Глава 11.0

В жизни порой творится самый настоящий ужас, который большинство людей даже представить себе не может. Хочется просто забыть всё как страшный сон: не видеть здание больницы, вычеркнуть из памяти существование «Зеленого мира». Однако никто не отменял того факта, что мы всё еще обычные люди. И, что хуже всего — школьники.

После той кошмарной ночи прошло почти два дня. Точнее, я поспал тогда с Рэй, потом ночью, потом еще раз вечером… В общем, сбился со счета.

Кстати, первый пункт — наш совместный сон — лучше вообще не вспоминать. Тоно устроила мне за него самый настоящий разнос. Нас никто и не подумал будить: только когда солнце уже клонилось к горизонту, она очухалась первой, а следом и я… от точного удара подушкой по морде. Хотя во всём этом был и огромный плюс: мы с ней наконец-то нормально посидели с Момо, как обычные люди.

Новый день обещал быть невыносимо скучным. Шел третий урок. На улице стояла такая жара, что я буквально варился заживо в душном классе. Старый невысокий математик эгоистично направил единственный вентилятор только на себя. И именно в этот момент, в самый разгар уравнения, в класс решила заявиться наша главная головная боль.

Рыжий, запыхавшийся и насквозь потный парень ввалился в дверной проем, тяжело дыша и подняв руку.

— М-можно в-войти?.. — спросил Аоки, вытирая лоб рукавом.

— И почему вы опаздываете, Аоки-сан? — строго спросил учитель, поправляя очки. — Я понимаю, что вы были в больнице, но лучше бы вовсе не приходили, чем так неуважительно прерывать мои занятия! Садитесь на место.

Харуто довольно улыбнулся и выпрямился. Его взгляд тут же нашел нашу троицу. Он медленно провел пальцами по губам, имитируя застегивающуюся молнию — мол, «буду молчать как могила», — а затем широко улыбнулся и показал нам большой палец, после чего неторопливо пошел к своей парте.

— Твою мать, он же спалится… — в унисон прошипели мы с Тоно.

Рэй мертвой хваткой вцепилась в мой воротник и притянула к себе:

— Слушай, может, скажем ему, что мы не при делах и ему всё привиделось? — прошипела она мне прямо в ухо. — Мол, обожрался чем-то просроченным, вот и глючило бедолагу!

— Ага, — мрачно отозвался я, — а больницу, где мы все перебитые валялись, и наше общение с его Искажением ему тоже «причудилось»?

Я мельком взглянул на Рэна. Тот лишь философски пожал плечами, а затем глазами указал куда-то мне за спину. Повернув голову, я наткнулся на сморщенное лицо учителя. Математик грозно возвышался над нами, сжимая указку так, словно это был карающий меч.

— Это вы обо мне так увлеченно дискутируете, Тоно и Инудзука? — Он молниеносно выхватил наши тетради. — Тц-тц-тц… Ладно еще Тоно-сан, от неё я ничего другого и не ждал, но ты, Инудзука… Имейте в виду: это самым прискорбным образом скажется на ваших итоговых оценках!

Дед важно задрал подбородок и, шурша тетрадями, удалился к доске, заставив весь класс обернуться в нашу сторону. Вот ведь влип… Еще и по такому важному предмету.

Я покосился на Рэй. Она совершенно бесцеремонно продолжала грызть ручку, уставившись в окно с таким видом, будто угрозы учителя её вообще не касались. Ладно, оценки — дело второстепенное. Сейчас важнее решить, что нам, черт возьми, делать с этим сияющим от счастья Аоки…

Этим мы решили заняться на первой же перемене. Инициатива была нашей, но Аоки опередил нас: он подошел сам с каким-то потерянным и растерянным видом.

— Ребят? — неуверенно начал он. — Слушайте, давайте теперь по нормальному. Вы мне ни черта не объяснили, а теперь смотрите как на придурка. То место… Оно правда было?

