Глава 136.0
Победив Земляного Дракона, Уолм ступенька за ступенькой спускался по лестнице, чьи очертания смутно вырисовывались в свете мха. Стёртые подошвы сапог стучали по каменным плитам. Он насчитал сто, двести ступеней, но конца лестницы в полумраке так и не было видно. Когда счёт перевалил за несколько сотен, Уолма охватило необъяснимое беспокойство. Ему начало казаться, что этот путь ко дну будет длиться вечно.
«Путь позади… исчезает».
Выражение было неточным. И всё же то, что хотела сказать Юна, поняли все. Они продолжали спускаться всё глубже и глубже, полагаясь на тусклый свет мха, но путь, который они прошли, исчез. Возможно, мох просто перестал светить. Но в противовес этой оптимистичной мысли по коже побежали мурашки, а глаза начало жечь. Инстинкт Уолма бил тревогу, предупреждая, что нельзя быть поглощённым тьмой. Группа остановилась, но Мерил всё тем же ровным голосом отдала приказ.
«Идём вперёд».
Не поддаваясь панике, они ровным шагом продолжали свой путь ко дну. Прошёл ли час или несколько, в нарушенном чувстве времени Уолма это было невозможно измерить. Глаза Уолма, искавшие следующую ступеньку, внезапно упёрлись в пол. Лестница оборвалась, выполнив свою роль. На мгновение всё вокруг погрузилось во тьму. Уолму нужно было принимать решение. Развести огонь во тьме, чтобы обеспечить видимость, было можно, но если в темноте прятались монстры, это бы выдало их местоположение и сделало бы их идеальной мишенью.
«Уолм».
Его лишь назвали по имени, но Уолм понял намёк. Он создал на ладони пламя и перенёс его в лампу, которую достал из магической сумки. Уолм осмотрелся. Пол был таким же, как и раньше, но ни стен, ни потолка разглядеть было невозможно.
«Круговая оборона. Мы за пределами законов Лабиринта. Будьте готовы».
Предупреждающий голос Мерил растворился во тьме. Один этот факт доказывал, что они находятся в аномальном пространстве. В Лабиринте, замкнутом пространстве, звуки всегда отражались эхом. Но сейчас, сколько бы они ни шумели, не было никакого отзвука. Вдобавок ко всему, исчезла и лестница, по которой они спускались. Это было хуже, чем если бы у них просто выбили почву из-под ног.
«Может, оставим метки на полу?»
«…Ни царапин, ни обломков. Думаю, бесполезно, Лабиринт тут же их поглотит».
«Тогда нам придётся идти наощупь?»
Марианна с досадой обвела взглядом тьму. Путь назад был отрезан, оставалось только идти вперёд, но в каком направлении — было неясно. Уолм зашёл в тупик, размышляя, правильным ли будет идти наугад.
Пока все обдумывали варианты, в Лабиринте, до этого хранившем молчание, раздался звук. Резкий скрежет, будто трутся друг о друга огромные куски металла. Уолм, задействовав все шесть чувств, увидел, как из темноты вырвался огонь. Он полз по полу, разгоняя тьму. Пламя распространялось, указывая им путь, словно взлётная полоса. В вырезанных на полу желобах текла чёрная вода, на поверхности которой горел огонь.
«Похоже, нас приветствуют».
«Весьма любезное приглашение».
«Пойдём по зову. Если сойдём с пути, ничего хорошего не будет».
Приглашение было очевидной ловушкой. Уолм прекрасно понимал, что это всё равно что лезть в пасть к тигру, но не думал, что у них есть другой выбор.
«Сумасшедший мир, но когда он настолько искажён, это даже вызывает восхищение».
«Говорят, Лабиринт — это разлом между мирами, игровая площадка высших существ. Их вмешательство распространяется только на ограниченные места, вроде драконьих жил… вроде бы. Это теория одного учёного, который всегда выдвигает сумасшедшие гипотезы, так что кто знает, можно ли в это верить».
