перед решающим сражением, чем на пьяного старика.

— Слушайте внимательно, — начал Сокол. — Меч Анти-Элемента — оружие редкое и невероятно опасное. Даже такой гигант, как Саламандра, не устоит перед ним. Но для этого нам нужен ключевой материал — руда контрариум.

Контрариум — редкая и ценная руда, используемая даже в современных технологиях, например, в системах магических поездов. В северных районах Гемстоуна её добывают промышленно, но в обычных условиях она почти недоступна. Основные залежи спрятаны глубоко под землёй, где кислорода почти нет, а давление сжимает грудную клетку. Добыча требует выносливости и сноровки.

Конрад продолжил:

— Меч состоит из двух ключевых частей: эфеса и клинка. Для эфеса у меня есть всё, что нужно. Осталось сделать клинок, а для него и необходим Контрариум. Один мой старый друг, шахтёр, проговорился по пьяне, что на юге от города, там где местная шахта, нашли залежи Контрариума, но ещё не успели их добыть. Повезло нам — иначе пришлось бы выкладывать целое состояние. Итак, есть добровольцы среди вас? Всю нужную экипировку я вам дам.

Рио тут же поднял руку:

— Мы с Джаргалом можем пойти за рудой.

— Мы? — переспросил Джаргал, глянув на него.

— Конечно. Шахты и пещеры — идеальное место для тренировки с элементом Земли. Это пойдёт нам только на пользу.

После утреннего испытания на углях Джаргал поклялся, что больше не будет участвовать ни в каких «экстремальных тренировках» этого чокнутого старика. Они с Рио провели два часа в бочке с холодной водой, охлаждая ладони и ступни, но боль всё равно не проходила.

— Хм… ты прав, — кивнул Сокол. — Вибрации земли помогут вам почувствовать, где прячется руда. Но вот выкопать её с помощью стихии — не получится. Придётся по-старинке. Возьмете кирки. 

Сокол скрылся в кладовке и спустя пару минут вернулся с двумя крепкими, хоть и слегка пыльными, кирками. Несмотря на возраст, металл на них не проржавел — явно сделаны на совесть.

— Вот. А ещё держите верёвку с крюком — на случай, если придётся спускаться в глубокие шахтные колодцы.

Он раскрыл карту и указал место назначения.

— Вот здесь находится шахта. Постарайтесь вернуться до заката — если успеете, я смогу выковать клинок уже сегодня вечером.

Собрав всё необходимое, Рио и Джаргал вышли из кузни на солнечную улицу. Кирки звенели у них за спиной, перевязанные верёвками, а карта, свернутая в трубку, торчала из сумки Рио. Перед тем как отправиться в путь, они решили напоследок переговорить с Шином и Ханной.

— Точно не хочешь пойти с нами, Шин? — в последний раз попытался уговорить его Рио, окинув товарища выразительным взглядом.

Шин откинулся на спинку скамьи и усмехнулся, скрестив руки на груди:

— Хех. Делать мне больше нечего, как копаться в пыльных шахтах, — ответил он с тем самым самодовольным тоном, в котором звенела его неизменная гордость.

Ханна, сидевшая неподалёку, ухмыльнулась и лениво потянулась:

— Всё потому, что ты сразу сдулся, как только узнал, что в шахте нет ни золота, ни драгоценностей, да?

— Эй, к чему это было сказано? Ну и что, что там нет золота? Мне-то какое дело? — пробормотал он и отвернулся, словно обиженный ребёнок, вызвав очередную волну смеха у остальных.

На самом деле это, конечно, была ложь. Будь в шахтах хоть намёк на золотые жилы или редкие самоцветы — Шин бы первым выдвинулся в путь. Но грязь, тяжёлый труд и отсутствие блестящих перспектив явно были не для него. Тем более он уже пообещал Соколу помочь с ковкой эфеса, так что решил остаться и не перегружать команду.

