Глава 4.0

Ну что ж —

Так вышло, что теперь я вместе с Усубой-сан тренируюсь тому, как «стать нормальными».

Но… что именно мы вообще должны тренировать?

Я так воодушевился, что произнёс это вслух, а вот никакого конкретного плана у меня нет. Вчера ночью я даже попробовал поискать на видеосайте «как жить нормально», но наткнулся только на каналы по саморазвитию и чуть ненароком не достиг просветления. Это явно было не то, что мне нужно. Я никак не могу представить, как Усуба-сан вдруг скажет: «Моги-кун, мир переполнен любовью». Это было бы уже даже страшновато.

— М-м-м?..

За завтраком.

Пока я со стоном перемешивал натто, сестра наклонила голову набок.

— Что такое, Фуку-тян? С самого утра так глубоко задумался.

— Размышляю о счастье всего человечества.

— Вот как, вот как. Какая масштабная тема.

Она отпила горячего сливово-комбового чая и вздохнула совсем по-старушечьи. В последнее время её манеры из эпохи Сёва особенно бросаются в глаза, хотя вообще-то она редактор модного журнала. Может, спросить у неё совета? Мысль мелькает у меня в голове, но обсуждать с семьёй вопросы, связанные с девушками, слишком уж неловко.

— Но, Фуку-тян. А ты сейчас, кажется, очень даже хорош.

— А? Правда?

— Ну, знаешь… у тебя такое лицо, когда ты всерьёз на чём-то сосредоточен. Прямо как в те времена, когда ты играл в баскетбол!

Она показала мне большой палец, и хотя я не до конца понял, что она имела в виду… возможно, в её словах был смысл. Давно я уже не думал о чём-то так серьёзно и не пытался вот так взять и что-то сделать.

— Значит, в старшей школе ты всё-таки нашёл то, чему хочешь себя посвятить?

— …Ну, наверное, можно и так сказать.

Всю свою жизнь я был фоновым персонажем. А теперь я хочу стать нормальным.

Хочу сблизиться с девушкой, которой восхищаюсь.

И, возможно, это даже труднее, чем выиграть национальный чемпионат по баскетболу.

Но если я не один — если нас двое —

— Для начала мне стоит извиниться перед Курехой-сан за вчерашнее.

— А? Кто такая Куреха-сан?

— Богиня.

— Вот как, вот как. Поистине божественно.

Пока я слушал, как сестра с тихим шик-шик орудует зубочисткой, у меня в голове уже начиналось стратегическое совещание — как заговорить с богиней нашего класса.

◆

А потом —

После того как всю дорогу до школы я вёл в голове бесконечные дебаты…

Я не придумал ровным счётом ничего.

…

Нет, ну правда, кроме как просто набраться смелости, какой тут вообще может быть способ?

Вчера я сказал Усубе-сан, что извинюсь перед Курехой-сан, значит, должен это сделать. Хватит уже мяться. Лучше всего действовать быстро. Я извинюсь прямо с утра и наконец покончу с этим неприятным чувством.

Приняв это решение, я вошёл в класс.

И сама богиня, Куреха-сан, уже была здесь — разговаривала со своими подругами.

Как и ожидалось, сегодня она тоже была богиней до последней ресницы. Милая. Утренний свет из окна заставлял её длинные ресницы мерцать, а от мягкого смеха колыхались светлые волосы цвета льна. Если бы солнце было старшеклассницей, оно наверняка выглядело бы именно так. Сияние у неё было настолько ослепительным, что я уже переставал понимать, о чём вообще думаю. Милая.

…

………

Может… лучше после уроков?

Я едва не дал заднюю, но уклоняться два дня подряд — это уже слишком сильный удар по моей гордости. Я должен. Обязан.

Я положил ладонь на грудь, выравнивая дыхание.

Снова повернулся к Курехе-сан.

Глубоко вдохнул.

И медленно выдохнул.

— ……

Снова вдохнул.

И выдохнул —

— Ты что делаешь?

