Чэнь и Линь полмира держат, а Цинь и Чжэн все улицы заполонили

«Бесчеловечно богата! Бедность действительно ограничивает моё воображение».

Цинь Ши и представить себе не мог, что кто-то может установить у себя дома измеритель жизненной силы стоимостью в несколько миллионов и пользоваться им как бытовым прибором. Это было сродни тем богачам из его прошлой жизни, которые держали акул в морских аквариумах или выделяли участок земли для содержания слонов. Цинь Ши мысленно добавил к ярлыку «стерва» ещё один — «богачка из Тайаня».

— Учительница Линь, у вас дома действительно довольно просторно.

Место, где жила Линь Юньцин, находилось в относительно тихом районе Наньцзян агломерации Тайань. Её внушительный и властный «Покоритель морей», проехав через несколько кованых ворот, въехал в гараж отдельного особняка. Сидя на пассажирском сиденье, Цинь Ши ощущал лишь одно: общественный облик государства Ся и пропасть между бедными и богатыми представляли собой огромный, межэпохальный разрыв. Путь от Старой заводской улицы до района Наньцзян казался ему путешествием через почти столетний процесс развития, что было просто невероятно.

«Дети из богатых семей агломерации могут на свой день рождения потребовать в подарок спортивную машину, в то время как дети рабочих из восточного пригорода Данъян не смеют даже попросить купить им новые кроссовки».

В душе Цинь Ши царили смешанные чувства. Неужели первоначальные дивиденды от освоения новых звёзд нисколько не коснулись низов старого города? Это было ему трудно понять. Так же, как он не мог смириться с тем, что в эру Великого Космоса для использования средств связи и интернета требовался высокий порог вхождения.

— Приехали, ассистент Цинь, — Линь Юньцин припарковала машину, и Цинь Ши последовал за ней в лифт.

Динь-дон.

Прямо на первый этаж.

Войдя в дом и пройдя через прихожую, Цинь Ши увидел, как перед ним открывается простор. Зал с потолками высотой в пять метров был ярко освещён и сиял чистотой. От отделки до дизайна, всё было выполнено в довольно старомодном стиле, с преобладанием ярко-красных и тёплых жёлтых тонов.

— Этот дом моя невестка раньше купила для родителей мужа, чтобы они здесь жили на пенсии, — Линь Юньцин сняла шляпу и маску, которыми прикрывала подбитый глаз. — Но они уехали в столицу повидаться со старыми друзьями и вряд ли скоро вернутся, поэтому разрешили мне пока пожить здесь.

Хотя образ Линь Юньцин был полон контрастов, правила этикета она соблюдала безупречно. Она пригласила Цинь Ши сесть, а затем принесла ему бутылку газировки, чтобы утолить жажду.

«Если эта стерва не сходит с ума, её вполне можно назвать благовоспитанной дамой», — Цинь Ши, посасывая через соломинку ледяной напиток, небрежно начал разговор.

— Учительница Линь, вы родом из Хэнчжоу?

Линь Юньцин покачала головой:

— Мои родители — учителя, мне часто приходилось переезжать вместе с ними, менять школы, города. Я пожила и в Хэнчжоу, и в Ячжоу, и в Хайчжоу, и в столице… Мой старший брат пошёл по стопам отца, тоже стал учителем, и его только недавно перевели в Хэнчжоу.

«Могут ли учителя позволить себе такой особняк?» — мысленно прикидывал Цинь Ши, решив, что это вполне возможно. В отличие от его прошлой жизни, в государстве Ся статус Министерства образования был довольно высок, почти не уступая Ассоциации боевых искусств, раскинувшей свои сети по всей галактике. Обе организации были независимыми гигантами. Это привело к тому, что академические круги и верхушка Ассоциации боевых искусств стали двумя великими барьерами, которые необходимо было преодолеть выходцам из простого народа. Без связей или удачного случая было трудно пробиться и по-настоящему выделиться.

Линь Юньцин, прихлёбывая чай, продолжила:

— Впрочем, мой отец действительно родом из Хэнчжоу. Я помню, в Хэнчжоу есть старая поговорка: «Чэнь и Линь полмира держат, а Цинь и Чжэн все улицы заполонили». Это всё большие фамилии, великие кланы, которые одними из первых, не жалея себя, приняли участие в освоении новых звёзд. Они постепенно пускали здесь корни, разрастались и формировали уклад. Многие говорят, что за каждым грандиозным освоением новых звёзд стоит история нескольких кланов, и в этом есть доля правды.

Чэнь, Линь, Цинь, Чжэн.

Цинь Ши мысленно повторил эти фамилии. Хотя его фамилия «Цинь» и была в этом списке, но к знаменитой семье Цинь из города Яньчэн он не имел никакого отношения, как говорится, седьмая вода на киселе. За сотни лет освоения фамилии и родословные передавались из поколения в поколение, разрастаясь повсюду. Кроме так называемой «основной ветви», побочных ветвей развелось не счесть. Это как в прошлой жизни, когда люди с фамилией Лю называли себя потомками династии Хань, а с фамилией Чжу — потомками династии Мин. Верить этому было нельзя.

