Усыпальница Хыджи (?) (1)

— Я ведь из Виеты.

— Да, я слышала это несколько раз и видела твой паспорт.

Да и на вывеске салона красовалась надпись: «Массаж в стиле Виеты».

— Вы знаете, какая самая известная достопримечательность Виеты?

Маленькое королевство на востоке континента, столица которого носит то же название, что и сама страна, несмотря на свои скромные размеры, известно как место, которое стоит посетить хотя бы раз в жизни. Поэтому в огромный порт города Виета ежегодно прибывает множество кораблей со всего мира. Сюда приезжают, чтобы отдохнуть на белоснежных пляжах, омываемых изумрудным морем, и горячих источниках под открытым небом, окружённых вечными снегами, а также чтобы посетить театр и казино, ставшие крупнейшими на континенте благодаря одному из правителей прошлого, и поучаствовать в театральном фестивале. Также не стоит забывать про великолепную еду: свежайшие морепродукты, восхитительную оленину и козий сыр с его уникальным, вызывающим привыкание ароматом и многое другое.

Но существует то, что прославило Виету ещё больше.

— Лабиринт.

Лабиринт Виеты – единственное на континенте подземелье, открытое для туристов. Именно благодаря этому Виета стала одним из самых привлекательных туристических мест.

— Ты хочешь сказать, что похожее место, о котором ты говоришь, это Лабиринт?

— Да.

От таких новостей сон должен был слететь вмиг, но усталость оказалась сильнее. Серена прикусила язык, чтобы прогнать дремоту.

В этом мире существуют природные подземелья, именуемые Лабиринтами. Однако не каждое большое и запутанное подземелье удостаивается такого названия. Лишь немногие, самые необычные из них - те, которые возникали внезапно, без каких-либо предзнаменований или существовали с незапамятных времён. Чтобы подземелье назвали Лабиринтом, оно должно соответствовать нескольким условиям, и главное из них – способность к восстановлению. Говорят, там действует неведомая сила, которая через определённое время возрождает ловушки, монстров и сокровища. Но, помимо этого, там происходят и другие странные вещи. Например, нельзя попасть в соседнюю комнату, просто проломив стену. За ней окажется лишь бесконечная толща камня.

Когда Серена впервые об этом услышала, то сразу подумала об игровых данжах. Она даже заподозрила, что переродилась в игровом мире, и попыталась узнать о Лабиринтах побольше, но потерпела неудачу. Эти подземелья считались ценнейшим государственным достоянием. Страны, владевшие ими, засекречивали всю информацию о них и делились ею только друг с другом. Конечно, потратив деньги и время, она могла бы всё разузнать, но это было бы равносильно шпионажу о запасах руды, военных учениях или налоговых сборах в чужой стране. Если бы она была просто любопытной аристократкой – это одно, но она принцесса, и если бы её поймали на сборе такой информации, мог бы случиться дипломатический скандал. Так что Серена оставила попытки что-либо разузнать. Ей было известно, что доступ в Лабиринты имели только армия или лицензированные искатели приключений, и что там можно было найти редкие магические артефакты и различные предметы, ценность которых коррелировала с уровнем опасности.

— Лабиринт Виеты единственный на континенте, куда пускают обычных людей. Это самая популярная достопримечательность. Посетителей всегда много, но для граждан Виеты входная плата невысокая, так что, подкопив немного, можно туда сходить, — Лаванда крепче обняла себя. — Так как это обязательный пункт туристической программы, я, чтобы поддержать разговор с клиентами, несколько раз там бывала. Но это место... — её лицо исказилось, — Ваше Высочество, вы сказали, что это усыпальница, но атмосфера здесь слишком похожа на Лабиринт Виеты!

Так вот почему она всё это время была сама не своя. Не потому, что она здесь единственная чужестранка, а потому, что рассматривала другую, куда более страшную вероятность.

Новость о том, что они в королевской усыпальнице, не радовала, а упоминание Лабиринта и вовсе вызвало гнев. Все набросились на Лаванду:

— Какая дерзость! Как ты смеешь оспаривать мнение Её Высочества!

— Верно! Лабиринт! Что за чушь?!

— Ишь чего удумала, людей пугать!

Серена подняла руку, призывая всех к спокойствию.

— Довольно. Усыпальница – это подземелье, а Лабиринт – разновидность подземелья. Неудивительно, что атмосфера в них может показаться схожей. Но Лаванда не из тех, кто бросает слова на ветер. Наверняка, у неё есть веская причина, чтобы говорить такое. Не так ли?

