Чемпион

Часть 1

С первыми лучами солнца команда двинулась в путь. Их целью была северная деревня Яшма, где, по словам Барташа, жил давний чемпион турниров Саламандры — человек по прозвищу Сокол.

Вместе с ними в дорогу отправился и Джаргал. Накануне вечером он, весь в бинтах и синяках, с трудом выбрался из лазарета, чтобы настоять на своём участии. Никто его не отговаривал — не потому, что это казалось разумным, а потому что спорить с ним было бессмысленно. Он и сам едва стоял на ногах, но его решимость сжигала любые доводы.

Теперь он шёл вместе с остальными — прихрамывая, временами опираясь на плечо Гато, но не сдаваясь. Боль лишь добавляла упрямства, а его решимость придавала уверенности даже тем, кто втайне сомневался, стоит ли брать его с собой. Из-за его состояния приходилось делать частые привалы: сменить бинты, дать передохнуть. Впрочем, никто не возмущался.

Путь лежал через редколесье. Рио сверял карту, которую им передал Барташ, отмечая поворот у древнего дерева с раскидистой кроной — на карте оно значилось как «Древо Мудрости». Шин вскарабкался на верхушку ближайшего дерева, чтобы осмотреть местность с высоты, и подтвердил направление.

Почти на полпути они вновь остановились. Джаргал присел на поваленное бревно, тяжело дыша. Гато, не теряя времени, начал развязывать бинты. Его движения были аккуратными и уверенными — так, как будто он делал это не в первый раз. Он промыл рану и наложил свежую повязку, стараясь не причинить лишней боли.

— Честно говоря, Гато, я впечатлена твоими навыками, — сказала Ханна, наблюдая за ним. — Ты в прошлой жизни врачом не был?

— У нас это часть обучения, — спокойно ответил он. — Здоровье — превыше всего. Так учат с детства. Если хочешь быть воином, должен уметь сохранить жизнь — и себе, и другим. Меня кстати учили быть лекарем, но я стал воином.

— А я всегда думал, что это всё скукотища, — пробормотал Рио, вспоминая уроки своей бабушки Юи. Она упорно пыталась обучить его медицине, но он вечно отлынивал. Сейчас он сожалел об этом. Всё, чему научился — это как перебинтовать руку, когда однажды сильно её порезал во время битвы с монстрами.

Джаргал поднялся, сделал несколько шагов и кивнул. Теперь идти стало легче — бинты были наложены грамотно, и боль отступила.

— Считается, что у элуров хорошо развиты навыки врачевания, а также военное дело, — заметил Джаргал с уважением. — Они - превосходные воины, не раз в этом убеждался на арене.

— Кстати, — вдруг сказала Ханна, — мне всё не давало покоя. Когда мы были в лагере, никто даже бровью не повёл, что Гато — элур. Это нормально? Элуры раньше участвовали в ваших турнирах?

— Да, и довольно часто, — ответил Джаргал с лёгкой улыбкой. — Сначала, когда они только начали появляться, народ ворчал. Мол, «убийцы людей», нечестно. Но потом всё изменилось. Элуры доказали свою силу и честь, даже несмотря на запреты властей. Наш турнир всегда был местом встречи самых разных народов. Ликаны, элуры, даже люди с дальнего запада. И этих существ… как их там? Ёкаи вроде.

— Ёкаи? Они дальше своих лесов не выходят! — сказал Шин, который знаком с мифологией древних Ёкаев.

— Врать-то я не стану. Говорю как есть. И раз уж мы вспомнили про элуров, мне как-то довелось сражаться с одним таким. Парень был дерзкий, болтливый — еле заткнёшь! — Он глянул на Гато. — С тобой одного роста, только шкура у него была тыквенного цвета, а уши усеяны золотыми серьгами, почти как у меня. Моряк, вроде бы... Рассказывал, как плавал по морям. Весёлый тип. Мы потом в бар пошли… и всё, дальше ничего не помню. Похоже, знатно напился. Черт, я даже имя его забыл.

Он пытался вспомнить имя того элура, но все как в тумане. Тогда после боя он отчетливо помнил, что они пошли в бар, а дальше пропасть… Видно тогда он знатно напился и ничего не помнит. Но сейчас он не хочет забивать себе голову ненужной информацией. Забылся тот элур, ну и поделом с ним. 

Он махнул рукой, будто отгоняя ненужные воспоминания.

— Кстати, — голос его стал серьёзнее, — зачем вам Саламандра? Вы ведь за ним сюда и пришли?

Рио, не колеблясь, ответил:

— Мы хотим узнать у него про Элементы Хаоса.

— Элементы Хаоса?.. — Джаргал нахмурился. — Да это же миф. Говорят, когда-то давно они существовали, но никто их не находил. Вы серьёзно думаете, что Саламандра знает что-то о них?

— Это наши догадки. Но мы знаем, что он был другом Магнума Хаоса.

— Другом?.. — переспросил Джаргал и усмехнулся. — Хех... неудивительно. Сколько баек вокруг него. Но знаешь что? Забудь. Всё равно скоро я его заткну навсегда.

В его голосе прозвучала нешуточная решимость. Старая обида не утихла.

— Ты всё ещё злишься на него? — осторожно спросил Рио, не отводя взгляда от идущего впереди Джаргала.

Тот резко остановился. Медленно обернулся. Его лицо потемнело, словно на него легла тень.

— А что, по-твоему, я должен чувствовать? — голос был глухой, будто задушенный изнутри. — Он сжёг город. Погубил ни в чём не повинных людей. Уничтожил мою школу. Хочешь его оправдать? Хочешь помешать мне? Тогда давай, решим это здесь и сейчас!

Его глаза — раньше полные решимости — теперь казались выжженными изнутри. Пустота и боль, запрятанные глубоко, хлестали через край. Он сделал шаг к Рио.

— «Он это серьёзно? В таком состоянии?» — Рио напрягся, почувствовав, как внутри всё похолодело. — «Нет, он не шутит…»

Он не хотел с ним драться. Ни сейчас, ни потом. Не в таком состоянии. Джаргал еле держался на ногах — но в его взгляде не было сомнений: он сразится даже мертвым, если придётся.

— Без драки! — резко вмешался Гато, шагнув между ними. Его рука легла на раненое тело Джаргала.

— АЙ! Не трогай рану! — зашипел тот, отшатнувшись, но агрессия тут же угасла. Боль вернула его в реальность.

— Повремени со своей местью, — спокойно добавил Шин, всё ещё сидя на пне рядом с ним.. — Ты же даже не знаешь, где его искать.

— Верно, — поддержала Ханна, подходя ближе. — Сначала мы встретимся с его чемпионом. Он, возможно, подскажет, где искать самого Саламандру. А пока не стоит делать поспешных выводов. Мы ведь не знаем, что на самом деле произошло.

