Эхо прошлого
Нару проснулась от странного ощущения. Что-то тяжёлое и шелковистое обвило её шею и плечи, заставляя поёжиться. Она нахмурилась, пытаясь смахнуть это с себя, но оно только сильнее липло к коже.
— Что за…?
Она резко села — и тут же почувствовала, как её тянет назад.
Волосы.
Длинные, тяжёлые, спутанные. Они лежали на подушке, свисали с кровати, цеплялись за ткань одежды и за руки, когда она пыталась их разгрести.
— Великолепно, просто замечательно! — пробормотала она раздражённо.
Попытавшись встать, Нару едва не упала — кто бы мог подумать, что волосы могут быть такой обузой?
«Нет, так невозможно жить».
Отрезать. Это единственное разумное решение.
Но вот идти снова к Хасу…
— Не-не-не… — пробормотала она, тряхнув головой.
Эдгар.
Он точно поможет.
Эдгара Нару нашла во дворе поместья. Он как раз проверял оружие, когда заметил её приближение.
— У тебя вид, как будто ты готова кого-то убить, — заметил он, убирая меч в ножны.
— Не исключено, — буркнула она.
Эдгар ухмыльнулся.
— Ладно, выкладывай.
— У меня проблема. — Она дёрнула прядь волос. — Я хочу их обрезать. И мне нужна твоя помощь.
Эдгар оглядел её с ног до головы, потом медленно кивнул.
— Ну, звучит не так сложно.
— Отлично. У тебя же есть что-то острое?
— Конечно, — он кивнул на мечи. — Но они тебе не помогут.
Нару замерла.
— Чего?
— Обычные лезвия их не возьмут, — пояснил Эдгар.
Она нахмурилась.
— С каких пор волосы могут не поддаваться ножницам?
— С тех самых, как ты — не человек.
Нару закатила глаза.
— Ты издеваешься?
— Абсолютно серьёзно, — усмехнулся он. — Единственное, что сработает, — это лезвие из маны, которое как раз есть у Хаса.
— А ты? Можешь тоже создать клинок какой нибудь?
— Ты даже представить не можешь как много маны нужно влить что бы создать материал такой плотности. Так что, тебе всё же лучше сходить к Хасу.
— О, отлично. Как раз то, чего я хотела… — пробормотала она себе под нос, раздражённо перебирая пряди.
Эдгар ухмыльнулся.
— Что, настолько не хочешь с ним снова общаться?
— Я бы предпочла проглотить эти волосы, чем снова с ним связываться.
— Ну, это тоже вариант, конечно… — протянул он задумчиво.
Нару сердито посмотрела на него.
— Ладно-ладно, без шуток, — он поднял руки в примирительном жесте.
Она тяжело вздохнула, глядя на длинные пряди, свободно спадающие с плеч.
— Придётся идти к нему, да?
— Похоже на то.
— Чёрт…
Эдгар лишь пожал плечами.
— Может, хоть весело будет.
Нару переминалась с ноги на ногу, пока Эдгар спокойно осматривал кинжал, явно не торопясь. Она несколько раз открывала рот, но так и не решалась заговорить.
— Что-то ещё? — наконец спросил он, не поднимая на неё взгляда.
— Ты… — Нару нервно одёрнула край рукава. — Ты не мог бы… пойти со мной?
Кинжал в его руках замер на мгновение, а потом снова пришёл в движение. Эдгар усмехнулся.
— Боишься?
— Нет! — она тут же вспыхнула. — Просто… ну…
— Просто не хочешь с ним разговаривать, — спокойно подытожил он.
Нару отвела взгляд.
— Я же говорил, Хас тебе не враг.
— Серьёзно?
Эдгар тихо хмыкнул.
— Да
— Но почему? Почему ты так уверен, что он не причинит мне вреда?
Эдгар наконец убрал кинжал и посмотрел на неё серьёзно.
— Потому что знаю. И, поверь, мне бы хотелось сказать тебе больше… но не вправе.
Нару нахмурилась, но спорить не стала.
— Он не тронет тебя, — твёрдо повторил Эдгар. — Если бы хотел, у него было достаточно шансов.
Она глубоко вздохнула.
— Ладно.
— Вот и молодец, — он улыбнулся и кивнул в сторону дома. — Давай, иди. Чем быстрее, тем лучше.
