Глава 4.0

«Знания принадлежат человечеству» — это выражение часто можно услышать в толпе. Человек разумен, и только он достиг такого уровня сознания. Лишь люди способны изучать этот мир, однако именно люди всегда стараются спрятаться от правды. Ведь на вкус она гнилостная и противная — такая, которую невозможно проглотить.

Что случается с тем, кто готов признать истину до конца?.. Этого не знает никто.

***

Голова с трудом оторвалась от подушки. Сон в который раз ни к черту. Раньше уснуть мне всегда помогала фантазия: я придумывал иные сценарии жизни, представлял места, где по законам этого мира мне никогда не побывать. Но теперь, когда воображение вызывает лишь тревогу и трепет сердца, заснуть стало почти невозможно.

— Доброе утро, братик! — улыбнулась мне Момо, как только я спустился вниз.

Ответив ей коротким кивком, я спустился на кухню. Вчера вечером аппетита не было от слова «совсем», зато сегодняшний завтрак оказался на редкость сытным. Не каждый день я ем по утрам рис, тем более такими порциями.

Вкус зерна казался сегодня непривычно насыщенным, словно я пробовал что-то экзотическое, чего никогда не встречал раньше. Сладковатый, слегка влажный, приятно обволакивающий, а не сушащий рот рис. Я ел медленно, стараясь запомнить это ощущение реальности.

— Ты сегодня какой-то… задумчивый, — мама поставила передо мной кружку чая. — Опять допоздна засиделся за книгами?

— Вроде того, — соврал я, не поднимая глаз от тарелки.

— Знаешь, я же тоже была такой: «Учиться, учиться и ещё раз учиться!» — посмеялась мама. — Засиживалась за книжками, но… пожалей себя. Высыпайся, сынок — это я тебе на личном опыте говорю. Я так чуть не уснула на итоговом по японскому.

Все же даже в таком мрачном утре, я узнал что-то хорошее. Теперь понимаю в кого я такой заядлый ученик, но… У мамы много друзей одноклассников, даже тех, кто остался в Комати. Наверное, я ее «переплюнул» в поглощение знаний…

Закончив с едой, я поблагодарил маму и пошел собираться.

Понедельник — начало недели, которое принято считать временем новых свершений. День, когда наши поиски правды официально начались. Я не понимал, что мне чувствовать: радоваться или отчаиваться? Казалось, оба варианта идеально подходили к нашей ситуации.

Стоя перед воротами, я не встретил никого из друзей. Тяжело вздохнув под редкими каплями моросящего дождя, я зашел в здание Тэнсин.

— Сегодня никто не встречает? — вдруг спросил сторож, безуспешно пытаясь вставить батарейку в мобильник. — Если что, тебя ждали. Блондин один. Его просто увела за собой та девочка, что из больницы недавно вернулась.

— А вы даже запомнили, кто меня ждет?

Мужчина неловко улыбнулся, поправив объемную темно-каштановую прическу.

— Каждый день тут кто-то стоит и уходит только с тобой. Естественно, запомнил. Вас, кажется, четверо? А нет, еще рыженький есть, верно?

Это он про Аоки?

— Нет, мы только вчетвером близко общаемся.

— Ну, это тоже неплохо, — вздохнул он. — Всегда есть с кем время провести. Даже выбор есть, если что!

— А вы… один? — решился спросить я.

— Да не то чтобы… — Мужчина захлопнул крышку телефона, почесав грубую щеку. — Можно сказать, просто завидую. Я в твоё время ненавидел школу. Учился плохо, забивал в общем на все. А вот теперь я вернулся. Из-за учебы я просто сторож, но… Спустя время я смог понять насколько хорошее место эта школа.

«Хорошее место?» Когда-то я бы с ним согласился, но теперь я знаю, какой школу видят многие из учеников на самом деле.

— Инудзука Макото, — представился я. — Мы общаемся уже не в первый раз, так что для приличия представлюсь.

— Сама вежливость, — улыбнулся он и протянул руку. — Куроно Рёсукэ. Понадобится исправить оценки ночью — обращайся, — Куроно рассмеялся. — Шучу, конечно.

С улыбкой я пожал его ладонь. Будет намного лучше, если у нас будет знакомый в стенах школы, где и находятся потенциальные жертвы.

— Куроно-сан, у меня вопрос… Вы не видели здесь странно ведущих себя людей? Учеников, учителей?

— Странных? — нахмурился мужчина. — Ну, для каждого «странность» своя. А так… нет, пожалуй, не видел. А ты кого-то ищешь? Просто скажи, я постараюсь помочь. Я каждого на выходе вижу.

— Нет, не ищу. Просто проверял, не доходили ли до взрослых слухи про странную девочку, которая якобы духов видит.