Это окликнул меня Акияма-кун в чёрной оправе. Я выпалил первое, что пришло в голову:

— Р-радио-зарядку.

Акияма-кун кивнул.

— А, ясно, — сказал он и почему-то тоже глубоко вдохнул рядом со мной.

— Суу…

— Хаа…

…Стоп. А я вообще что делаю?

Давай уже, иди. Ты ведь вчера сказал Усубе-сан, что сделаешь это!

И как раз в тот миг, когда я уже собирался шагнуть вперёд, Куреха-сан вдруг повернулась в мою сторону.

Бам!

Во всяком случае, именно такой звук, кажется, разнёсся у меня в голове.

Потому что наши взгляды встретились. Прямо.

На мгновение она удивилась. А потом почему-то смущённо улыбнулась — и подмигнула мне.

Юан~♥

Это… наверное, лучше всего описать именно так? Как звуковой эффект? Как анимешную ономатопею? Может, я уже слишком далеко зашёл, но я клянусь, что что-то услышал. Никто меня не предупреждал, что подмигивания идут в комплекте со звуком. Почему она вообще мне подмигнула, я тоже не имел ни малейшего понятия. Но теперь этот звук отдавался у меня в голове — юан~♥ юян~♥ юйон~♥ — и никак не прекращался.

Такая девушка… из тех, кто без труда мог бы уничтожить такого неловкого парня, как я…

И я сейчас собираюсь с ней заговорить?! Колени у меня затряслись сами собой. Рядом со мной почему-то затрясся и Акияма-кун.

— Р-р-радио-зарядка Моги-куна т-такая по-Рэйва…!

…Прости, но я не настолько современный.

И как раз когда я уже начал подумывать отступить —

Я увидел за Курехой-сан светло-голубые наушники.

Усуба-сан.

Она уже тоже была здесь.

В тот миг, когда наши взгляды встретились, Усуба-сан едва заметно мне кивнула.

Этот маленький, тонкий жест — такой ненавязчивый, и оттого ещё более милый — зажёг во мне что-то.

Мы с ней пообещали друг другу вместе учиться становиться нормальными.

И пока она смотрит, я не могу позволить себе выглядеть жалко.

Я сделаю это.

Ладно, вперёд!

— Куреха-сан!

— Э-э?!

Оттого что я вдруг окликнул её, Куреха-сан замерла на месте. Две стоявшие рядом девушки ухмыльнулись и тут же юркнули в сторону, даже показав мне жестом что-то вроде «Удачи!». Внимание всего класса переключилось на нас — стойте, они что, решили, будто я сейчас признаюсь ей в любви?! Да нет же, не в этом дело! Я хотел это сказать, но теперь отступать было уже поздно.

— Куреха-сан, прости!

Я решительно склонил голову.

— Э-э? За что?

— Вчера я ушёл, даже не выслушав тебя как следует. Правда, прости!

Куреха-сан заморгала своими большими глазами.

— А, ты об этом? Меня это совсем не задело! Скорее уж это мне надо извиняться за то, что я тогда вдруг с тобой заговорила.

Она замахала левой рукой перед грудью, энергично тряся ею. Не переживай, не переживай — по этим нарочито широким жестам сразу было видно, какая она внимательная.

— Ну, если тебе есть что мне сказать, я могу нормально выслушать тебя после уроков.

— Тогда… если ты не против… можно я скажу это прямо сейчас?

— П-прямо сейчас?!

Наверное, это не очень хорошая идея.

На нас смотрел весь класс. Если она сейчас опять заведёт речь про «паломничество к Фукусукэ» или вдруг назовёт имя мальчика, который ей нравится, — Курехе-сан правда будет с этим нормально?

— Я тоже хотела перед тобой извиниться, Моги-кун.

— …А? Извиниться?

