Глава 204.0

Глава 204

Несмотря на всю абсурдность происходящего, я спокойно спросила:

— Ты… даришь мне цветы? После того как назвал меня своей невесткой?

— Да и да. Мне совершенно ясно, что ты очень важный человек для Реминика, так почему бы мне не называть тебя невесткой?

Я несколько секунд смотрела на юношу, пытаясь осмыслить его необычную логику.

— Что-то не так? Мне стоит обращаться к вам по официальному титулу?

— Нет, называй как хочешь, — уступила я. Мне было всё равно.

Ригарез снова подтолкнул ко мне роскошный букет, словно настаивая, чтобы я его взяла.

После короткого колебания я всё же приняла цветы.

— А где мой брат? — тут же спросил принц. — Почему его нет рядом с тобой?

— Как думаешь почему? После того как все узнали, что он принц, ему буквально не дают покоя.

— Что?! Кто его достаёт?!

Раз уж он действительно не понимал, пришлось объяснить.

— Практически весь мир. Включая тебя.

Ригарез на секунду перестал дышать.

Похоже, мои слова о его многолетней одержимости поисками Тесилида действительно его потрясли.

Однако, когда дело касалось брата, он умел быть удивительно разумным.

Поэтому спорить он не стал.

Лишь кивнул и спросил:

— Он ведь ничего не помнит о прошлом?

— Нет.

— Есть способ вернуть ему воспоминания?

Воздух словно потяжелел.

Я молчала.

Какой же он глупый.

Он действительно думал, что воспоминания о детстве помогут восстановить семейные отношения.

Но Тесилид избегал Ригареза и королеву Лавиосу вовсе не потому, что забыл счастливое детство.

Причина была противоположной.

Он помнил слишком много ужасных воспоминаний из своих прошлых жизней.

Заставлять его вспоминать ещё больше ради Ригареза и Лавиосы, когда по сути ничего не изменилось, было бы жестоко.

— Всё не так просто, маленький принц, — тихо сказала я.

Я уже собиралась уйти, когда сообщение богов заставило меня замереть.

⟬Гурман Клише облизывается в предвкушении воссоединения матери и сына.⟭

Что?

Воссоединение матери и сына?

Только не говорите мне…

Намёк был настолько очевидным, что ноги сами понесли меня вперёд.

— Увидимся позже, маленький принц!

— Подожди! — крикнул он.

Но я уже убежала.

⟬Гурман Клише советует повернуть направо и идти прямо.⟭

Когда я добралась до указанного места, передо мной уже разворачивалась сцена, которой я боялась.

✠ ✠ ✠

Во время богослужения Тесилид затерялся среди толпы, наблюдая за Айлетт издалека.

Когда её божественная сила поднялась до девятого ранга, его охватили противоречивые чувства.

В конце концов, Бог был его врагом.

А Айлетт Роделайн с каждым днём становилась всё ближе к Порядку и Добру.

Казалось, между ними вбивают клин.

Словно её утягивает в место, до которого он никогда не сможет дотянуться.

Тесилид давно уже пал.

Он жил на самом дне бездны, в которую когда-то был сброшен и из которой так и не выбрался.

А Айлетт, напротив, продолжала подниматься всё выше и выше.

Однажды она окажется рядом с самим Богом.

От одной этой мысли становилось трудно дышать.

Церковь, в которой он сейчас находился, была настолько переполнена божественностью, что напоминала ядовитый газ.

Поэтому сразу после окончания службы он первым покинул зал.

Ноги сами привели его к фонтану во внутреннем дворе.

Но оказалось, что это было не лучшее место для покоя.

— Реминик.

От тонкого дрожащего женского голоса он вздрогнул.

Тесилид понял свою ошибку в тот момент, когда инстинктивно обернулся на имя, которое даже не принадлежало ему.

Левое запястье обожгло.

Стигма на его теле требовала проявить доброту к женщине перед ним.

С неохотой он повернулся.

И увидел благородную даму, сидевшую рядом с ним во время службы.

Королева Лавиоса сняла вуаль и посмотрела на него глазами, полными тоски.

Тесилид не удивился.

Он узнал её голос ещё тогда, когда она его окликнула.

— Реминик… Это действительно ты, — прошептала она.

— Что вы здесь делаете без охраны?

— Не мог бы ты… уделить мне немного времени? Я хочу поговорить.

— Согласно заповеди Бога я обязан быть добрым. Поэтому делайте что хотите.

Ответ был сухим и бесстрастным.

Настолько холодным, насколько ему позволяла стигма.

И всё же риск потерять немного божественной силы явно того стоил.

Королева тихо ахнула, словно её пронзили ножом.

С трудом выдавливая голос, наполненный болью и гневом, она спросила:

— Это религиозный орден сделал тебя таким? Нет… не отвечай. Я уже всё выяснила. То, как с тобой обращалось Святое Королевство Эльфенхайм… Всё, через что тебе пришлось пройти бы, если бы не Божественная Посланница… Я слышала обо всём. Я никогда не смогу их простить. Если хочешь, я могу…

— Сейчас всё хорошо. Потому что рядом со мной Божественная Посланница.

Тесилид произнёс это коротко.

Оба прекрасно услышали недосказанную часть фразы.

«Поэтому вы мне не нужны.»

Осознав смысл его слов, королева почувствовала отчаяние.

