Скрижали тумана: Магия разрушения

Под гул вентиляции, под безжалостный свет белоснежных ламп, в пустой и гулкой лаборатории зазвучали шаги. Всё было стерильно — от металлических столов до стеклянных колб, от тяжёлых дверей до серебристых инструментов, лежащих в идеальном порядке. Воздух отдавал едким запахом спирта и пыли — как будто здесь не проводили операции, а вскрывали саму тьму.

В центре помещения — массивный хирургический стол, к которому ремнями была крепко привязана служанка. Молодая девушка, с телом, покрытым густыми, словно дымчатыми пятнами тени. Эти пятна пульсировали медленным ритмом, будто дышали отдельно от неё. Она лежала без сознания, одетая лишь в тонкое бельё, и каждый её вдох сопровождался сдавленным, почти чужим звуком, словно воздух проходил не через лёгкие, а через иное существо внутри неё.

— Связывайте её крепче. — Голос прозвучал сквозь маску глухо, но твёрдо. Мужчина в белоснежном халате подошёл ближе, поправляя перчатки. — Не давайте ей проснуться. Пока рано.

Вокруг неё находились ещё трое. Все одинаково одеты: белые халаты, медицинские маски, плотные очки, скрывающие взгляды. Они не переглядывались, но действовали слаженно — как один механизм.

— Удерживается странно, пульс стабильный, но резкий скачок при каждом подёргивании тени.

— Словно не она дёргается, а что-то в ней. — добавил другой, следя за показаниями хрустального прибора с тонкими золотыми стрелками. — Кажется, тень реагирует на любое приближение магии.

— Мы не можем взаимодействовать с ней напрямую. Пробы взять нельзя — тень рассыпается, будто чувствует прикосновение.

Третий медленно наклонился над телом, держа в руках узкий цилиндр — магический экстрактор.

— Попробуем по-другому. Извлеку ману. Посмотрим, насколько глубоко проникло заражение.

С лёгким щелчком колба внутри устройства наполнилась сиянием — сначала золотым, тёплым как мёд. Но почти сразу этот цвет начал мутнеть. На глазах он становился серым, затем угольно-чёрным. Словно что-то невидимое выдавливало свет изнутри. Лаборатория погрузилась в напряжённую тишину, пока колба не заполнилась почти полностью — и теперь это был тёмный сгусток, в котором еле-еле дрожали остатки золотого свечения.

— Мана заражена. — сказал врач с тихим, почти скорбным выдохом. Он снял маску, и под ней открылось измождённое лицо Эдгара. — Без возможности возврата. "Тень" поглотила её почти целиком.

— Она не сопротивлялась? — спросил один из магов. — Не было внутренних барьеров? Эмоционального отторжения?

— Судя по всему, нет. Или её воля была слишком слаба.

— Тогда заражение могло произойти не сразу. Возможно, это не паразит, а следствие магического провала… или эмоционального надлома. Возможно мы где-то прощитались в прошлый раз.

— Вы предполагаете, что это результат травмы? 

— Я предполагаю, что мы имеем дело с новой формой симбиоза. Или подчинившей магии. Она не только изменила ману — она полностью переписала её структуру.

— И что же тогда будем делать дальше, Эдгар? 

— Пока только наблюдать. Сегодня вернём её в сознание. Посмотрим, сможет ли душа вернуться к телу. Это может дать шанс на восстановление хотя бы личности.

Эдгар подошёл к шкафу у стены и достал книгу. Полистал несколько страниц, и, не глядя на остальных, бросил:

— Но от маны нужно избавиться. Сейчас же. Но перед этим свяжитесь с Найлтом.

— Вы уверены, что это не заразно? —

— Пока не уверен ни в чём. Но пока она не проснулась. В этом наша временная безопасность.

В комнате снова повисла тишина. Только гул ламп над головой и слабый дрожащий шум дыхания спящей девушки нарушали стерильное безмолвие. Каждый из них знал: пробуждение может обернуться катастрофой. Или откровением.