— Это уже не важно, — перебил её Джаргал, сдавленно. Он прошёл мимо, почти задев её плечом. — Что было — то было. Виновный найден. Осталось только исполнить приговор.

Он стиснул зубы, сжал рану на боку и пошёл вперёд, не оборачиваясь, будто любое промедление разорвёт его изнутри. Его спина казалась прямой и сильной, но каждый шаг выдавал напряжение, боль, и ту ярость, что жгла его изнутри.

Ребята молча смотрели ему вслед.

— «Ну и вспыльчивый тип…» — подумал Рио, опуская взгляд. Но в мыслях не было осуждения — только тревога.

Дорога потянулась через холмистый лес, где ветви переплетались над их головами, а в траве сквозила тишина. Команда шла молча, слаженно, больше не оставляя Джаргала позади. Он шагал впереди — быстро, уверенно, будто хотел убежать от собственных мыслей.

Но Рио знал: он не прячет гнев. Он прячет боль.

— «Он пережил слишком многое… Пожалуй, у него есть причины ненавидеть Саламандру. Но всё равно — вся эта история с пожаром… она слишком странная. Разве мог он просто так… сжечь город? Это ведь был герой, легенда… Может, кто-то разжёг в нём ярость? Кто-то, кто знал, как…»

Рио нахмурился, не договаривая свою мысль.

— «Надо выяснить правду. Пока не стало слишком поздно».

***

Прошлым вечером…

Сумерки опустились незаметно. День растворился в темноте, и лес застыл в тишине, будто сам заснул под покровом ночи.
После дневной схватки Люпус и Эделина успели скрыться в чаще, прежде чем их отправили бы в лагерь беженцев. Их спас союзник… очень странный союзник. Управлявший слизью, с отталкивающей внешностью, напоминающей жабу. Он шел неторопливо, не выказывая ни капли интереса к тем, кого только что вытащил из передряги.

Эделина всю дорогу негодовала, бормотала себе под нос, виня себя за провал. Но больше всего её терзала мысль: что здесь делает этот человек? Это существо… неважно кто он! Почему оно оказалось здесь? 

— Может, хоть что-то уже скажешь, жаба?! — крикнула она, не выдержав, в спину странному спутнику. Его походка и хихиканье, глухое и липкое, раздражали её до дрожи. Даже совы замолкали, когда он смеялся.

Тот вздрогнул, будто только сейчас понял, что с ним кто-то рядом.

— Ааа… это ко мне? — удивлённо пробормотал он, оборачиваясь и глядя по сторонам, словно надеялся, что крик адресован кому-то другому.

— Да, к тебе! — рявкнула Эделина. — Объясни уже наконец, что ты тут забыл? Опять какие-то игры устраиваешь? Ты мне еще с первого дня не понравился, а теперь вообще делаешь что хочешь. 

— О, как грубо… — с наигранной обидой протянул он. — Я же вас спас, между прочим. Можно было и «спасибо» сказать. А тут такое отношение… Я просто гулял. Да-да, прогуливался по лесу, свежим воздухом дышал…

Он, как обычно, ушёл от ответа. Это было уже не в первый раз: появлялся внезапно, исчезал без объяснений, и каждый раз говорил одно и то же — «Случайно оказался рядом». Он всегда весел, словно вечно в приподнятом настроении. Словно чужая боль и опасность его не касаются.

— И да, меня зовут Фрокки, — добавил он с усмешкой. — Хотя не удивлюсь, если ты уже меня забыла.

Имя мало что говорило Эделине, но вот его прошлое — другое дело. Он появился в школе совсем недавно, приведённый лично помощником мастера. Никто не знал, где тот его откопал. Обычно помощник действовал по чётким правилам, но в этот раз даже не попросил разрешения мастера. Фрокки вечно сновал по школе, влезал в чужие дела, шнырял по углам. Иногда пропадал, а потом неожиданно объявлялся, как ни в чём не бывало. Подозрительная личность. Эделина следила за ним — как и за всеми новичками. Точно также было и с Люпусом, но к нему она стала теплее относится.

А Люпус… он молчал, всё ещё обиженный. Эделина вмешалась в его бой с Джаргалом, и он до сих пор не мог простить ей этого. Он хотел доказать, что теперь он силён. Но момент был… испорчен. Он не хотел его убивать, он хотел услышать от него слово «сдаюсь» или еще другое. Но он не хотел отнимать у него жизнь. Как он может отнять жизнь у того, кто когда-то помог ему однажды.

Люпуса нельзя назвать идеальным другом, но он точно никогда бы не стал поднимать на друга в обычной ситуации. Но наступил момент, когда их дружба была сожжена яростным пламенем, разделив их на два лагеря и теперь для него Джаргал - это был враг. Но даже он не может пожелать смерть своему врагу.

Тем временем Эделина продолжала осаждать Фрокки вопросами, но тот прикидывался дурачком, мастерски ускользая от прямых ответов.

— Раз не хочешь говорить — тогда я всё расскажу мастеру. Уверена, он заставит тебя выложить правду, — резко сказала она, шагнув вперёд.

— Ой-ой-ой! Кто-то ябедничает, — захихикал Фрокки, тыча в неё длинным зелёным пальцем. — Неудивительно, что тебя никто не уважает. Всё пытаешься всем доказать, что ты нужная и незаменимая, а в итоге снова опозорилась. Вот и не воспринимают тебя всерьёз. Приятно на это смотреть, знаешь ли.

— Я тебя здесь же закопаю! — зарычала она и вытащила кинжал, мгновенно оказавшись вплотную. Холодное лезвие легло на его шею.

Фрокки не отступил. Он продолжал смеяться, будто всё происходящее — лишь глупая игра. А её ярость лишь потешала его.

— Эй, остыньте оба! — вмешался Люпус, встав между ними. — Нам не нужны разборки. 

Он использовал листья, чтобы отобрать у Эделины её кинжал, и ловко вонзил его ей под ноги.

— А ты откуда такой смелый, волчонок? — прищурилась Эделина.

Фрокки облегченно вздохнул, он хлопнул Люпуса по плечу и довольно кивнул:

— Вот Люпус — молодец. Понимающий парень. Люпус не предаст своих, правда ведь? Такие как мы, зеленые братья, должны держаться вместе…

Он подошёл ближе, потянувшись, будто собирался обнять его. Но Люпус грубо оттолкнул его руку и отрезал холодно:

— Мы с тобой не похожи. И спас я тебя не потому, что ты мне товарищ. Просто мы должны вернуться втроём. И попрошу без убийств по дороге. Поняли?

Он пошёл вперёд, не оборачиваясь. Эделина молча подняла кинжал, и они двинулись следом. Всё оставшееся время Фрокки и Эделина исподлобья сверлили друг друга взглядами, но сдерживались. До поры.