Ханна тоже предпочла остаться: не из-за лени, а из здравого смысла. Она понимала, что толпиться в шахте втроем нецелесообразно. К тому же кто-то должен был остаться и присматривать за всеми, а то одна Люси не справится с этой задачей.

— Удачи вам, ребята, — сказала она на прощание, провожая их взглядом.

Рио коротко махнул рукой, и они вдвоём направились по тропинке, уходящей к югу от города.

***

Рио и Джаргал шагали по аккуратно выложенной тропе, вьющейся вдоль окраины леса. Дорога вела к шахте, что находилась южнее поселения, в месте, которое местные называли Черным Кленом. Эту шахту открыли совсем недавно: при рытье водопроводных каналов рабочие наткнулись на крупные залежи железной руды. Когда углубились в раскопки, обнаружились и другие жилы — так и появилась шахта. Свое название она получила благодаря редкому сорту клена, растущему только в этих местах. Его листья были почти черными — отсюда и название. 

Сегодня Джаргал был на удивление словоохотлив. Обычно он молчал, ворчал или ломал предметы, попадающиеся под руку. Но с самого утра, когда он подошел к Рио на опушке, в нем было что-то иное — словно внутренняя скованность дала трещину. Может быть, он начал по-настоящему доверять своим спутникам.

— Значит, тебе нужно подтянуть навыки Земли, чтобы усилить свойства лавы? — уточнил Рио, поддерживая начатую ранее тему.

— Верно, — кивнул Джаргал. — Чтобы управлять Лавой, нужно владеть двумя стихиями: Огнем и Землей. Первая придаёт магии силу и напор, а вторая помогает удерживать форму и контроль. Без Земли Лава просто расплескается, не слушаясь элементалиста. А это ведь и есть основа пара-элементов.

Именно в этот момент Рио вспомнил то, что слышал ранее.

— Это ведь называется синергией элементов?

Синергия — явление, с которым сталкиваются все опытные элементалисты. В мире существует шесть первородных элементов: Огонь, Вода, Воздух, Земля, Свет и Тьма. Однако при определённом уровне мастерства два из них можно объединить, получив новый — так называемый пара-элемент. Управлять ими сложнее, чем одним первородным, но и возможности у них иные. Лава, например, является сочетанием Огня и Земли. Чем выше мастерство элементалиста, тем изощрённее могут быть сочетания. Некоторые школы даже изучают комбинации пара-элементов между собой, создавая уникальные формы магии. Но такое под силу лишь немногим избранным. 

— Это знание ты получил в своей школе? — поинтересовался Рио, с любопытством глядя на собеседника. — Как у вас вообще выбирается путь элемента?

— Постой, а ты разве сам не ученик академий? Мистезем или как её там… — удивился Джаргал.

— Да нет, какое там… Поступление — дорогое удовольствие. Меня обучал…скажем так, один отшельник, — Рио решил не уточнять, что этим отшельником был элементаль. — Расскажи лучше про свою школу.

— Ну, у нас в самом начале были испытания, — начал Джаргал. — Они и определяли наш путь. Начиналось от физической подготовки и до проверки ментальной устойчивости. Говорят, что предрасположенность к элементу формируется с рождения. Эти тесты лишь подтверждают её.

Рио задумался. Это шло вразрез с тем, чему его учил Квэйк — тот настаивал, что человек сам выбирает свой элемент, независимо от природы или наследственности. 

— Мне тогда сказали, что у меня сильная связь с Огнём, поэтому я его знаю так хорошо, — продолжал Джаргал. — Но в школе не запрещали изучать другие элементы. Я захотел познать Землю. И спустя пару лет тренировок смог освоить Лаву.

Рио слушал с уважением. В отличие от него, Джаргал прошёл через систематическое обучение, где было место и тренировкам, и теории. Но интерес Рио был не только в элементе.

— А кроме элементов, вас ещё учили боевым искусствам?

