Глава 9

И вот так наступил день летнего фестиваля.

Было чуть за два часа дня. Подготовка к фестивалю уже шла полным ходом, а некоторые палатки с едой даже начали раскладываться заранее.

Мы собирались не спешить.

Если прийти примерно к закату, когда небо станет красным, будет в самый раз.

С Амари-тян я должен был встретиться в три у станции. В половине четвёртого у нас была запись в салон, который посоветовала сестра.

«Я уже позвонила!»

«Сказала им, чтобы тебя и Амари-тян сделали сияющими, как звёзды!»

Ну, насчёт себя мне было всё равно, но всё-таки…

Я ещё ни разу не надевал юкату.

Правда, мне казалось: Амари-тян будет легче набраться смелости, если я тоже надену её.

На фестивале нас неизбежно увидят другие. А такая милая и стильная Амари-тян точно привлечёт внимание.

— …………

Сегодня смотреть Амари-тян в лицо будет требовать мужества.

Потому что я только что видел её в ванной в таком виде.

Амари-тян — беззащитную, застигнутую врасплох.

— …………………………

Пар был очень густой — просто неприлично густой, если честно, — так что нет, благодаря ему я не увидел ничего лишнего. Клянусь, не увидел. Правда не увидел.

Но всё равно для меня это был первый раз, когда я столкнулся с такой ситуацией в реальности, и мой подростковый мозг, естественно, отреагировал слишком бурно. Об этом нельзя было поговорить ни с сестрой, ни с Юсэем, и уж точно не с Курэхой-сан. Мне оставалось только молча вариться в собственных мыслях.

— Забудь! Просто забудь! Да забудь уже!

Я пытался сам себя успокоить, когда зазвонил телефон.

Это был Мурота — он же «Все четвёрки».

— Йо, Фуку! Ты сегодня на фестиваль юката идёшь?

— Собираюсь, но сначала у меня одно дело, так что приду поздно.

— Я уже почти у площадки. Если получится, потом пересечёмся.

— Ага. Спасибо.

Похоже, он хотел меня позвать.

Если бы я не шёл с Амари-тян, наверное, согласился бы.

— Но ты довольно рано идёшь.

— Ну, я же хочу как можно скорее увидеть Юа-тян в юкате!

Он сказал это тоном влюблённого.

Не думаю, что у него правда были чувства к Курэхе-сан, но она была настолько популярна, что парни всё равно говорили такие вещи. У неё была почти идольская аура.

— Юа-тян правда невероятная. Кажется, почти все первогодки идут только ради того, чтобы увидеть её в юкате. Обычно у настолько популярной девушки куча хейта от других девчонок, а с ней — вообще ничего.

— Это правда.

Она и правда человек, которым хочется восхищаться.

Даже само участие в комитете летнего фестиваля привлекало к ней внимание учеников из других школ. То же самое было, когда мы ходили в школу из-за баскетбола. На неё смотрели и старшеклассники, и с популярными сэмпай-девушками она ладила легко.

Куда бы она ни пошла, она сияла. Она была особенной — совершенно особенной.

В последнее время я проводил с ней больше времени, так что, наверное, немного привык. Но нет, она правда была на другом уровне. Я влюбился в неё с первого взгляда на вступительной церемонии, а потом окончательно пропал на колесе обозрения.

Я знаю, что у меня есть к ней чувства, но… она всё ещё кажется слишком далёкой.

Я ведь даже не могу заставить себя назвать её «Юа».

Слишком стыдно.

Если попробую, покраснею, запнусь и в итоге выдам что-то вроде: «Ю-Ю-Юа-а-а!» — будто болею за айдола.

Всё ещё цветок на недосягаемой вершине.

Смогу ли я когда-нибудь называть её по имени так, будто это не требует усилия?

Надеюсь, к тому времени Амари-тян тоже сможет назвать его «Юсэй-кун»…