За прозрачной перегородкой тело девушки продолжало дёргаться в судорогах, хотя анализ маны уже был завершён, а сгустки тени ушли вместе с маной.

— Пульс нестабильный, — сухо отчитался один из докторов, наблюдающий за приборами. — Температура понижается, но очаги нестабильности сохраняются. Тень ушла, но последствия… они будто оставили след.

— Как посев после гнили, — пробормотал другой, склонившись над столом, на котором лежала мана в колбе. Он покачал её в пальцах. — Смотри: её ядро всё ещё дрожит.

Колба светилась странным, переломленным сиянием. На золотом фоне плясали тёмные вихри, вгрызающиеся в свет — словно враждебная порча. Один из магов поднёс к поверхности крошечную иглу с каплей собственной маны, но та вмиг почернела.

— Реакция мгновенная. Она агрессивна.

— То есть, это уже не просто порча. Это… программа, — другой фьер сдвинул брови. — Чужая воля, внедрённая в суть.

— Подожди. — Один из врачей подал знак остановиться. — Мы считаем, что это была спонтанная мутация. Но ты слышал отчёт. Её тело не поддерживало фьерскую структуру. Она — человек. Обычный. Без источника.

— И именно это всё меняет. — Эдгар нахмурился, отложив перчатки. — Кто-то пытался вживить механизм превращения. Тот самый, что запускается у Фьеров, когда они теряют контроль… Но в человеке. Она просто не выдержала.

Наступила пауза. Медики переглянулись — кто-то тихо выругался, кто-то просто отошёл от операционного стола, убрав очки.

— Превращение… искусственное? — уточнил один из них.

— Скорее, спровоцированное. — Эдгар подошёл ближе к колбе. — Это чужая печать. Модификация. Возможно, даже паразит. Что-то, что должно было уничтожить её личность… и заменить её на нечто новое. Чудовище.

— Но кто? Зачем? Она всего лишь…

— Именно. «Всего лишь». — Эдгар посмотрел через стекло, за которым девушка наконец перестала дёргаться. — Лёгкая цель. Служанка. Неизвестная. Ничего не значащая. Заметит ли кто, если она исчезнет? А если исчезнут десять таких?

Тишина наполнилась эхом ламп, гудящих под потолком. Один из фьеров разложил схемы печатей, вытянутые из остаточной маны, но там уже всё было ясно: сигнатура заклинания не соответствовала никакой из известных школ магии.

— Кто-то работает вне систем. И он уже тестирует заражение.

— А что если это не тест? — раздался голос с угла. — Что если она должна была быть внутри? Среди нас. Под видом нормального человека. До того как проснётся... то.

— Инфильтрация?

— Или оружие. Одно из двух. Но в любом случае… она не должна была выжить.

— Ошибка в расчётах, — подытожил Эдгар. — Они не знали, что она человек.

Все взгляды снова скрестились.

— Или… знали, но надеялись, что человек тоже сможет стать монстром...

---

Нару сидела на широком подоконнике, который она недавно украшала своими руками. Он был укутан мягким пледом, а на низком столике рядом с ней стояла стопка книг, аккуратно сложенных одна на другую. Её любимое место в этом огромном доме, где звуки не доносились, а тишина была так глубока, что казалась почти осязаемой. Мягкий свет, создавал уютное, почти магическое освещение, заставляя её чувства немного затмеваться и погружаться в мир слов.

Сейчас Нару была поглощена одной из книг, которую она захватила ещё вчера у Эдгара, после того как её отец покинул поместье. Книга называлась "Магия и Фьерское тело: Отголоски древних знаний", и её страницы были полны подробных объяснений, которые возбуждали в Нару такие же чувства, как и в тот момент, когда она в первый раз ощутила магию в своих руках. Она читала с таким интересом, что даже не замечала, как время летело.

Она углубилась в чтение, разбираясь в тонкостях того, как проходит фьерская мана через тело, как её ядро, скрытое в сердце каждого Фьера, является центром их силы и магии. Она останавливалась на сложных терминах, пытаясь понять, как ману можно направлять и что нужно делать, чтобы её контролировать. "Ядро... Это место, где накапливается вся сила, но как не потерять контроль?" — размышляла Нару, постукивая пальцами по странице.

