Глава 13.0

В жизни бывают ситуации, которые просто невозможно представить заранее. Например, что я займу первое место в каком-нибудь спортивном соревновании. И вот прямо сейчас происходит нечто из того же разряда. Я не то чтобы ненавижу этого человека, но вся моя компания дышит к ней, мягко говоря, неровно. И то, что я, Инудзука Макото, добровольно сижу с Такахаси за одним столом в столовой, пока мой телефон буквально разрывается от гневного спама Тоно — это что-то из области фантастики.

— Давай я начну, — Такахаси поправила очки, даже не глядя в мою сторону. — Я не собираюсь нарушать идиллию вашей компании. Скажу больше: я сама от этого «союза» не в восторге.

— Но… почему мы должны собираться именно сейчас? — я попытался вставить слово между очередными вибрациями телефона в кармане. — У нас две недели до сдачи. Думаю, проект вполне мог бы подождать пару дней.

— Чем быстрее мы его закончим, тем меньше нам придется думать о нашем «хрупком союзе», — отрезала она. — Давай перейдем к темам.

А она права… Что-то я и впрямь разнервничался.

Такахаси выложила сумку на стол и с педантичной аккуратностью достала из неё идеально ухоженный учебник по физике. Ни одного загнутого уголка.

— Ты, кстати, в курсе, что ты с Тоно еще и проект по японскому делаешь? — спросила Киёки, монотонно листая страницы.

— Да, Харада-сенсей меня предупредил.

— Планируешь справляться в одиночку? — в её голосе скользнула едва заметная усмешка.

— Да мне не привы… — я осекся, поняв, куда она клонит. — Эй, Тоно, может, и не первая ученица в школе, но она точно не тупая. С ней я уж точно не собираюсь писать всё один.

— Может, Тоно и не глупая, но уж точно упрямая. Она просто воспользуется тобой, — Киёки ткнула пальцем в страницу учебника. — Как насчет темы «Движение тела по наклонной плоскости с учётом трения»?

— Ньютон, силы, закон сохранения энергии… Пойдет, — кивнул я, стараясь сохранять спокойствие. — С чего ты вообще взяла, что она мной пользуется? Я подтягивал её к экзаменам, и, учитывая, что она долгое время почти не училась из-за отсутствия очков, результат был вполне приличный.

Пока Киёки продолжала листать книгу в поисках второй темы, я с силой сжал пакет персикового сока, выпивая его до последней капли.

— Хорошо она написала или нет, факт остается фактом: наличие «умного друга» сподвигло её к учебе. Это как если бы твой знакомый был фитнес-тренером: хочешь ты того или нет, мысль взять у него пару уроков будет кружиться в голове назойливой мухой.

— Любой нормальный человек воспользуется помощью, если есть такая возможность, — отрезал я. — Тоно занималась атлетикой. Если я вдруг захочу заняться бегом, то за техникой обращусь именно к ней. Это нормально.

Киёки, сверля меня холодным взглядом карих глаз, слегка смочила палец и перевернула страницу.

— Опять же, ты сам используешь слово «воспользоваться». Сдача экзаменов — слишком важная вещь в школьной рутине. Положиться на то, что ты поможешь ей прямо во время теста, было бы глупо. А вот переложить на твои плечи проект, когда дело не срочное — звучит как гениальная идея.

Я посмотрел на схемы в учебнике и прижал ладонь к странице, останавливая её беглый просмотр.

— Давай возьмем еще «Исследование резонансных частот струны»? — спросил я, переводя тему.

— Хорошо. Тогда обсудим план работы.

Такахаси отложила учебник и достала тетрадь с ручкой.

— И насчет этого твоего «воспользоваться»… — я потянулся к бутылке воды, стоявшей на столе, и открутил крышку. Такахаси проводила мою руку странным, удивленным взглядом. — В этом слове нет ничего изначально негативного. Ты можешь воспользоваться услугой официанта, но в этом же нет ничего плохого? Так что не стоит цепляться к словам и недооценивать умственные способности Тоно.