— Да, ещё как. Фехтование, борьба, выносливость, командная работа… Особенно этим болел мой дядя. Он меня с детства гонял: вставать на рассвете, отбой строго в десять. Сперва я злился на его правила, а теперь понимаю — режим закалил мой характер.

— Это он тебя всему научил?

— Можно сказать и так. Он меня и вырастил. Мать умерла рано, а отца я никогда не знал. Дядя заменил мне их обоих.

В голосе Джаргала прозвучала непривычная мягкость. Рио почувствовал, что разговор приближается к чему-то личному. Он не перебивал.

— Однажды я случайно попал на любительский турнир и увидел его бой. В тот же день я попросил, чтобы он начал меня тренировать, ведь я тоже хотел участвовать в турнирах. Он не отказал — начал тренировать меня сам, а затем записал в школу, где сам когда-то учился. Так я и стал учеником «Соболя». Строгая, но хорошая школа.

Он замолчал на мгновение, будто вспоминая.

— Он мечтал о титуле чемпиона Саламандры, — тихо сказал Джаргал. — Всю жизнь к этому шел. Владел элементом Ветра, был силён, но ему не везло. На каждом турнире вылетал до четвертьфинала. И с каждым разом всё сильнее себя изматывал, всё больше тренировался. Иногда до полного изнеможения.

Пока они шли, Джаргал говорил всё тише, голос его становился хриплым.

— Когда мне исполнилось восемь, он начал меня готовить — как будто видел во мне своё продолжение. Ставил передо мной всё более жесткие задачи. Но я выдержал, хоть и с трудом. Даже победил его в тренировочном бою. Только недавно я понял, как тяжело ему всё это давалось. Он уже тогда держался за сердце, но всё равно продолжал тренироваться.

— Он был болен?

— У него были проблемы с сердцем еще давно и ему категорически запрещено тренироваться. Но он игнорировал все эти предупреждения. Тренировался круглые сутки, без передышек или еды. Я пытался его убедить его остановится, но он меня не слушал. И когда… после турнира я вернулся домой… — Джаргал резко остановился. Его лицо исказилось от сдерживаемой ярости. — Он лежал на полу. Без сознания. Сердце… не выдержало. Я ведь его предупреждал. И не только я! И друзья, и мастер… А он всё равно продолжал, как проклятый. Вечно гнался за своей мечтой. За этим клятым титулом. Чертова его упёртость!

Это был его первый юношеский турнир — и его первая победа. Когда он стоял на арене с мечом в руке, когда судья поднял его руку, а зрители взорвались аплодисментами, Джаргал почувствовал настоящую радость. Он спешил домой, почти бежал, ему хотелось рассказать, поделиться, услышать: «Я горжусь тобой» от дяди, что так усердно его тренировал. Но вместо этих слов он застал тишину. И холодное, неподвижное тело дяди. Радость исчезла сразу, будто её и не было. Победа обернулась пустотой.

С того дня турниры перестали иметь для него значение. Как и турнир Саламандры. Но он все равно восхищался им когда-то. Для него Саламандра был живым воплощением силы, идеалом, до которого, как казалось Джаргалу, никогда не дотянуться. Но сами турниры… Слишком много шума, пафоса, восторженных речей. Слишком много бойцов, мечтающих о славе и признании. А Джаргал не искал ни того, ни другого. 

Джаргал часто думал, что дядя готовил его не ради гордости. А потому что боялся — боялся, что сам не доживёт до долгожданного триумфа. Что не сможет стать тем, кем мечтал быть. Он надеялся, что хотя бы Джаргал гордо поднимет над головой меч и станет новым чемпионом Саламандры, пусть даже не ради себя, а ради него. И когда его не стало… всё другие победы потеряли свое значение.

Рио шагнул ближе, положив руку ему на плечо.

— Эй, ты в порядке?

— Да, все отлично. — резко ответил Джаргал, вырываясь. — Забудь. Просто забудь, что я сейчас сказал. У нас есть дело. Нужно достать руду и закончить этот долбанный меч.