— Ну, из-за этой всей истории с «паломничеством к Фукусукэ». Мне всё казалось, что всё началось потому, что я тогда сказала, что у тебя счастливое имя. Я всё переживала, не доставила ли тебе этим неприятностей…

Говоря это, она касалась своих идеально ухоженных ногтей и украдкой поглядывала на моё лицо. Все признают её красавицей, но, может быть, на самом деле она куда более ранимая, чем кажется.

— Э-э, меня это совсем не беспокоило. Да и вообще это ведь вовсе не твоя вина, Куреха-сан.

— …Правда?

— Правда-правда. Хотя никаких настоящих благословений я, конечно, гарантировать не могу.

Я почувствовал, как напряжение у меня в груди наконец-то отпускает.

Выходит… в итоге я просто сам себе всё надумал…

— Видишь? Я же говорила, Куреха!

Вдруг чья-то сильная рука обвилась у меня вокруг плеч со спины — это был Юсэй. Похоже, он только что закончил утреннюю тренировку с баскетбольной командой: влажная чёлка слиплась, а спортивное полотенце на плечах свисало, как плащ.

— Фукусукэ не из тех, кто будет переживать из-за подобных вещей. Как его лучший друг, я могу это подтвердить. …Но это не значит, что теперь все могут просто этим пользоваться.

Несколько одноклассников неловко переглянулись — те самые, кто раньше тоже участвовал в «паломничестве к Фукусукэ». Похоже, им и самим было не по себе.

Среди них мы встретились взглядами с Иноуэ-куном. Он был первым парнем, который «поклонился» мне. Из-за его торчащих волос и сурового лица его прозвали «янки Иноуэ».

После короткого колебания он отвёл глаза, а затем вышел вперёд с серьёзным выражением лица.

— …Прости, Моги. Я слишком увлёкся и раздул это всё сверх меры. Это уже была моя вина.

Дело было не только в том, что рядом стоял Юсэй, — по голосу и по лицу было ясно: он говорит это искренне. С виду он напоминал хулигана, но, похоже, на самом деле оказался вполне нормальным парнем.

Следом за Иноуэ-куном и остальные выстроились один за другим, чтобы извиниться.

Похоже, вся эта раздутый до абсурда история с «паломничеством к Фукусукэ» сегодня наконец подошла к концу.

Класс 1-1.

…А может, это и правда хороший класс?

Может, просто раньше я этого не замечал, потому что сам не пытался в него влиться. Может, всё это время меня и правда окружали хорошие люди.

Когда я наконец сел на место, Акияма-кун вытер лоб так, будто только что совершил какой-то великий подвиг. Показав мне большой палец, он ухмыльнулся.

— Радио-зарядка Моги-куна — зачёт.

Я уже вообще не понимал, где в этой истории началась и где закончилась моя «радио-зарядка».

Я посмотрел на Усубу-сан.

Как обычно, она сидела, сгорбившись над партой, в наушниках.

Но — совсем чуть-чуть.

Её лицо, обычно почти спрятанное в столешницу, было приподнято. Из-под чёлки я видел её глаза, смотревшие на меня.

Из рукавов кардигана показалась маленькая бледная рука.

Она робко сложила пальцы в знак V.

Я тихонько ответил тем же.

И мы с ней обменялись маленькой тайной улыбкой.

Так мы одержали нашу первую победу.

◆

С Усубой-сан мы встретились на лестничной площадке, ведущей к выходу на крышу.

Место, куда никто не ходит, — идеально для наших «тайных встреч».

Мы расстелили на ступеньках полотенце и сели рядом.

— Я так рада, что всё прошло хорошо, Моги-кун!

Усуба-сан мягко хлопнула друг о друга широкими рукавами кардигана. Щёки у неё расслабленно светились радостью, будто она и правда праздновала это как собственную победу.

— Спасибо. Это всё потому, что ты придала мне смелости.

Даже мой голос звучал светлее. Мало того что всё прошло удачно, так я ещё и увидел одноклассников с новой, лучшей стороны — большего и желать было нельзя.

— Ой, но есть одна вещь, которая не даёт мне покоя.

— Да?

— Когда мы с Курехой-сан встретились глазами, она вдруг мне подмигнула. Что это вообще было?

