Глава 120.0
Уолм приложил ладонь к двери с тусклым черноватым блеском. Характерный холод металла приятно ощущался на его разгорячённых пальцах. Переставляя ноги, гудящие от перенапряжения, он вошёл в уже ставшую привычной комнату отдыха.
Он покинул уровни, превратившиеся в выставку големов и горгулий, и достиг глубины в двадцать пять этажей. И всё же его путь нельзя было назвать гладким. Хотя у него и оставался запас сил, ему пришлось прибегнуть к навыкам и магии, которые он до этого берёг.
Он устало обвёл комнату взглядом. Этот уровень называли пределом для авантюристов среднего звена, и, видимо, поэтому групп, отдыхающих здесь, было несравнимо меньше, чем раньше. Всего четыре, включая самого Уолма. Если прибавить тех, с кем он пересекался по пути, и тех, кто отдыхал на поверхности, общее число, конечно, возрастёт, но всё же эта комната была своего рода рубежом, границей между средними и высшими уровнями.
Шёл четвёртый день его погружения в Лабиринт. Его чувства, казалось, возвращали свою остроту, но усталость, наоборот, накапливалась. Соблюдая дистанцию с временными постояльцами комнаты, Уолм сел. Желудок требовал еды, а веки, которые он так долго держал открытыми, молили о покое.
Уолм взвешивал на весах приоритеты. Звучит высокопарно, но суть была донельзя простой: поесть, а потом поспать, или поспать, а потом поесть.
Это уединённое принятие решений было прервано приближением постороннего. Опираясь на согнутое колено, Уолм беззвучно поднялся. Палица, закончившая свою тяжёлую работу, уже лежала в магической сумке, а его старая боевая подруга-алебарда снова была в руках.
Уолм стукнул обнажённым лезвием алебарды по полу и, не говоря ни слова, уставился на пришедшего. Приближающийся авантюрист, даже сквозь доспехи, демонстрировал мускулатуру, выкованную в боях. Если бы он скрыл лицо, то по манере держаться ему можно было бы дать лет двадцать. Впрочем, глубокие морщины и волосы с бородой, тронутые сединой, красноречиво говорили о его возрасте.
Его снаряжение было хорошо начищено, но бесчисленные мелкие царапины бросались в глаза. По потёртостям на суставах можно было судить о его боевом пути, особенно о долгом опыте в Лабиринте. Его руки были расслаблены и находились далеко от меча на поясе, безмолвно демонстрируя отсутствие враждебных намерений.
«Ты и вправду ходишь один. Это впечатляет, ведь на этих уровнях даже неплохая группа может быть уничтожена, если допустит ошибку».
Первые его слова были лестью. Но лицо авантюриста было Уолму незнакомо. У невыспавшегося Уолма не было настроения для бесполезных игр в гляделки.
«Мы где-то встречались?»
«А, прости. Мы не знакомы. Просто в тавернах сейчас только и говорят о человеке, который продолжает в одиночку спускаться в Лабиринт, что редкость в наши дни. Вот и увидел тебя воочию, стало любопытно, и я подошёл».
«Авантюристы любят слухи».
«В нашем ремесле нет ничего определённого. Общение и обмен информацией для нас жизненно необходимы. Так что не обессудь».
В отличие от других авантюристов, которые сторонились его, как прокаженного, этот был, по крайней мере, честен. Возможно, дело было в возрасте, но его манера говорить казалась мягкой. Уолму было неудобно грубо его прогонять, и он решил сделать это вежливо.
«Думаю, и так видно, что от общения со мной ты не получишь никакой полезной информации».
«Какой ты неприветливый. Может, это и прозвучит легкомысленно, но как исследователь Лабиринта, я болею за тебя и хочу посмотреть, как глубоко ты сможешь спуститься в одиночку».
Авантюрист, уловив намёк в словах Уолма, безропотно приготовился уйти. Уолму нравились понятливые люди, даже если они были авантюристами.
«Я не настолько важная персона, чтобы за меня болеть… но спасибо. И тебе удачи в бою».
Обменявшись любезностями, Уолм проводил взглядом уходящего мужчину, но тот внезапно остановился. И, словно что-то вспомнив, продолжил.
«Ах, да. Я же не спросил твоего имени. Я Фауст».
«…Уолм».
«Уолм, значит. С возрастом память становится хуже, но это имя я запомню. Надеюсь, мы ещё встретимся в Лабиринте».
Неожиданная встреча перед отдыхом, но она не доставила Уолму неприятных ощущений. Фауст, на этот раз удовлетворённый, вернулся к своим товарищам. Достаточно тактично, что он не пришёл всей своей пятёркой.
Уолм снова прислонился спиной к стене и начал наслаждаться прохладой пола Лабиринта. Демоническая маска на его поясе слегка задрожала. Эта вибрация не была обращена к нему. Похоже, ей понравился тот пожилой мужчина.
«Эй, ты что. Будешь дрожать перед каждым, кто тебе понравится?»