«Но то, что здесь не действуют обычные законы, это точно».
Уолм, молча слушавший разговор, мысленно согласился с Марианной. Желоба с горящей чёрной водой разветвлялись, образуя сложный круг. Всю картину было не охватить, но радиус, казалось, превышал пятьдесят метров.
«Обойдём по кругу?»
«Пойдём в центр. Может, там что-то есть».
На вопрос Уолма Мерил приняла смелое решение. В пространстве, где законы мира были искажены, бояться было уже поздно. Уолм сам захотел попасть на дно. Оставалось лишь довериться судьбе. По мере приближения к центру ноздри уловили резкий запах. Этот запах Уолм хорошо знал по полям сражений.
«…Что это за вонь?»
«Трупный запах. Но слишком сильный».
Даже Уолм, которого заставили спать вместе с сотнями гниющих трупов, не чувствовал такого резкого запаха. Неудивительно, если бы здесь возвышалась гора трупов высотой с холм. Когда группа достигла центра, огонь, словно по команде, побежал по скрытым до этого желобам, расширяя своё пламя. Они оказались в огненном кольце, но пламя было невысоким, его можно было перепрыгнуть.
«Выглядит плохо».
Пламя продолжало пересекаться, и, глядя на это, Уолм почувствовал странное дежавю. Он это видел. Где? Пока трупный смрад мешал сосредоточиться, Уолм отчаянно рылся в памяти, и наконец всё сошлось воедино.
«Это… фигура?»
«А? Что? Какая фигура?»
Уолм, сосредоточившись, не мог ответить на вопрос Марианны. Он понял, что это за фигура из далёких воспоминаний. Это была гексаграмма, шестиконечная звезда. Её история была древней, и в его прошлом мире она имела множество значений. Там, где жил Уолм, её называли «кагомэ-мон», узором бамбуковой корзины, и считали знаком, отгоняющим зло. Но вокруг этой гексаграммы, которую считали священной, были высечены странные письмена, и трудно было поверить, что это одно и то же.
Прямо над головой Уолм услышал звук, похожий на скрежет цепей. Судя по удивлённым лицам товарищей, это была не слуховая галлюцинация.
«Уходим из центра. У меня плохое предчувствие».
«Пожалуй, ты права».
Когда они бегом покидали это место, раздался грохот, будто перемешивали кучу металла, и вонь стала ещё сильнее. Убежав от гексаграммы, Уолм увидел гигантские цепи, свисающие из пустоты. Даже в полумраке центр был поглощён абсолютной тьмой, и разглядеть там что-либо было невозможно.
«Н-не может быть…»
Даже первоклассный авантюрист Марианна потеряла дар речи. Скованный цепями, из тьмы выползал он. Безжизненные глаза уставились прямо на Уолма и издали рёв. От одного этого звука содрогнулся воздух и подул порыв ветра с запахом гнили. Монстр из той же породы, которую Уолм не хотел видеть никогда в жизни. Существо, ставшее причиной краха северных стран, воплощалось здесь.
«Дракон-лич!» — раскрыл его личность Гарри.
Мутная чешуя, будто выкрашенная тушью или грязью, неровно выпавшие клыки, обнажённая гниющая плоть — всё это ясно указывало на то, что дракон стал нежитью. Вторя ему, демоническая маска задрожала от возбуждения.
«Я слышала, что записи о дне Лабиринта были утеряны во время Объединительной войны, но чтобы такое…»
Дракон, существо, стоящее на вершине пищевой цепи не только среди монстров, но и среди всех живых существ, рождался из тьмы на дне Лабиринта.
«Среди драконов он подделка, но всё же способен уничтожить целую армию. Что будем…?!»
Пока Гарри спрашивал, как им действовать, Уолм, сконцентрировав ману, превратил её в огненный шар и запустил в Дракона-лича. Лазурное пламя заплясало на его голове, и разъярённый дракон загремел цепями. Хоть лазурный огонь и был чрезвычайно эффективен против нежити, но против дракона его действие было слабым.