— А, — понимающе кивнула Усуба-сан.

— Это просто привычка Юа-тян. Когда она нервничает или удивляется, у неё рефлекторно закрывается один глаз. Вот так, пачин.

— То есть это просто привычка?..

Опасная привычка.

Если такая милая девушка внезапно кому-то подмигнёт, у человека либо глаза вылетят, либо сердце. Тут бы уже всюду валялись павшие.

— И всё же ты и правда хорошо её знаешь. Как и ожидалось от подруги детства.

— Я же, можно сказать, эксперт по Юа-тян.

Редкий случай — она произнесла это с лёгкой ноткой уверенности.

— Моги-кун, а ты, наверное, очень близок с тем Фудзисаки-куном. Не каждый вот так на виду у всех назовёт кого-то своим «лучшим другом».

— Немного неловко это слышать, конечно.

Юсэя такие вещи не смущают. Он всегда идёт прямо, что бы это ни было, где бы это ни происходило.

— Ладно, теперь твоя очередь, Усуба-сан. Поговорить с Юсэем.

— …У-у-у.

Она сразу начала теребить пальцы.

— Я… я не смогу. Разговаривать с кем-то таким… с такой школьной звездой… ещё и смотреть ему в глаза…

— Всё будет нормально. Сначала я просто познакомлю тебя с Юсэем, так что считай, что это лёгкая беседа. Без всякого давления.

Я её подбадривал, хотя и понимал, что это будет не так-то просто.

— Давай тогда сейчас потренируемся. Смотреть в глаза во время разговора.

— С тобой, Моги-кун?

— Ага. Просто представь, что я — это Юсэй, и попробуй говорить, глядя мне в глаза.

Хмурое выражение на лице Усубы-сан понемногу рассеялось — как будто сквозь тучи выглянуло солнце.

— Ладно тогда… здравствуй, Моги-кун!

— Ага. Привет.

Её глаза, наполовину скрытые чёлкой, смотрели прямо в мои.

В них было что-то тёплое и мягкое, что могло успокоить кого угодно.

Тук.

Где-то в груди тихо отозвался звук.

Не то докун!, как после того юан~♥, а спокойный, ровный ритм — будто капли воды падали в неподвижный пруд.

— ……

— ……

Никто из нас не говорил.

Мы просто смотрели друг на друга.

В глазах Усубы-сан поблёскивала тонкая влага, и в них отражалось моё лицо. Ой. Я весь красный. У неё щёки тоже вспыхнули. В груди стало как-то щекотно. Ёрз, ёрз. Рукава её кардигана слегка качнулись, и мне показалось, будто вместе с ними кто-то щекочет и моё сердце.

— Р-разве ты не должен был что-то говорить?

Она тихонько ойкнула и прошептала:

— П-прости… я не знаю, что сказать.

— Да что угодно. Юсэй ответит, какую бы тему ты ни подняла.

— Я… я очень плохо умею вот так свободно болтать…

— …Тоже верно.

Да уж, если бы мне самому сказали просто поговорить о чём угодно с Курехой-сан, я бы точно так же завис. Таким, как мы, нужен хоть какой-то зацеп.

— Если бы у вас было общее увлечение, можно было бы просто говорить о нём.

— А какое хобби у Фудзисаки-куна?

— Баскетбол.

— А ещё что-нибудь?

— Коллекционировать баскетбольные кроссовки.

— А-а ещё что-нибудь…?

— ………Наверное, больше ничего.

Он пошёл в мини-баскетбольную команду ещё в пятом классе, и с тех пор у него только баскетбол и ничего, кроме баскетбола. Комната у него завалена баскетбольными журналами и кроссовками, а убивает время он тем, что кидает мяч в маленькое баскетбольное кольцо, прикреплённое к стене.

— Ну, тогда как насчёт чего-нибудь простого? Например: «Что ты ел на завтрак?»

— Завтрак…

Усуба-сан опустила глаза и глубоко задумалась.