Я сделал глоток.

— Вообще-то, это была моя вода, — спокойно вздохнула Такахаси. — Я и не пытаюсь унизить Тоно, отнюдь. Я лишь говорю о том, что ты позволяешь ей сесть себе на шею и свесить ноги. Тебе самому-то это нравится?

Я смущенно протер горлышко бутылки рукавом и поставил её перед Такахаси, но она демонстративно отодвинула её на край стола. Черт, теперь придется покупать ей новую. А за какой, собственно, шиш?

— Ты говоришь о Тоно как о какой-то нахалке, — я попытался вернуть разговору серьезный тон. — Она образованный и честный человек. Так что «сесть мне на шею» — это не про неё. Такого просто быть не может.

— А разве она не ведет себя как нахалка? — Такахаси важно постучала краем ручки по виску. — Орать на одноклассников только потому, что ей не понравилось их мнение о её странностях, как это было в первые дни… Всегда помятый вид — и у неё, и теперь у тебя — с которым ни ты, ни она ничего не собираетесь делать. Ты хоть понимаешь, какие интриги вокруг вас плетут девочки даже на первом году старшей школы?

— Даже до такого дошло? — я тихо усмехнулся, покачав головой. Насколько же узко они мыслят, если у них факт помятости нашей связан с чем-то пошлым. — Но кто же всё-таки стоит за этими слухами? Я понимаю, когда пара друзей шепотом обсуждают это между собой. Но то, что сплетни о Тоно, обо мне и о нашей коман… компании слышны по всей школе — это явно не случайность.

Такахаси округлила глаза и медленно положила ручку на тетрадь.

— Ты сейчас на меня намекаешь? — она скрестила руки на груди и вальяжно откинулась на спинку стула. — Смело. И даже логично, что ты так предполагаешь. Всё-таки два фактора сходятся: я косо на вас смотрю и нахожусь в компании тех, кто чаще всего о вас судачит. Однако твоя версия в корне ошибочна, Инудзука-кун.

Я удивленно поднял брови.

— Не ты? Если решила врать, то это не лучшее решение, — нахмурился я, пытаясь поймать её на неискренности.

— Ложь — это не про меня. Я оперирую фактами. Всегда. Тот, кто разнес слухи о вас по всей школе — не я. Хотя не отрицаю: я активно участвую в их обсуждении, просто забавы ради. Вот, например, вопрос: почему вы часто выглядите так, словно всю ночь не спали, а чрезмерно активничали. Чем вы таким ночью занимаетесь?

— Ч-что мы делаем? — в голове яркой вспышкой промелькнули воспоминания о последнем походе в Закулисье, которые я спешно постарался затолкать поглубже в подсознание. — Учимся мы у неё дома, что тут непонятного?

— Да? Прямо-таки учитесь? — Киёки склонила голову набок, и в её взгляде блеснуло опасное любопытство.

Сам себе могилу рою, черт возьми…

— Короче, какая разница, чем мы занимаемся? Главное — кто тогда распускает эти слухи по всей школе, если не ты?

— Кто? Мне и самой интересно, — пожала плечами девушка. — В классе вас почти все боятся, считают какими-то бандитами или сектантами, поэтому никто не рискнул бы выносить сор из избы. О вас даже внутри кабинета шепчутся с опаской. Ваши странные собрания вокруг Тоно заставляют людей чесать языками, это факт. Но по школе информацию разносит кто-то не из нашего класса. А вот кто именно — без понятия.

Как понять, лжет она или нет? На её лице ни намека на сомнение, ни капли нервозности. Варианта два: либо продолжать давить, либо поверить на слово.

— Получается, для тебя тоже есть иная выгода в этом проекте? — Киёки вдруг мягко улыбнулась.

— «Тоже»? — я был поражен тем, что эта ледяная леди вообще способна улыбаться.