Когда они прибыли к месту встречи, их уже ждали. Несколько человек в боевой форме, каждый с символом школы «Когтя» на плече — выгравированный, словно клеймо.

Во главе стоял человек с тёмной кожей и глазами цвета раскалённого золота. Он тоже носил форму «Когтя», но без рукавов, короткие синие шорты были украшеными цепями. Его руки и ноги были обмотаны бинтами, как у монаха или бойца старой школы. 

— Не слишком ли много свободы вы себе позволяете? — раздался спокойный, но холодный голос.

— Сайро?.. — с удивлением произнёс Люпус, сразу распознав фигуру перед собой.

Человека со смуглой кожей и ярко-жёлтыми глазами звали Сайро. Он жестом приказал двоим своим людям окружить группу и держать оружие наготове.

— И что всё это значит?! — вспылила Эделина, вскинув руки.

— Это значит, что за своё своеволие вы понесёте наказание, — спокойно объяснил Сайро. — Вам было чётко приказано: не покидать лагерь без разрешения.

— П-погоди! Мы ничего не нарушали! Мы отправились на разведку, как и было велено! — поспешно оправдывалась Эделина, но её голос тут же прервал резкий тон Сайро.

— Верно. По приказу Мастера вы должны были осмотреть обстановку в Гелиодоре. Но вместо этого вы вступили в бой с одним из бойцов «Соболя»… и потерпели поражение.

— «Он уже знает... Хотя я ещё ничего не рассказала…» — Эделина замерла. — «Он знал всё с самого начала. Значит, за нами действительно кто-то следил… Неужели это был он?..»

Ей стало ясно: Фрокки не просто оказался «рядом». Его отправили за ними. И он справился со своей задачей.

— Но они же здесь: живы и здоровы, в плен не попали. Может, стоит их простить? Ну… в качестве наказания пусть полы моют? — весело предложил Фрокки, явно не заботясь о реакции остальных.

— Я этой жабе язык вырву! — фыркнула Эделина, услышав его предложение.

— Молчи Эделина! И прояви уважение к тому, кто тебя спас. Фрокки спас вас, так что вам следует отблагодарить его, — сдержанно ответил Сайро

— «Почему ему всё сходит с рук?!» — сжимал кулаки Люпус. «Он даже не рассердился! И вообще, когда Сайро стал таким... разговорчивым и почему он так его восхваляет?»

Сайро всегда был хладнокровным и сдержанным. Его редко можно было застать в обычной беседе, не говоря уже о похвалах. Это настораживало Люпуса. Поведение в «Когте» резко изменилось с появлением этого зеленого прыща. Но Люпус никак не могу понять, каковы цели этого человека.

— Люпус. Эделина. — голос Сайро прозвучал снова, на этот раз громче.

Оба бойца приблизились, опустив головы, как ученики перед строгим наставником.

— Вам был дан чёткий приказ. Вы его проигнорировали. И за это полагается наказание… — Он выдержал паузу, дав им прочувствовать тяжесть момента. — Однако вы оба — одни из лучших бойцов. Потерять такие таланты было бы глупо. От имени Мастера, приговариваю вас к внутреннему надзору. Вы останетесь в лагере под полным контролем. Любое новое нарушение — и последствия будут куда серьёзнее. Вам ясно?

— Да! — в унисон ответили Люпус и Эделина, низко склонив головы.

— Хорошо. Не будем терять времени. Люпус, Эделина, Фрокки — возвращайтесь в убежище.

— А как же ты, о великий Дневной бродяга? — с наигранной поэтичностью произнёс Фрокки, улыбаясь.

— Мне поручено особое задание.

— «Особое задание? Ему?.. Что же это может быть?» — мысленно задумался Люпус, но вслух спросить не посмел.

Сайро был не просто бойцом. Он — один из сильнейших учеников школы, полулегендарный воин, всегда молчаливый и предельно дисциплинированный. То, что ему доверили «особую просьбу», вызывало тревогу.

— На этом всё. Вас сопроводят мои люди. Мастер ждёт вас.

Через секунду Сайро исчез — так же внезапно, как и появился. Его фигура растворилась в сумеречной гуще леса. Истинный мастер скрытности.

— Слышали? Аудиенция с самим Мастером! Какое везение! — радостно воскликнул Фрокки, откидывая капюшон.

— Придурок. Нас вызвали, чтобы наказать! — рявкнула Эделина.

— Поправочка: вас наказать. А меня с чего вдруг? Я ведь просто посыльный, — отмахнулся Фрокки и, задорно насвистывая, пошёл вперёд. — К тому же, наш Мастер в последнее время так устал… Ему нужен отдых. Он так много сделал, ха-ха... И ему предстоит сделать еще больше для нас.

Последние слова он произнёс с неожиданной тяжестью. Голос его изменился, став хриплым и угрожающим, будто говорил совсем другой человек. Люпус и Эделина переглянулись.

«Жуткий он всё-таки…» — мрачно подумал Люпус, крепче сжав плечи.

Часть 2

На следующее утро команда уже была в нескольких шагах от деревни Яшмы. Вчерашний день выдался на удивление спокойным — настолько, что даже Рио с Шином ни разу не сцепились по дороге, что само по себе было тревожным знаком.

Они остановились возле старого указателя, на котором краской были выведены названия ближайших поселений «Яшма» «Гелиодор» и другие. По просьбе Джаргала все присели у корней раскидистого дерева, чей могучий ствол был покрыт мхом.

— Зачем нам останавливаться, Джаргал? — спросила Ханна, доставая из рюкзака аптечку. — Перебинтовать тебя?

— Нет, я остановился не ради этого, — покачал головой Джаргал. — Есть одна проблема, из-за которой мы не можем войти в деревню.

Он молча указал пальцем на проблему.

— Гато?.. — хором воскликнули все, повернув головы в сторону элура.

— Прости, но тебе туда нельзя, — сказал Джаргал спокойно, но с оттенком твёрдости в голосе.

Ребята, кажется, и сами понимали, почему он так сказал. Но почему нельзя об этом сказать им раньше, чтобы Гато оставался в лагере и дожидался их. Но тоже, Рио не хотел оставлять своих союзников. Он продолжал настаивать на своем, чтобы взять Гато с собой в деревню.

— Но ведь ты говорил, что в Гелиодоре к элурам относятся хорошо, а Яшма, если я правильно помню, подчиняется Гелиодору?

— Формально — да, — кивнул Джаргал. — Но Яшма помнит старое. Раньше деревня страдала от постоянных набегов элуров. Это длилось годами, пока их всех оттуда не изгнали. Местные до сих пор не доверяют вашему народу. Если он войдёт туда — могут начаться проблемы. Серьёзные для нас всех.