А потом, чуть сдвинувшись, вдруг придвинулась ко мне почти вплотную —

— Норитама.

— ?

— …Норитама.

Она прошептала это загадочное слово мне на ухо так тихо, что я едва расслышал.

— Почему ты шепчешь?

— П-потому что… это стыдно…

— ……

Не очень понимаю, что именно тут стыдного, Усуба-сан…

И вообще, «норитама» — это не завтрак. Хотя… считается ли фурикакэ за блюдо? Без понятия.

Покраснев, она снова шепнула мне на ухо:

— Белый рис.

— ……

Это уж точно не завтрак.

Хотя… может, и сойдёт? Она ещё раз повторила, запинаясь: «Б-белый рис!» — и это почему-то было до безобразия мило. Юсэю, наверное, тоже покажется забавным.

— У-у… так я ведь совсем не научусь лучше разговаривать, да?

— Хм…

И тут мне в голову пришла идея.

— О, точно. Усуба-сан, тебе ведь нравится манга, да?

— Не то чтобы я в ней прямо эксперт, но… да, я люблю её.

— Юсэй читает не так много, но баскетбольную мангу он всё-таки читает. Может, получится зайти с этого?

Усуба-сан чуть сжала кулачки.

— Б-баскетбольную мангу? Я читала почти все известные!

— Отлично! Сразу после уроков пойдём вместе разговаривать с Юсэем.

◆

В тот миг, когда прозвенел последний звонок, я поднялся.

Проводил взглядом учителя, который вышел из класса, а затем переглянулся с Усубой-сан. Она явно нервничала, но всё же едва заметно кивнула и подошла ко мне.

Наша цель — Юсэй, который как раз собирался закинуть сумку на плечо и выйти из кабинета. Если я не окликну его в ближайшие пять секунд, он исчезнет.

Прости, Юсэй, что вмешиваюсь в твою баскетбольную юность, но на кону сейчас юность Усубы-сан.

— Юсэй, есть минутка?

— О? Что такое, Фукусукэ?

Я окликнул его в коридоре, когда он, как обычно, размашисто шагал вперёд своей широкой походкой.

— Неужели… ты наконец решил вступить в баскетбольную команду? Я бы был счастлив. Тренер, наверное, вообще бы заплакал от радости.

— Не-а, не об этом…

Я криво усмехнулся.

— Усуба-сан сказала, что хотела бы с тобой поговорить, Юсэй.

— Хм? Непривычное сочетание. Вы теперь друзья, что ли?

— Ну, да. Со вчерашнего дня, вроде того.

В подробности я вдаваться не стал.

— Вот это хорошо. Ну и что случилось?

Школьная звезда, стоящая рядом с двумя фоновыми персонажами, — неудивительно, что мы привлекали внимание в коридоре.

Особенно со стороны девушек.

На меня-то ладно, а вот взгляды, направленные на Усубу-сан, были жёсткими. Холодными. Наверняка это были фанатки Юсэя. Мне почти слышалось, как они шепчут: «Да кто она такая?» «Пусть знает своё место».

— У-ум…

Почувствовав эту тонкую недоброжелательность, Усуба-сан спряталась у меня за спиной.

— Если сделаешь всё так, как мы тренировались, всё будет нормально.

— …Хорошо.

— Ты справишься, Усуба-сан. Если что-то пойдёт не так, я вмешаюсь. Я тебя прикрою.

Она шумно сглотнула, собираясь с духом. Потом подняла взгляд на Юсэя, который с её точки зрения, наверное, казался гигантом, и заговорила.

— Х-ха-ха-ха, х-ха, х-ха — з-здрасьте! Я Усуба Амари!

…Звучало так, будто она внезапно разразилась нервным смехом, но всё же хотя бы представиться у неё получилось.

— А, приятно познакомиться! Я Фудзисаки Юсэй!

Хотя мы вообще-то учились в одном классе, он всё равно вежливо поприветствовал её в ответ. В этом весь Юсэй — всегда искренний.

