Выносливость, реальность и иллюзия

【Начальное достижение — Глубокий сон (2/7)】

На следующее утро, как только Цинь Ши открыл глаза, перед ним промелькнула текстовая информация и быстро погрузилась в глубины сознания. Кровавый эмбрион, похожий на проросшее семя, на панели Монумента с чёрной рамкой, казалось, стал немного больше и крепче.

【Якорь: Цинь Ши】

【Стадия роста: Эмбрион】

【Прогресс: 0.008%】

【Число монументов: 2】

«Хотя прогресс и не сдвинулся, я чувствую значительное улучшение. К тому же, очки роста постоянно накапливаются, так что в методах старика Ляна, должно быть, нет ничего плохого!»

После ночи глубокого сна Цинь Ши был полон сил. Усталость, накопившаяся от вчерашней тренировки, была полностью устранена и не застоялась в теле.

«Се Юйчэн говорил, что после первой проработки сухожилий мышцы так болят, что на следующий день даже с кровати встать не можешь… Старик Лян, должно быть, дал мне такую огромную нагрузку, потому что думал, что моё тело не выдержит, и я, натерпевшись, отступлю».

Цинь Ши быстро умылся. Младшая сестра Цинь Лань ушла рано утром, оставив на столе миску риса и чайник с горячей водой. Он достал из глиняного жбана с соленьями в углу комнаты две тарелочки закусок, залил рис в миске кипятком и принялся есть вприкуску с солёностями. Он жадно проглотил две большие миски, прежде чем урчащий от голода желудок наполнился процентов на пятьдесят-шестьдесят. В прошлом, когда семья жила бедно, они часто так просто перебивались.

«Тренировки и вправду требуют много энергии. Раньше мне хватало двух мисок, а сейчас я всё ещё чувствую голод, в животе пусто».

Цинь Ши невольно вспомнил о питательной еде в школьной столовой. Хотя синтетические продукты были невкусными и вызывали тошноту, они давали максимум энергии, которой точно хватало для поддержания тренировок.

Он бросил миску и палочки в пластиковый таз с водой, чтобы помыть по возвращении, плотно закрыл дверь и окна и побежал в сторону Девятой школы.

«Насколько повысилась моя жизненная сила, пока неясно, но после того, как старик Лян проработал мне сухожилия, мышцы определённо стали крепче и сильнее».

Цинь Ши мысленно прикидывал. Раньше дорога занимала у него полчаса, а в этот раз он добрался чуть более чем за двадцать минут. Причём он чувствовал себя легко, не обливался потом и не задыхался.

«Укрепление физической формы от проработки сухожилий видно невооружённым глазом».

Цинь Ши немного успокоил сердцебиение и купил в закусочной у школы несколько больших пирожков с мясом, чтобы набить желудок. Увидев, как знакомая фигура медленно входит в будку охранника, он вытер рот и перешёл дорогу.

— О, паренёк, ты чего снова пришёл? — опешил дедушка. — Тебя же вчера на спине домой унесли, всё ещё не сдался? Обязательно нужно искать мучений у старика Ляна?

Цинь Ши послушно улыбнулся:

— Да какой ученик сбегает после первого же урока. Я с детства хорошо учусь, у меня никогда не было неудовлетворительных оценок.

Дедушка посмотрел на Цинь Ши, который выглядел таким послушным и разумным, словно его собственный внук, и вздохнул:

— Старик Лян и так нарушает правила, набирая учеников на дополнительные занятия, а ты к тому же даже не из нашей Девятой школы…

Цинь Ши протянул руку через окошко будки и положил внутрь ту самую пачку сигарет «Лиминь» в твёрдой упаковке.

— Я правда хочу учиться у учителя Ляна, набраться опыта. Я очень хочу стать сильнее. Пожалуйста, сделайте для меня исключение.

Веки дедушки дрогнули, и он беспомощно произнёс:

— Эх, я же не специально создаю тебе трудности. Ладно, ладно, я стар, и глаза уже плохо видят, ничего я не видел. Запомни, заходи через заднюю дверь, не ходи через парадный вход.

Цинь Ши энергично закивал, подумав про себя, что старшая сестра была права: на свете нет такой мелочи, которую нельзя было бы решить пачкой сигарет! А если одной пачки не хватит, то двумя!

……

— Ты… как ты здесь оказался? — увидев полного жизни Цинь Ши, учитель Лян мгновенно остолбенел.

— Разве не вы сказали мне походить два дня, посетить два занятия? — с искренним лицом ответил Цинь Ши, изо всех сил стараясь сдержать подступающую к губам ухмылку.

Как бы старик Лян ни просчитывал, ему не победить читера!

— Ты можешь ходить? — крайне изумился учитель Лян.

— Я прибежал сюда, — честно ответил Цинь Ши.

— Это… невозможно!

— Я, должно быть, вчера перепил и ещё не протрезвел!

«Этого же не может быть», — подумал учитель Лян. Даже если Цинь Ши учился в Первой средней в агломерации, и его развитие жизненной силы было на ступень выше, чем у учеников из Девятой школы, он всё равно не мог выдержать такое жестокое испытание проработкой сухожилий!