Все переглянулись. Конечно, оставлять Гато снаружи — разумно с точки зрения безопасности группы, но… они все понимали, насколько опасно оставлять элура одного. Он был дисциплинированным и уравновешенным, но в случае угрозы мог сорваться. Рио сразу вспомнил случай с псевдо-охотниками: тогда Гато едва не перебил их всех, ослеплённый гневом.

И тут вступает в игру Шин со своей идеей.

— Тогда мы просто его замаскируем! — странная улыбка не сходила с его лица.

Не дожидаясь реакции, он направился к старому пугалу, стоящему у края дороги — непонятно зачем и кто его сюда поставил. Сняв с него старую шляпу и выцветший шарф, он порылся в своём рюкзаке и вытащил длинный потёртый плащ.

— Снимай броню. Вон туда сложим, — сказал он Гато, указывая на мешок.

Элур послушно снял броню, с лёгкой грустью глядя, как она исчезает в мешке. Шин тем временем надел на него плащ, шарф и шляпу. Плащ оказался идеально по размеру, скрывая хвост и фигуру, шарф прикрывал нижнюю часть морды, а шляпа бросала тень на глаза. Когда он закончил, все смотрели на него с разной степенью изумления.

— Ну как вам? — с гордостью спросил Шин. — Теперь его точно не раскроют!

Шин представил им новое обличие Гато.

— Шин, что это? Новая броня? — недоумённо спросил Гато, озирая себя.

— Балда, это маскировка! — рассмеялся Шин. — Ты будешь носить её в деревнях и городах. Ах да… нужно придумать тебе легенду. Имя, история, всё как положено. Сейчас-сейчас….

Он театрально щёлкнул пальцами:

— Зовут тебя Гатсо. Ты торговец шерстью из северной страны Гелии, где круглый год идёт снег...

— Этой страны уже давно нет, — подметила историчка с красными волосами.

— Тогда пусть это будет город. Главное — чтобы звучало внушительно. Дальше: у тебя есть жена, восемь детей и больная мать. Ты путешествуешь, чтобы заработать денег на их лечение и выживание.

— Погоди… — вмешался Рио, прищурившись. — Ты хотел сказать, что он кормит семью, тогда при чём тут мать?

— Не сбивай меня, я тут судьбы создаю! — отмахнулся Шин. — Короче, у тебя всё плохо, ты в долгах по уши, остался только один путь — торговать шерстью. Надеюсь, запомнил?

— Не самая радужная перспектива для меня, — нахмурился Гато. — Тем более, я не знаю, что значит иметь семью. Не уверен, что смогу вжиться в такую роль.

— Просто запомни: Гатсо. Торговец шерстью. Говори как можно меньше, и всё будет хорошо.

Гато нехотя кивнул, всё ещё поглядывая на себя с недоверием. Ему было сложно принять, что теперь он — «бедный многодетный торговец из снежного города». Судьба злодейка.

Джаргал, всё это время хранивший молчание, наблюдал за этим спектаклем с выражением сдержанного удивления. Он не привык находиться в столь шумной компании — тем более, в окружении таких… эксцентричных людей.

— Шин, ты хотя бы обувь ему дай, — заметила Ханна, прищурившись. — Ноги-то у него торчат из-под плаща, слишком выделяются.

— Можно я обойдусь без обуви? — подал голос Гато, слегка поёживаясь. — Я привык ходить босиком. Лапам так гораздо приятнее.

— Тогда старайся не бегать. Пока ты стоишь, всё прикрыто, но если начнёшь мельтешить — заметят. И не виляй хвостом, ясно? Плащ его скрывает. — она подошла к нему потянувшись к его лицу. — А вот без шарфа можно обойтись. Без него будет меньше подозрений. Так даже дышать легче.

— Не порть образ Гатсо! — воскликнул Шин и отдёрнул её руку. — Он же торговец, должен выглядеть жалко и слегка таинственно. Всё как надо.

— Да ничего я не порчу! — возмутилась Ханна. Ну вот, первая ссора в этот тихий день.

Подготовив всё до мелочей, нарядив элура в импровизированного человека с нелёгкой судьбой, группа направилась к деревне Яшмы. Гато ковылял в плаще, старательно не шевеля хвостом и глядя под ноги, будто действительно нёс на плечах заботы восьмерых детей и больной матери.

***

Деревня Яшма находилась под покровительством города Гелиодор. Это был один из основных поставщиков продовольствия и товаров для городских жителей. Поскольку Гелиодор не был ни промышленным, ни продовольственным центром, основную долю необходимых ресурсов он получал именно от таких деревень. Ранее Яшма была самостоятельной и независимой, однако уровень безопасности в ней оставлял желать лучшего. Нападения бандитов и монстров случались часто, а рядом с деревней обитало племя элуров, известное своими кровавыми набегами.

Не так давно Яшма подписала договор с Гелиодором: деревня передавалась под защиту города, а взамен обязывалась снабжать его продовольствием. Это сотрудничество оказалось взаимовыгодным. Часть городской стражи была направлена на защиту деревни, племя элуров вскоре исчезло, и с тех пор ни разу не давало о себе знать. Жизнь в Яшме начала стремительно налаживаться, а Гелиодор наконец получил надёжного поставщика.

Когда ребята вошли в деревню, они сразу заметили, что люди вокруг выглядели напряжёнными и насторожёнными. Видимо, слухи о недавней беде в Гелиодоре уже распространились. Барташ упоминал, что многим выжившим удалось бежать в другие населённые пункты — похоже, и сюда добрались беженцы. Теперь эти люди искали защиту и хоть какую-то стабильность после хаоса.

Рио невольно задумался: где же в это время капитан Пьерис? Ведь именно она отвечает за безопасность Восточного округа. Почему всё это происходит на её участке? Хотя, Королевская комиссия поздно реагирует на такие последствия, однако она не из тех, кто оставит такую проблему «на потом». Возможно, она уже действует, просто они еще об этом не знают, но Рио верил в неё, что она тоже поможет. 

Тем временем Гато уверенно вжился в роль торговца шерстью. Он шёл позади остальных, не привлекая к себе лишнего внимания, и, казалось, никто не подозревал его истинную сущность. Плащ скрывал его хвост, лапы он держал ближе к телу, стараясь не выдавать себя. Несмотря на гнетущую обстановку, вокруг кипела обычная жизнь: дети играли прямо посреди дороги, взрослые были заняты своими делами и не обращали внимания на путников.

Но вдруг к Гато обратился мужчина средних лет — местный торговец овощами. Он тепло улыбнулся и заговорил с ним, явно пытаясь завлечь к своему прилавку.

— Здравствуйте, вы здесь недавно?