«Убьём его, пока он не вылез».
Пока остальные члены группы были в замешательстве, Уолм предложил простое решение. Он уже получил прививку от драконов и имел иммунитет. В замке Дандруг от дыхания Огненного Императора без всякого сопротивления сгорели десятки тысяч человек вместе с командным штабом. А что этот Дракон-лич? Его тело было изранено и гнило, он был скован цепями и с трудом пытался выбраться из чёрной дыры. У Уолма не было причин колебаться, прежде чем атаковать этого гнилого дракона, которого трудно было назвать священным.
«…Не поспоришь!»
Не успела она договорить, как Мерил, сконцентрировав ману, приняла свою характерную стойку. Магия закружилась вокруг её тела, и со вспышкой света был выпущен «Три Демонических Удара». Дракон-лич попытался увернуться, но не смог, и свет окутал открытые части его гигантского тела. Ударная волна дошла даже до Уолма. Когда завеса из плоти и крови рассеялась, на теле дракона виднелась рана от щеки до плеча, но это был лишь действенный удар, не более.
«Этот удар раскрошил даже чешую Земляного Дракона, но…» — сквозь зубы процедила Мерил.
«Сколько ещё осталось?»
«Если выжму всё, то ещё два раза».
Удар подействовал. Но даже двух таких ударов не хватит, чтобы убить его. Даже «Три Демонических Удара» не хватало мощи. И максимальной мощи «Демонического огня» тоже не хватит. Если бы здесь было три или четыре Мерил, может, и получилось бы, подумал Уолм, убегая от реальности, но тут же отбросил эту несбыточную фантазию.
«Обидно, что в воздухе до него не добраться».
«Стрелы тоже не пробьют магический барьер и чешую».
Одна из лап Дракона-лича высунулась из чёрной дыры. Вторая тоже готовилась освободиться. Уолм на авось запустил в него огненный шар, а Мерил начала готовиться ко второму удару. Они отчаянно искали хоть какой-то способ, глядя на висящего дракона, но ответа не было.
«Чёрт, он уже высунул верхнюю часть тела!» — выругался Уолм и опустил взгляд на землю.
Проклятый призывной круг в виде гексаграммы продолжал светиться. Глядя на его пламя, Уолм решил рискнуть. В случае неудачи они потеряют ещё один действенный удар, но попробовать стоило.
«Мерил, земля! Уничтожь желоба!»
Мерил, уже готовая выпустить «Три Демонических Удара», поверила словам Уолма и, с трудом изменив траекторию, ударила по полу. Вспышка света озарила пол, и он разлетелся на куски. Желоба, испускавшие зловещее сияние, ослабили свой блеск, словно их лишили источника магии. Дракон-лич издал такой рёв, какого они ещё не слышали. Выползавший из пустоты, он рухнул с небес. Уолм проследил за ним взглядом и увидел, как огромная чёрная дыра в темноте исчезла, словно мираж.
«Ему оторвало половину тела?!» — неверяще вскрикнула Марианна.
Из-за разрушения призывного круга путь, соединяющий пространства, был разорван, и Дракон-лич расстался со своей нижней половиной. План Уолма частично удался. Единственным просчётом было то, что, потеряв половину тела, Дракон-лич не умер, а, вонзив когти в пол, поднялся.
«Что за чертовщина, он движется даже с одной верхней половиной!» — выплюнул Гарри, снова принимая боевую стойку.
Уолм и сам хотел бы, чтобы тот спокойно умер, но дракон, даже гнилой, оставался драконом.
«Мерил, ещё можешь стрелять?»
«Ещё один раз, на пределе».
«Если целиться в разорванную рану… Плохо!»
Уолм знал эти признаки. Он не мог их забыть. Именно от этого удара Дандруг был на грани падения.
«Дыхание! Он сейчас выдохнет!»
Из Дракона-лича хлынула грязеподобная магия. Её центр переместился от груди к горлу.