Магия была её целью, и каждая строчка этой книги была как шаг вперёд к мечте. Но в этот момент, когда Нару уже совсем погрузилась в её содержание, сквозь туман её мыслей внезапно прозвучал лёгкий стук. Это был не обычный звук. Он был едва слышен, почти неуловимый, как шорох, пробежавший по стеклу окна. Нару вздрогнула, её взгляд мгновенно переместился к окну, а мысли замерли, как будто что-то нарушило её внутреннюю гармонию.

Она настороженно повернулась и уставилась в стекло, пытаясь различить, что могло вызвать этот звук. Но за ним не было никого. Чистое, холодное стекло отражало её собственное лицо и мягкое утро , проникающее сквозь окно. Ничего.

Тишина, которая последовала после стука, показалась необычно густой, почти давящей. Нару ощутила странное чувство, как будто сама тишина говорила с ней. Её мысли были ошарашены этим коротким, но ярким нарушением покоя. Она сжала книгу в руках, внимательно прислушиваясь, но звука больше не было. "Просто фантазия, наверное," — подумала она, но всё же почувствовала, как её сердце немного ускоряет ритм.

Не желая оставаться с этим странным ощущением, Нару сделала решительный шаг к окну. "Может, мне просто показалось," — пыталась убедить себя, хотя и сомневалась в этом. Она аккуратно раскрыла окно, чтобы выглянуть наружу. Светлое небо затягивалось облаками, но в освященном саду и дворе не было ничего подозрительного.

И вот тут её глаза зацепились за нечто совсем невообразимое. Прямо у самой рамы, внезапно появилась чья-то голова. Но это было не то, что она ожидала. Это был не человек, не человекоподобная фигура, а нечто, что казалось невозможным. Она увидела лишь его голову, как будто он висел в воздухе вверх ногами, словно акробат, и это зрелище повергло её в шок.

Нару отступила назад, едва не ударившись о столик, и с удивлением уставилась в окно. Парень продолжал висеть над ней, а лицо, казалось, бесцельно улыбалось, как будто эта странная ситуация была настолько обычной, что не стоило обращать на неё особое внимание.

— Привет, как ты тут? — раздался весёлый, почти беззаботный голос. Нару потрясла эта неожиданность, её пальцы крепче сжали подоконник, а в голове пронеслась мысль: "Как это возможно?"

Когда она пришла в себя, то заметила, что парень держится за верхний край окна, словно совсем не ощущая тяжести своей позы, будто воздух сам поддерживал его. Он улыбался, его глаза были полны веселья и легкости, как если бы он только что спустился с дерева, а не парил в воздухе. И прежде, чем Нару успела спросить хоть что-то, он с лёгкостью сделал кувырок, а затем аккуратно приземлился на её подоконник, не потревожив ни одной из её книг.

Он сидел на подоконнике, словно в своем родном доме, а Нару, не понимая, что происходит. Она отступила, её глаза не отрывались от его движения. Сердце немного учащённо забилось — Нару не могла поверить в происходящее. Всё было так странно и нелепо, что её разум не мог сразу осознать.

— Ты... кто? — наконец выдавила она из себя, её голос чуть дрожал, но она всё-таки решилась спросить. Её взгляд метался по его легкой, почти воздушной фигуре, и она не могла понять, как тот мог попасть сюда так тихо и быстро. Не говоря уже о том, что он, похоже, был в состоянии совершенно легкомысленно вести себя, как будто сидеть на её подоконнике — это просто ещё одна игра.

— Я? Да я — старый друг Хаса. — ответил он с игривой улыбкой, не обращая никакого внимания на её изумление. Голос был лёгким, но в нем чувствовалась какая-то глубина, как если бы за этим странным поведением скрывался гораздо более сложный человек.

Нару продолжала смотреть на него, не совсем понимая, что происходит. Её голову переполняли вопросы, но она молчала. Она не могла ещё осмыслить, что это за человек, и как он оказался у неё в комнате.