— Да знаю я… — пробормотала Нару, медленно разворачиваясь в сторону поместья.
Нару шла по коридору поместья, ощущая странное напряжение в воздухе. Ей казалось, что прислуги стало больше — или это ей просто мерещилось? Глаза слуг скользили по ней, кто-то останавливался в сторонке, чтобы рассмотреть, кто-то, наоборот, спешно отворачивался. Она хмурилась, но шла дальше, стараясь не зацикливаться на этом.
Дверь в кабинет Хаса была приоткрыта. Она постучала, но ответа не последовало. Сделав глубокий вдох, Нару осторожно заглянула внутрь.
Она ожидала чего-то мрачного, пропитанного тьмой, возможно, даже с полками, заваленными странными магическими артефактами. Но комната оказалась на удивление светлой. Белые стены, строгая, но просторная обстановка. Несколько книжных шкафов, пара кресел у окна, массивный рабочий стол, на котором были разложены бумаги. Всё выглядело упорядоченно, без намёка на хаос.
Хас стоял у стола, просматривая какие-то документы, но как только заметил Нару, тут же кивнул ей на стул.
— Садись.
Как только Нару села, Хас слегка наклонил голову и посмотрел на неё с любопытством.
— Ну? — протянул он, убирая бумаги в сторону. — Что привело тебя ко мне в столь ранний час?
В его голосе не было раздражения или нетерпения, скорее лёгкое любопытство, словно он заранее знал ответ, но хотел услышать его от неё.
— Я хочу отрезать это, — касаясь длинных прядей. — Они слишком длинные.
Хас усмехнулся, окинул её внимательным взглядом и покачал головой.
— Догадался, что так и будет, — произнёс он, разворачиваясь и убирая документы в дальний угол комнаты.
Нару проследила за ним взглядом.
— А что с ними не так? Почему они так выросли?
Хас, не оборачиваясь, продолжил:
— Мана влияет не только на тело, но и на волосы. Про цвет ты уже знаешь — он отличает фьеров от людей.
Он задержался на мгновение, словно что-то обдумывая, а затем тихо добавил, будто рассуждая вслух:
— Хотя… если подумать, люди могут покрасить волосы в яркие цвета и прикинуться фьерами… Но фьеры чувствуют своих, так что ладно.
Нару прищурилась, но промолчала.
— А длина? — вернула она его к теме.
Хас вернулся к столу, склонил голову набок и продолжил:
— Длина зависит от силы. Найлты всегда были известны мощной магией. У всех в вашей семье волосы длинные, но чаще всего их обрезали, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Нару задумалась.
— Но у моего отца короткие волосы.
Хас лениво пожал плечами.
— Он теряет силу. Поэтому уже не будет, как прежде.
Нару нахмурилась, машинально теребя кончик пряди.
— Значит, они выросли из-за того, что я использовала слишком много магии?
— Именно, — подтвердил Хас. — Ты выплеснула слишком большой объём маны, и это дало результат. Вот почему я сказал, что обучение должно быть под моим присмотром.
Он достал лезвие и шагнул ближе.
— Теперь давай исправим это.
Как только лезвие коснулось волос, что-то пошло не так. Магия внутри волос сопротивлялась, не давая просто так их срезать. Хас нахмурился.
— Ты успела их запитать, — пробормотал он, слегка сжав рукоять лезвия.
— Это… плохо?
— Не критично. Но теперь потребуется чуть больше усилий.
Он провёл пальцами по прядям, направляя свою ману, и на этот раз они поддались. Острые движения, несколько аккуратных срезов — и вот волосы снова приняли прежнюю длину. Едва он закончил, пряди слегка завились, возвращаясь к своему привычному виду.
— Готово, — сказал Хас, убирая лезвие. — Больше жалоб не принимаю.
Хас слегка покрутил в пальцах отрезанные пряди, рассматривая их в свете.
— И кстати, знаешь ещё один секрет волос фьеров?
Нару повернулась к нему, прищурившись.
— Какой ещё секрет?
Хас усмехнулся, будто намеренно нагнетая интригу.
— Они невероятно дорогие и ценные, — наконец ответил он, чуть приподняв волосы, чтобы Нару могла лучше их рассмотреть. — В них содержится так много маны, что это обеспечивает фьеров богатством. Вот почему среди нас так много знатных семей.