Куроно удивленно поднял брови.

— Даже так… — пробормотал он. — Ну, хорошо, что всего лишь слухи.

Попрощавшись с охранником, я поднялся в класс.

В сером от пасмурного неба классе - я почти не видел хорошо знакомых лиц. Ями нигде не было, даже Аоки, который хоть и был балагуром, но школу никогда не прогуливал - тоже не было на своем месте. Лишь одна девушка, у окна, была знакомы силуэтом.

Рэй обернулась и неожиданно улыбнулась, когда я подошел.

— Привет, — сказала она.

— Ну, привет, — я сел на свое место. — Что-то случилось? Без всяких шуток или приказов с утра по раньше, а?

— Почему сразу что-то случилось? — Рэй откинулась на спинку стула. — Просто настроение хорошее. Мы хоть немного начали двигаться по «делу».

— А где Ями?

— С Амано пошли Даймон искать. Расстроился, что возле ворот никто не встретил?

— Да не в этом дело, — я недовольно вздохнул. — Я познакомился со сторожем, так что если надо что-то разузнать, можем через него.

— Ты мне прям очень хочешь настроение поднять! — улыбнулась девушка. — Оставлю пока это на потом… Тебя же хвалить не надо, верно?

— Делай что хочешь… — я примирительно махнул рукой. — А ты почему не пошла их искать?

— Ну, торчать у ворот под дождем я не намерена, но и бросать тебя одного в классе в полном неведении — тоже не вариант, — Рэй фыркнула и отвела взгляд.

Ради меня осталась? На секунду мне показалось, что передо мной сидит совсем не та Тоно, которую я знал раньше. Но я был рад — оказывается, она способна думать и о других, а не только о себе.

Вместе со звонком на урок в дверях появился Рэн. Поймав мой взгляд, он лишь едва заметно и разочарованно качнул головой. Теперь отсутствие сразу двух человек — Аоки и Даймон, которые, насколько я понял, близко общались — начало меня серьезно напрягать. Что могло случиться у друзей или даже пары, что они оба решили не приходить? И связано ли это с тем, что вчера девушка в панике выбежала из больницы?

Рэй сзади легонько постучала меня по плечу и прошептала над самым ухом:

— Нужно как-то связаться с Даймон. Достать номер, почту — что угодно.

— Она же капитан команды атлетов, — так же тихо ответил я. — Наверняка у кого-то из клуба есть её контакты.

— Точно! На большой перемене идем в спортзал.

Звонка от Ито всё еще не было. Стоило ли нам из-за этого расслабиться? Меня пугала мысль, что там могут оказаться сразу двое, ведь мы с огромным трудом спасли одну Амано. Но подходили ли они под «критерии» Закулисья? Аоки — настоящий шут, способный расположить к себе любого, а Даймон — лидер команды, которая при первой встрече показалась мне воплощением жизнерадостности. Оставалось только надеяться, что у них просто «особый» день и они решили прогулять по личным причинам.

Формулы по геометрии, названия новых химических элементов и их реакции, исторические даты — ничто не задерживалось в голове. Я был слишком загружен мыслями, которые никак не желали смешиваться со школьной программой. Можно сказать, на обеденный перерыв я отправился, так ничему и не научившись.

На заднем дворе уже собирались ученики, игнорируя жару от палящего солнца. Если в середине июня так печёт, то что будет в июле или августе? Боюсь представлять.

Заходя в спортзал, мы едва не впечатались в человека, стоявшего прямо перед дверью.

— Что встал?! — рявкнула Тоно.

Парень перед нами медленно развернулся. Ох, черт… Это Ямамото. Я не был свидетелем его драк, но не зря же мне говорили, что его стоит бояться?

— Э-э-э… А вы, типа, пройти хотите? — он неловко почесал затылок, старательно отводя взгляд от Амано.

— Да, будь добр, — вежливо улыбнулся Ями, делая шаг вперед.

Кентаро отошел на шаг, продолжая наблюдать за игрой в мяч. Кроме парней, гонявших в волейбол посередине зала, я заметил трех девушек, что копались в спортивном инвентаре. Я понятия не имел, кто именно состоит в клубе атлетов, но они были единственными, кто не состоял в команде волейболистов.

Когда наша четверка подошла к ним, девушки опасливо оглянулись, а одна даже невольно попятилась. Я не мог понять: неужели мы выглядим настолько пугающе?

— Вас что, вообще не заботит отсутствие вашего лидера? — Рэй уперла кулаки в бока и требовательно наклонилась вперед. — Какая может быть команда, если её ведущее звено пропало?

— В-вы вообще о чем? — отозвалась миловидная девушка с короткой светлой стрижкой.