— Если ты друг Хаса, — начала Нару с сомнением в голосе, — то… зачем ты пришёл ко мне в комнату?

Она запнулась на слове пришёл, словно усомнилась, верное ли оно вообще в этом контексте. В конце концов, он не просто пришёл, он появился, возник словно из воздуха.

— К тому же я на втором этаже, — добавила она уже более уверенно. — Как ты сюда вообще… попал?

Её голос звучал не столько возмущённо, сколько искренне поражённо. Она не кричала, не прогоняла его — но явно не могла понять, что происходит.

— Кто ты такой?.. На прислугу ты точно не похож, — наконец пробормотала она, прищурившись.

Слова повисли в воздухе. Нару задумалась, стоит ли ей сейчас просто выбежать из комнаты — может, в коридоре она найдёт кого-то, кто объяснит происходящее? Или это опасность? Может, он враг? В её голове всё ещё звенели наставления Хаса: «Учись. Наблюдай за людьми и фьерами. Умей различать, прежде чем судить. Но всегда помни что нельзя верить первым встретившим тебя сущестам».

Возможно, это проверка?… — подумала она, сделав шаг назад, но не убегая. Любопытство, как часто бывало, перевесило страх.

Она глубоко вдохнула и, собравшись с мыслями, задала следующий вопрос:

— Как тебя зовут?

Парень, сидящий на подоконнике, будто только этого и ждал. Его губы растянулись в хитрую, чуть ленивую улыбку.

— А как бы ты меня назвала?

— Что? — переспросила Нару, приподняв бровь.

— Ну… — протянул он с наигранной задумчивостью. — Пусть будет твоё имя. Назови меня как хочешь.

Такой ответ показался Нару, мягко говоря, странным. Она нахмурилась, её глаза снова метнулись в сторону двери, но он не выглядел угрожающе. Наоборот — его легкая, почти насмешливая манера общения сбивала с толку.

— У тебя ведь должно быть своё имя, — с нажимом проговорила она. — Почему я должна придумывать тебе новое? Просто скажи своё.

— А у меня его нет. Каждый кого я встречаю, придумывает своё. Я не возражаю. Мне даже нравится, когда люди проявляют фантазию, — ответил он, снова пожав плечами, будто речь шла о чём-то пустяковом.

Нет имени? — мысленно переспросила она. Это снова выбивалось из её привычного понимания. Её взгляд скользнул по нему внимательнее, и она наконец позволила себе приглядеться по-настоящему.

Он и правда не выглядел как кто-то отсюда. Его одежда бросалась в глаза: бордовые с белым кроссовки, которые выглядели неожиданно ярко на фоне приглушённых оттенков интерьера. Синие джинсы, немного потертые на коленях, и рубашка в тон кроссовкам — того же бордового оттенка, с закатанными до локтя рукавами. Необычный выбор — почти вызывающий, но при этом аккуратный. На руках — короткие чёрные перчатки. Такие часто носила прислуга в поместье, но обычно они были белыми, строгими, с идеальными швами.

Глаза Нару невольно остановились на его лице. Рыжие волосы с белыми прядями — явление, которое она никак не ожидала увидеть у юноши, которому, на первый взгляд, не было и семнадцати. Что это — след магии? Болезни? Или просто странность его рода? Она снова почувствовала ту же самую смесь тревоги и интереса. Он был не таким, как остальные.

— Арт, — вдруг сказала она.

Он посмотрел на неё удивлённо.

— Что?

— Назову тебя Арт. Подходит? — переспросила Нару, чуть мягче, но всё ещё сдержанно. А вместе с этим она потихоньку отодвигала свой столик с книгами подальше от окна и гостя.

Парень на мгновение замер, будто что-то взвешивал у себя в голове, а затем с ухмылкой кивнул:

— Арт… Мне нравится. Пусть будет так. Теперь я Арт.

Он произнёс это так легко, будто просто сменил перчатки. Как будто до этого и правда не имел имени, и сейчас получил его — и всё, вопрос закрыт.