— Да, отрицать не буду. Я уже сказала, что не распускаю слухи. В каком-то роде я нахожу вашу компанию любопытным образцом социальной школьной структуры.

— Э? Любопытным? Тогда почему смотришь на нас как на отбросов?

— На то есть свои причины, не буду же я тебе всё выкладывать, — она снова нахмурилась. — Как бы то ни было, вы мои одноклассники, и мне не очень-то приятно, что о моем классе дурно отзываются за его пределами. Так что, если тебе интересно, завтра обсудим возможных подозреваемых. У меня есть пара идей.

— Почему завтра? До конца перемены еще полно времени.

— Потому что мне нужно готовиться к английскому, а с темами мы разобрались. Я возьму ту, что предложила сама, ты — оставшуюся. Твои оценки подтверждают, что ты знаешь, что делать. Завтра прикинем, как грамотно объединить наши части в один проект.

Девушка поднялась и, на секунду задержав взгляд на злополучной бутылке воды, всё же решительно закинула её в сумку. Но то, что мы ей «любопытны», не давало мне покоя. Пока Киёки не ушла, я окликнул её:

— Такахаси-сан… Если тебе правда интересно, просто поговори с Тоно. Она на самом деле хорошая, вы бы нашли общий язык.

Киёки замерла, уставившись себе в ноги. Она простояла так секунд пять, а затем молча зашагала прочь, резко ускорив шаг. Что это с ней?

Не успел я подняться, как на стул напротив приземлился Аоки, а рядом бесшумно сел Ями. Оба улыбались как-то чересчур неестественно.

— Продвигаешься в расследовании слухов? — спокойно спросил Рэн.

— Капец ты саму Такахаси оспаривать начал! — Харуто откинулся на спинку стула, активно жестикулируя. — Вы… вы как будто в шахматы играли! Она делает ход, ты сбиваешь пешку, она ест твоего коня, но ты атакуешь ферзя и зажимаешь короля… Хотя мог бы просто меня спросить. Такахаси и правда про вас ничего плохого не говорит.

— А ты раньше сказать не мог?! — я в упор посмотрел на него.

— Д-да откуда я знал, что вы кого-то ищете!

Всё это слишком сложно. Такахаси клянется, что ничего не распускает, хотя даже сторож указал на неё… Тогда кто? Мы почти не мелькаем вместе вне класса, а если и собираемся всей компанией, то сидим в самом дальнем углу школьного двора. Там нашу «странность» заметить трудно, так что вряд ли мы сами даем пищу для таких масштабных слухов.

— Пожалуй, у меня тоже есть кое-что важное, — вмешался Рэн, бесцеремонно прервав мои мысли. — Сегодня мы отправимся в Закулисье, и я решил, что Аоки-кун пойдет с нами. Он дал слово, что будет вести себя тихо и во всем слушаться тебя, Инудзука-кун.

— А почему именно меня? — я опешил.

— Инудзука, — Харуто внезапно посерьезнел и придвинулся ближе к столу. — Почему ты? Мы с Ями-куном обсудили всё и пришли к выводу, что ты станешь лидером нашей мужской команды. Тоно — это Тоно, но мы втроем — это совсем другое. Будем вести собственные расследования. Ты у нас парень умный, так что выбор очевиден.

— Всё так и было, — подтвердил Ями коротким кивком. — Заодно я решил показать ему «свой мир», а он как раз поможет реконструировать события, предшествующие нападению.

Значит, идем втроем? Амано после того раза лучше еще дать отдохнуть, а Тоно пластом лежит с температурой… Значит, решено. Вот влип… Теперь я еще и «лидер».

Когда мы вышли из столовой, я решил проверить мобильник. Он подозрительно долго молчал, и это пугало меня больше, чем перспектива командовать Аоки. Открыв чат, я увидел целую лавину сообщений от Рэй:

«Что там, Инудзука?»

«Давай рассказывай!»