Вот он, наш шанс. Сказать «нет», включить дурачков, не вплетать еще одного человека в это безумие. Но слова его Искажения до сих пор звенели у меня в ушах. Кто знает, что будет, если мы сейчас пойдем против правды? Он снова окажется там или случится что-то похуже?

— Местом сбора должен был стать парк, но не сбегать же с уроков, — вмешался Рэн. — Тоно-сан, какое будет решение?

— Хм… — Рэй прикусила нижнюю губу, а затем решительно указала на Ями. — Ты — тащи Амано-тян. А вы, — она ткнула пальцем в меня и Аоки, — со мной к речке. Ждем вас там.

— Понял… поищу её, — пробормотал Ями, растворяясь в толпе учеников.

— Да что происходит-то вообще? — Харуто окончательно перестал что-либо понимать.

— Поговорить хотим. Но не здесь, — ответил я и кивком позвал его за Рэй.

Парень пошел за нами в коридор, выглядя крайне неуверенно. Если у меня сейчас сердце так колотилось, то что чувствовал он? Но, даже не желая признавать этого, я начинал привыкать. К этому ужасу, к вечной лжи, к тайным собраниям. Адаптация — лучший способ выживания.

Следуя за Рэй, которая озорно перепрыгивала со ступеньки на ступеньку, я заметил в окно, как Ями подошел к обедающей Саюри. Могли бы и не разделяться — нам было по пути. Но Саюри часто вела себя странно: то обедала с нами, то пряталась так, что её днем с огнем не сыщешь.

Доска на старом заборе доживала свои последние дни. Когда мы пролезали через дыру, она жалобно скрипнула, грозя вот-вот рухнуть в траву. На нашем месте всё было по-прежнему: спокойствие, склон, вид на Комати. Странно, что сюда никто не ходит, — для наших собраний это место подходило куда лучше парка.

— П-постойте, пожалуйста! — вдруг Харуто попятился назад. — Вы хоть понимаете, как это выглядит со стороны? Не в обиду, но вся школа считает вас кучкой фриков. И вот эта кучка фриков привела меня в какое-то закрытое место, чтобы «поговорить»!

Аоки резко рухнул на колени, сложив ладони в молящем жесте.

— Пожалуйста, не убивайте! Я ничего никому не скажу!

— Да уймись ты уже, — фыркнула Тоно. — За «кучку фриков» я тебе еще устрою, а сейчас мы действительно хотим серьезного разговора.

— Давайте я сокращу нашу беседу, — вперед вышел Ями, важно скрестив руки на груди. — Аоки-кун, всё, что ты помнишь, — правда.

А ты-то хоть знаешь, что он помнит?

— А? Чё, реально? — Харуто поднялся, отряхивая брюки. — Прямо всё-всё? Даже то, что я вам рассказывал… ну, про эту… про мать?

— Аоки-кун, просто расскажи нам свою версию событий, а мы подтвердим, что было на самом деле, — мягко вмешался я.

Дрожа от волнения, Харуто кивнул. Прежде чем начать свой рассказ, он долго откашливался, собираясь с мыслями…

***

Щелкнув крышкой мобильника, я проверил время. До сих пор не верится, что мне в такой час дома не сидится. Сидел бы сейчас, телик смотрел, а не вот это всё. Но… они же не по приколу несли этот бред прямо в классе? Ями с Инудзукой точно не похожи на придурков, а вот Тоно… насчет её адекватности я бы еще поспорил.

Черт, не о том думаю…

Было уже без двадцати двенадцать. До парка идти недолго, но лучше прийти заранее, занять, так сказать, стратегическую точку. Закинув в карман плеер и накинув наушники на шею, я набрал сообщение по знакомому номеру. Стоит хотя бы Каэдэ предупредить, куда я ввязался. Если эта «кучка» решит меня пришить, пусть хоть она знает.