Но у Нару остался ещё один.

— А теперь скажи… что ты тут делаешь? Зачем ты пришёл ко мне?

Арт, по-прежнему сидя на подоконнике, посмотрел на неё с тем же озорным прищуром. Он сложил руки за головой и потянулся, словно только что проснулся, а не нарушил покой чужой комнаты.

— Просто решил заглянуть. Скучно стало, — ответил он беззаботно, словно это была самая логичная причина на свете. — Хас сейчас занят, а ты тут одна, читаешь скучные книжки. Вот я и подумал — почему бы не навестить соседку?

— Это не скучная книга, — нахмурилась Нару, крепче сжав обложку всё ещё не дочитанного тома. — Это важно.

Арт усмехнулся, слегка покачавшись вперёд, как будто хотел заглянуть в текст.

— Про фьерские ядра? Ну, ну… Опасные знания, знаешь ли.

— Ты читал её? — удивилась Нару.

— Я много чего знаю. Но, — он вдруг подмигнул, — больше люблю наблюдать. Фьеры интереснее, чем книги. Хотя книги — не хуже, когда в них спрятана правда.

Его слова снова звучали легко, но в них будто бы скрывался второй слой. Что-то невидимое.

Нару задержала взгляд на волосах Арта. Рыжие пряди, перемежающиеся неожиданно белыми, словно выгорели от слишком сильной магии или… чего-то иного. Эти белые пряди были не случайны. Что-то в них вызывало тревожное ощущение несоответствия, словно они принадлежали не молодому парню, а кому-то… прожившему слишком многое.

Парень, заметив её пристальный взгляд, ухмыльнулся. Но прежде чем Нару успела что-либо спросить, он опередил её:

— Я не фьер. И даже не полукровка, если ты об этом подумала, — спокойно проговорил он, откидываясь к раме окна. — Хотя… и человеком меня тоже назвать нельзя.

Слова прозвучали как шутка. Арт слегка склонил голову, будто сам задумался над тем, кто он на самом деле.

Нару не выглядела впечатлённой. Напротив, она фыркнула с лёгким раздражением, будто слышала нечто подобное уже не раз. В её глазах лишь насмешка.

— Да-да, конечно, — протянула она, скрестив руки. — Ещё скажи, что ты древнее неизвестное существо, забытое всеми. Может, я и не взрослый магистр, но книг прочла достаточно. Такими байками меня не удивишь.

— "Древнее неизвестное существо", это конечно интересно, но и это мне не подходит, — В его голосе была только легкость.

Нару прищурилась. Она пыталась понять, врёт ли он. Но лицо Арта оставалось загадочным — будто бы он носил маску, которую невозможно было сорвать. Где кончается его игра и начинается правда?

— Хочешь необычный подарок? — внезапно сменил тему Арт. Он раскачивался на подоконнике, словно мальчишка на качелях, глядя в пространство перед собой.

— От тебя? Нет уж, спасибо. Ты слишком странный, — бросила Нару через плечо, начав складывать книги обратно на стеллаж. Она решила не обращать на парня внимания, надеясь, что он сам скоро исчезнет.

Но он не отставал.

— Этот подарок — в знак нашей дружбы! — воскликнул он, расправляя руки в театральном жесте. — Я могу предложить тебе любое заклинание! Любое, какое только пожелаешь!

Нару, не оборачиваясь, фыркнула:

— И чему же меня может научить тот, кто не фьер, не полукровка и даже не человек?

Эта фраза неожиданно задела Арта. Он замолчал, опустил руки и прикрыл глаза. Его выражение стало задумчивым, почти печальным. На секунду Нару даже подумала, что перегнула палку. Но в следующее мгновение он резко спрыгнул с подоконника, приземлившись в её комнате без единого звука, как будто не касался пола вовсе.

— А как насчёт этого? — проговорил он и щёлкнул пальцами с улыбкой на лице.