Он вновь стал самим собой — сдержанным, грубым, почти безэмоциональным. Только глаза выдавали то, что внутри всё ещё бушует буря.

— «Наверное, тема с дядей — его самое больное место», — подумал Рио, чувствуя горечь. Ему было жаль, что он, возможно, больше не увидит Джаргала таким открытым.

Пока они шли, на горизонте показалась шахта. У входа в пещеру стояли два больших дома для рабочих. Сегодня был выходной, и хотя обычно в это время шахтёры отдыхали внутри, сейчас почти все сидели на улице — кто у костра, кто в тени под навесами, лениво болтая друг с другом.

Перешагнув через закрытые ворота, Рио и Джаргал подошли к одному из шахтёров, что покачивался на табуретке рядом с проходом, ведущим к самой шахте. На вахте оказался «старый друг» Конрада — тот самый, что однажды проболтался ему про Контрариум. Чтобы не нажить себе лишних проблем, он нехотя согласился впустить их.

— Ладно-ладно, открою вам проход… Только умоляю, никому ни слова, что вы тут были! — пробормотал он, вставая с табуретки и доставая ключи. Щёлкнул замок — и ворота распахнулись.

У старика Конрада здесь было немало знакомых — в основном собутыльники, у которых он и доставал нужную руду. Сегодняшний выходной предоставлял идеальную возможность проникнуть в шахту и забрать Контрариум без лишних глаз. 

Когда они уже подходили ко входу в шахтный туннель, Джаргал заметил двух подростков, что крались за ними, а стоило обернуться — тут же прятались. Но, увидев, что их заметили, ребята вышли из укрытия и встали у прохода, преграждая путь.

— Вы что-то хотели? — спросил Рио, остановившись перед ними.

Оба мальчика переглянулись. Первый, постарше, был в тёмно-красной футболке и коричневых шароварах. Он выпрямился и уверенно сказал:

— Мы хотим пойти с вами.

— Возьмите нас, пожалуйста… — добавил второй, тише и мягче. Он был ниже ростом, худощавый, в синей рубашке и шортах, больше похожий на юного матроса.

— И с чего бы нам вас брать? — недоверчиво спросил Джаргал, скрестив руки на груди.

— Потому что внизу шахты полно опасностей. А вы тут не местные, можете заблудиться или… — начал старший, но его явно сбивало с толку суровое выражение Джаргала.

— Опасностей? Вас туда самих не пускают, откуда вы знаете, что там? — прищурился Джаргал.

— Ну… Нас не пускают без взрослых, — честно признался младший.

— Хью! — вскрикнул старший. — Зачем ты это сказал?! Теперь они точно нас не возьмут. Вечно ты такой… честный!

— Прости, Элиот. Я просто… не умею врать, — виновато пробормотал Хью, опуская взгляд.

Так ребята узнали их имена. Мальчики жили здесь с родителями и давно мечтали попасть вглубь шахты, но правила были строги: детей без сопровождения взрослых не пускали. Да и какой здравомыслящий взрослый пустит ребенка в шахты? А сегодня, в выходной день, когда все отдыхали, появилась их, как им показалось, единственная возможность спуститься вниз. А для этого они хотели уговорить двух незнакомцев взять их с собой.

— Если там действительно опасно, зачем вы туда идете? — спокойно спросил Рио.

— Для изучения! — выпалил Элиот, будто ждал этого вопроса.

Рио и Джаргал переглянулись, оба приподняв брови.

— Мы с Хью хотим стать геологами. Мы мечтаем исследовать природу камней, искать редкие минералы и драгоценности. Когда-нибудь о нас будут писать в книгах!

— Точнее, минералогами, — поправил его Хью. — Геология — это шире, а мы интересуемся именно минералами.

— Ахаха, ну да, точно, я это и хотел сказать, — смущённо засмеялся Элиот, почесав затылок.

Наверное они прочитали кучу книг по этой теме. Да и к тому же, их родители наверняка работают в шахтах, вот у них и появился такой интерес интерес.