Серена решила выслушать её. Было в этом что-то зловещее, чтобы списывать всё на домыслы испуганной массажистки. Если бы она была уверена с самого начала, то высказала бы своё предположение ещё тогда, когда Серена впервые упомянула усыпальницу. Хотя, возможно, она промолчала из-за её статуса принцессы или сильного потрясения от падения, но, судя по всему, дело было не в этом. Лаванда становилась всё мрачнее и мрачнее, а в какой-то момент её взгляд просто потух.

— Говори. Кроме странной атмосферы, есть ещё причины так считать?

— Да! Есть! Я окончательно убедилась из-за мышей! — Лаванда указала на останки их недавнего ужина. — Та мышь! Она выглядела точь-в-точь как мышь, которая крутила колесо в Лабиринте Виеты! И размеры те же!

Несмотря на все её старания, реакция остальных была вялой:

— Да все мыши на одну морду.

— Верно! Одинаковые!

— И из-за такой мелочи ты посмела перечить Её Высочеству?! Какая наглость!

— Какая же это мелочь, графиня?! Разве такие огромные и свирепые мыши встречаются повсюду?! Это лабиринтная мышь! Когда я была в Лабиринте Виеты, нам объясняли: это агрессивный вид, обитающий только в Лабиринтах, — Лаванда всё больше заводилась. — Это точно Лабиринт! Нас поглотил Лабиринт! Говорят, в таких Лабиринтах находят тела тех, кого они поглотили… Мы все умрём! Нас сожрал Лабиринт!

— Лаванда, прекрати, — пыталась её успокоить Серена, но безуспешно. Прекрасные лавандовые глаза девушки потускнели. Она пустым взглядом смотрела в никуда и бессвязно бормотала:

— Мы все умрём! Да, землетрясение... А что, если это было не землетрясение, а процесс поглощения Лабиринтом? Если весь Хыджичен сожрал Лабиринт, то какой же у него тогда ранг?

— Прекрати!

Грозный окрик принцессы заставил Лаванду прийти в себя. Она обвела всех взглядом, полным ужаса, и, опустив голову, прошептала:

— Простите. Я слишком разволновалась.

— Лабиринт. Что ж, спасибо, что указала на вероятность, о которой я не подумала. Но в таком состоянии ты делу не поможешь. И потом…

«Лабиринт? Серьёзно?»

Серена нахмурилась. Она молилась, чтобы это оказалось неправдой.

— Чтобы принять твою версию, не хватает веских доказательств. Я мало что знаю о мышах, но животные одного вида часто похожи друг на друга. Возможно, ты ошиблась.

— Да. Простите.

— Слушайте все. Усыпальница это или Лабиринт, наша задача остаётся прежней: найти выход. Мы должны помогать друг другу и беречь друг друга. Ваши старания я непременно вознагражу.

Лаванда бессильно опустилась на пол. Остальные тоже успокоились. Слова о том, что задача не изменилась, похоже, принесли им некоторое облегчение, а может, свою роль сыграло обещание награды.

— Мы слишком устали. Пора отдыхать. Нужно поставить дежурных.

— Мы подежурим.

— Верно, Ваше Высочество, отдыхайте. Вы, должно быть, очень устали.

— Ложитесь сюда.

Кром достала из тележки одеяло и постелила его для Серены.

«Как определить очерёдность дежурства, как узнать время смены без часов… Столько дел. И ещё нужно придумать, что делать с картой».

Филия почти силой уложила её на одеяло. Подумать только, сегодня утром она сбежала, чтобы не работать, а теперь не могла уснуть, потому что нужно было работать. Ирония судьбы.

«И умыться бы. Моя кожа стоит миллион золотых!»

Но даже мысли о миллионе не смогли побороть сон. Стоило голове коснуться одеяла, как Серена тут же уснула.

* * *

Может быть, из-за того, что она уснула на свету, а может, из-за крайнего истощения, но Серене приснился осознанный сон. Она оказалась в странном пустом пространстве. Пола не было, но почему-то она стояла. Вокруг клубился густой туман. Она понимала, что спит, поэтому не стеснялась в выражениях:

— Ну вот, ещё и осознанный сон. Говорят, после таких не высыпаешься. Проснусь, наверное, ещё более уставшей.

Незачем было поддерживать образ величественной и благородной принцессы. Помахав несколько раз рукой в тумане, она сдалась и села на несуществующий пол. Раз уж она не знала, как проснуться, решила хотя бы привести мысли в порядок.