Рядом с ним раскрылось светящееся окно, точно магический портал. Оно не было громоздким или шумным, как у боевых магов. Это было скорее зеркало — завораживающее и тихое, в глубине которого мелькали образы, размытые, зыбкие как сон.

— Ты хочешь знать историю своей семьи, верно? — сказал Арт, глядя на неё чуть сбоку. — Я могу показать тебе только одно. Выбирай: уничтожение рода Найлтов двадцать лет назад... или уничтожение города Вастельнр?

Сердце Нару сжалось. Эти слова ударили по ней сильнее, чем она ожидала. Откуда он знал? Откуда вообще мог знать, что именно она хотела узнать — что скрыто в прошлом её семьи, что так упорно от неё утаивали?

Но вместо благодарности её лицо стало жёстким.

— Ты то откуда знаешь, чего я хочу, — сказала она холодно. — И знаешь что? После этого я тем более ничего от тебя не приму.

Арт, не выказывая ни капли разочарования, закрыл портал — жестом почти изящным, как если бы он смахнул пыль с книги.

— Это было что-то необычное, — спокойно заметил он, словно говорил сам с собой.

Он больше не улыбался так открыто, но и серьёзности в нём не прибавилось. Лицо оставалось всё тем же — насмешливым, загадочным. Маска не падала.

— Хас уже успел что-то рассказать тебе обо мне? — спросил он небрежно.

Вопрос прозвучал тихо, почти равнодушно. Но Нару почувствовала — он следит за её реакцией. Это был не праздный интерес, он будто искал подтверждение, что Хас действительно начал с ней делиться.

Она сделала шаг назад. Потом ещё один.

— Мне нужно заниматься. У меня уроки, книги. Можешь… уйти? — произнесла она и, будто прогоняя надоедливого воробья, помахала в его сторону ладонями.

Арт снова усмехнулся, чуть склонив голову.

— А выглядишь ты глупее, чем есть на самом деле, — произнёс он с неожиданной теплотой в голосе. — Не принимай всё так буквально.

Он шагнул назад — и тень вокруг него словно потекла, поглотила очертания его фигуры, окутала черной магией. Прежде чем исчезнуть совсем, он произнёс последнее:

— Если Хас начнёт терять контроль… держись от него подальше. Не вздумай спасать монстра.

Он исчез. Без звука, без вспышки. Будто и не было его вовсе. Только лёгкий холод, едва заметное волнение в воздухе и сдавленное дыхание Нару напоминали, что этот странный визит действительно произошёл.

Она стояла посреди комнаты, с книгой в руках, и всё ещё чувствовала на себе его взгляд. Но в комнате уже никого не было.

Нару едва сдерживала шаг, когда выбежала из своей комнаты, в голове её всё ещё крутился образ Арта, исчезающего в темноте. Он сказал, что не фьер, не полукровка, но и не человек. Этот странный парень, с рыжими волосами и белыми прядями, оставил в её душе волнение, которое невозможно было игнорировать. "Что это было? Кто он на самом деле?"

Она уже не обращала внимания на то, что Хас, вероятно, занят, и даже не вспомнила о том, что в его кабинете мог быть кто-то ещё. Пробежав по длинным коридорам поместья, она, не постучав, распахнула дверь кабинета, едва не врезавшись в стену. Эдгар, сидящий в кресле, сдержал порыв удивления, а Хас, не подняв головы от бумаг, тихо усмехнулся. Но Нару не остановилась.

— Хас! — её голос был полон тревоги. — К..ко мне в комнату только что зашёл какой-то мальчишка по имени Арт! — она замолкла, а потом исправилась, отчаянно пытаясь найти более точные слова. — Нет, подождите, не Арт… Это был безымянный парень. Он вёл себя странно, как будто знает меня.

Хас и Эдгар обменялись взглядами, и Хас, наконец, отложив документы, поднял глаза на Нару. Он не был особо удивлён её словами, но в его взгляде скользнула тень усталости. Он знал, что рано или поздно она столкнётся с этим.

— Я разберусь с ним, — сказал Хас, его голос был спокойным, но в нём слышалась решимость. — Это больше не повторится.

