Глава шестая: Подготовка к тестам в компании красавиц
— Вы... на следующей неделе у вас экзамены... хоть готовитесь к ним? Наверняка только о культурном фестивале и думаете? Учтите, фестиваль будет только после тестов.
Пусть и пребывал на вершине блаженства после чудесного послеурочного свидания с двумя красавицами — и буду вечно настаивать на том, что это было именно свидание — на следующее утро во время классного часа наш классный руководитель Юдзаки внезапно вернул нас с небес на землю. Услышав его слова, мы, для кого отсутствие подготовки к экзаменам неизбежно означает пересдачу, синхронно отвели взгляды. В такие моменты наше единодушие просто поражает.
— Отводить глаза бесполезно. Если кто-то получит «неуд» по моему предмету, будет заниматься дополнительно прямо в день культурного фестиваля. Если не хотите сей участи — учитесь как следует. — бросив столь сокрушительную угрозу, класрук как ни в чём не бывало перешёл к другим объявлениям.
Характер у него, как обычно, прескверный. И, разумеется, пока говорил, в классе воцарилась мёртвая тишина. На лицах большинства учеников читались тревога и отчаяние, и даже без лишних слов было ясно, что дела их плохи. Скорее всего, а точнее — наверняка, почти никто и не заглядывал в учебники. Второгодники, привыкнув к школьной жизни, часто начинают отлынивать от учёбы, отчего наш год прозвали «периодом застоя». К тому же, в нашем классе, где собрались личности, не блещущие выдающимся интеллектом, трудно ожидать рвения к наукам. Если такие и найдутся, то они будут более редким видом, чем вымирающие животные.
«Право слово... сами виноваты, что теперь так суетитесь, ведь если бы занимались понемногу каждый день, не пришлось бы так дрожать. Истинные глупцы. К слову, рассуждаю свысока, но мои собственные оценки находятся значительно ниже среднего уровня, и к учёбе тоже не притрагивался. На этом у меня всё.»
— В связи с вышеизложенными обстоятельствами... Юдзу-сама, не соизволите ли вы, нижайше прошу, просветить в делах учебных?
Разумеется, будучи одним из тех, чьё положение крайне плачевно, изложив суть дела подружке за поеданием приготовленного мною обеда, прибегаю к высшей форме японского этикета — догэдзе. Причина того, что мы столь непринуждённо обедаем вместе, весьма проста — если не составлю ей компанию, та начинает дуться. А когда дуется, то прибегает к необоснованным угрозам — например, обещает не отдавать мне игру, которую обещала уступить по дешёвке. В такой ситуации остаётся лишь смириться с подозрительными взглядами окружающих и обедать вместе с ней. Хотя, если уж на то пошло, наши совместные прогулки после школы куда более предосудительны.
— Хм, невозможно. Мне бы со своими делами управиться. — отрезает она, одаривая холодным взором и на мгновение оторвавшись от еды.
«Не знаю, прочитала ли она мои мысли, но отказ звучит беспощадно. Похоже, просто не замечает моего безупречной догэдзы. Редко кому выпадает удача лицезреть столь идеальную позу, право, какая потеря.»
— Погоди, сейчас это неважно! Прошу тебя, Юдзу, выручай! Кадзуки и Кота со мной на одном уровне, и если буду заниматься один, оценки точно не поднимутся. Мне нужен кто-то умный!
«К тому же, из-за нашего вредного учителя дополнительная подготовка назначена прямо на день фестиваля, получить плохую оценку никак нельзя. Просто не перенесу, если буду сидеть над учебниками в пустом классе под звуки всеобщего веселья. Это даже не смешно, рисую в воображении картину того, как буду ронять кровавые слёзы от зависти.»
Юдзу, на которую взираю с мольбой в глазах, лишь непонимающе склоняет голову набок, сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Почему?
Этот её жест, сей естественный и в то же время невероятно живописный, вероятно, является привилегией исключительно прекрасных девушек.
— Что значит «почему»?
— Почему я?
Молча прислоняюсь к ограждению на крыше и являю миру самодовольную ухмылку.
— Ха... глупый вопрос. Потому что в моём окружении больше нет никого с мозгами, дурёха!
— Хм, я не дурёха.