— Значит, хотите попасть внутрь, но вас не пускают без взрослых? — уточнил Рио.

— Да, — кивнул Элиот. — Мы слышали, что недавно нашли новый вид минерала, очень редкий. И мы с Хью поспорили, кто первым её найдёт — тот и будет лучшим минералогом! — добавил он с азартом в голосе, будто речь шла о победе в великом соревновании.

Рио скептически хмыкнул, а Джаргал нахмурился.

— Ради детских игр идти в шахту? У нас времени нет на это! Пошли, Рио. 

Он жестом подозвал товарища, и они направились к шахте. Хью, хоть и был расстроен, воспринял отказ спокойно. А вот Элиот не сдался — он подскочил и снова преградил им путь.

— Я же сказал, мы вас не возьмём. Ты с первого раза не понял? — рыкнул Джаргал. Голос его стал жёстче, и в нём уже звучало раздражение.

Но Элиот не дрогнул — только усмехнулся и спросил:

— Я может и услышал, но ты вообще когда-нибудь был в шахте?

Джаргал прищурился, не сразу поняв, к чему тот ведёт.

— Что там такого — взял кирку, пошёл, копаешь. Тоже мне, наука...

Элиот громко рассмеялся такому заявлению.

— Так каждый болван скажет. А ты, судя по всему, в шахте ни разу и не был. Мы с Хью спускались туда много раз с родителями. Мы знаем, где тупики, где опасные участки, где камни обваливаются. А ещё — где бывают карманы с газом и резкие перепады температуры. Без проводника вы там заблудитесь уже на первом уровне.

— Шахты — это не прогулка, — подхватил Хью. — Люди там работают при высокой влажности и температуре, с риском для здоровья. У многих развивается клаустрофобия и болезни дыхательных путей. И травмы — обычное дело.

— Плюс, мы знаем обходные маршруты. Тайные переходы, если хотите быстрее найти нужную руду, — добавил Элиот с лёгкой самодовольной ухмылкой.

Элиот и Хью решили переубедить их другим способом, Элиот пошел на хитрость сказав, что без их помощи, Рио с Джаргалом просто заблудятся внутри шахты. А Хью подкрепляет его аргументы логикой и фактами, вычитанными из книг и газет. Последний ход оказался решающим.

— К тому же… — Элиот указал на них пальцем. — Вы ведь ищете Контрариум, так?

Джаргал резко обернулся.

— Откуда ты это знаешь?

— Подслушал, когда вы говорили с дядей Орманом у прохода, — честно признался Элиот. — И мы знаем, где он может быть. Но... раз мы вам не нужны — мы пожалуй оставим вас. Пойдём, Хью.

Он театрально взял друга за руку и потянул в сторону домов.

— Постой! — Джаргал мгновенно оказался рядом, схватив мальчика за ворот. — Ты знаешь, где руда?

— Эй-эй! Полегче! — испуганно выдохнул Элиот, но страха на лице не показал. — Может, знаю. Может, нет. Вопрос — насколько сильно вы хотите это знать?

— Говори давай!

— Джаргал, полегче! Это же дети! — Рио старался успокоить своего пылкого друга.

— А может, договоримся? Вы берёте нас с собой — а мы проводим вас прямо к месту.

Некоторое время Рио и Джаргал молчали. С одной стороны, брать с собой детей — безумие. С другой — если всё, что они говорят, правда, то без их помощи они и правда могут потратить часы впустую… или, что хуже, попасть в ловушку.

— Чёрт… — пробормотал Джаргал. — Ну и нахалы же вы.

— Так мы договорились? — Элиот протянул руку, улыбаясь до ушей.

— Шаг в сторону от нас, и мы вас вытащим оттуда за уши, — рыкнул Джаргал, пожимая руку.

Так они отправились в шахту — двое искателей, и двое будущих минералогов.