Нару удивлённо моргнула, а Хас, будто закончив объяснение, раскрыл ладонь. Отрезанные пряди плавно упали… но так и не коснулись пола. Они исчезли прямо в воздухе, словно сгорая.
Нару нахмурилась.
— Подожди… Куда они делись? Они просто испарились?
Хас уже отошел в другой угол кабинета и что-то доставал из-за больших книжных полок.
— Моё личное хранилище, — ответил он, чуть сощурившись. — Вдруг в будущем пригодится.
Хас направился в дальний угол кабинета, где за массивными книжными полками скрывался какой-то громоздкий предмет, укутанный в тёмную ткань. Он легко сдвинул его с места, откатив ближе к Нару, и, не медля, сорвал покрывало.
Перед ней оказалось большое зеркало в старой резной раме. Его стекло было покрыто тонким слоем пыли, но даже сквозь него отражение оставалось чётким.
Нару посмотрела на себя. Её волосы теперь выглядели аккуратнее, но всё равно оставались длинными, новые пряди чуть завивались на концах.
Одежда, которую она носила уже неделю, выглядела мятой, слегка запылённой, как будто она действительно жила в этом доме, а не просто находилась здесь временно.
Хас, стоя рядом с зеркалом, лениво склонил голову набок, наблюдая за отражением Нару. В глазах его мелькнул лукавый блеск, словно он заранее знал её ответ, но всё же спросил:
— Может, сходим по магазинам? Прошла уже неделя, а у тебя, кажется, всего пара нарядов.
Нару отвела взгляд от своего отражения, опустив глаза в пол. Она и сама знала, что её одежда оставляла желать лучшего — ткани слегка обтрепались, местами виднелись мелкие зацепки, а манжеты выглядели изношенными. Но предложение Хаса заставило её плечи едва заметно дёрнуться.
— Может… — пробормотала она. — А кто ещё пойдёт?
Хас усмехнулся, не скрывая лёгкой насмешки в голосе.
— Эдгар? Ни за что. Он скорее сожрёт себя заживо, чем согласится. Да и занят своими делами. — Он прищурился, будто что-то обдумывая. — А Дарвин сейчас, скажем так, работает.
Нару напряглась, сжав пальцы в кулак. Это слово ей не нравилось. Она слишком хорошо помнила, что «работа» для Дарвина означала что-то, что она не хотела знать в подробностях.
Она сделала вид, что её это не касается, и перевела взгляд на своё отражение в зеркале. Волосы лежали ровными прядями, но во взгляде всё ещё была неуверенность. Мысль о том, что ей придётся идти в город наедине с Хасом, вызывала тревогу, словно комок подступил к горлу.
Хас заметил её напряжение, но не подал виду. Он лишь слегка качнул головой и задал следующий вопрос:
— Ты хоть раз была в городе?
Нару посмотрела на него через зеркало. Ей даже не пришлось задумываться над ответом.
— Никогда.
Хас подхватил её мысль моментально, будто специально подталкивая к решению:
— Ну вот, отличный повод посмотреть. Побыть среди людей, увидеть город своими глазами. И тебе со мной будет куда безопаснее, чем с Эдгаром или Дарвином.
Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовался скрытый нажим. Нару понимала, что он хочет вывести её за пределы поместья. Ещё недавно она бы даже не задумывалась о таком варианте, но теперь...
Она посмотрела в зеркало ещё раз.
Её внутренний голос буквально кричал, чтобы она отказалась. Чтобы не соглашалась идти с ним. Слишком опасно, слишком непредсказуемо. Но в то же время, если она скажет «нет»... не факт, что у неё будет выбор.
Она закусила губу.
Правда в том, что ей действительно нужны были новые вещи. Она не хотела выглядеть так, будто носила одну и ту же одежду месяцами. И, несмотря на страх, она понимала, что от Хаса никуда не деться.
Может, этот выход в город даст ей что-то большее, чем просто одежду?
Нару глубоко вздохнула, словно пытаясь успокоить себя.
— Ладно… — прошептала она, наконец принимая решение.
Город оказался совсем не таким, как она себе представляла.