— Да это неважно! Прошу, серьёзно! Кроме тебя, Юдзу, больше не к кому обратиться, мой единственный надежный друг...
— ... Хм, друг значит...
— ...А? Мы ведь... ведь друзья, верно? Эй... мы же друзья?..
Услышав слово «друг», она внезапно меняется в лице, в её взгляде проскальзывает изумление, отчего и издаю нелепый возглас, поражённый её реакцией.
«Неужели один считал нас друзьями? Это же самый неловкий момент из всех возможных. Нет-нет, быть того не может... прошу, скажите, что это шутка. Мы же каждый день обедаем вместе. Если сейчас скажет, что не друзья, просто разрыдаюсь. И точно не приду завтра в школу.»
Пока в моей душе бушует ураган тревоги, Юдзу едва заметно приподнимает уголки губ.
— Хм... друзья. Я и Эйта — друзья. — её голос звучит чуть более оживлённо, чем обычно, и в словах слышится интонация, будто убеждает в этом саму себя.
— Вот именно! Честное слово, если бы ты сказала иначе, на месте скончался бы от шока.
Услышав заветное слово, с облегчением перевожу дух. Приложив руку к груди, чувствую, как бешено колотится моё сердце.
«Фу-у-ух... пронесло... ещё чуть-чуть, и я бы оказался в положении того недавнего сталкера.»
— Итак, возвращаясь к теме — молю, научи уму-разуму.
Стоило вновь обратиться с просьбой...
— Хм, предоставь это мне. — ... как она, приняв величественную позу и победно вскинув голову, кивает. — В качестве награды... будет достаточно того, что поиграешь со мной в игру.
— ... А? И это всё? Тебе правда этого хватит?
— Хм!
«Поражён тем, насколько скромны её требования. Поиграть вместе — разве сие можно считать платой? Впрочем, если моим партнёром будет Юдзу, то это скорее награда для меня самого. Постойте-ка, не слишком ли легко согласился? — тревожная мысль промелькнула в моей голове, но тут же отбросил её. — Раз Юдзу согласна, то и ладно. Готов кивать сколько угодно, лишь бы не получить 'неуд'.»
— Что ж, если согласна учить на таких условиях, то к твоим услугам! С этого момента рассчитываю на твою помощь!
— ..Хм, спасибо.
— ?..
В тот момент не понял, за что Юдзу меня поблагодарила. Более того, совершенно не осознавал истинного смысла фразы «поиграть в игру». Однако истинную причину узнаю лишь после того, как закончатся экзамены.
* * *
Получив долгожданное согласие помочь мне с учёбой, дожидаюсь окончания занятий — пожалуй, самого безрадостного времени в жизни любого школьника. В обычные дни класс пустеет в мгновение ока, однако сегодня, по случаю приближающихся экзаменов, здесь царит на редкость оживлённая атмосфера: все вокруг только и обсуждают вопросы, связанные с грядущими тестами. Пока собираюсь, намереваясь отправиться к месту нашей встречи, ко мне с удручёнными минами приближаются Кадзуки и Кота.
— Э-эйта-а-а, тесты всё-таки начались, будь они неладны-ы-ы...
— Теперь с девушкой и не поворковать совее-е-е-ем...
— Ух, явились-таки, зануды.
— Это кто тут зануда, придурок?
— Да ты и есть зануда, болван. Да и вообще, попросили бы своих пассий поучить вас, делов-то.
«Насколько помню, обе их избранницы соображают в разы лучше любого из нас. Результаты тестов у них обычно вдвое выше наших, а разница в стандартном балле отклонения составляет добрый десяток пунктов. Разумеется, сии сведения почерпнул в основном из рассказов друзей, поскольку сами девушки их мою персону недолюбливают.»
— О, а ведь и правда, можно же и так.
— Меня даже пугает, Кадзуки, что подобная мысль не пришла в твою голову первой. Не мне бы говорить, конечно, но чем вообще забит твой череп?
— Планами на свидание с ней на следующей неделе.
— Ладно, считай, что вызов принят. Может, мне начать заваливать её сообщениями прямо посреди вашего свидания?
— А ты, я смотрю, человек праздный.
— О, добро получено!
— Так быстро?! — в унисон восклицают приятели.