Часть 3

Тем временем в Яшме подготовка эфеса шла полным ходом. Конрад вместе с Шином трудились в кузне, заранее подготовив все необходимые материалы. Рукоять решили выточить из клена, а хвостовик и навершие — отлить из алюминия. Конрад разложил на верстаке свои чертежи и столярные инструменты, в то время как Шин занялся котлом, доводя металл до нужной температуры. 

— Не ожидал, что среди нынешних воинов ещё остались те, кто умеет держать молот, — с усмешкой заметил Конрад, не отрываясь от чертежей.

— Хех, меня с детства учили работать в кузне, — отозвался Шин, подходя к наковальне и принимаясь за ковку.

— Отец мой всегда говорил: настоящий воин должен уметь две вещи — ухаживать за женщиной и ковать клинок. Так что кузнечное дело у меня в крови. — Конрад говорил с нескрываемой гордостью. Этот навык не раз помогал ему выжить — и не только на поле боя. Хотя он вспомнил о нём будучи уже на пенсии. 

Пока мужчины были заняты своим делом, Люси устроила для Ханны небольшую экскурсию по дому. Они поднялись на второй этаж, где на полках пылились старые кубки, медали и грамоты.

— Это всё ваше? Вы тоже были бойцом на арене? — Ханна с интересом рассматривала награды, аккуратно расставленные на деревянной стойке.

— Конечно, — с усмешкой кивнула Люси. — У меня даже был титул — «Ласточка». Быстрая и свободная. Я входила в число бойцов высшего класса, дралась с быками и громила в три раза крупнее себя. Даже добралась до турнира Саламандры и прошла в полуфинал.

Люси достала с полки один из кубков — массивный, украшенный позолоченным ящером на вершине.

— Именно на том турнире я и встретила Конрада. Он победил меня в том бою. Лучший бой в моей жизни… и, к сожалению, начало самой глупой влюблённости. — Она вздохнула и тихо добавила: — Иногда хочется вернуться в прошлое и дать себе пощёчину за это. Тебе на будущее: выбирай не пьющего парня!

— Эхех, учту…

В этот момент раздался звон колокольчика — кто-то зашёл в лавку. Спустившись вниз, они увидели знакомого торговца шерстью.

— Гат… то есть, Гатсо! — воскликнула Ханна, вспомнив, что он всё ещё скрывается под маской. Даже имя своё он до сих пор не раскрывал.

— Вам вообще удобно спать на складе? Могли бы переночевать здесь, у нас полно свободных комнат, — предложила Люси.

— Спасибо, но мне спокойнее в уединении, — ответил Гато. Ему было проще спать подальше от людских глаз — и склад старых припасов, что остался от прежних времён, подошёл как нельзя лучше. На удивление, никто ещё не заподозрил его в маскировке, даже несмотря на странности в поведении. И это было к лучшему: меньше вопросов — меньше опасностей.

— А где Рио? — спросил он, окинув взглядом помещение.

— Он вместе с тем крикливым соболем ушёл в шахты. Ищут руду, — ответила Люси.

— Могу отправиться за ними и помочь.

— Не стоит, шахты в этих краях вполне безопасны, да и ребята не из хрупких. Они справятся, не волнуйтесь, — заверила она, всё так же обращаясь к нему на «Вы», как к взрослому и уважаемому мужчине.

— У нас остался завтрак. Я принесу, — вмешалась Ханна и поспешила на кухню. Вернувшись, она поставила перед Гато тарелку с варёными яйцами и тушёными овощами.

Гато осторожно взял яйцо, скривился и вздохнул.

— Опять яйца… — пробормотал он с ноткой обречённости. Он с трудом переносил блюда из яиц, но всё же решил попробовать — отказывать было бы неловко.

***

После завтрака Гато решил прогуляться по деревне. В сопровождение с ним отправились Ханна и Снетч. Она всё ещё не отпускала мысли, что за ним нужен глаз да глаз, а Снетч, устроившись в её сумке, опасливо выглядывал наружу, лишь бы дети снова не начали тянуть его за уши.