Парк встретил меня… впрочем, ничем особенным он меня не встретил. Я вообще не заметил, как дошел: всю дорогу пинал какой-то камень. Он жутко мешался под ногами, но я даже расстроился, когда в очередной раз промахнулся и булыжник остался позади. Усевшись на лавочку, я уже приготовился залипнуть в гонки на мобильнике, как до меня вдруг дошло…

— Твою мать, я же следить пришел… Что это со мной?

Пришлось сменить дислокацию. Новая позиция нашлась в кустах, прямо у входа. Невысокая деревянная арка добавляла мне скрытности — только голова, небось, и торчала из листвы, как спелая тыква. Но с этим я поделать ничего не мог.

Первым на горизонте появился тот самый блондин. Напыщенный, высокий, симпатичный… Черт! Он будто одурманить любого может — теперь понятно, почему девчонки по нему так сохнут. Ями встал напротив дерева и сначала долго сверлил глазами ворота, прямо там, где я засел. Я уже мысленно с жизнью попрощался, решив, что он меня заметил, но спустя пару секунд парень просто задрал голову к небу.

Следом подтянулся Инудзука. Он на мгновение завис прямо в проходе. У них что, прикол такой — стоять и пялиться в мою сторону? Но нет, пронесло: даже он меня не срисовал. В итоге они вдвоем, как два истукана, замерли, запрокинув бошки к звездам. Выглядело это… комично.

Когда появилась неизвестная мне девица с длинными русыми волосами, собранными в хвост, я чуть глаза не выронил от удивления. В её руках — таких хрупких на вид, учитывая её миловидную внешность, — была самая настоящая стальная бита. Вот это прикол… Они что, серьезно собрались кого-то калечить?

Ноги начали затекать. Стоило мне чуть шевельнуться, как листья предательски зашуршали. Совсем рядом, буквально в двух метрах, послышалось тихое хмыканье. Я осторожно повернулся и сквозь просветы в листве увидел… Тоно.

Что она тут делает?! И главное — как давно она там стоит?!

Холодный пот прошиб меня до костей. Она же меня живьем закопает, если спалит! Однако и в этот раз пронесло. Казалось, удача сегодня схватила меня обеими руками и не собиралась отпускать.

Когда этот странный квартет наконец двинулся в сторону дороги, я выждал подходящий момент и выбрался из кустов. Двигался медленно, как крыса… Впрочем, я и был крысой. Кто еще станет так подло выслеживать своих же одноклассников? Только крысы. Да плевать, кем меня будут считать. Вдруг они реально затеяли что-то эпическое? Приду потом в класс и такой: «О, признайте же величие Тоно Рэй, я всё видел!».

Хотя нет… Никогда в жизни я ей такого не скажу.

Оставшись на противоположную сторону дороги, я затаился и начал наблюдать за их «сборами» прямо у пешеходного перехода. Как голубки, они похватались за руки, дошли до самого центра дороги, зачем-то замерли, уставились в пустоту перед собой и… просто исчезли.

— Чего, бл#?! — я пулей выскочил из укрытия, ошалело озираясь по сторонам в поисках четырех пропавших подростков. — Э-это как вообще?! Это как, черт возьми?!

Их просто не было. Совсем. Словно сквозь землю провалились. Они физически не могли исчезнуть из виду так быстро — я стоял на краю парковой плитки, передо мной была вся улица как на ладони, но они не убегали!

Я встал напротив того же пешеходного перехода и принялся лихорадочно искать тайные проходы. Люка нет, маскировочной сетки тем более… Куда они делись?

Когда загорелся зеленый свет, я вышел на середину дороги, в точности как они, и замер, высматривая подсказки. Ничего подозрительного. Неужели правда в иной мир отправились? Да быть того не может. Нет никаких «иных миров»…

Со стороны светофора раздался сухой щелчок. Свет лампы стал неестественно ярко-зеленым, и в ту же секунду из-под земли, словно из пробитой трубы, повалил густой туман. Отступая в панике, я задрал голову и оцепенел. Луна на небе на глазах раздувалась, наливаясь ядовито-зеленым свечением. Под её лучами мир вокруг начал буквально гнить. Стены домов стремительно дряхлели, покрываясь плесенью, а железные столбы ржавели и изгибались под идиотскими углами.