В книгах он казался чем-то таинственным, запутанным лабиринтом узких улочек, наполненным тенями и секретами. Но в реальности он жил, дышал, пульсировал движением. Шум улиц накатывал на неё волнами: звуки перекрикивающихся торговцев, гул голосов, скрип деревянных телег и звон подков о мостовую. В воздухе смешивались самые разные запахи: свежий хлеб, жареное мясо, специи, цветочные ароматы и что-то сладкое, тянущееся густым шлейфом от ближайшей кондитерской.
Нару шла медленно, широко раскрывая глаза, словно пыталась охватить взглядом каждую деталь. Она почти прижималась к зданиям, с любопытством разглядывая стеклянные витрины. В них отражался этот яркий, живой мир, наполненный движением и красками, таким отличным от её прошлого.
Витрина кондитерской привлекла её внимание. За стеклом лежали разноцветные пирожные, покрытые узорами из крема, карамельные леденцы в форме цветов, торты, украшенные тонкими шоколадными завитками. Сладкий аромат ударил в нос, заполняя лёгкие, пробуждая чувство, которое можно было назвать детским восторгом.
Она замерла, неосознанно шагнув ближе.
— Хочешь что-то попробовать? — раздался спокойный голос Хаса.
Он стоял чуть поодаль, наблюдая за ней с выражением, в котором смешались лёгкое любопытство и понимание.
Нару кивнула, не раздумывая.
Хас не стал спрашивать, просто вошёл в лавку и, даже не глядя на цены, купил ей несколько сладостей. Когда он передал бумажный пакет с выпечкой, она тут же достала мягкий бисквит, покрытый тягучим кремом, и с жадностью откусила кусочек. Он оказался ещё вкуснее, чем она могла себе представить — сладкий, чуть тёплый, тающий во рту.
Люди, проходившие мимо, бросали на неё взгляды. Некоторые задерживались на мгновение дольше обычного, словно узнавая или пытаясь вспомнить, кого она им напоминает. Но стоило им перевести взгляд на мужчину, стоявшего рядом, как они тут же отворачивались, ускоряя шаг.
Хас выглядел внушительно, даже пугающе, несмотря на то, что не был особенно крупным. Он казался чужим среди этого многолюдного, залитого солнцем города. Весь в чёрном: перчатки, водолазка, длинный плащ, скрывающий фигуру. Его взгляд был тяжёлым, а выражение лица — суровым, почти злобным.
— Ты всех пугаешь, — заметила Нару, перехватив очередной косой взгляд.
Хас не удивился, лишь чуть склонил голову, как будто задумавшись.
— Это хорошо, — спокойно ответил он. Затем, переведя взгляд на неё, добавил: — Так нам никто не помешает.
И он был прав.
Никто не пытался заговорить с ними, никто не мешал, никто не останавливал их. Они шли сквозь шумный город, словно сквозь волну, которая раздвигалась перед ними, но никогда не смыкалась за спиной.
Ателье оказалось просторным, с высокими окнами, пропускающими мягкий дневной свет. Воздух был наполнен приятным ароматом свежей ткани, древесины и чего-то едва уловимого — возможно, дорогих духов, которыми пользовались посетители. Просторный зал был заставлен манекенами, демонстрирующими изысканные наряды, а по стенам аккуратными складками ниспадали ткани самых разных оттенков и фактур.
Нару неловко огляделась. Здесь всё казалось слишком дорогим, слишком утончённым. Тонкие узоры вышивки, плавные линии силуэтов платьев, ровные стежки — в каждом изделии чувствовалось мастерство, к которому она не привыкла.
— Добро пожаловать, — раздался мягкий, мелодичный голос.
К ним тут же подошла молодая девушка, одетая в простое, но со вкусом сшитое платье. Её взгляд сначала остановился на Хасе, затем скользнул к Нару. В её глазах мелькнуло лёгкое удивление, но она тут же справилась с собой.
— Чем могу помочь, господа?
— Для девочки надо подобрать хорошие наряды, а также сделать несколько заказов на индивидуальный пошив, — ответил Хас, оглядывая зал с таким видом, будто был здесь не в первый раз.
Мастер слегка приподняла брови, но ничего не сказала. Она жестом пригласила Нару пройти к подиуму перед большим зеркалом. Девочка медленно подошла, бросая взгляд на своё отражение. В этом огромном, залитом светом помещении она казалась совсем маленькой, будто заблудившейся среди всех этих роскошных тканей.