Пока мы обмениваемся колкостями, и дело едва не доходит до шуточной потасовки, совершенно не подобающей старшеклассникам, Кота, доселе молчаливо переписывавшийся в смартфоне, вдруг расплывается в улыбке и сообщает о результате. Мы с Кадзуки невольно прекращаем наш спор, не скрывая изумления.
«Нет, я всё понимаю, чувства и всё такое, но не слишком ли быстро она прочитала сообщение? Мы ведь и поговорить-то успели всего несколько десятков секунд. Скорость её печати явно превосходит возможности среднестатистической школьницы. Так ведь и пальцы стереть до крови недолго.»
— Слушай... а не является ли Кота на самом деле куда более пылким влюблённым, чем ты? — шепчу Кадзуки, наблюдая за тем, как общий друг вновь утыкается в экран, демонстрируя невероятную скорость работы пальцами.
— Ты что, не знал? — Кадзуки смотрит на меня с немалым удивлением. — Кота и его подружка — та ещё парочка безумных влюблённых, даже прилюдно целоваться не стесняются.
— Э-э, ты серьёзно? Это же просто возмутительно. Рано или поздно их точно испепелят взглядами.
— Эй, кто это тут возмутительный! Просто моя...
— А-а, всё, ясно-ясно, иди милуйся в другое место. Кадзуки, дела есь, так что поручаю Коту тебе.
Судя по всему, наши голоса долетели до ушей Коты, отчего тот, всем своим видом выражая крайнее возмущение, отрывается от телефона и пытается возразить. К сожалению для него, ему стоило бы вовремя осознать, что само намерение продолжать сей разговор уже выглядит вызывающе.
— Замётано, предоставь это мне. Даже меня, человека семейного, его слова сейчас задели.
— Сказал лишнего, ну да ладно, полагаюсь на тебя.
— Да подождите вы, честное слово! Вовсе не такой, как вы малюете!..
Кота, явно не желая мириться со статусом «безумного влюблённого», с отчаянным лицом пытается оправдаться, но Кадзуки, нацепив редкую для него многозначительную ухмылку, хватает того за плечи. Я же поспешно выскальзываю из класса и закрываю дверь, отсекая лишние звуки. Из-за пустой болтовни время начинает поджимать, поэтому быстрым шагом направляюсь к библиотеке. Кажется, это первый раз, когда искренне радуюсь тому, что наш кабинет расположен так близко к ней.
— Интересно, она и правда там?.. Только бы не отменила всё в последний момент...
Библиотека в нашей школе — место довольно специфическое. Обычно её используют не по назначению, а скорее как комнату отдыха, где можно втихаря от учителей перекусить или поиграть в телефон. Однако на экзаменационной неделе контроль со стороны преподавателей усиливается, отчего помещение пустеет. Следовательно, оно оказывается в нашем полном распоряжении.
«И откуда у меня только подобные бесполезные знания... — проносится в голове. Снедаемый тревогой и в то же время исполненный решимости, я медленно и бесшумно приоткрываю дверь. — И что же я вижу?»
— Мм, вот тут мне непонятно.
— А, вот здесь. Действительно, непростое место. Чтобы составить краткое изложение текста, важно прежде всего понять, какую проблему ставит автор, что именно хочет донести через неё и каково его собственное мнение. В данном отрывке...
Несмотря на то что время встречи ещё не наступило, за столом сидит Юдзу, разложив перед собой какие-то задания и слегка нахмурившись с озадаченным видом. Рядом с ней расположилась Химено, которая, отложив собственные учебники, терпеливо и обстоятельно даёт ей пояснения. Со стороны это выглядит как сцена, где «гениальная младшая сестра обучает старшую». Хотя на деле они одноклассницы, да и по уровню зрелости всё обстоит с точностью до наоборот.
— Ого... It’s very beautiful (очень красиво)...
«Мысль о том, почему Химено оказалась здесь, мельком посещает меня, но она кажется сущим пустяком перед лицом столь прекрасной картины, явленной двумя очаровательными девушками. Честно говоря, их дуэт настолько эстетичен, что с моих губ невольно слетает фраза на английском. Будь моя воля, я бы прямо сейчас начал делать серию снимков на смартфон или зеркалку, но, разумеется, держу себя в руках.»