«От этого не увернуться!»
«Мари, магию поддержки, на полную!»
«Забирай всё до капли!»
Мана потекла от Марианны, схватившей Мерил за плечо. Магия поддержки. Уолм, сталкивавшийся со множеством видов магии, впервые видел такое редкое заклинание.
Но любоваться было некогда. Уолм попытался остановить его огненным шаром, но гнилой дракон даже не шелохнулся. Сжатый сгусток магии устремился из горла в пасть, и огромные челюсти раскрылись. Из-за чёрных клыков вырвалось несравненное драконье дыхание. Одновременно с этим Мерил, впитав всю ману Марианны, выпустила «Три Демонических Удара».
«У-о-о-о-а-а-а-а-а-а!!»
Ослепляющие потоки магии столкнулись. Пол в точке их слияния был раздроблен невидимой силой и мгновенно испарился. В результате столкновения ударная волна распространилась по сторонам. Трёхцветная вспышка, словно поглощаемая, окрасилась в чёрный и была разом отброшена. Уолм создал огненный столб для дополнительной защиты, но и этого было недостаточно. Руки Уолма и Мерил, стоявших впереди, были схвачены и отброшены назад. Это сделал Гарри.
«На землю! Прикрывайтесь щитом!»
«Гарри?!»
Боевой монах выпрыгнул вперёд и, укоренившись на полу, окутал своё тело магическим барьером. Его магический барьер, доведённый до уровня навыка «Алмазное тело», позволял голыми руками гнуть железо и принимать удары меча. Но каким бы ослабленным ни было дыхание дракона, бесследно это пройти не могло.
«У-гх-х-х, у-у-н-а-а-а, а-а-а-а!..»
Вместе с отчаянным криком Гарри был поглощён драконьим дыханием. Тело Уолма протащило по полу, усыпанному острыми камнями, но он отделался лишь этим. Выплюнув скопившуюся во рту кровь, он, опираясь на алебарду, поднялся. Остальные трое были в таком же состоянии.
Быстро вращая головой и глазами, Уолм нашёл Гарри, превратившегося в рваную тряпку. Его кожа была содрана, словно наждаком, и сочилась кровью, но он всё ещё сохранял свою форму. Сыграло свою роль то, что им удалось ослабить дыхание, но главной причиной была ошибка Дракона-лича, который, потеряв половину тела и много маны, выдохнул неполноценное пламя.
«Ещё можешь драться?»
«У него только половина тела. И раненый сойдёт».
«Марианна, отнеси Гарри в безопасное место. Юна, сможешь?»
«М-м».
Больше не было места для уловок. Началась последняя битва Лабиринта. Дракон-лич взмахнул одной из своих лап в сторону приближающегося Уолма. Тот, угадав траекторию, начал смещаться, сбивая его с толку. Удар Дракона-лича с лёгкостью крушил каменные плиты, но его манёвренность теперь зависела лишь от двух лап. Если не ошибаться с дистанцией, смертельного удара можно было избежать.
Пока Уолм отвлекал его внимание, Мерил и Юна зашли с фланга и сзади и начали яростную атаку. Мерил, не сбавляя скорости, наносила удары по ранам, а Юна стреляла в след, оставленный «Тремя Демоническими Ударами» на груди и горле. С каждой каплей гниющей крови, падавшей на пол, ноздри отторгали едкий смрад. Когда внимание Дракона-лича переключалось на них, Уолм, не прощая измены, запускал в него огненный шар, снова привлекая его внимание.
«Я отнесла его!» — крикнула Марианна, закончив с переноской Гарри, и присоединилась к битве.
Группа вгрызалась в обнажённую плоть и раны, но даже будучи разорванным пополам, Дракон-лич всё ещё был длиной более двадцати метров. Его магический барьер был цел, и их атаки были всё равно что точить огромный камень напильником.
«Не лезьте спереди! Опасайтесь лап и клыков!»