— Эм... Я только прибыл сегодня... — ответил Гато немного растерянно, не ожидая, что с ним заговорят первым. Он быстро собрался: — Я Гат... Гатсо. Торгую шерстью...

В тот момент у всей группы пронеслась одна мысль: «Только бы его не раскрыли!» Шин уже готовился вмешаться, но торговец продолжал непринуждённо беседовать.

— Ого, значит, тоже торговец? Отлично! Здесь вам будут рады. Но вот наряд у вас необычный... Где же я мог вас видеть...

Сердца затаили дыхание. Похоже, он начал что-то подозревать. Шин сделал шаг вперёд, но Гато внезапно перехватил инициативу:

— Я родом из Севера...

— А, так вот почему Вы так тепло одеты в такую жару! — рассмеялся продавец, довольный своей догадкой. — Северия, верно?

— Именно, — сдержанно кивнул Гато.

— Я тоже родом оттуда, много лет назад переехал с семьей. Теперь живу здесь, на теплых землях, хахаха. Тогда желаю удачи Вам в торговле!

— «Неужели это сработало?!» — Шин едва сдержал удивлённый вздох. Даже он не ожидал, что его маскарад окажется настолько убедительным. Остальные тоже выглядели ошарашенными. Гато и торговец обменялись вежливыми прощаниями, после чего мужчина вернулся к своему лотку.

— «Торговцы чуют друг друга за версту...» — с ухмылкой подумал Рио. Правда, он позабыл, что Гато — вовсе не настоящий торговец.

Прогуливаясь по деревне, ребята добрались до нужного им места — оружейного магазина. Джаргал бывал здесь всего пару раз по важным делам и хорошо знал, где что расположено. Сокол, бывший боец, приобрёл здесь дом и превратил его в лавку. Помимо выдающихся боевых навыков, он был ещё и искусным кузнецом, а торговлю открыл скорее ради стабильного дохода, чем из страсти к бизнесу.

Прежде чем войти, Джаргал остановился и обернулся к товарищам:

— Ладно, план такой: я говорю, а вы просто стойте рядом и кивайте. Я хорошо знаю Сокола и что он из себя представляет, мы поймём друг друга без лишних слов.

— Вы случайно не родственники? — с улыбкой спросил Шин.

— Я бы повесился от таких-то родственников, — фыркнул он.

— Он такой страшный, да? — поинтересовалась Ханна, прищурившись.

— Нет, дело даже не в этом...

— Слушай, а почему вы его все так боитесь? Даже по тебе видно, что ты не в восторге от этой встречи, — вставил Рио, приподняв бровь.

Как и Барташу, Джаргалу было не слишком приятно говорить о Соколе, что только усилило подозрения группы.

— Эй, я иду туда только потому, что я ищу Саламандру. Вот и всё, — ответил он резко. — Поверьте, желания встречаться с ним у меня нет. Но надо. Когда увидите — сами всё поймёте...

Он неохотно открыл дверь и первым шагнул внутрь. Остальные осторожно последовали за ним.

— Кто-нибудь дома? — позвал он.

Тишина.

Магазин оказался богат на выбор: по стенам висело множество образцов дробящего, колющего и режущего оружия. Рядом с прилавком стояли витрины с самыми дорогими мечами и бронёй. Однако за стойкой никого не оказалось, и никто не вышел навстречу посетителям.

— Может, закрыто? — прошептала Ханна, оглядываясь. 

Пройдя дальше, Джаргал открыл дверь, которая вела, судя по всему, уже не в торговый зал, а в личные покои владельца. Едва он переступил порог, как изнутри послышался резкий скрип половиц, за которым последовал оглушительный крик:

— Пошли вон, чертовы коллекторы!

В следующую секунду из-за угла вылетела увесистая сковородка и с глухим звуком впечаталась Джаргалу в лоб. Он даже не успел вскрикнуть — просто рухнул как подкошенный.

— Какого… — воскликнул Шин, хватаясь за рукоять меча, но сделать ничего не успел.

Из глубины помещения с неожиданной для своего возраста прытью вылетела старуха с косматым пучком волос и глазами, полными ярости. Размахивая сковородкой, как флагом на поле боя, она бросилась на ребят, словно отряду врагов объявили войну.

— Я вас всех сейчас тут... — заорала она и первой же ногой врезала Шину в грудь. Парень взлетел в воздух и отлетел в сторону, сбив пару стоек с оружием.

Рио не успел увернуться — женщина ловко схватила его за руку и провела болевой приём, выкручивая сустав так, что из глаз посыпались искры. Он забился в её хватке, едва сдерживая крик.

— Ай! Стойте, стойте! Мы не коллекторы! — закричал он наконец, пытаясь вырваться.

— Ах, не коллекторы? А кто тогда?! — буркнула старуха, усиливая захват. — Я вам сейчас кости пересчитаю, без счёта!

Она снова схватила его на этот раз за плечо и стала ломать его пока он уже со слезами на глазах не заговорил

— Ай-ай-ай-ай-ай, мы ищем Сокола… давнего чемпиона Саламандры… Больно-Больно! «Да у неё силы больше, чем у всей Королевской армии вперемешку!» — промелькнуло у него в голове.

— Моего мужа? — переспросила она, слегка ослабляя хватку. — Зачем он вам? Неужто опять в карты проиграл и долги раздаёт?

— Нет-нет, совсем не из-за этого, — быстро вмешалась Ханна, поднимая руки, будто пытаясь усмирить дикого зверя. — Мы пришли не за деньгами. Нам просто нужно с ним поговорить. Это важно. Очень важно.

Женщина смерила её долгим, тяжёлым взглядом, затем вздохнула и наконец отпустила Рио. Тот с шумом осел на пол, тяжело дыша и прижимая плечо, будто пытаясь вдавить боль обратно в тело.

— А бабуля крепкая… — тихо пробормотал Рио, поднимаясь с пола. Но похоже не слишком тихо.

— Ты кого бабкой назвал, щегол?! — рявкнула та, и в следующий миг кулак влетел ему в живот, как из катапульты. Рио согнулся пополам, отлетел назад и врезался в Шина. Оба повалились на выставочные стойки, которые рухнули с грохотом, рассыпав по полу кинжалы, ножи и пару декоративных алебард.

— Госпожа Бонфаер… Люси… — донёсся до неё голос Джаргала, который лежал на полу и только начал приходить в себя. — Это я… ученик школы «Соболя» - Джаргал. Мы пришли по важному делу… пожалуйста, выслушайте… 

***

После бурного инцидента старуха наконец успокоилась. Она тяжело дышала, но всё же сделала шаг назад, отложила булаву в сторону и посмотрела на ребят внимательнее. Её взгляд задержался на Джаргале.