Гато шёл медленно, разглядывая всё вокруг: плотник орудует пилой, торговец спорит с покупателем, швея ловко работает иглой. Дети носились по улице, не замечая, что взрослые смотрят на них с улыбкой.

— Ты на всех так пристально смотришь, — нарушила тишину Ханна. — Что-то ищешь?

Гато не сразу ответил.

— Я… просто наблюдаю, — наконец сказал он. — Сравниваю их жизнь с тем, как живёт моё племя.

— И как? Какие отличия ты нашел?

— Здесь… всё по-другому. Люди, кажется, сами выбирают, чем хотят заниматься. Кто-то отдыхает, кто-то работает, дети играют — и никто их не ругает.

— А у вас так нельзя?

— У нас каждый должен быть при деле. Даже дети. Если не помогают взрослым, то учатся охотиться или сражаться. Нельзя просто сидеть без пользы. 

В этот момент к их ногам закатился мяч. Один из мальчиков, выбежав за ним, остановился в нерешительности, заметив Гато:

— Простите, господин! Вы не могли бы… вернуть мяч?

Местные дети играли футбол и мяч вылетел за пределы игрового поля, один из ребят попросил у двух взрослых кинуть им мяч. Гато уставился на сферу, словно впервые её видел. Он слегка наклонился к Ханне:

— Я должен сделать…что? — Гато впервые сталкивается с такой игрой как «футбол».

— Просто пни в их сторону, — прошептала она, улыбаясь. — Это совсем несложно.

Он аккуратно поддел мяч ногой и мягко катнул его обратно мальчику, стараясь не раскрыть свой плащ.

— Спасибо вам, господин! — вежливо ответил мальчик и умчался обратно на импровизированное поле.

— Ну вот, не так уж страшно, правда? — Ханна сдержанно хихикнула.

— Что здесь смешного? — хмуро спросил Гато, не сводя глаз с детей.

— Прости, просто ты так растерялся… будто перед тобой не мяч, а взрывоопасный артефакт.

— Это всё непривычно, — пробормотал он, отводя взгляд. — У нас мяч держат в руках. Его нужно нести до вражеской базы, преодолевая препятствия. А тут… пинают его ногами. Что за странные правила?

— А кто говорил, что у них дети не развлекаются? — засмеялась Ханна.

— Это была не игра, а тренировка. У нас так развивают выносливость и координацию.

— Конечно-конечно, «не игра», — с усмешкой протянула она. — Просто детская подготовка для будущих героев.

Гато ничего не ответил. Он лишь молча наблюдал за игрой, явно пытаясь понять, как можно играть просто ради веселья.

«Он всё ещё не привык к жизни среди людей… но когда-нибудь он адаптируется. Главное, что он хочет узнать больше о людях».

Пройдя мимо футбольного поля, они продолжили прогулку по деревне. Внезапно Гато резко затормозил и поднял руку, преграждая путь Ханне.

— Замри, — тихо произнёс он.

— Что, что там? — Ханна напряглась, ожидая увидеть угрозу. — Эм…кот?

Однако никакой опасности впереди не было. По улице медленно переходил дорогу худой рыжий кот, явно бродячий и слегка замызганный. Он останавливался каждый раз, когда мимо проходили люди, не зная, куда свернуть.

Гато тут же присел на корточки, уступая дорогу.

— Братьям младшим нужно уступать. Прошу, проходи, — произнёс он с уважением.

Кот на секунду посмотрел на него, словно что-то понял, и спокойно перешёл дорогу. Ханна молча наблюдала за этим, всё ещё не веря в происходящее.

— «Братьям младшим»? Вы… вы называете котов своими братьями?

— Хоть мы и разделены эволюцией, но уважение к ним в нас заложено с рождения. Они слабы и не могут за себя постоять — а значит, нуждаются в нашей защите.