Через минуту девушка уже ловко снимала с неё мерки, работая быстро и уверенно.
— Какие предпочтения? — спросила она, чуть склонив голову.
Нару задумалась, ощущая, как прохладная сантиметровая лента скользит по её коже.
— Что-то удобное, — наконец сказала она. — Не слишком тяжёлое, но прочное.
— Понимаю. Вам, полагаю, нужен костюм для путешествий?
Нару кивнула.
— В таком случае я порекомендую материал, который не сковывает движений, но при этом защищает от холода и влаги, — мастер слегка щёлкнула пальцами, и её ассистент тут же принёс несколько образцов ткани.
Пока Нару рассматривала предложенные варианты, пальцами пробегая по мягким и более плотным текстурам, Хас отошёл в сторону. Он скрестил руки на груди, наблюдая за процессом с тем выражением лица, которое сложно было прочитать — то ли безразличие, то ли лёгкое одобрение.
Когда мастер с ассистентом обсудили детали, был предложен окончательный вариант: чёрные брюки из прочной, но лёгкой ткани, удлинённый жакет, напоминающий лёгкий плащ, и рубашка с высокой горловиной.
— Вам также потребуется удобная обувь, — заметила девушка, взглянув на изношенные ботинки Нару.
— Да, думаю, да… — согласилась та, чуть смутившись.
На самом деле, она никогда раньше не задумывалась о том, насколько старая у неё обувь. В поместье отца всё появлялось само собой — новая одежда, книги, вещи. Здесь же ей приходилось решать такие вещи самостоятельно.
— И ещё… — добавила она, внезапно вспомнив. — Мне бы одежду на каждый день. Что-то простое.
Мастер кивнул, с одобрением отметив её выбор.
— Конечно, я подготовлю несколько подходящих комплектов.
Хас тем временем, сложив руки за спиной, наконец заговорил:
— И, если можно, добавьте что-нибудь в тёмных оттенках.
Девушка повернулась к нему с лёгким удивлением, но Хас смотрел на неё спокойно, доброжелательно.
— Конечно, мы учтём все пожелания, — с лёгкой улыбкой ответила она.
Нару, наблюдая за их коротким диалогом, заметила, что Хас здесь не просто посетитель — он явно бывал в этом ателье раньше. Но с кем? Для себя он вряд ли шил одежду на заказ, а значит…
Она скользнула взглядом по рядам дорогих тканей. В голове мелькнула мысль: а для кого именно он делал заказы?
Они выбрали несколько нарядов — удобные брюки, лёгкие рубашки, в этот список даже попали платья, хотя бы для себя. Нару хотелось выбрать что-то неприметное, но в итоге она остановилась на вещах с небольшими деталями, которые делали одежду более живой.
Пока Нару отошла к рядам с одеждой, перебирая ткани и изучая фасоны, Хас неспешно направился к стойке, за которой стояла девушка. Она что-то записывала в небольшой блокнот, её перо быстро скользило по бумаге, оставляя аккуратные строки. Но, заметив мужчину, она тут же отложила запись и выпрямилась, глядя на него с лёгким интересом.
— Чем могу ещё помочь? — вежливо поинтересовалась она, слегка склонив голову.
Хас медленно скользнул взглядом по её записям, будто выискивая что-то важное, а затем заговорил, тихо, но уверенно:
— Мне нужен дополнительный заказ.
Девушка не удивилась. Она лишь кивнула, развернув перед ним один из журналов с образцами тканей, аккуратно раскрывая страницы.
— У вас есть конкретные пожелания?
Хас молча провёл пальцами по одной из страниц, его движения были неторопливыми, словно он точно знал, чего хочет. Наконец, его палец остановился на плотной ткани тёмного оттенка.
— Этот вариант, — произнёс он, а затем скользнул ниже по палитре цветов, выбирая ещё один. — Нужно в двух цветах.
Девушка мельком взглянула на него, но не стала задавать лишних вопросов. Она быстро отметила что-то в записях, записывая детали заказа. Их разговор выглядел привычным, как будто они уже не раз обсуждали подобные вещи.
— Мы учтём ваши пожелания, — мягко добавила она, поднимая на него глаза.
— Как всегда, — спокойно ответил Хас, и в его голосе проскользнула лёгкая, почти незаметная теплота.