— О Даймон Каэдэ. Вы ведь из атлетического клуба? — спокойно добавил Рэн. — Мы просто хотели узнать, почему она отсутствует на занятиях.

— А вы что, работу студсовета на себя взяли? — фыркнула длинноволосая спортсменка, единственная, кто был одет в форму. — В школе она, просто… вообще не в настроении. При каждом удобном случае куда-то исчезает, а мы не можем её найти.

— В школе? — удивилась Саюри. — Но мы же всё обошли…

— А у вас есть её контакты? — вмешался я. — Пробовали звонить?

— Естественно! — ответила та, что стояла дальше всех. — Трубку не берет, на сообщения не отвечает. В классе говорит, что просто не выспалась, но мы же видим, что врет.

Хм… Это мне уже ой как не нравится. Каэдэ отстранилась даже от собственной команды. Что могло стать причиной такой резкой изоляции?

— Можете дать её номер? — я раскрыл мобильник, готовый записывать.

На удивление, та девушка, что казалась самой дерзкой, сразу начала диктовать цифры. Нам даже не пришлось её упрашивать — видимо, их собственная тревога за капитана перевесила неприязнь к таким, как мы.

Как только мы покинули спортзал, я набрал номер. Стало жутко неловко: друзья мигом обступили меня так плотно, что я чувствовал их дыхание — каждый хотел расслышать тихий голос из динамика. Гудки тянулись целую вечность, пока в трубке не раздался тихий, надтреснутый голос:

— А-алло? Харуто, это ты?

— Н-нет, я не Аоки, — запинаясь, ответил я.

— А кто… тогда? — в голосе Даймон слышалась такая беспросветная печаль, что у меня перехватило дыхание.

— Инудзука. Помнишь меня?

— Инуд… зука?

— Кхм… — я смутился под пристальными взглядами Рэй и Саюри. — Ну, тот самый, который мяч не докинул. И который со «странной девочкой» общается.

— А-а-а… Макото-кун, это ты?

По каким же «занимательным» фактам меня всё-таки запоминают…

— Да, я. Даймон-сан, ты упомянула Аоки в начале звонка. С ним что-то случилось?

— Не твое дело, — Каэдэ тяжело вздохнула. — Я сама с ним разберусь.

Рэн подошел вплотную к телефону, так что его голос наверняка был слышен на том конце:

— Если он «таинственно» пропал, а в больницу ты бегала проверять, не попал ли он в реанимацию, то, пожалуйста, расскажи нам правду.

Даймон замолчала. Наступила тишина, прерываемая лишь далеким шумом школьного коридора. Наконец, она прошептала:

— Я в сарае сижу… — и сбросила трубку.

Мы разом обернулись в сторону ветхого деревянного строения. Спустя миг дверь скрипнула, и оттуда вышла поникшая Даймон. Она бессильно опустилась на землю у самого забора. Когда наша компания подошла ближе, Каэдэ медленно подняла на нас полные отчаяния глаза.

— Вы знаете, где Харуто? — с надеждой спросила она.

— Нет, не знаем. Но если ты расскажешь всё как есть, мы сможем это выяснить, — поспешил ответить Ями.

— А чем делиться-то? — девушка устало опустила голову и принялась машинально выдирать траву. — Он хотел… Он просто пропал, и больше я ничего не знаю.

— Мне кажется… или она хотела сказать что-то другое? — тихо спросила Саюри.

— Тебе не кажется, Амано-тян, — отрезала Тоно, встав перед Саюри, которая заметно смутилась от ласкового прозвища. — Эй, Даймон! Если этот придурок тебе дорог — выкладывай всё без остатка!

— За вами он пошел следить! — рявкнула Каэдэ, гневно нахмурившись. — Он просил не говорить, но сейчас мне уже плевать.

— Следить… за нами? — я опешил. — Зачем?

— Точно не знаю. Он что-то подслушал, а потом начал нести бред про какую-то «ночную шайку». Позавчера, в одиннадцать вечера, он написал, что пошел в парк. И всё… исчез. Сначала я думала на вас, но… не могу же я вот так плохо думать о людях. Глупо, да? Что я доверяюсь вам сейчас?

Одиннадцать вечера… Позавчера… Парк. Мы ведь именно тогда отправились в Закулисье. Неужели Аоки затянуло следом? Нет, этого не могло быть. Я до сих пор не до конца понимал механизм попадания в тот мир — в этом процессе будто полностью отсутствовала логика.

— Если подумать, то… — Амано виновато опустила голову. — Это мне что-то напоминает, но… Д-думаю, мне просто кажется. Да, ребята?