— Ты принимал какие-то препараты? — с подозрением спросил учитель Лян.

В последние годы в агломерации набрала популярность «технологическая мода»: если что-то не получается, сначала закинься добавками, если не хватает силы — вколи запрещённые препараты. Безусловно, такой способ мог позволить обычному человеку за короткое время добиться скачкообразного роста общих показателей. Причём улучшения касались всего, от телосложения до мышц! Но цена за это была ещё выше, чем при тренировках по Старому боевому искусству. Такие вещи, как закупорка сосудов или преждевременное старение органов, были ещё цветочками. Некоторые безумцы, не ведающие страха смерти и бездумно вводившие себе большие дозы, даже провоцировали телесные уродства и превращались в нечеловеческих существ.

Цинь Ши криво усмехнулся:

— По-вашему, я похож на богача?

Учитель Лян потерял дар речи. Этот парень прятал плату за обучение в потайном кармане штанов, и от него так и веяло бедностью, которую было трудно скрыть.

— Подойди, подними руку, дай-ка я прощупаю.

Он протянул руку, схватил Цинь Ши за плечо и с силой принялся его разминать. Через мгновение удивления в его глазах стало ещё больше.

«Вчерашняя проработка сухожилий была такой интенсивной, а у него не накопилось ни малейшей мышечной усталости, неудивительно, что нет боли… Этот парень и вправду невероятно вынослив!»

На краю спортивной площадки Се Юйчэн прекратил разминку:

— Ничего себе, как этот братан умудрился прийти, будто ничего и не было? После того, как старик Лян его так мучил, он ещё и с кровати смог встать?

Ли Юань, стоявший рядом и делавший растяжку, взглянул на хрупкого и миловидного Цинь Ши:

— Да и телосложение у него не выглядит таким уж крепким. Старик Лян стопроцентно его пощадил! Если бы он по-настоящему прорабатывал его минут двадцать, а тот всё равно был бы жив-здоров, то кем бы он был, каким-нибудь легендарным королём выносливости!?

Се Юйчэн почесал голову. После того как он проводил Цинь Ши домой, он специально расспросил о нём и узнал, что тот учится в Первой средней в агломерации. Он был довольно известным на Старой заводской улице представителем «хороших учеников» и «послушных детей».

— Трудно сказать, он ведь учится не в школе для детей рабочих. Брат Цзэ говорил, что богатые детки из агломерации уже со средней школы пропадают в центрах совершенствования, некоторые получают ранг в одиннадцать-двенадцать лет.

Ли Юань встал и сплюнул на землю, не скрывая своего презрения:

— К чёрту эту агломерацию! Если бы не наш Данъян, который вливал в неё ресурсы, смогла бы она так быстро развиться? Возомнили себя господами из столицы!

Се Юйчэн усмехнулся, относясь к этому проще:

— Брат Юань, ты на уроках невнимательно слушал. Политика Восточной Ся по освоению новых административных звёзд всегда заключалась в централизованном строительстве крупных агломераций вокруг главного города, который и несёт на себе бремя кровоснабжения. Окружающие районы выступают в роли доноров. Ну, это называется местная поддержка, сначала богатые помогают стать богатыми остальным.

Ли Юань, полный недовольства, не удержался и выругался:

— Они высосали все соки из района Данъян, чтобы построить агломерацию Тайань, и что в итоге? Где в последние годы была помощь нам, Старой заводской улице?

— Кхм, кхм, интересно, как старик Лян будет сегодня мучить этого братана, — сменил тему Се Юйчэн.

Семья брата Юаня раньше была стандартной рабочей семьёй: отец работал сборщиком в военном цеху, а мать — на хлопчатобумажной фабрике. Позже, когда нагрянула та волна увольнений, они в одночасье лишились обеих опор, и семья пришла в полный упадок. Поэтому у него было много обид на агломерацию Тайань.

Ли Юань скривил губы:

— Проработка сухожилий — это всего лишь испытание, вот поймать ощущение «ци» — это действительно сложно. Без этого шага он даже порога Старого боевого искусства не увидит!

……

— Неплохо, очень неплохо, похоже, твои «сухожилия» очень крепкие. Можно сказать, у тебя подходящее телосложение для Старого боевого искусства, — на краю площадки учитель Лян на удивление похвалил его. — Ладно, сегодня я преподам тебе ещё один урок! Жизненная сила - это нечто эфирное, её нельзя увидеть, нельзя потрогать, это называется «иллюзорное». Тело человека - это корень, порождающий кровь и плоть, это называется «реальное». Секрет развития жизненной силы в Старом боевом искусстве заключается в том, чтобы «вскармливать иллюзорное реальным».

Слушая это, Цинь Ши почувствовал желание почесать голову. Неудивительно, что Восточная Ся продвигала Новое боевое искусство. От таких витиеватых речей голова шла кругом, и было совершенно непонятно, в чём их истинный смысл.

Поэтому он серьёзно спросил:

— Учитель Лян, а что значит «вскармливать иллюзорное реальным»?

(Конец главы)