«Ты почему не отвечаешь?!»

«Если эта мымра начнет что-то вякать, вмажь ей от меня!»

«Эй, отвечай!»

«Сука, ответь!»

«Вот же мудак…»

Я еще раз перечитал последние строки. Точно ли я не ошибся, с пеной у рта защищая её перед Такахаси от звания нахалки? А ко всему прочему… кажется, меня только что заблокировали.

***

Деревянный стул подо мной громко скрипнул, когда я устало откинулся на спинку. За окном — вновь ставшее моим любимым звездное небо. После того разговора с Ями я всё чаще задираю голову вверх, пытаясь отыскать в этой бездне ответы. В траве вовсю стрекотали цикады — верный признак того, что лето окончательно вошло в силу. Это было понятно и без них: сегодня после школы мне пришлось сразу лезть под ледяной душ, чтобы хоть как-то прийти в себя.

До одиннадцати вечера я от нечего делать корпел над проектом. Не скажу, что работа шла гладко — никогда не любил это дело. Мне проще пересказать весь учебник своими словами, чем расписывать водянистый текст ради того, чтобы ублажить учителя. Надеюсь, я не слишком увлекся? Мы ведь с Такахаси даже не договорились об объеме…

Тоно меня так и не разблокировала. Это недвусмысленно намекало на то, с каким выражением лица она встретит меня в следующий раз. Интересно, с каких пор Рэй стала такой обидчивой? Раньше я мог нести любой бред, и ей было плевать, но чтобы дошло до блокировки… Видимо, лихорадка творит страшные вещи даже с такими сильными натурами, как она.

Заметив через щель в двери, что внизу погас свет, я отложил бумаги и подошел к шкафу. Выбор экипировки был невелик. Искренне надеюсь, что Ями не обидится, если подаренные им вещи станут моей постоянной формой для походов в Закулисье.

Честно говоря, я не совсем понимал, что именно стоит брать на эту вылазку. По идее, мы не должны задерживаться надолго, но, зная наше везение, всё может обернуться ровно наоборот — и вернемся мы только с рассветом. Таскать за собой сумку уже порядком надоело: неудобно, когда на плече постоянно что-то болтается и мешает двигаться. Но без кухонного топорика там делать нечего, так что пришлось смириться.

Я покинул дом, прихватив с собой бутылку воды и верный топор. Ночной воздух был свежим, и я глубоко вздохнул, стараясь унять волнение. Сердце колотилось: сегодня мы не просто спасаем очередную заблудшую душу. Сегодня мы идем на полноценное расследование. Не знаю, что мы там обнаружим, но главное — мы наконец перестали просто ждать удара и начали действовать сами.

Добравшись до парка, я издалека заметил своих приятелей. Подойдя ближе, я, мягко говоря, опешил: за спиной Аоки красовался огромный темно-зеленый походный рюкзак, который, казалось, был больше самого Харуто.

— Э-э-э… Ты что туда запихнул? — сразу спросил я, когда рыжий обернулся ко мне.

— Как это что? Всё самое нужное! Там вода, еда, одна тяжелая гантель, три ножа разного размера, ржавый топор, карта нашего города, которую я свистнул из администрации… что-то еще было…

— Не ругайся, Инудзука-кун. Он, как-никак, идет в первый раз, — попытался успокоить меня Ями, хотя даже в его голосе слышались нотки сомнения.

— Вы хоть представляете, что будет, если нас решит остановить полиция? — я потер переносицу, чувствуя, как начинает болеть голова. — Какие вопросы у них возникнут к трем подросткам с таким набором? Они же пойдут опрашивать знакомых о нашей адекватности… и, поверьте, о нас ни одного доброго слова не скажут.

— Ладно-ладно, я понял! — Аоки в защитном жесте вскинул руки. — Больше такой баул брать не буду. Самому, черт возьми, неудобно…

Вокруг было слишком тихо. Непривычно. Харуто был шумным, но без Рэй всё казалось каким-то… неправильным. Словно наша команда потеряла свою искру. Это был первый раз, когда я ввязывался в нечто иррациональное без неё.