Нару ощутила, как тревога её усиливается. Она сделала пару шагов вперёд, не скрывая беспокойства.

— Ты знаешь его? Кто он такой, вообще? — её слова вырвались с такой силой, что даже Эдгар не сразу ответил.

Хас задумался. Он на мгновение закрыл глаза, будто вспоминая нечто важное. Нару не могла понять, что именно скрывает этот мужчина, но её интуиция подсказывала, что Хас не говорит всей правды. Это её ещё больше тревожило.

— Я не могу точно сказать, кто он. — Хас вздохнул, сложив руки на столе. — Он сам на вряд ли это знает. Он… всегда был странным. Мы с ним пересекались несколько раз, и каждый раз было что-то необычное. Я не думаю, что он опасен, хотя его намерения непредсказуемы.

Нару замолчала. Она стояла и пыталась переварить информацию. Всё это казалось неуловимым, как туман, не дающий чёткого образа.

— Так что он не враг? — наконец спросила она, ещё не совсем уверенная в его словах.

— Нет, он никогда не вёл себя агрессивно. Даже когда мы пересекались раньше, он всегда был... странным, но безвредным. — Хас покачал головой. — Как правило, он приходит, чтобы предупредить о чём-то важном. И да, когда он сказал, что будет нападение, я принял его слова всерьёз. Мы готовимся.

Нару ещё не могла прийти в себя от услышанного. Всё это ощущалось как затмение, как что-то, что ты не можешь полностью понять, но что-то внутри тебя настоятельно говорит, что это важно. Но теперь её вопросы не исчезли, а наоборот, возникли новые.

— А как мне быть с этим Артом? Или безымянным, как ты сказал... Хас, ты что-то скрываешь. Неужели ты ничего не знаешь о нём?

Хас снова встретился с её взглядом, и в его глазах мелькнула тень. Он вновь вздохнул, как если бы перед ним стоял огромный, непостижимый выбор.

— Он не опасен для тебя, Нару. Я не хочу, чтобы ты думала о нём как о враге. Просто будь осторожна с ним. Он не всегда говорит правду, но и не лжёт. Он... странный, но он помогает.

Нару выдохнула, пытаясь успокоиться. Её мысли, как вихрь, снова начали сбиваться в одну точку.

— Хорошо... — сказала она с сомнением в голосе. 

Хас кивнул. Он мог бы предложить ей сладости или что-то, чтобы под успокоить её, но решил, что важнее сейчас не это. Время было на вес золота.

— Пойди немного отдохни, Нару, — сказал он мягко. — Мы займёмся подготовкой. Всё будет в порядке.

Нару кивнула и повернулась, направляясь к двери. Как только дверь за Нару закрылась, Эдгар поднял брови.

— Ты действительно веришь, что всё будет в порядке? — его голос был тихим, но выразительным.

Хас посмотрел на него, и в его взгляде мелькнула тень усталости.

— Нет. Но другого выбора у нас нет.

Атмосфера в комнате снова стала тяжёлой, словно незавершённый разговор висел в воздухе, не давая возможности расслабиться.

— Ну что ж, продолжим, — сказал Хас с лёгким недовольством в голосе, будто устав от необходимости решать одни и те же вопросы. Он снова вернулся к своим документам, скользя взглядом по строкам, но не сосредоточившись полностью. Эдгар взял слово.

— Как я и сказал ранее, — начал он, подходя к столу, — ничего больше, кроме как убрать ману, мы не смогли сделать. Этот процесс тоже не даёт надежды. Мы не смогли восстановить её личность. Мы даже не уверены, что это возможно.

Он осторожно поставил перед Хасом колбу, в которой плавала густая тёмная жидкость, почти полностью чёрная, с мерцающими золотыми отблесками, как если бы на дне колбы прятались огоньки давно угасшего света. Хас бросил взгляд на это «зелье», но продолжил писать.

— Эта мана... — Эдгар продолжил, — она поглощена тем, что мы условно назвали «тенью». И даже сейчас, когда мы извлекли её, она всё ещё в каком-то смысле остаётся с ней.