В ответ на упрёк Уолма в ветрености маска начала яростно вибрировать. На поясе стало нестерпимо щекотно. Словно только что вылезшая из земли цикада прицепилась к его боку.
«Шучу. Прекрати. Прости».
После многократных извинений гнев маски наконец утих. Хоть это и происходило под плащом, но если бы кто-то увидел эту сцену, он бы решил, что перед ним человек, у которого поехала крыша после походов в Лабиринт.
Представив себя со стороны, Уолм усмехнулся и решил поддаться усталости. Всё равно ему предстояло есть холодный чёрный хлеб и вяленое мясо. Немного сна не сильно изменит их вкус.
Хоть это и была роскошная проблема, но магическая сумка Уолма вмещала в себя объём полутора-двух больших рюкзаков. Более половины её содержимого занимали необходимые припасы, которые он носил с собой ещё со времён службы в Хайсерке, а также расходники и еда для Лабиринта. Если добавить к этому добычу, то даже с учётом потраченных вещей, оставшегося места было не так уж и много.
Чтобы пополнить запасы и продать собранное в Лабиринте, Уолм временно вернулся на поверхность. Он смыл с себя грязь и пот в купальне, пристроенной к месту, где разделывали орков, и вошёл в зал ожидания.
Из-за того, что он долгое время провёл на средних уровнях, куда добирались немногие, толпа людей казалась невероятно шумной. Протискиваясь боком мимо снующих туда-сюда людей, Уолм подошёл к стойке.
«С возвращением. В этот раз вы надолго. До какого уровня спустились?»
Лизи, занимавшаяся своей ежедневной рутиной, прервала работу и поприветствовала его. Возвращая бирку, Уолм ответил:
«До двадцать пятого».
«Ого, как глубоко. Значит, следующий — двадцать шестой. На том уровне обитают только монстры, устойчивые к рубящим и дробящим атакам. Господин Уолм, вы владеете магией?»
К счастью, Уолм владел двумя полезными стихиями магии, которые не раз доказывали свою эффективность в бою.
«Магией ветра и огня».
«С этими двумя атакующими стихиями у вас будет чем ответить. Если бы у вас не было предрасположенности, я бы посоветовала вам остановиться. Судя по всему, вы всё ещё собираетесь продолжать в одиночку».
«Всё равно ведь не послушаете», — было написано на лице Лизи, но вместо того, чтобы отговаривать, она дала ему советы, как повысить шансы на выживание. Выслушав её рассказ о следующем уровне, Уолм искренне произнёс:
«Прости. Добавляю тебе работы».
«Ну, вы первый, кто спускается до двадцать пятого уровня в одиночку, начав с входа для новичков. Так что мне даже хочется вам помочь в пределах своих обязанностей. Конечно, было бы лучше, если бы вы зарегистрировались в Гильдии и внесли вклад в мою и её репутацию, но я не могу вас заставить».
Лизи произнесла упрёк в шутливой форме. Испытывая благодарность и некоторую неловкость, Уолм вспомнил о браслете, который нашёл в Лабиринте.
«Вкладом это не назовёшь, но ты как-то говорила, что хочешь подарок».
Уолм нащупал в поясной сумке и достал серебряный браслет.
«Подарок — это как-то грубо звучит… Эм, что это?»
«Нашёл в Лабиринте. Хоть это и цветок алой травы, единственный, что цветёт там, но для мужчины узор слишком милый. Продам — выручу пару серебряных. Ты мне помогла. Буду рад, если возьмёшь».
Уолм молча положил браслет на стойку, призывая её взять его. Лизи, в замешательстве схватившись за голову, несколько раз меняясь в лице, наконец произнесла:
«Фу-фу, вы первый, кто действительно принёс мне подарок… Но я смогу помочь вам только в рамках своих служебных обязанностей, даже если вы меня одарите».
«Да, этого достаточно. И на том спасибо».
«В таком случае, я возьму. Но если потом попросите вернуть — не отдам».
«Попытка не пытка».
Лизи взяла браслет, внимательно рассмотрела его, провела пальцем по поверхности и убрала.
Сделав одно дело, Уолм быстро отошёл от стойки. Это была не таверна. Если он будет торчать здесь слишком долго, то будет мешать другим, да и за препятствование работе могут наказать. Вряд ли, конечно, но если его внесут в чёрный список, будет не до смеха.
Следующей целью Уолма была лавка оружейника. Ему нужно было продать добычу, купить необходимые вещи и бросить вызов следующему уровню, печально известному как «Убийца середнячков».
Выйдя на улицу, Уолм зажмурился от яркого света. Когда он в прошлый раз был на поверхности, на небе сияли две луны. Теперь же солнце, как полноправный хозяин, заливало всё своими лучами.
«Слишком уж я привык к Лабиринту».
Он почувствовал родство с кротом, вылезшим из тёмной норы на поверхность. Наверняка все, кто возвращается из Лабиринта днём, щурятся от разницы в освещении. Конечно, Уолм не был исключением.