Хоть его передвижение и было ограничено двумя лапами и он потерял свою прежнюю манёвренность, но атаки Дракона-лича не только не ослабли, но и стали точнее. Вдобавок ко всему, последствия дыхания и накопившаяся усталость отнимали у них точность.
«Уолм, берегись!»
До этого Дракон-лич игнорировал Уолма, как назойливую муху. Но теперь он резко повернул шею и попытался раздавить его своими челюстями. От такой перемены у Уолма похолодело внутри. Он оттолкнулся от земли и проскользил на спине по каменному полу. Голова Дракона-лича пронеслась прямо над ним.
«Мою алебарду унесло!»
Едва избежав смерти, Уолм, однако, потерял своё оружие — его отбросило гигантским телом дракона, и оно исчезло во тьме. Оттолкнувшись локтем от пола, он вскочил на ноги и выхватил длинный меч с пояса. Жаль было терять мощь ударов алебарды против такого гиганта, но у него ещё оставалось оружие. Да и не всё было так плохо. Дракон-лич, совершив такой размашистый выпад, от которого сам потерял равновесие, беззащитно подставил свои слабые места.
Троица была не настолько стара, чтобы упустить такой шанс. Пока Дракон-лич вцеплялся когтями в каменные плиты, пытаясь подняться, они осыпали его градом ударов. И всё же лицо Уолма не расплылось в улыбке. Дракон-лич всё ещё был боеспособен. То ли это была особенность нежити, то ли наследие драконьей крови, но он был до тошноты живучим противником.
Уолм следил за всем телом Дракона-лича, но большую часть своего внимания уделял голове и лапам, которые были источником его атак. И тут он заметил разницу. До этого Дракон-лич вцеплялся когтями в землю, чтобы удержаться. Теперь же его когти были сжаты, будто что-то держали, и из щелей сыпался сжатый гравий.
«Гравий! Берегись!»
Вскоре после предупреждения Уолма Дракон-лич взмахнул лапой, и из неё полетели камни. Троица попыталась увернуться от этой уловки, но Юна оказалась в зоне поражения. Бесчисленные камни, выпущенные сверху под углом, дождём посыпались на пол. С глухим стуком осколки покатились по полу и исчезли вдали. А Юна медленно осела на землю.
«Ю-Юна?!»
«Мари, не останавливайся!»
Марианна, отвлёкшись на упавшую Юну, опоздала с реакцией на ответный удар лапы. Удар пришёлся ей в плечо, и её отбросило, как из катапульты. Она упала на пол, не успев сгруппироваться.
Выведя из строя двоих, Дракон-лич, похоже, приободрился и повторил атаку. Ни Уолм, ни Мерил не позволили себе отвлечься на павших товарищей. Уменьшившись в числе, они продолжали рискованные атаки, в последний момент уходя от ударов. Сколько прошло времени, было неизвестно. Дыхание сбилось, руки и ноги дрожали. Силы, чтобы держать меч, иссякали. Кризис, грозящий полным провалом, они оттягивали остатками магии. В некогда нерушимом магическом барьере Дракона-лича появились трещины. И всё же, если так пойдёт и дальше, первыми падут люди.
«Так мы проиграем. Я сожгу его своим навыком».
«Уолм, твои глаза… выдержат?»
«Маны, чтобы они расплавились, уже не осталось… Смогу ли я его сжечь дотла… не уверен».
Даже во время этого прерывистого разговора яростные атаки не прекращались. Задыхаясь, Уолм продолжал говорить.
«Кха… ха… значит… придётся подойти вплотную».
«Да, нужен способ подобраться… кха… и момент».
«Я запущу тебя магией ветра. А потом буду прикрывать, пока не кончится мана».
«Как только навык активируется, сразу уходи. Тебя зацепит».
Кое-как договорившись, Уолм на время прекратил атаку, разорвал дистанцию с Драконом-личем и присоединился к Мерил. Увидев их вместе, Дракон-лич радостно извернулся и бросился на них.