— Не сразу узнала тебя. Ты же вроде приходил на дополнительные занятие… Точно, с тем парнем, у которого гнездо на голове вместо прически!

— «Вот почему они его так хорошо запомнили! Джаргал и Барташ раньше тренировались в школе Сокола…», — пришел к логическому выводу Рио.

— Если вы меня помните, на кой черт сковородой размахивали налево-направо?! — в пылу ярости подошел к ней Джаргал. Не на ту старушку он нарвался.

— А ты поживи с этим стариком и поймешь! — добавила она, в секунду успокоив Джаргала.

Люси тяжело опустилась на ближайший стул и, переведя дух, произнесла:

— Извините за эту сцену. У моего мужа долгов — как у дракона хвостов. Каждый день кто-нибудь да приходит требовать свои монеты. Я уж и посылать их устала, и бить. Но разве они оставляют нас в покое?

Говорила она спокойно, даже устало — видно было, что такие сцены стали для неё чем-то обыденным. И при этом в её голосе звучала внутренняя сила — та, которая не исчезает с возрастом. Несмотря на седину, Люси держалась уверенно: с мощными плечами, прямой спиной и взглядом, способным испепелить. Никто и не скажет, что ей за восемьдесят.

Она схватила стоящую рядом бутылку воды и выпила её залпом, как солдат после боя. Затем поставила её на стол с громким «тук» и перешла к делу:

— Так зачем вам мой муж? Что за важное дело такое?

Ребята переглянулись, и, как договаривались, Джаргал выступил вперёд.

— Госпожа Бонфаер, мы пришли просить помощи… у вашего мужа. У Мужественного Сокола. 

— Мужественный… Сокол? — усмехнулась она, откидываясь на спинку стула. — Надо же, и забыла уже, что у него был такой титул. И зачем он вам сдался, этот пьяница? Он уже давно не боец, а на обучение редко кого берет. Только некоторым везунчикам «повезло» у него учиться. У вашего друга спросите, как он с ним познакомился.

— Ты знал его раньше? — спросил Рио, с интересом глядя на Джаргала.

Тот резко отвёл взгляд, будто прятал какую-то тайну.

— Ну… было дело…

Он вздохнул и нехотя начал рассказывать:

— Это было, кажется, год или два тому назад. Мне, Барташу и ещё нескольким ученикам предложили пройти специальную подготовку в школе «Сокола». Нас предупредили, что там обучают по методике самого основателя — легендарного Мужественного Сокола. Мы ожидали увидеть его величественного и могучего… но реальность оказалась другой.

«Когда мы пришли туда, прямо у ступенек школы валялся какой-то пьяница. Он лежал на боку, напевал песни и время от времени прикладывался к фляге. Мы решили, что это просто бродяга, и попытались его выгнать, но он вдруг сорвался… Вцепился в меня, опрокинул каким-то чудовищным приёмом, потом раскидал остальных и просто исчез, будто растворился в воздухе. А через час нас забрали настоящие ученики школы и повели внутрь. И кто бы вы думали провёл наше первое занятие? Тот самый старикашка с кривой походкой и перегаром, который уложил нас всех одним махом. Я тогда впервые испытал настоящее разочарование. Я думал, Сокол — это высокий, могучий воин, с горой мышц и пламенным взглядом… А оказался — седой алкаш с силой десяти мастеров боевых искусств».

Он замолчал, будто снова пережил тот день.

— Собственно, так мы и познакомились… — тихо добавил он, пожимая плечами.

— Ахахахах, как сейчас помню эту историю! — вдруг рассмеялась Люси. — А ведь я наблюдала за этим со стороны!

— Пить его отучи, раз такая наблюдательная! — огрызнулся Джаргал.

Обычно в книгах рассказывают, как молодой воин годами упорно тренируется, пытается заслужить внимание великого мастера, совершает подвиги, терпит поражения и снова встаёт, пока, наконец, не удостаивается чести стать учеником. А тут — достаточно случайно наткнуться на пьяного старика у входа в школу, получить от него по шее, и, пожалуйста — полный курс боевых искусств в подарок, без заявлений, экзаменов и моральных притч.

Ханна, заметив смену настроения, осторожно спросила:

— Простите за нескромный вопрос… Ваш муж… правда так любит выпить?

Люси внезапно хлопнула по столу с такой силой, что стоящая рядом ваза дрогнула.

— Да он без фляги с вином как без головы! Бухает с утра до вечера! Только и делает, что жрёт, спит и заливается. Каждый день пропадает в барах, играет в карты и вечно всё проигрывает. Запах от него — как от погреба в дождливую ночь! Я думала, кузница поможет, что он вернётся в форму, снова станет человеком. Но этого упрямца разве что могила исправит. 

Это был не просто гнев, а настоящий крик души. Вся боль, копившаяся годами, вырвалась наружу. Комната на мгновение замерла. Ребята побледнели. Только Джаргал сохранял спокойствие.

— Да уж, тяжёлый случай, — прошептал Рио, повернувшись к Джаргалу.

— Ещё какой. Теперь ты понимаешь, почему его имя никто не называет вслух. И это она ещё не упомянула про… кхм, другие скандалы, — мрачно ответил тот.

— Он оказался куда хуже, чем я думала… — Ханна покачала головой. — Теперь понятно, почему его стыдятся…

— Ну и муженёк ей достался, — пробормотал Шин, стараясь, чтобы его никто не услышал.

Затем Люси успокоилась и уже тихим тоном продолжила свой диалог.

— Но даже так… когда-то он был сильнейшим бойцом, несмотря на его пристрастие к алкоголю. Да, он и сейчас все также может кому-угодно навалять, но он уже не тот кем был прежде. Невероятный Чемпион не только арены, но и моего сердца. Эх… Хотела бы я вернуть те времена… мою молодость.

Она, казалось, на миг затерялась в воспоминаниях, но Рио мягко прервал её:

— Вот почему мы и здесь. Нам сказали, что он был чемпионом турнира Саламандры пять лет подряд. Он был его учеником… и, возможно, знает, где он сейчас.

Люси на секунду задумалась. Её лицо изменилось.

— Так вы за этим пришли? Хотите, чтобы он рассказал вам о Саламандре? А почему сами не спросите у него?

Она, по-видимому, не знала последних событий. Тогда Джаргал начал рассказ, и вскоре к нему подключились остальные. Они поведали ей всё: и про разрушенный Гелиодор, и про исчезновение Саламандры, и про миссию, ради которой они пришли.

Когда рассказ был окончен, Люси молчала. Её лицо побледнело, а в глазах сквозила настоящая боль.