Я остался один в искалеченном, вывернутом наизнанку городе. Единственным звуком в этой тишине было моё хриплое дыхание и бешеный стук моего и без того хрупкого сердечка.

— Я сейчас материться начну… Где я?! — попробовал я крикнуть, но получился лишь жалкий писк.

Повинуясь какому-то животному инстинкту, я рыбкой нырнул в разбитое окно ближайшего дома, надеясь найти там хоть какой-то островок безопасности. Прижавшись спиной к стене, я заметил торчащий из обломков кусок арматуры. На миг мне стало спокойнее…

— Стоп… Откуда арматура в деревянном здании?

Да какая, к черту, разница?! Это хоть какое-никакое, но средство защиты!

Вооружившись, я поднялся на ноги, надеясь увидеть в окнах домов хоть одно знакомое лицо. Внезапно в кармане завибрировало. Я выхватил мобильник — на экране светился номер Каэдэ. Я аж задохнулся от облегчения.

— Да ну, связь?! — я сорвал звонок. — Каэдэ, слушай, я сейчас в такой жопе…

Я замолчал. В трубке ревели помехи. Сквозь белый шум изредка прорывался голос, но он был неразборчивым и вообще будто не принадлежал моей подруге. С каждой секундой треск становился всё громче, пока в стену дома что-то с грохотом не врезалось. Обернувшись, я увидел в окне двухметровое зеленое чучело и заорал так, что сорвал связки.

Эта херня начала вваливаться в комнату. Я наотмашь вмазал по ней арматурой, но тут же выронил «оружие» — железка мигом раскалилась докрасна, обжигая ладонь.

— Не, я сматываюсь!

Выскочив через заднюю дверь, я, как ужаленный, понесся пролетами между домами. Бежал, пока не уткнулся в булочную неподалеку от парка. Тварь, вроде, не преследовала, и я позволил себе заползти внутрь и выдохнуть.

Что это было, мать твою?! Что за громадина? Самый настоящий монстр… Поверить не могу. Прямо сейчас я был готов наложить в штаны, но, черт возьми… это в какой-то степени было весело! Да, звучит глупо. Но это было хоть что-то, кроме бесконечных тетрадок и телевизора. Куда интереснее, чем жить как обычные люди. Наверное… Боже, как же я отчаянно пытаюсь оправдаться перед самим собой.

Неожиданно снаружи раздались знакомые голоса. Выглянув из-за прилавка, я заметил нашу четверку. Та русая девушка быстрым шагом направилась к библиотеке на противоположной стороне. Хоть я и убедился в их адекватности, попадаться им на глаза всё равно не хотелось. Почти сразу за ней в библиотеку зашел Ями; он озирался по сторонам так, будто чуял неладное. В данном случае «неладным» здесь был я. Инудзука с Тоно отправились прямо по дороге и быстро скрылись за поворотом.

Я перебежал на другую сторону, забившись в щель между зданиями. Пытался придумать, как догнать тех двоих, когда рядом раздался голос, от которого я застыл на месте, как статуя.

Голос звучал как зажеванная пленка на убитом плеере. Мерзкий, издевательский… Вроде бы женский, но разве может половой признак принадлежать этому?

— Вот ты где, подонок…

Что-то острое пронзило мне грудь. Я до боли сжал зубы, но, опустив взгляд, не увидел ни капли крови. Из моей груди торчали четыре огромных черных когтя, переливающихся багровым. Я попытался обернуться, чтобы увидеть того, кто стоял за спиной, но резкий рывок — и всё вокруг погрузилось во мрак…

***

Харуто развел руками, ставя точку в своем рассказе.

— Я тогда решил, что сдох. Но нет. Потом всё видел как бы со стороны, из глаз того существа, без возможности пошевелить хоть пальцем. Там и вы были, и я… как труп окоченевший. Жуть, в общем!