Пока они говорили, Нару продолжала осматривать магазин, даже не замечая, что Хас параллельно занимается чем-то ещё. Её пальцы осторожно пробегали по мягким тканям, глаза жадно впитывали цвета и узоры. Здесь было слишком много всего: кружево, лёгкий шёлк, плотная шерсть, даже что-то мерцающее, почти невесомое. Она никогда не видела столько одежды, собранной в одном месте.
Когда покупки были завершены, Хас шагнул ближе, поднял руку и, не совершая лишних движений, провёл пальцами по воздуху. В тот же момент вещи исчезли, растворившись в тонком серебристом свете.
— Что ты… — Нару нахмурилась, а затем догадалась. — Ты отправил их в поместье?
Хас усмехнулся, глядя на её слегка удивлённое лицо.
— А ты хочешь таскать их за собой по всему городу?
Она покачала головой.
— Тогда пошли дальше, — невозмутимо подытожил он.
Нару в последний раз взглянула в зеркало, поймав своё отражение. Сегодняшний день был странным. Утром ей было страшно выходить в город, особенно в сопровождении Хаса, но теперь... Теперь она впервые чувствовала себя частью этого мира.
Свобода. Это ощущение было странным, но приятным.
Её пальцы сжали ремешок небольшой сумки. Внутри лежали несколько красивых заколок, пара книг с затёртыми страницами, мягкий плед — он ей просто понравился, и она решила расположить его у себя в комнате. На губах ещё ощущался вкус горячего шоколада — сладкого, густого, чуть обжигающего язык, но по-своему уютного.
Всё это было новым для неё. Настоящим.
А потом и эти покупки исчезли, растворившись в воздухе, отправляясь вслед за одеждой, чтобы ничто не мешало этому моменту.
Нару хотела запомнить этот день как можно лучше.
Город был живым, наполненным разными звуками: гул голосов, цокот копыт, смех детей, стук каблуков. Где-то рядом торговец зазывал покупателей, нахваливая свой товар, в воздухе смешивались запахи свежего хлеба, пряностей и чего-то жареного. В отличие от её дома, здесь всё было открытым, просторным, не ограниченным стенами и запретами.
Но внезапно её лёгкость испарилась.
Когда они с Хасом проходили через небольшую площадь, взгляд Нару случайно зацепился за группу людей в доспехах. Их сверкающие доспехи сразу выдали в них рыцарей. Несомненно, они служили её отцу.
Нару резко замерла, чувствуя, как холодок пробежал по спине.
Один из рыцарей заметил её, его лицо исказилось удивлением, а потом напряжённостью. Он тут же повернулся к остальным и что-то быстро произнёс.
Сердце Нару застучало быстрее.
— Хас, — она дёрнула мужчину за рукав, но тот уже сам заметил происходящее.
Всё случилось слишком быстро.
Рыцари двинулись к ним, разделяясь, чтобы отрезать возможные пути к бегству. Кто-то из прохожих остановился, кто-то, наоборот, предпочёл скорее уйти прочь, видя напряжение, сгущающееся в воздухе.
— Стоять!
— Девушку схватить!
— Берите обоих!
Голоса прозвучали громко, резко, пронзая гул улицы.
Нару почувствовала, как напряглось её тело. Она судорожно огляделась — бежать? Но вокруг были люди, узкие улочки, дома, кареты... Нет, пути к отступлению нет.
Хас сжал челюсть. Она видела, как по его лицу пробежала тень раздражения. Он мог бы использовать магию, разнести здесь всё к чертям, но... В последний момент он лишь выдохнул. Он понимал: любое его действие может привести к разрушению или пострадавшим.
— Проклятье, — процедил он сквозь зубы, когда несколько рыцарей схватили его за руки, выкручивая их за спину.
Нару сопротивлялась. Она дёргалась в хватках солдат, пыталась вырваться, но её силы явно были недостаточны.
— Отпустите меня! — закричала она, извиваясь.
Но они лишь крепче сжали её запястья.
— Айросу будет доложено! Немедленно везём их к Найлту!
Нару пыталась вырваться, но тщетно.
Город, только что казавшийся таким живым и уютным, теперь выглядел чужим и враждебным. Он смотрел на неё множеством безразличных глаз, не вмешиваясь.