«Уолм, пошёл! Порыв ветра!»
В безветренном дне Лабиринта возник порыв, который подхватил тело Уолма. К счастью, их цель неслась на них на полной скорости. У неё буквально не хватало рук, чтобы сбить Уолма в воздухе. В отчаянной попытке она попыталась перекусить его, но её чёрные клыки лишь щёлкнули впустую. Уолм выбрал своей целью рану на плече, оставленную «Тремя Демоническими Ударами». Перехватив длинный меч обратным хватом, он вонзил его, как клин.
«Гори-и-и-и, Уолм!!»
Из тела Уолма хлынуло лазурное пламя и поднялся огненный вихрь. В мгновение ока огонь охватил всё тело Дракона-лича. Гниющая плоть обугливалась, трупная жижа и жир с треском лопались. Казалось, будто всё его тело плавится. Демонические глаза запульсировали, словно их проткнули раскалённым гвоздём. Уолм стиснул зубы так, что они чуть не раскрошились, и терпел боль. По крайней мере, пока он чувствовал эту боль, дракон будет гореть.
«Уолм, уходи, он тебя схватит!»
Но отчаянный крик Мерил был напрасен. Дракон-лич в конвульсиях схватил Уолма. Его доспехи смялись, всё тело затрещало. Левая рука с хрустом сломалась и вывернулась в неестественном направлении.
«Гх-ха… ух… э-гх… у-у-у-у!!»
Словно это было соревнование на выносливость, Уолм продолжал вливать в него лазурное пламя. «Демонический огонь» забирал в преисподнюю даже тех, кто не принадлежал этому миру. Левая половина тела Дракона-лича ужасно изменила цвет, рука, сжимавшая Уолма, который сам превратился в эпицентр взрыва, начала плавиться, и с кончиков пальцев отваливались когти. Не выдержал Дракон-лич. Даже лишённый разума, он инстинктивно боялся собственного уничтожения. Поняв, что даже раздавить человека ему не под силу, он рукой, на которой ещё оставались куски плоти, отшвырнул Уолма. Словно пытаясь отбросить опасный предмет как можно дальше.
Каменный пол встретил Уолма с сухим стуком. От удара и адской боли «Демонический огонь» принудительно отключился, и в глазах Уолма пошли помехи. Всё стало нечётким. Он не мог разобрать, где перёд, а где зад. Опираясь на пол, Уолм попытался подняться.
Рёв Дракона-лича не прекращался, что говорило о том, что бой с Мерил продолжается. Мана ещё оставалась. Ещё можно было сражаться. Нужно было сражаться. Уолм приказал своим дрожащим ногам двигаться и, как новорождённый оленёнок, попытался встать, но ноги его не слушались. Опустив взгляд, он увидел, что его лодыжка согнута, как мягкий зелёный лук. И всё же, опираясь на оставшуюся ногу, он попытался подняться, но невыносимая боль в груди заставила его снова рухнуть на пол. Сколько бы он ни вдыхал, дышать не получалось. Сердце сжималось.
«Ах… х-у… а-а…»
Уолм тонул на суше. Вдалеке он видел, как Мерил размахивает мечом. Всё тело Дракона-лича было обожжено и плавилось, но он ещё не оставил свою тягу к жизни.
«Не вставай, Уолм! Я сама закончу. Жди здесь».
Уолм, чувствуя себя беспомощным, доверил исход битвы своему последнему товарищу. Десятки, сотни ударов. Получая раны, Мерил продолжала кромсать Дракона-лича. Несмотря на всю жестокость, это было похоже на танец с мечами. Хоть они и принадлежали к разным видам, но оба были тяжело ранены, и малейший толчок мог склонить чашу весов.
«Ещё чуть-чуть… но…»
Нога Мерил, дышавшей через силу, подкосилась. Эта ошибка была слишком большой, фатальной. Дракон-лич обрушил на неё кость, которую уже трудно было назвать рукой. Уолм молил, чтобы она увернулась, но его повреждённое ухо уловило знакомый свист воздуха. Удар, который должен был стать смертельным, прошёл мимо, лишь разрушив пустой пол.
