Глава 11.0

Когда взгляд Альберто скользнул по Лавианне, низко склонившей голову, он задержался на её руках — те дрожали. Почти незаметно, но всё же неоспоримо — тонкие пальцы, крепко сжавшие складки юбки, выдавали её смятение. Он видел это ясно.

Гнев, уже подступивший к горлу, медленно угасал.

Хотя Альберто всегда был человеком рассудка, собранности и холодной вежливости, он всё же оставался человеком. И в нём жила способность к состраданию. Он чувствовал вину за то, что использовал слепую женщину для собственного удобства, и понимал, каково было услышать его предложение — словно молния расколола небо над её головой.

Раздражение растаяло, уступая место жалости, что всегда поднималась, когда он осознавал, насколько тяжело Лавианне привыкать к чужой земле и новой судьбе.

Но всё же Альберто был не тем человеком, что позволял бы жалости встать на пути долга.

— Завтра все мы отправимся на охоту, включая дам. Это будет опасно для вас, миледи. Вы всё ещё намерены оставаться здесь?

Лавианна только молча кивнула.

С тяжёлым чувством бесплодной усталости, давившей в груди, Альберто коротко вздохнул.

— Как угодно. Вы сами понесёте последствия.

Он прошёл мимо неё и покинул комнату.

Щёлк. Закрывшаяся дверь подняла лёгкий сквозняк. Он показался холодным и беспощадным. Лавианна вздрогнула, даже не осознав этого.

***

— Вот почему Альберто скрывал от всех свою супругу — оказывается, она настоящая красавица.

Неловкая тишина повисла над ужином, когда Лавианна села за стол. Хотя Альберто представил её как свою жену, никто до этого не знал, что она слепа. В воздухе витал молчаливый вопрос — «Какого чёрта?» — но никто не осмелился произнести его вслух. Лишь всегда обходительный Луи попытался нарушить гнетущую атмосферу.

Лавианна, смущённая неожиданным комплиментом, замахала рукой, будто стараясь его опровергнуть, и нечаянно задела свой стакан с водой.

Прожив так долго отрезанной от мира, она не привыкла к словам вроде «вы прекрасны».

Лавианна не видела собственного лица с тех пор, как ей исполнилось десять лет. Лоренс никогда и словом не обмолвился о её внешности. Она понятия не имела, как выглядит теперь — красива или заурядна, эта мысль даже не приходила ей в голову.

— Осторожнее.

Сидевший рядом Альберто машинально протянул руку и придержал стакан. Его низкий голос не прозвучал укоризненно — в нём слышалось скорее предостережение.

Благодаря этому Лавианна, сердце которой было куда более взволнованным, чем можно заметить по её лицу, сумела сделать спокойный вдох.

Слышать похвалу было неловко.

«Что мне сказать?»

Ни одно слово не приходило на ум.

Долгое молчание последовало за комплиментом Луи.

Первым нарушил тишину не кто иной, как Альберто:

— Пожалуй, мне стоит опасаться, как бы ты, Луи, не влюбился.

— Ты? Опасаешься?

Луи усмехнулся, а Альберто лишь лениво пожал плечами. Тогда Луи вновь повернулся к Лавианне с лукавой улыбкой.

— Этот человек обращается с женщинами так, словно они хрупкий фарфор. Помню, как он начал встречаться с благородными дамами и отверг всех до единой. Сколько тогда слухов ходило, и…

— Луи, право же. Какой жене будет приятно слушать о прошлых увлечениях собственного мужа? — перебила его Скарлетт. Она бросила на Лавианну острый, почти насмешливый взгляд. Но за этой проницательностью скрывалось нечто большее, чем простое любопытство, — явная настороженность.

Ещё мгновение назад Скарлетт была глубоко разочарована. Она надеялась, что этот вечер станет её шансом блеснуть своими музыкальными талантами. Она без устали репетировала дни и ночи ради одного человека. Правда, он недавно женился, но для Скарлетт это не было преградой. Она не верила, что брак ставит точку в её надеждах завоевать сердце Альберто. Ведь по-настоящему она желала не титула госпожи Роэн, а именно его привязанности.

Но прежде чем она успела признаться в своих чувствах, Альберто вдруг начал ходить на смотрины… и неожиданно женился. Эта весть наделала немало шума на Севере.

Хоть Альберто знали, как человека прямого и отстранённого, всё же он оставался одним из самых завидных женихов.

— Ах, верно. У нас есть вино, что подарила госпожа Роэн. Почему бы сегодня не открыть его? — вспомнив об этом, Луи поднялся и достал бутылку. Пока он разливал напиток по бокалам, Скарлетт не сводила глаз с Альберто и женщины, сидевшей рядом с ним.

Несмотря на недавнюю реплику Луи, Скарлетт и сама разделяла его невысказанные сомнения: «Альберто? Женился на слепой женщине?»

В это было почти невозможно поверить — разве что он полюбил её с первого взгляда или между ними действительно существовала какая-то иная, сокровенная связь.

— Скажите, миледи, откуда вы родом?

Одарив Луи мягкой улыбкой, пока он наливал ей вино, Скарлетт аккуратно обхватила бокал у основания. Когда же бутылку передали следующему, она повернулась к Лавианне, демонстрируя подчеркнуто дружелюбный вид.