Ями резко развернулся к нему, его взгляд стал пугающе острым.

— Черные когти с багровым отливом? — тихим, почти бесцветным голосом переспросил он.

— Угу, не вру вообще. Зачем мне врать вам после всего, что вы сами от меня услышали…

Лицо Рэна на мгновение стало растерянным, почти напуганным. Я только открыл рот, чтобы спросить, что не так, но он резко опустил голову и глубоко задумался, словно провалился в себя.

— Странно. Никогда ничего подобного в своем мире не видел…

— В… своем мире? — Харуто озадаченно склонил голову набок, переводя взгляд с одного на другого.

— Да. Я дух. Будем знакомы, — Рэн криво, почти виновато улыбнулся и протянул руку.

— Вот зараза, я всегда знал, что с тобой что-то… — Аоки машинально пожал протянутую ладонь, но на полуслове его будто током ударило. — ЧТО?! ДУХ?!

Тоно, стоявшая рядом, не раздумывая, пнула его в коленку и выразительно пригрозила кулаком прямо перед носом.

— Не ори, придурок!

Саюри, втянув голову в плечи, наконец решилась подать голос:

— А ты… ты не видел свою копию, А-аоки-кун? — тихо спросила она, глядя в землю. — Она не говорила тебе никаких гадостей? Просто… я тоже была там… в том мире…

— Свою копию? Не, лично я не встречался, — Аоки задумчиво почесал затылок, отводя взгляд. — Думаю, я как раз изнутри неё и смотрел на всё происходящее. Был, так сказать, в первом ряду этого цирка. М-да, как же круто жизнь меняется всего за одну ночь… А ты, кстати, кто вообще?

— А? Я-я? — девушка вздрогнула, словно её ударило током. — А… точно… Я Амано С-саюри. Не из твоего класса, если что…

— Да я понял, — криво улыбнулся он.

Харуто, решив проявить максимум галантности, начал было отвешивать вежливый поклон. Но именно в эту секунду Рэй резко взмахнула рукой, и его лоб с глухим стуком встретился с её кулаком.

Тоно тут же виновато отступила на шаг, хотя в глазах её всё ещё горел недобрый огонь.

— Честно, я в этот раз даже бить не собиралась. Ты сам виноват!

— Да что я-то сделал?! — рявкнул Аоки, согнувшись пополам и прижимая ладонь к пострадавшему лбу.

— Я хотела взять тебя за шкирку и спросить: на кой-черт ты вообще за нами следил, а?!

Вопросов становилось всё больше. По крайней мере, прояснилось, почему Аоки затянуло в Закулисье целиком: на него напали прямо в момент перехода. И меня пугало, что нападавший умел говорить. Значит, за всем этим действительно стоит человек? Хотя когти… У людей таких не бывает. Такое под силу только сущностям вроде Рэна. Нет, я пока не хочу даже допускать мысли о его виновности. У него просто нет мотива. Но есть куда более важный вопрос…

— Аоки-кун, ты ведь видел всё «изнутри»? — уточнил я. — Тогда скажи, чего так сильно испугалось твоё Искажение перед тем, как исчезнуть?

— А там что-то было?! — удивилась Саюри, переводя взгляд с меня на Харуто.

— А? — он выпрямился. — Испугалось?.. Честно, я такого не помню…

Черт. Как обычно, всё наперекосяк. Самые важные детали ускользают в самый нужный момент.

— Короче, насчёт слежки… — парень замялся, потирая затылок. — Хочу извиниться. Правда, простите, это было подло. Но сами поймите: какой бы я ни был, я не мог просто подойти и спросить в лоб, когда о вас такие слухи по всей школе ползают.

— Мне больше интересно, почему ты только при виде меня такую рожу корчишь, будто законченную идиотку встретил, — Рэй развела руками. — Что теперь-то изменилось? Вдруг моя «дурость» тебе интересна стала?