«Помогу…»
Собрав остатки сознания, Уолм повернул голову и увидел, как авантюрист накладывает вторую стрелу. Юна, получившая удар камнем в голову и лежавшая на земле, вернулась в строй. Из раны на лбу текла кровь, заливая глаза красным. Несмотря на ужасные условия, лучница, с точностью, будто вдевала нитку в иголку, пронзила стрелой глаз Дракона-лича, лишённый магического барьера. Выплюнув скопившуюся во рту кровь, Уолм улыбнулся.
Юна выбила стрелой и второй, оставшийся глаз. Гигантское тело дракона пошатнулось, он потерял равновесие. Подбежавшая Мерил приняла свою характерную стойку. Маны не было. И всё же она выбрала эту стойку. Оттолкнувшись от его лапы, она подпрыгнула и с самого верха опустила свой длинный меч. Словно обводя рану, нанесённую «Тремя Демоническими Ударами», она провела клинком от глазницы по шее до плеча. Приземление не было изящным. Но кто посмел бы назвать её жалкой? На глазах Уолма, следившего за исходом, Мерил блестяще справилась.
Тело Дракона-лича рухнуло, как гнилое дерево, достигшее своего предела. Трупная жижа потекла в желоба, распространяя вонь, и плоть разом начала разлагаться. Оставшийся скелет Дракона-лича был окончательно мёртв. Уолм, державшийся на пределе, с облегчением закрыл глаза.
«Юна, займись Гарри и Марианной. Я присмотрю за Уолмом».
Несмотря на усталость после такой битвы, Мерил подбежала к Уолму.
«Что за безрассудство! Дурак, очнись. Не теряй сознание».
«Сама ты безрассудная», — хотел ответить Уолм, но не смог выдавить ни звука. Его лёгкие отказались нормально функционировать, и даже слова стали для него непосильной задачей. Мерил начала срывать с него одежду.
«Не только руки и ноги, рёбра тоже сломаны, и грудь… вздулась. Чёрт, у него воздух в грудной клетке скопился?»
«Мерил, им сейчас не легко, но Гарри и Марианна живы», — доложила Юна, не показываясь из темноты.
Несмотря на тяжёлые раны, какие же они живучие, товарищи, с облегчением подумал Уолм в тумане своего сознания.
«Юна, Гарри в сознании?!»
«Да. Он сам накладывал на себя целительную магию, может говорить».
«Приведи его сюда, у Уолма в груди продолжает скапливаться воздух. Если так пойдёт, сдавленное сердце может остановиться».
Юна принесла на спине Гарри и уложила его рядом с Уолмом. Словно на рыбном аукционе в порту, Юна, Мерил и, чуть позже, прихрамывающая Марианна окружили их.
«Тебе, наверное, тяжело после такой раны, но можешь дать указания, Гарри?»
«Ради товарища. Это… мелочь. Сначала достань из сумки иглу для кровопускания и дистиллированный спирт. Да, это. Промой её. И руки тоже. Кх… х-х… место прокола… между вторым и третьим ребром. Туда вводи иглу. Над соском… примерно там. Чуть правее… вот там. Втыкай перпендикулярно… медленно. Когда войдёшь в грудную клетку… со свистом выйдет воздух».
Уолм почувствовал новую боль в груди, но когда игла вошла на определённую глубину, дышать стало на удивление легче. В угасающем сознании он услышал шипящий звук воздуха, выходящего из его груди.
«Хороший звук. Воздух… выходит».
«Слава богу. Получилось, Уолм».
Мерил расслабилась и с лицом, полным усталости, улыбнулась. Уолм, чьи средства общения были ограничены, в ответ слабо поднял дрожащую руку. Это был момент, когда группа «Три Демонических Удара» покорила Великий Лабиринт Белганы.