— Ах… Анбис, — тихо ответила Лавианна.

— Анбис?

То было крошечное владение на далёком юге. Фамилия Шелдон показалась Скарлетт смутно знакомой, но ничего особенного не приходило на ум. Если название дома не оставило следа в её памяти, значит, он вряд ли стоил внимания.

Скарлетт заколебалась. Не будет ли слишком дерзко поинтересоваться, как эти двое познакомились или почему решились на брак? Подобные вопросы при первой встрече считались бы непозволительно фамильярными — особенно для человека вроде Альберто, чья почтительность к приличиям была известна каждому.

Пока она размышляла, Альберто взял бокал из руки Лавианны и подал его ей вновь. Только этот жест уже заставил взгляд Скарлетт дрогнуть, но то, что последовало далее, поразило её куда сильнее. Он мягко положил ладонь поверх руки Лавианны и осторожно подвёл бокал к её губам. Когда она сделала глоток, Альберто смотрел на неё взглядом, который, несмотря на сдержанность и невозмутимость, всё же походил на взгляд влюблённого.

Скарлетт не могла поверить своим глазам. Ей казалось, будто у неё что-то отобрали. Она всегда питала к Альберто нежные, хранимые годами чувства, но никогда не позволяла себе желать большего. Он был господином дома Роэн, человеком, до которого ей не дотянуться.

Когда пришла весть о его женитьбе, Скарлетт смирилась. В действительности она проплакала весь день, когда об этом узнала, но всё равно верила, что сможет пережить и принять это.

Только её уверенность зиждилась на одном невыразимом убеждении: что женщина, на которой он женится, будет такой, чьё превосходство и она сама признает — той, что достойна его.

— Миледи, вы немного пролили, — мягко произнёс Альберто.

— А… Прошу прощения.

— Не стоит. Это можно вытереть.

Вот она, эта жалкая женщина — именно она заполучила внимание Альберто, его заботу. И осознание этого сокрушило гордость Скарлетт.

***

Тук-тук.

В дверь раздался тихий стук, и Лавианна повернула голову.

Ещё вчера она появилась в поместье Робинсонов без приглашения. Сегодня же, встав рано, позавтракав и вернувшись в свои покои, Лавианна сидела на постели в полном одиночестве, погружённая в безмолвные раздумья.

Любой неожиданный визит вызывал у неё настороженность. Кто бы это мог быть? Она уже собиралась спросить, но гость опередил её, заговорив первым.

— Это я.

— А…

— Что за тон?

Раздался звук закрывающейся двери. Никаких шагов больше не последовало. Прислонившись к косяку, Альберто сразу заметил, насколько уставшей прозвучала её реплика.

— Вы звучите так, будто разочарованы, увидев меня.

Одного этого замечания хватило, чтобы Лавианна растерялась и неловко замахала руками. Казалось, это вошло в привычку — сначала двигаться, а уже потом говорить, если её застали врасплох.

— Впрочем, будь это так или нет — мне всё равно.

Лавианна молчала.

— Скоро отправляемся на охоту. Хотите присоединиться?

Хотя Альберто и произнёс это как предложение, Лавианна прекрасно знала, что выбора у неё не было. Она хорошо помнила, как накануне он сердился, когда та пришла на приём, и твердил, что охота — дело опасное. Она также хорошо понимала, что для мужчины, любящего охоту, слепая супруга — лишь обуза, и сама не желала мешать ему.

Она даже чувствовала вину за причинённые хлопоты и внимание со стороны слуг. Лавианна решила, что до самого отъезда лучше не попадаться никому на глаза и провести время в тишине.

— Я останусь здесь. Что-то нехорошо себя чувствую.

На самом деле ничего страшного не случилось, но Лавианна выдала небольшую ложь. Это немного терзало её, но она восприняла это как попытку смягчить ситуацию. В конце концов, именно Альберто сам вчера показал ей такой выход.

— Не каждой паре обязательно присутствовать на приёме. Я скажу, что вы нездоровы. Всё просто.

Лавианна едва заметно улыбнулась и потерла плечо.

— Видимо, плохо спала.

— Это займёт довольно много времени, — сказал Альберто.

— Хорошо.

— Женщины тоже едут.

— Хорошо…

Это значило, что в особняке она останется совсем одна.

Чувство было странным, но вовсе не угнетающим — Лавианна уже успела приготовиться к такому исходу ещё накануне. Её слепота делала любое появление на охотничьих угодьях опасным, и потому решение оставить её дома выглядело вполне разумным.

— Я буду ждать, — тихо сказала она.

Альберто не ответил.

Затем Лавианна услышала приближающиеся шаги.

Он закрыл распахнутое окно и склонился перед ней.

Прислушиваясь к его движениям, Лавианна вздрогнула, почувствовав его дыхание совсем рядом, и невольно откинула голову назад.

— Холодно, — произнёс он.

Сняв верхнее пальто, Альберто бережно накинул его на плечи Лавианны. На этом всё. Он не сказал ни слова о том, когда вернётся — просто молча вышел из комнаты.