— Уничтожить… свой родной город? — прошептала она. — Нет… этого не может быть… Саламандра любил Гелиодор. Даже в Яшме его чтят… Я не могу… поверить…

Наступила долгая, гнетущая тишина. Она словно не знала, как принять эти новости. Рио вежливо продолжил:

— Вот почему нам нужен Сокол. Он может знать, что случилось на самом деле. Почему Саламандра исчез. Он может знать, куда он ушёл.

Люси долго молчала, уставившись в пол. Было видно, что внутри неё борются воспоминания, боль, усталость… и остатки надежды.

— Я бы вам помогла, правда бы помогла… — наконец произнесла она. Голос её стал сдержанным, но в нём снова звучала сила.

Все уставились на неё.

— Но мой муж… пропал. Уже несколько дней назад.

Комната снова погрузилась в молчание. На этот раз — в по-настоящему тяжёлое, густое, как тень от надвигающейся беды…

Часть 3

— ПОЧЕМУ ЭТОТ СТАРЫЙ ХРЫЧ ПРОПАЛ ИМЕННО СЕЙЧАС!

Проревел Джаргал, как только узнал о пропаже Сокола. Его гнев вспыхнул мгновенно, и он, не сдерживаясь, начал опрокидывать стойки и сбрасывать оружие с полок.

— Джаргал, пожалуйста, успокойся, всё не так плохо... — попыталась вмешаться Ханна, но Люси мягко остановила её, положив руку на плечо.

— Не надо, девочка. Я знаю, каково это. Пусть выместит злость. Шум, немного разрушений — это лучше, чем держать всё в себе, — спокойно сказала она, наблюдая, как Джаргал ломает очередной деревянный стенд. — Такие, как он, не умеют плакать. Им надо выплеснуться.

— ВСЁ РАЗНЕСУ! — бушевал Джаргал, раскаляя в руках один из мечей до красна и сгибая его, словно был он из глины.

— Вам не жалко ваши товары? — осторожно поинтересовался Шин, косясь на разрушенные витрины. Он явно боялся, что расплачиваться придётся им.

— Пфф, я и сама бывало швырялась ими, когда злюсь. Не страшно. Всё, что он ломает — либо старьё, либо копии. Сковать новое — не проблема. А вот убираться будет он, — кивнула она в сторону Джаргала. — А когда вернётся мой идиот муж, заново всё и перекует. Как раз делом займется.

Казалось, Люси не просто не переживала, она даже с какой-то долей облегчения смотрела на разгром — как на давно назревшую бурю, что наконец-то прорвалась.

Ребята растерянно переглянулись. Они не знали, что делать, и лишь молча наблюдали, как эмоции Джаргала постепенно выгорают, словно угли в камине. В то время Люси смотрела за этим шоу, словно она была на спектакле.

— Так что всё-таки произошло с вашим мужем? — наконец нарушил тишину Рио.

Люси, больше не глядя на Джаргала, переключилась на него.

— Карточный долг. Месяц назад он играл с одним местным бандитом и проиграл крупную сумму. Обещал вернуть, как всегда. А потом — по классике — ничего не сделал. Неделю назад сюда пришли дружки того самого бандита. Угрожали, мол, «сожгут» лавку, если не выплатим. А он снова только пообещал. Вечером пошёл «утешить душу» в бар, как он сам это называет… и с тех пор — ни слуху, ни духу. Вот и вся история.

— Может, его похитили? — предположила Ханна. — Может, они просто устали ждать и решили, что теперь вы заплатите за него как за выкуп.

— Ха, отдать за него деньги? Пускай забирают его себе. Но, девочка, ты угадала, — Люси достала письмо из кармана и небрежно бросила на стол. — Вот. Пришло пару дней назад. Пишут, что муж у них и требуют выкуп. Велели принести деньги на старую лесопилку за городом. Ха! И на что они надеются? 

Люси настолько любит своего мужа, что не готова тратить свои деньги за его выкуп. 

— Может, нам стоит поискать другого чемпиона Саламандры? — пробормотала Ханна, неуверенно глядя на остальных. — Ну мало ли, может, где-то остались ещё...

— Барташ сказал, что он единственный живой чемпион. Последний погиб в том самом пожаре, когда Саламандра атаковал Гелиодор, — сказал Рио, вспоминая свой разговор с Барташем насчет других чемпионов. По словам последнего, остальные чемпионы либо пропали, либо давно ушли в тень. Сокол был последним, кто ещё оставался в этом мире. 

— Значит, надо его спасать, — Ханна тяжело вздохнула. Хотела она того или нет, но другого пути у них не было.

Тем временем Джаргал повалил последний стенд и, выдохнув, упал на пол. Всё, что накипело, он вылил наружу. Теперь в нём осталась лишь пустота и слабость.

— Ну что, полегчало? — с саркастичной улыбкой спросила Люси, склонившись над ним.

— «У неё на глазах разнесли половину магазина, а она будто рада этому», — подумала Ханна, с удивлением глядя на спокойствие хозяйки.

— Немного… — прохрипел Джаргал, не поднимая головы. — Но старика всё же придётся вернуть.

— Вы не переживайте, он сам через неделю вернётся. Те бандиты долго его не выдержат. Он у меня упрямый, но всегда возвращается после таких «приключений», — с усмешкой произнесла Люси, махнув рукой, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном. А хотя… это и было обыденным.

Она понимала стремление ребят как можно скорее найти Сокола, но слишком хорошо знала своего мужа и была уверена: тот выкрутится, как всегда.

— Мы не можем столько ждать, он нам нужен сейчас! — резко отозвался Рио.

— Если проблема всего лишь в паре бандитов, то это вообще не проблема. Мы их мигом на место поставим, — добавил Шин, выставив вперёд своё одати.

— Ладно-ладно, поняла вас. Эх... я хотела на следующей неделе пойти туда, — с досадой вздохнула Люси. — Если он вам так нужен, помогу.

Она поднялась на второй этаж и вскоре вернулась с мешком в руках. С громким шуршанием он опустился на стол — звук монет сразу привлёк внимание Шина. Он тут же вскрыл мешок, и его глаза загорелись.

— Ого, да тут целое состояние! — он уже хотел потянуть мешок к себе, но Люси его остановила.

— Хех, думаешь, у старушки вроде меня под матрасом заначки в золоте? Это всё фальшивка, — она похлопала по мешку. — Не настолько я глупа, чтобы отдавать настоящие деньги этой своре. Но как приманка — сгодится.

Оказалось, Люси всё заранее предусмотрела. Мешок с фальшивыми джувелами она приготовила ещё тогда, когда начали поступать угрозы. Её ничто не могло застать врасплох. А деньги, что хранил в заначке её муж, она ни за что не троне.

— Встреча назначена у старой лесопилки за городом. К трём часам. Раз уж вы хотите помочь, могу взять собой двоих, кто будет прикрывать меня.

— Мы пойдём! — одновременно крикнули Рио и Шин, подняв руки.