— Это ведь первый раз, когда ты со мной заговорила, Усуба. Тебе что-то нужно?

— А, э-э, ну…

Она нервно покосилась на меня.

Я в ответ твёрдо кивнул.

Медленно, неуверенно, она снова повернулась к Юсэю.

— Эм, я… слышала от Моги-куна, что ты хорошо разбираешься в баскетбольной манге, Фудзисаки-кун. И… мне было интересно, не мог бы ты посоветовать что-нибудь хорошее.

Она договорила до конца!

Мне даже захотелось захлопать, но сейчас был не тот момент.

Юсэй скрестил руки на груди и всерьёз задумался.

— Баскетбольная манга, да. Классики там полно, и всё это отличные вещи… но если выбирать что-то одно, то я бы сказал —

О.

Эта, да?

Легендарная баскетбольная манга из Канагава, настоящий шедевр жанра.

Если это она, я и сам мог бы говорить о ней часами. Знаковые сцены, памятные цитаты, лучшие персонажи, споры о сильнейших игроках по позициям — там разговору конца не будет. Даже Усуба-сан наверняка её любит: выражение лица у неё просветлело, будто солнце выглянуло из-за облаков.

Но Юсэй сказал —

— Слааай…

— …А?

Наши голоса одновременно прозвучали растерянно.

— «Слайм-данк».

Даже из-под чёлки было видно, как Усуба-сан часто-часто заморгала.

— С-слайм-сан… делает данк?

От волнения она даже обратилась к слайму с почтительным суффиксом.

— Нет. Слайм — это мяч.

Юсэй ответил так, словно говорит самую обычную вещь на свете. Что это вообще за манга такая?

— Там всё начинается с того, что старшеклассника-баскетболиста сбивает детская коляска, и он перерождается в другом мире. И там баскетбол со слаймами — самый популярный спорт. Он вступает в команду с гоблинами и орками, заводит с ними крепкую дружбу, а заодно то чуть не оказывается съеденным голодным орком прямо на тренировке, то едва не давится слаймом, приняв его за спортивный напиток. Но всё равно продолжает побеждать, шаг за шагом поднимаясь всё выше —

— ……Ого… э-это… звучит интересно…

Только это Усуба-сан и смогла из себя выдавить. Как эталонный интроверт, она просто не выдерживала необходимости мгновенно реагировать, пока перед ней разворачивалась какая-то неизвестная безумная история. Она совсем поникла, расползаясь в бесформенную массу — почти как сам слайм.

Пытаясь её спасти, я поспешно вытащил телефон и обратился к гугл-сэнсэю, но… ничего. Что, это какая-то запредельно нишевая вещь? И как мой лучший друг вообще о ней узнал?

Как бы то ни было, оставлять Усубу-сан наедине с этим было нельзя.

— Юсэй, стоп, стоп.

Я шагнул между ними, прикрывая Усубу-сан, у которой уже начали кружиться глаза.

— Может, лучше что-нибудь не настолько странное? Что-то более подходящее для девушки?

Юсэй со шлепком ударил себя ладонью по лбу.

— Точно. Прости, Усуба. Я слишком увлёкся и начал советовать со своей колокольни.

— А, нет, всё в порядке!

Она замахала руками, но по виду явно испытала облегчение.

— Подожди, а кто вообще написал этот «Слайм-данк»?

— Моя двоюродная сестра.

Что это у тебя за безумно талантливая двоюродная сестра такая?

— Постой, твоя сестра — мангака?

— Нет, она пишет инди-новеллы.

— Но ты же сейчас сказал «манга»…!

— Разве? — невинно переспросил Юсэй.

Вот эта иногда прорывающаяся у него рассеянность была, пожалуй, его единственным недостатком как идеального школьного принца… хотя для тех, кто им восхищается, это, наверное, только делало его ещё обаятельнее. Эх, красивым парням всё сходит с рук.

Надо было менять тему.

— Тогда, Усуба-сан, какая у тебя любимая баскетбольная манга?