— Ты это среднюю школу вспоминаешь? Знаешь, ты тогда реально была просто дурой. Вечно эти призраки, обряды какие-то… Всегда одна, мрачная. А сейчас, после появления Инудзуки-куна, ты изменилась. Считай это за комплимент, Тоно-тян!

— Я тебе сейчас врежу… — прорычала Рэй, но в её голосе уже не было прежней злости.

Обряды? Тоно что, не только «медиум», но ещё и шаманка? Я уже начинаю её побаиваться… Кто знает, может, это какая-то магия заставляет меня не отлипать от неё уже три месяца? Нет, бред какой-то…

— А что насчёт помех? — тихо спросила Амано. — Разве в Закулисье должна ловить связь?

— Точно… Совсем вылетело из головы, — я обернулся к ней.

Связь, существо с черными когтями, странная забывчивость Аоки… Всё слишком запутанно, и, кроме Рэна, никто не подходит на роль «подозреваемого». Он даже находился на той же стороне дороги, когда Аоки ранили. Логика кричит: «Вини Ями, это он за всем стоит!». Но может ли всё быть так просто? Ями единственный, кто выделяется среди нас. Он как волк в овечьем стаде — на него проще всего подумать.

Надо будет как-нибудь его проверить…

— Если всё, что произошло, правда, то… — Аоки наивно улыбнулся, по очереди глядя на каждого из нас. — Можно мне с вами? Вы ведь сражаетесь с теми тварями или чем-то похуже?

— Почему ты так этого хочешь? — спросил я, глядя ему в глаза. — Ты же сам видел, насколько этот мир агрессивен.

— А чем вы отличаетесь от меня? — Харуто вдруг стал серьезным. — Мы сидим за одинаковыми партами, учим одни и те же учебники, ходим по тем же улицам. Только я прожигаю вечера перед телевизором, а вы — как супергерои из кино. Я не хочу такой пропасти между нами. Мы все — обычные люди. И если вы не можете перестать этим заниматься, то я, наоборот, начну. Так будет честно, согласны?

Мы молча смотрели на неожиданно серьезное лицо Харуто. В его взгляде не осталось и тени привычного паясничества — он говорил настолько искренне, насколько вообще был способен. Он прав: Аоки ничем не отличается от нас, но в этом-то и вся соль. Каждый из нас — обычный человек, заброшенный в сущий ад, откуда нормальному человеку живым не выбраться. Подвергать еще одну жизнь опасности… это казалось неправильным. Почти преступным.

— Я вам оружие достану. Кое-что получше ржавых труб и железяк, — вдруг хитро ухмыльнулся Харуто, заметив наши сомнения.

— О, а вот это уже другой разговор, — Рэй поправила очки, и в её глазах блеснул профессиональный интерес. — И что за оружие? Если ты про кухонные ножики, то разочарую: они у каждого дома найдутся. Даже у Ями-куна.

— Верно. Вчера как раз капусту шинковал, — невозмутимо подтвердил Рэн, кивнув своим мыслям.

— Капусту? — я покосился на него, пытаясь совместить образ загадочного духа с образом повара в фартуке.

— Да, суп готовил. Хочешь, попробуешь?

— К-как-нибудь потом… — пробормотал я, чувствуя, как серьезность момента окончательно рассыпается.

— П-пистолеты, что ли? — нервно пискнула Амано, испуганно пятясь назад.

— Что? Нет! — Аоки замахал руками так активно, будто отгонял рой пчел. — Пусть это останется в тайне. Мне нужно их немного доработать, но обещаю: вам понравится…

Интрига запредельная. Но как можно доверять нечто подобное такому лоботрясу? Хотя, может, он только в учебе такой безнадежный… Я всё еще сомневался, но вот Тоно явно уже всё для себя решила. Она энергично закивала, в её глазах зажегся азартный огонек.

— Ладно-ладно! Но учти: если мне что-то не понравится, вылетишь из команды пинком под зад. Со второго этажа… Нет, лучше с третьего. А то вдруг выживешь, а мне потом за калекой приглядывать — лишняя морока.