— Я тоже... иду... — устало пробормотал Джаргал, всё ещё лежащий на полу.

— А вот и нет, — строго сказала Ханна, поднимая его за здоровое плечо. — Тебе с твоими ранами только и остаётся, что здесь ждать. 

— И уберешь все здесь, а иначе с этим же хламом тебя выброшу, — добавила Люси.

— Угу... понял, — буркнул Джаргал.

Люси повернулась к тем двоим.

— Отлично, бойцы вы, вижу, опытные — значит, умеете держать оружие не для красоты. Это пригодится, если разговор с той стороной пойдёт не по плану, — с улыбкой подытожила она. — Ваша задача проста: быть моими телохранителями. Не геройствовать без команды. Я скажу, когда действовать.

— А мы точно получим награду за труды? — не смог удержаться Шин.

— Конечно. Вернёмся обратно — можешь забрать весь этот мешок, — ухмыльнулась Люси, указывая на фальшивое золото.

— Понял. Воздержусь, — сухо ответил он, отводя взгляд от приманки.

— Всё, хватит болтать. Пора выдвигаться — ещё опоздаем на встречу, — она перекинула мешок через плечо, поправила свою одежду и направилась к выходу. Рио и Шин быстро последовали за ней.

Когда они вышли на улицу, Люси сразу заметила высокого мужчину, прислонившегося к стене рядом с входом в магазин. Он стоял в тени, сложив руки на груди, и с виду казался совершенно спокойным.

— Вам чем-то помочь? — небрежно бросила Люси, прищурившись.

Шин и Рио, выглянув вслед за ней, тут же узнали фигуру у входа.

— Ты всё это время был тут? Гат... Гатсо? — удивился Рио, чуть не назвав настоящее имя вслух.

— А, так он с вами? — спокойно ответила Люси

Элур кивнул, не сдвинувшись с места.

— Просто не хотел мешать. Я слышал всё, что говорили внутри. Останусь здесь и присмотрю за Джаргалом и Ханной. На всякий случай.

— «Даже сквозь дверь слышал… У элуров слух что надо», — пробормотал Шин.

— Заходите внутрь, а то как чучело стоите, — сказала Люси и спокойно пошла дальше.

Ребята обменялись взглядами и, не теряя времени, направились вслед за Люси — к лесопилке, где, как они надеялись, их ожидали бандиты. 

***

Голые, обрубленные пни тянулись вглубь леса, словно серые стрелы, указывающие дорогу к лесопилке. Они шли молча — Люси уверенно вела вперёд, слегка покачивая на плече мешок, тогда как Рио и Шин держались сзади. Каждый шаг, казалось, звенел в напряжённой тишине, но сама Люси, вопреки ожиданиям, не выказывала ни капли тревоги.

Она шла медленно, будто прогуливаясь по базарной площади, с лёгкой, почти насмешливой улыбкой на лице. Высокая, с прямой спиной, в простых штанах и куртке, которая больше похожа на бойцовское кимоно — из грубой тёмно-зелёной ткани. — она больше походила деревенскую наставницу, чем на жену беглого чемпиона. Серебряные пряди волос были аккуратно заплетены в толстую косу, уложенную вокруг головы, словно венец.

— Вы не слишком переживаете за встречу, — подметил Рио, наблюдая за её неспешной походкой.

Люси чуть повернула голову, не сбавляя шага, и хмыкнула:

— А что мне переживать? Если бы это было в первый раз — да, дрожала бы. А так… эти «похищения» происходят стабильно раз в месяц. Словно по расписанию. Иногда мне кажется, что это моя новая работа — вызволять Сокола из неприятностей.

— Он всегда был таким? — спросил Шин, приподняв бровь.

— С того самого момента, как взял в руки бутылку. Он и до этого выпивал, однако когда стал чемпионом, у него была цель, дисциплина, хоть какая-то ответственность. Но с каждой победой в турнире, угасало его пламя стремлений.

— Почему? — тихо спросил Рио, когда она вдруг заговорила о прошлом.

— Потому что на самом деле… никто из тех, кто шёл на этот турнир, не шёл туда ради титула, — ответила Люси, глядя вперёд, будто снова видела арену, жаркую от огня и криков толпы. — Ходило слишком много слухов. О великом воине Саламандре и о том, что тренировки с ним — не просто награда. Будто бы он так искал кого-то. Или что-то. Никто не знал точно.

— Почему вы так думаете? — поинтересовался Шин.

— Посудите сами, — она повернулась к ним чуть через плечо. — Турниру больше ста лет. Чемпионов было много, но почти никто не задерживался дольше одного турнира. Люди получали титул — и…все! Победа приносила им не удовлетворение, а разочарование. Взять, например, того же Соболя. Он был бойцом пылким, упрямым, никому не хотел уступать своё место. Все были уверены, что он продержится ещё не один турнир. Но на следующем соревновании против него вышел мой муж. И… Соболь даже не сопротивлялся. Он позволил Соколу выиграть турнир. Даже не пытался драться по-настоящему. Что произошло между ним и Саламандрой — никто не знает. Но именно тогда я впервые почувствовала: с этим турниром что-то не так.

Она вздохнула, и на лице её отразилось что-то между грустью и злостью.

— За все время, только несколько дураков пытались удержаться на вершине дольше одного-двух турниров. А мой муж — он и вовсе стал рекордсменом. Пять побед подряд. Он упрямо верил, что Саламандра его недооценивает. Что каждая победа — это шанс доказать, что он достоин большего, что он особенный. Думаю, в глубине души он надеялся, что Огонь всё же обернётся к нему лицом. 

Она на мгновение умолкла, и в её глазах мелькнула печаль.

— Но после пятой победы ничего не изменилось. И тогда он впервые сломался. А дальше… ну, вы уже знаете: выпивка, карты, азарт. Он будто утопал в собственном разочаровании. Как будто пытался стереть свою память о том, кем был.

— «На него вот так повлияло поражение?» — подумал Рио, вспоминая об ушедших годах Сокола. 

— Сейчас он такой, какой он есть, — закончила Люси, упрямо выпрямившись. — Исправить его нельзя. Но как только вернём его домой — устрою ему такую взбучку, что сам попросится обратно к похитителям.

— Может, пощадите? — пробормотал Рио. — Нам ведь ещё надо у него про Саламандру расспросить.

Люси прищурилась, но промолчала. Лишь чуть ускорила шаг.

Вдалеке, за просветами деревьев, уже виднелись покосившиеся постройки и сизый клуб дыма, поднимавшийся из трубы. Лесопилка была близко. Люси резко остановилась и развернулась к спутникам:

— Будьте наготове. Пока просто переговоры. Но если что — по моей команде.

Рио и Шин переглянулись, убрали оружие и тронулись следом.