— А… ну… мне нравится «Баскетбол Сирако»…

Юсэй среагировал мгновенно.

— О, я тоже читал «Сирако»! Безумная штука, но очень весёлая!

— Д-да! Мне… мне очень нравится Блу Майн-кун.

— Мне тоже! Я восхищаюсь таким свободным стилем игры.

Есть! Разговор пошёл!

Усуба-сан уже возвращала себе человеческий облик и больше не напоминала растаявшего слайма. Да, она всё ещё чуть запиналась, но разговор уже держала. Значит, всё в порядке.

Оставалось только тихо исчезнуть, чтобы они могли продолжить вдвоём —

…Стоп.

Как раз когда я начал незаметно пятиться назад, Усуба-сан потянула меня за рукав.

Один раз. Потом ещё раз. И ещё — будто без слов говорила: не уходи.

Разве им не лучше было бы поговорить вдвоём?

Или ей всё ещё слишком страшно?

И тут —

Случилось неожиданное.

— Эй-эй! А что тут происходит? О чём вы говорите?

Словно воробушек, вспорхнувший прямо в центр компании, в разговор внезапно влетела Куреха Юа.

От её внезапного появления в воздухе разлился лёгкий цветочный аромат, и у меня моментально отказал мозг. Всё, теперь я и сам превращусь в слайма.

— Какая странная компания! Почему? С каких это пор вы все так сблизились? Амари-тян, это нечестно!

Я понятия не имел, что именно было «нечестно», но с тем, как она чуть надулась, спорить просто не получалось.

Нечестной была её милота.

— Э-э, ну, мы просто случайно встретились вчера на станции и разговорились. …Правда же, Усуба-сан?

Усуба-сан яростно закивала, с видом человека, у которого от внезапного поворота событий уже перегрелся мозг.

Юа хлопнула в ладоши и, излучив своим юан~♥ сияние не хуже солнца, воскликнула —

— Ух ты! Амари-тян подружилась! Моги-кун, ты потрясающий! Потрясающий, потрясающий!

Она нахваливала меня уже как-то даже подозрительно сильно.

У Курехи-сан в глазах даже, кажется, проступили слёзы.

Неужели это настолько редкое событие? Настолько, что из-за этого можно плакать? Одиночество Усубы-сан история её реакции объяснила мне куда лучше всяких слов.

Юсэй посмотрел на спортивные часы на левом запястье.

— Прости, Усуба. Мне пора на тренировку.

— А, н-нет, это мне надо извиняться за то, что я тебя задержала.

— Было весело. Давай ещё поговорим.

С лёгкостью закинув свою огромную спортивную сумку на плечо, Юсэй умчался прочь. Он вечно занят — не представляю, когда нам снова удастся его поймать.

— Ну, мне тоже пора. У меня дзюку.

Куреха-сан резким, чётким движением подняла левую руку с розовыми часами, взглянув на время. Просто проверить часы — обычный жест, а выглядело почему-то невероятно мило.

Я думал, что после этого она сразу уйдёт, но вместо этого она вдруг наклонилась ко мне совсем близко.

Её плечо коснулось моего — мягкое, тонкое, несомненно девичье. Мне захотелось заорать.

— Моги-кун. Можно тебя на секундочку?

— ────

Её голос был таким милым, что мои голосовые связки просто перестали существовать.

— Позаботься об Амари-тян, ладно? Она правда… правда очень хорошая девочка. Будь с ней добр. Будь ей другом.

Мне оставалось только кивнуть.

И с этим две школьные звезды — Юсэй и Куреха — ушли.

— В-во всяком случае, у тебя получилось! Ты поговорила с Юсэем, Усуба-сан!

Когда я обернулся к ней — она только открывала и закрывала рот, словно золотая рыбка.

— К-к-к… кислород… с-слишком много разговоров… кислород…

— Ты в порядке?!

Она побледнела и зашаталась, так что я поспешил подхватить её.

Под шёпот и взгляды вокруг я отвёл её в медпункт.