Расстояние между ней и сыном оказалось слишком велико.

— Реминик…

— Тесилид.

— Да… Тесилид… Я понимаю твои чувства. Ты наверняка слышал обо мне слухи. И наша первая встреча… была далеко не самой приятной. Я знаю… мои слова были жестокими…

— Слова?

Тесилид невольно переспросил.

В голосе звучало искреннее недоумение.

— Я говорю о том случае… когда сказала, что выпорю тебя.

— А-а.

Это прозвучало почти как вздох.

— Так вот почему вы думаете, что я веду себя подобным образом.

К сожалению, в его случае эти слова не были просто словами.

Это действительно происходило.

И угрозы избиения тоже.

И не только они.

Мир был устроен обманчиво.

После каждой его смерти всё сбрасывалось заново.

Поэтому грешники освобождались не только от наказания за свои грехи.

Но даже от знания о них.

Поистине впечатляющее проявление божественного милосердия.

Разумеется, королева Лавиоса не могла понять пропасть между ними.

Она лишь пыталась понять Тесилида таким, каким он был сейчас.

— Я знаю, что разочаровала тебя. Да, я действительно была жестокой. Да, я собиралась причинить тебе ужасную боль. Но теперь я изменюсь. Остаток своей жизни я проведу в покаянии за свои грехи. Поэтому… пожалуйста… не дашь ли ты мне шанс?

Тесилид молчал.

Королева восприняла это как разрешение продолжить.

— Ты этого не помнишь, но когда-то всё было хорошо. Мы были семьёй. Клянусь своей жизнью — мы действительно любили друг друга. Ты и Ригарез были моими сокровищами. Я не могла мечтать о лучших сыновьях. Когда вы улыбались и бросались ко мне в объятия, дворец переставал быть адом и превращался в цветущий сад. Вы оба… особенно ты, Реминик… говорил, что он становится пряничным домиком.

Глаза королевы затуманились воспоминаниями.

— Когда-то это была наша жизнь. И я молюсь, чтобы ты вспомнил хотя бы часть её. Это были прекрасные воспоминания. Будет жаль потерять их навсегда.

Закончив рассказ, Лавиоса достала что-то из складок платья.

Это был флакон с таинственно мерцающим зельем.

— Это особое лекарство, приготовленное из Плода Воспоминаний. Оно поможет тебе вспомнить счастливые моменты детства. Обещаю, оно безопасно.

В её глазах читалось отчаяние.

Тесилид молча смотрел на зелье.

Он прекрасно знал, что это такое.

За бесчисленные жизни он накопил достаточно знаний, чтобы распознавать подобные вещи.

Один из драгоценных артефактов Золотой Башни Слоновой Кости.

Очень эффективный.

Без побочных эффектов.

Но лично использовать его ему никогда не приходилось.

— Давай вернём твои воспоминания, Реминик. Если ты вспомнишь, всё изменится.

Королева была убеждена.

Она верила, что счастливые воспоминания прошлого вновь соединят её семью.

В конце концов, вся её жизнь изменилась из-за любви к сыну.

Она имела право верить в это.

Проблема заключалась в том, что Тесилид Аржанте был регрессором.

Человеком, который прожил слишком долго.

Сломленным.

Уставшим.

Он ненавидел людей.

Ненавидел мир.

И после всего этого я должен дорожить воспоминаниями о детстве? Вспоминать семейную любовь?

Ему было отвратительно.

Казалось, сам мир, отчаянно пытающийся не разрушиться, снова ищет способ управлять им.

Он не хотел новых воспоминаний.

Старых было более чем достаточно.

Пора было положить всему этому конец.

Он просто хотел, чтобы все оставили его в покое.

Все, кроме Айлетт.

Пожалуйста…

Только ему приходилось хранить эти воспоминания вечно.

Разве не жестоко требовать, чтобы он помнил ещё больше, когда никто из них не помнит прошлых жизней, через которые он прошёл?

От одной этой мысли становилось невыносимо.

— Что бы вы сделали, если бы я сказал, что есть воспоминания, которые должны вернуть именно вы, Ваше Величество?

Неожиданный голос прервал разговор.

Эти слова мгновенно вырвали Тесилида из мрачных мыслей.

Он обернулся.

И сразу увидел Айлетт.

Окружённую цветами.

Сияющую ярче, чем когда-либо.

— Возьмите, Ваше Величество, — сказала она и вручила королеве огромный роскошный букет.

Очевидно, она намеренно создавала физическую преграду между матерью и сыном.

Королева машинально отступила назад.

Но мысли её были заняты совсем другим.

— Божественная Посланница. Что вы имели в виду?

— Именно то, что сказала.

— Вы хотите сказать, что я забыла какие-то воспоминания?

Айлетт промолчала.

Этим молчанием она ясно дала понять, что не может рассказать больше.

Тогда королева перевела отчаянный взгляд на Тесилида.

— Что она имеет в виду? Чего ещё я не знаю?

Лавиоса настойчиво требовала ответа.

Айлетт просто смотрела на него.

И почему-то именно это подтолкнуло Тесилида к решению.

Ха…

Какой смысл продолжать жить, задыхаясь от всего этого?

Тесилид принял решение, совершенно не похожее на него самого.

Впервые за несколько тысяч лет он сказал правду.

— На самом деле… я регрессор.