Хас лишь кивнул, продолжая делать свои пометки в документах. Время шло, но разговор явно требовал большего внимания. Эдгар, чувствуя, что Хас был поглощён своими мыслями, продолжил:

— Эту тень мы пока не можем понять до конца. Мы предполагаем, что это связано с некой аномалией, с неизвестной болезнью фьеров. Проблема в том, что мы до сих пор не уверены, знали ли те, кто её заразил, что она человек. Обычно в таких случаях превращение в монстра неизбежно. Но она, видимо, не прошла этот этап. Личность была утеряна, но сама форма осталась... не монстром, но и не человеком.

Хас молча слушал, не прерывая Эдгара. Он только что закончил заполнять документы, но мысли о случившемся не оставляли его.

— Ты прав, — наконец сказал Хас, не отрывая взгляда от своих бумаг. — Но в этом есть ещё один момент. Правда ли, что её заразили из внешнего мира? Или это всего лишь вариант, который мы выбрали?

Эдгар замолчал, нахмурив брови. Он явно не ожидал такого поворота.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он, возвращаясь к Хасу взглядом. — Ты думаешь, что её мана могла измениться до состояния одичавших фьеров ещё до этого? Но... такого не было ни разу. Мы не видели, чтобы это происходило с кем-то из людей.

Хас отложил перо и поднял глаза на Эдгара. Его взгляд был сосредоточенным, но в нём также была некая тяжесть, как если бы вопрос, который он только что задал, был для него не просто очередным анализом, а чем-то намного более значимым.

— И всё-таки, я думаю, что именно этот вариант стоит рассмотреть. Она ведь была в теле человека, но её мана могла изменяться. Возможно, превращение в монстра не произошло только потому, что она была человеком. А вот как бы этот процесс мог повлиять на её моральное состояние — это уже другой вопрос. Но мы не можем игнорировать тот факт, что её состояние могло измениться и без внешнего воздействия.

Эдгар вздохнул, наконец осознав всю тяжесть ситуации. Он скинул с плечей напряжение, которое накопилось за последние минуты, и снова посмотрел на колбу с маной.

— Я не обдумывал подобный вариант, — признался он. — Особенно с учётом того, что такого за всё время ни разу не было. Это новый уровень… изменения.

Хас молча кивнул, скрестив руки на столе. Он ещё долго молчал, размышляя, прежде чем заговорил снова.

— Нам нужно больше информации. Мы не можем продолжать в том же духе, не зная всех фактов. Я решу, что делать с её маной. Но прямо сейчас самое важное — это понять, кто за этим стоит. Мы должны изучить её энергию, её изменённое состояние. Может быть, Эрисвелл сможет помочь.

Эдгар наклонился к столу, внимательно рассматривая лицо Хаса.

— Ты уверен, что это хорошая идея? Нам придётся работать с кем-то, кто может быть не совсем на нашей стороне.

Хас снова кивнул, и в его взгляде была ясность, которую Эдгар не мог игнорировать.

— С этим всё в порядке, у нас с ним договорённость. Эрисвелл не заинтересован в нас, и это даёт нам преимущество. Он не задаёт лишних вопросов.

Эдгар был готов возразить, но понял, что противиться уже поздно. Хас принял решение, и это было решением, которое нельзя было отменить.

— Я всё устрою. — Хас встал и направился к шкафу с документами. — Мы не можем позволить этому вопросу уйти в тень. Найдём ответы, даже если нам придётся искать их в самых тёмных уголках.

Он повернулся к Эдгару с таким выражением лица, что тот больше не стал спорить.

— Я продолжу наблюдения за состоянием девушки. Нам нужно время, чтобы понять её. А ты займись подготовкой встречи с Эрисвеллом. — Хас снова сел за стол, как будто не замечая, как сильно изменился ход их работы.

Эдгар кивнул и вышел, оставив Хаса одного в кабинете. Хас снова погрузился в бумаги, но теперь его мысли были заняты только одним — чем бы ни оказался этот случай, он должен был разобраться в нём до конца.