Саюри, ты сейчас выглядишь подозрительнее всех нас вместе взятых…

— Это всё? — Рэй скрестила руки на груди. — Выкладывай сразу, чтобы мы не гадали.

— Ну… Что такое «Без масок»?

— А? Ч-чего? — я почувствовал, как лицо заливает краска. — Ями-кун, ты в курсе?

— Б-без понятия, — неловко улыбнулся Рэн, явно пытаясь сохранить лицо.

— Ну, тогда всё. Больше мне сказать нечего, — вздохнула девушка.

Неужели Аоки умудрился подслушать нас? Как давно он всё это знал? И главное — сколько именно он успел узнать? Черт, о таком я даже подумать не мог. Хотя чего еще стоило ожидать, если нашей «базой» был чертов школьный класс? Давно пора было сменить место.

— Хорошо, спасибо, что рассказала. Если мы что-то узнаем, я тебе позвоню, или кто-то из нас найдет тебя в школе, — я постарался улыбнуться как можно ободряюще. — Главное — не грусти и не отчаивайся. Еще слишком рано ставить крест, Даймон-сан.

— Угу, постараюсь.

— Вот всегда так… — тихо буркнула Тоно. Я мигом обернулся, решив, что опять сделал что-то не то. — Да чего ты? Всё в порядке, не переживай.

Прозвенел звонок на урок. Оставив Даймон одну, мы вчетвером зашагали к зданию, но Рэн остановил нас прямо перед входом.

— Амано-сан, что именно тебе показалось знакомым?

— А? А… ты про это, — Саюри принялась нервно накручивать прядь волос на палец. — Ну… мы ведь в тот день снова отправлялись в тот страшный мир. А что, если Аоки-кун тоже туда попал?

— Самый логичный вариант. Всё сходится, — добавил я.

— Иное — только если он по пути в открытый люк провалился. В голову больше ничего не лезет, — бросила Рэй.

— Значит, мы все одного мнения. Но как Аоки вообще успел нас подслушать? Мы крупно оплошали.

— Эй! Хватит ныть! — вмешалась Тоно. — Считайте, что мы просто стали популярными. В конце концов, мы спасаем людей и заслуживаем звания супергероев. У вас вон даже оружие светится!

— Как бы то ни было, нам нужно перестать обсуждать это открыто в школе, — я осторожно огляделся по сторонам. — Даже сейчас кто-то мог навострить уши.

— Вот же зануды, — раздраженно отвернулась Рэй. — Ладно, будем встречаться в парке. Мы и так там постоянно околачиваемся.

— С этим разобрались. Но что нам делать с Аоки? — спросил Ями. — Если он сейчас в Закулисье… Звонка из больницы-то не было. Вам не кажется это странным?

— Если Аоки пошел за нами и провалился следом, то появится ли тело в реальном мире? — задумался я. — Попадая туда так, ты оказываешься там физически, всем телом.

— Это звучит еще хуже, — помрачнел Рэн.

— Значит, медлить нельзя? — Рэй обернулась к нам. — Ну, тогда вы сами знаете, где и когда встречаемся. Я не собираюсь снова видеть трупы…

Мы молча кивнули. Шансы на то, что Харуто выжил в ином мире в одиночку, были ничтожно малы, но проверить мы были обязаны. Я не хотел, чтобы с ним случилось то же самое, что и с Минато Судзуки.

Снова это чувство. Точно такое же, как тогда, с Амано, только теперь всё казалось куда хуже. По большей части виной тому была та жуткая картина, которую мы увидели совсем недавно. У полиции нет доступа к этому миру, да и объяснить им всё это будет невозможно. Получается, цена чужих жизней лежит только на наших плечах. Я не знаю, что сделаю с тем ублюдком, который затаскивает их туда, когда наконец найду его. Никакое мое слово или удар не будут настолько тяжкими, как эта ноша.

Есть только одно решение — продолжать идти вперед. Да, я боюсь, но я не один. Почти каждый из нас боится, и именно это помогает мне бороться с собственными страхами. Мне до сих пор тяжело свыкнуться с существованием такого пространства, но ведь я привык к присутствию «дарованной» девушки, значит, и с этим свыкнусь. Чем быстрее мы начнем делать первые шаги к правде, тем быстрее закончится этот кошмар.

— Рэй, когда найдем Аоки… не хочешь ко мне зайти? — я заставил себя заговорить о чем-то обыденном. — Момо очень хочет тебя видеть.

Девушка удивленно обернулась, на мгновение растеряв всю свою напускную суровость.

— А? Д-да… хорошо, — пробормотала она, отводя взгляд.

Пускай это будет моей дополнительной мотивацией. Если мы вернемся, если мы все выберемся из этого живыми, вечер дома с семьей и друзьями станет лучшей наградой.