Лабиринт, значит. Когда Лаванда впервые заговорила об этом, Серена была потрясена. Она не подала виду, но не на шутку испугалась.

«Я была уверена, что это усыпальница».

Лабиринтов было так мало, и информация о них практически отсутствовала, поэтому она остановилась на версии с усыпальницей, но слова Лаванды поколебали её уверенность.

«Эх. Только бы у меня снова не обострился синдром главного героя».

Люди, знавшие нынешнюю ленивую Серену, ни за что бы не поверили, что в детстве она была прилежной, трудолюбивой, полной энтузиазма и инициативы. Будучи ребёнком, Серена верила, что раз она переродилась в фэнтезийном мире с памятью о прошлой жизни, на то должна быть особая причина. Даже если у неё не было великой миссии, она ожидала, что её жизнь будет полна приключений и опасностей. Почему? Потому что она главная героиня. А почему она главная героиня? Потому что она переродилась с воспоминаниями о прошлой жизни. Перерожденцы, даже если они не главные герои, обычно играют ключевые роли, либо как важные второстепенные персонажи, либо как двигатели сюжета. Конечно, бывали истории, где перерожденцев было так много, что они становились простой массовкой, но обычно им отводилась значимая роль. Поэтому маленькая Серена усердно училась. Она думала, что может, её ждёт весёлое приключение с друзьями в фэнтезийном мире, или, раз уж она родилась в королевской семье, политические интриги или развитие своих земель. А может, это романтическое фэнтези, где она злодейка? Или роман, начинающийся с брака по расчёту? Или, чем чёрт не шутит, «цензура», где главный герой – её брат?

Не зная, какой жанр уготовила ей судьба, Серена тренировала тело и копила знания. Правда, от идеи развивать свои земли пришлось отказаться: она не умела варить мыло (в этом мире оно и так было хорошее), да и готовить тоже. Когда она узнала о существовании Лабиринтов, то подумала, что, возможно, её ждёт жанр «покорение подземелий», но, столкнувшись с трудностями в сборе информации, оставила эту идею, и постепенно её энтузиазм угас.

«Я просто осознала реальность».

Серена – перерожденка, но не главная героиня. Это не мир мечты и надежды, а настоящая суровая реальность, где отец – наркоман, мать страдает тяжёлым психическим расстройством, брат – избалованный эгоист с дефицитом внимания, а дед - старик, в одночасье потерявший всю семью, живой мертвец, который не умирает лишь потому, что он – король. Довольно убого, не правда ли? Настоящий главный герой и в такой среде нашёл бы в себе силы развиваться, но Серена не была таковой. Её воля никогда не была особенно сильной. Столкнувшись с реальностью, она выросла под стать своему убогому окружению - убогой взрослой.

«Ох, нет.Только не «покорение Лабиринта». Надеюсь, я не отправная точка для основного квеста главного героя, где ему надо спасти принцессу, заточённую в Лабиринте! Но после долгих мучений он найдёт лишь её скелет! Тьфу».

Внезапно раздался чей-то незнакомый голос:

— Похоже, у тебя много забот.

— А?

Серена повернула голову. Рядом с ней, словно он всегда там стоял, находился человек в плаще с капюшоном, скрывающим почти всё лицо.

— Ай, напугал.

«Что за бред мне снится?», — подумала Серена.

— Я бы хотел помочь, но не могу делать это безвозмездно. Как же быть?

— В осознанных снах ещё и NPC бывают?

— Что же ты будешь делать, дитя? Принесёшь ли жертву?

Из-под полы плаща показалась бледная рука.

«Что за дурацкий сон?».

Серена бессильно усмехнулась и оттолкнула протянутую ей руку. Довольно грубый жест, но какая разница? Это же сон. Человек в плаще, похоже, не рассердился, а лишь ухмыльнулся, словно дед, наблюдающий за шалостями внучки. Голос его был красивым и мелодичным, но странно, что невозможно было определить, мужской он или женский, и не только это. Возраст, состояние здоровья - по этому голосу ничего нельзя было понять о человеке. Оставалось лишь ощущение завораживающей красоты.

— Надеюсь, в следующий раз я смогу помочь.

С этими словами пространство сна начало рассеиваться.

«Просыпаюсь, значит».

Обычный дурацкий сон, если не считать того, что он был осознанным. Серена не придала ему особого значения. Но одна деталь всё же запомнилась - пламенно-янтарные глаза незнакомца. Хоть она и не видела его лица, этот цвет почему-то врезался ей в память.