— В агломерации Тайань Чэнь и Линь - большие фамилии, а в Яньчэне и Чжоучэне больше Циней и Чжэнов, — Линь Юньцин держала в руках чашку с горячим чаем. — Когда я узнала, что ваша фамилия Цинь, я сначала подумала, что вы, ассистент Цинь, из семьи Цинь из Яньчэна. Не ожидала, что вы родом со Старой заводской улицы. Старое боевое искусство по сравнению с Новым требует меньше денег, но чтобы по-настоящему в нём преуспеть и далеко пойти, тоже нужен либо семейный капитал, либо спонсорская поддержка.

— Спонсорская поддержка? — с любопытством спросил Цинь Ши.

— В девяти древних звёздах и двадцати пяти административных новых звёздах государства Ся немало учеников из простых семей, которые поступают в четыре национальных университета и другие ведущие вузы. Но вложения в развитие жизненной силы очень велики, поэтому для таких направлений, как «мастер боевых искусств», «механик» и «псайкер», Министерство образования запустило соответствующие программы помощи учащимся, — объяснила Линь Юньцин.

— Например, для мастеров боевых искусств есть три категории: «Палящее Солнце», «Сияющая Луна» и «Сверкающая Звезда». Каждая из них даёт право на получение беспроцентного кредита от миллиона до ста миллионов, а также невозвратного фонда поддержки. Всё это выделяется из бюджета Министерства образования и является государственной стипендией.

Глаза Цинь Ши загорелись, а в груди стало жарко. «Интересно, на какой уровень может претендовать он, гений Старого боевого искусства, признанный стариком Ляном? Даже если это будет всего лишь "Сверкающая Звезда", это несколько миллионов беспроцентного кредита и "фонд роста" от Министерства образования. Этого будет достаточно, чтобы он мог жить в своё удовольствие, свободно питаясь высокоэнергетической пищей. А о создании профессиональной команды, которая бы обеспечивала медицинскую, диетическую и техническую поддержку, и говорить нечего».

Заметив интерес Цинь Ши, Линь Юньцин, чьё сердце Дао было сокрушено, вдруг воспряла духом.

— Я помню, у ассистента Циня скоро выпускные экзамены. В какой университет вы собираетесь поступать?

Цинь Ши подумал про себя: «Я бы хотел поступить в один из четырёх национальных, но вряд ли они меня примут». Он тщательно подбирал слова и ответил стандартно:

— У меня пока нет точных планов. Дождусь результатов экзамена на ранг после начала учёбы, а там и решу.

«Если в ближайшее время мне удастся сокрушить ещё один предел и поднять жизненную силу выше двадцати единиц, то я смогу достичь базового проходного балла в университет Цигуан-Хэн или Политех Цзякай. Что же касается тех четырёх национальных, что существуют лишь в легендах и кажутся недосягаемыми — "Юго-Западного объединённого", "Северно-китайской имперской столицы", "Возрождения Тунвэнь" и "Янчэнь Бову", — то о них могут мечтать лишь те, кто уже одной ногой стоит на пороге профессионального ранга».

— Я думаю, университет Цигуан-Хэн очень хорош. Там сильный и опытный преподавательский состав, богатая программа по направлению «мастер боевых искусств». Ассистенту Циню стоит его рассмотреть, — моргнув, сказала Линь Юньцин.

«Раз уж меня саму сбили с ног и сокрушили моё сердце Дао, то терять нечего. Пусть и те заносчивые типы из университета Цигуан-Хэн испытают это чувство. Запустить гениальный росток, тщательно взращённый и закалённый тайной школой Старого боевого искусства, в самое сердце процветающего Нового боевого искусства в Цигуан-Хэн! Эффект от такого шоу будет просто ошеломляющим».

«Ке-ке-ке-ке, смотреть, как первокурсников безжалостно топчут, как они стискивают зубы и терпят унижение! От одной мысли об этом я прихожу в восторг!» — Линь Юньцин не удержалась и хихикнула, и от её элегантности, которую она так недолго поддерживала, не осталось и следа.

«Эта стерва опять с ума сходит».

Уголки рта Цинь Ши дёрнулись. Она говорила так, будто первый университет Хэнчжоу, Цигуан-Хэн, — это её семейное предприятие. Разве туда можно поступить просто по желанию?

— Учительница Линь, могу я одолжить ваш измеритель жизненной силы? — допив газировку, Цинь Ши перешёл прямо к делу.

— О, да. Конечно, я сейчас отведу вас в подвал.

Глаза Линь Юньцин забегали. Она начала прикидывать, как бы заманить ассистента Циня в университет Цигуан-Хэн. «Если гений школы Старого боевого искусства разнесёт оплот Нового… как тогда профессорский совет сможет сохранить лицо».

(Конец главы)