Пока восторгаюсь этим мгновением, напоминающим идиллическую повседневность прекрасных сестёр — или, если угодно, сцену из жанра «юри» — Химено замечает мой приход. Её лицо озаряется яркой улыбкой, и она приветливо машет рукой.
— Сасаки-кун, мы здесь!
— У-угу...
«Я-то полагал, что уже привык к подобному, но, видимо, это лишь казалось. Слегка заворожённый её улыбкой, едва нахожу силы выдавить ответ. Право слово, нельзя вот так просто улыбаться и махать рукой обычному школьнику, чей стаж в статусе «одиночки» равен его возрасту! Полагаю, девять из десяти парней тут же скончались бы на месте от тройного комбо из радости, благоговения и умиления. Это был бы чистой воды 'оверкилл'.»
С некоторой робостью приближаюсь к ним, а Химено, которая почему-то выглядит ещё более робкой, чем я, склоняет голову в извинении.
— Простите, что вклинилась... слышала, что вы планировали заниматься вдвоём, но тоже захотела помочь Сасаки-куну... и, в общем, напросилась с вами.
— Угу, Мэй умная. Первое место в параллели, без дураков. — вторая отрывается от стола и гордо выпячивает грудь, словно говоря: «Ну как? Видишь, какая она молодец?».
В этот раз остаётся лишь признать её правоту. Да, Юдзу, ты действительно совершила великолепный ход. Однако так ли всё было на самом деле, как говорит Химено? Не исключено, что Юдзу сама настояла на её присутствии, ведь умеет быть напористой, а подруга, кажется, не из тех, кто может легко отказать.
— Для меня это, конечно, огромная помощь... но уверена ли ты, Химено-сан? Боюсь, соображаю довольно туго.
— Всё в полном порядке, только за! Напротив, если могу хоть чем-то отплатить тебе за то, что выручил, буду только рада! К тому же для меня это первая в жизни учебная встреча с друзьями, мне очень приятно и весело!
«Ох, ну что за самоотверженная и милая девушка... А уж учитывая её ангельскую внешность, это и вовсе кажется нарушением всех правил честной игры! Решено: обязательно должен буду её как-нибудь отблагодарить. Не могу позволить доброй душе тратить на мое существование время безвозмездно. И всё же... вы слышали это? Неужели и впрямь числюсь у Химено в друзьях? Разумеется, как и в случае с Юдзу, после нашей совместной прогулки втайне уже считал её своим другом. Но одно дело — думать так самому, и совсем другое — услышать подтверждение вслух. Честно говоря, моя мотивация сейчас взлетела до небес. Надеюсь, это не сон?»
Как и в ситуации с Юдзу, всерьёз начинаю сомневаться в реальности происходящего, но тут...
— Мм, Мэй — мой друг. Эйта тоже друг.
— Да! Вы оба — мои драгоценные друзья!
«Официальное признание от обеих получено!»
— Мм, Эйта, садись уже скорее.
— Прошу, присаживайся сюда, Сасаки-кун.
Пока внутренне содрогаюсь от восторга, всерьёз подумывая о том, чтобы выйти из рядов тех, кто не стремится заводить отношения, девушки с мягкими улыбками освобождают место... прямо между ними.
«Между-у-у-у-у?!»
— П-постойте-ка. Почему я должен сидеть посредине? Вовсе не обязательно так тесниться, могу сесть и напротив.
«Пожалуйста, позвольте сесть напротив. — взмолился мысленно я. — Сердце колотится так, что об учёбе и думать не получается. Мне совсем не хочется проводить время школьного фестиваля за пересдачами. Но разве могу сказать это вслух...»
— А почему нет?
— Мы уже всё подготовили, не стоит стесняться.
Глядя на их невинные лица, в которых нет ни капли лукавства, понимаю, что любые возражения будут излишни. Смущаясь, покорно занимаю место между ними. В мгновение ока оказываюсь в окружении двух красавиц — классическая ситуация «цветок в каждой руке».
«Господи, сейчас безмерно счастлив... но боюсь, что на фестивале всё же придётся пялиться в учебники.»
Чтобы этого не произошло, стараюсь взять себя в руки, одновременно подавляя готовую расплыться в улыбке физиономию.