«Я слышала о такой традиции у элуров… Это похоже на верование племён пустынных народов. Коты и элуры действительно делят одного предка - Божественного зверя. А сейчас он проявил к этой уличной кошке больше уважения, чем некоторые люди по отношению друг к другу.. Это... по-своему очаровательно», — подумала Ханна.

Кот не спешил уходить. Он потёрся о ноги Гато, затем подошёл к Ханне и мягко ткнулся в её ботинок. В этот момент из сумки с громким фырканьем выскочил Снетч — и, словно рассерженный страж, встал между хозяйкой и наглым хвостатым. Видимо, у него началась ревность.

Но в следующее мгновение воздух прорезал звон разбитого стекла. Из окна ближайшего дома выпрыгнули трое мужчин. Один из них нёс мешок, в котором что-то поблёскивало.

— Держите их! — послышался хриплый голос из окна. — Эти проныры украли мои драгоценности!

Пожилой мужчина безуспешно пытался вылезти на улицу, чтобы погнаться за грабителями. Прохожие лишь растерянно оборачивались, не успевая понять, что происходит.

— Ханна, мне вмешаться? — спросил Гато, сдержанно, но с искрой в глазах.

— Пожалуйста, постарайся только не выдать себя, — вздохнула она.

Гато кивнул и бросился вперёд. Он рванул с места, словно пущенная стрела. За считанные секунды преодолел десятки метров, оставляя позади ошарашенных прохожих и пыльную улицу. Один из воров обернулся на звук быстрых шагов.

— Чёрт, он нас догоняет! — воскликнул второй.

— Не может быть! Что он, зверь что ли?! — заорал третий, оборачиваясь.

— Да кто он такой вообще?! — выдохнул тот, что нёс мешок.

Гато догнал их в три прыжка. Без лишних слов, он развернулся в воздухе и с мощного удара пнул одного из грабителей прямо в грудь. Тот отлетел и врезался в деревянную повозку, потеряв сознание. Остальные остановились как вкопанные.

— Отдайте мешок и я пощажу вас! — грозно сказал Гато, его звериные глаза просочились сквозь тень.

— Н-нет, держи, только не трогай нас! — испуганно выкрикнул один из воров, бросив мешок и сразу побежал прочь.

Остальные последовали за ним. Но местные не дали им далеко сбежать.Гато подобрал мешок и неспешно вернулся обратно к дому. Толпа собралась мгновенно. Люди шептались, кто-то захлопал, кто-то даже закричал от восторга:

— Вы видели, как он его вырубил?!

— Да он летал, как ветер!

— Это ж не человек, а чудо какое-то!

Ханна побледнела. «Если его раскроют — нам обоим конец…»

Она быстро пробралась сквозь людей и схватила Гато за руку, но тот уже протягивал мешок пожилому мужчине.

— Это должно быть ваше.

— Благодарю вас, добрый человек!

Гато кивнул, скромно опустив взгляд, но не успел и шаг сделать, как услышал за спиной:

— Герой! Настоящий герой!

Аплодисменты и восхищённые взгляды сопровождали его до самого края улицы. Ханна, поняв, что толпа начала сгущаться, резко потянула его за рукав.

— Пошли! Быстро! Пока они не начали задавать вопросы.

Они свернули за угол и пошли обратно в сторону оружейной лавки. Когда за спиной остались шум и восторг, Гато немного расслабился.

— Я… я ведь не выдал себя? Люди выглядели… благодарными.

— Было близко, — вздохнула Ханна. — Но в следующий раз будь осторожнее. Не бей так сильно. Хотя, признаю... — она усмехнулась. — Впечатляюще вышло.

— Буду знать, — коротко ответил он, плотнее закрыв свое лицо.

Ханна на него не злилась. Напротив — она была даже немного горда. Он рискнул собой, чтобы помочь человеку, и не просил ничего взамен.

Сегодня в деревне у всех была одна и та же история — о великодушном незнакомце, что одним ударом остановил троих воров.