— Какая же ты жестокая, Тоно-сан… — Аоки с сочувствием посмотрел на меня. — Как ты её вообще терпишь?..

Я лишь молча пожал плечами, изучая взглядом траву у себя под ногами.

— Инудзука, нарываешься… — опасно блеснула зелеными глазами девушка.

Осознание того, что его приняли в команду, подействовало на Аоки как новость о грандиозной распродаже. Он довольно потер ладони, подмигнул нам и спешно направился к дыре в заборе.

— Так, скажите Хараде, что меня пучит. Мне нужно срочно съездить кое-куда, — Харуто отодвинул доску и нос к носу столкнулся с кем-то, кто стоял с той стороны. — О, Каэдэ! А ты что тут забыла? Как раз вовремя, поможешь мне. Пошли!

Не давая девушке и шанса на возражение, он схватил её за руку и потащил за собой.

— Эй-эй! Пусти! Я с ними поговорить хотела! — доносился до нас затихающий крик Даймон.

Надеюсь, Даймон подошла совсем недавно и ничего лишнего не слышала… Мы явно слишком неуклюжи для такого важного и опасного дела.

— Тоно-сан, хочу предупредить тебя как лидера нашей команды, — наконец подал голос Ями. — Мы с Инудзукой-куном на днях отправимся в Закулисье вдвоем. Говорю это сейчас, чтобы вы с Амано-сан не волновались.

— Э? А почему это только вдвоем? — Рэй недовольно скрестила руки на груди.

— Мы идем на разведку. Чтобы не привлекать внимания тамошних обитателей, нужно действовать максимально скрытно. Признаю, я выбрал именно его, так как он лучше всего подходит на роль напарника для этой задачи. Прости, я ни в коем случае не хотел обесценить твои навыки.

Ого, Ями… Ну ты и смельчак — говорить такое Тоно прямо в лицо.

— Хм! Ладно… Ладно! — фыркнула она, поправляя очки. — Только учтите: всю информацию по возвращении — сразу мне. Умолчите хоть о чем-то — устрою вам такой выговор, что мало не покажется. Тоже мне, «идеальная парочка». Пошли, Амано-тян! Я есть хочу!

Подхватив Саюри под руку, Рэй стремительно скрылась за забором. Я лишь тяжело вздохнул. Тоно явно обиделась, и я очень надеялся, что под её «горячую руку» попаду не я, ведь идея-то была не моя…

— Подозреваешь меня? — вдруг спросил Рэн, продолжая смотреть вдаль, на раскинувшийся внизу город. — И правильно. Всё-таки я выгляжу подозрительно.

— Почему ты говоришь об этом так спокойно? — я опешил от его прямоты.

— Не знаю. Наверное, потому что я знаю правду о себе и понимаю, что моей вины в происходящем нет. Сложно объяснить это просто и понятно. Но я надеюсь, что со временем ты поверишь мне, Инудзука-кун.

— Я… дело не в том, что я тебе не верю. Просто твоя природа до сих пор меня напрягает. Сложно доверять тому, кто даже человеком полностью не является.

— Думаю, ты прав… — Рэн наконец повернулся ко мне. Легкий ветерок подхватил его длинные светлые волосы, на мгновение сделав его образ почти неземным. — Но что именно делает человеком тебя, Макото?

Этот вопрос отозвался в голове белым шумом. Что делает меня человеком? Тело? Разум? Но ведь и то, и другое есть у Рэна, хотя он и дух. Я опустил голову, не в силах выдержать его пронзительный взгляд.

Черт, я действительно не знал ответа.

— Так что, будешь суп сегодня вечером? — внезапно сменил тему Рэн.

— Что за суп? — я всё ещё пытался переварить его предыдущий вопрос.

— Самый простой, на курином бульоне. Прочитал рецепт в одной книжке.

— Ну… только если недолго. Меня Момо дома будет ждать.