Впрочем, сейчас я был на её месте. Нужно взять себя в руки и перестать о ней думать — пусть выздоравливает.

— Ну-с, время пришло. Пошли, нам пора отправляться.

— Есть! — криво улыбнулся Харуто и поправил лямки своего неподъемного рюкзака.

Переход в Закулисье прошел без происшествий. Снова этот густой туман, запах сырости и гнили, и огромная изумрудная луна в зените. Хорошо, что сегодня она светит ясно и небо не расчеркивают те жуткие молнии. Единственное, что сразу бросилось в глаза — здесь стало еще жарче. Казалось, нас обдает жаром, как сегодня в полдень под палящим солнцем. Но других явных изменений я пока не заметил.

Аоки, мертвой хваткой вцепившись в лямки рюкзака, затравленно озирался по сторонам.

— Вот я даже не знаю… То ли мне в штаны со страха наложить, то ли орать от радости, что вижу то, о чем остальные даже не догадываются, — задумчиво пробормотал он. — Всё же я уже сталкивался с местными обитателями, и они, мягко говоря, гостеприимством не отличаются.

Пока я стоял рядом с ним, тишину внезапно прорезал мой рингтон. Достав мобильник, я с удивлением увидел на экране имя Ями. Я поднял взгляд на Рэна — тот стоял в метре от меня и просто кивнул.

— Я же прямо перед тобой, — сказал я, поднося трубку к уху.

Однако в ответ не услышал ничего, кроме помех. Это не было похоже на шум старого радио. Треск был сухим и ритмичным, как у счетчика Гейгера в фильмах про радиационные катастрофы.

— Звонки и правда работают, — усмехнулся Ями, но сбрасывать не спешил. — Нужно кое-что проверить. Не отключайся.

— Ладно, — я пожал плечами, перевел звонок на громкую связь и убрал телефон в нагрудный карман, чтобы треск служил нам фоном.

С чего бы начать? Надолго задерживаться здесь нельзя, так что нужно сразу идти по «точкам интереса». Перехватив поудобнее топорик, я окликнул Харуто, который всё еще судорожно копался в своем бауле.

— Сможешь провести нас тем же путем, каким шел перед нападением? Нужно проверить маршрут и само место стычки.

Аоки долго колебался между ножом и топором, но в итоге выбрал второй — с рассохшейся деревянной рукоятью и огромным ржавым лезвием.

— Так, ну… Сначала я перепугался и сразу нырнул в тот дом, — он указал на разбитую витрину магазина оптики. — Прошу, за мной…

Мы с глухим стуком приземлились на замусоренный пол, перепрыгнув через раму разбитого окна. Внутри смотреть было особо не на что — в прошлый раз мы запрыгнули в это же здание, скрываясь от огоньков. Но одна деталь всё же не давала мне покоя: почему в этом мире повсюду, на каждом шагу, валяются трубы и обрывки арматуры?

— Дальше что было?

— Дальше на меня эта громадина выскочила! Я огрел её арматурой, а та вдруг раскалилась докрасна… Ну, я и дал дёру через черный ход.

Я вышел за дверь с полной уверенностью, что должен что-то искать, но что именно? Из сериалов я смотрел только повседневные драмы да телепередачи. Детективом я не был и быть не мог, но мы обязаны были что-то понять.

Мы шли за Харуто, пока не уперлись в здание, которое когда-то было булочной. Сейчас его гнилой вид никак не напоминал о аромате свежей выпечки.

— Значит, отсюда ты нас и увидел? — спросил я, выглядывая на пустую улицу. — А вот и библиотека… Где именно тебя встретили те когти?

— Да вон там, в узком проулке между ними.

Как ни странно, этот тупиковый зазор существовал только здесь. Словно строители библиотеки и соседнего здания долго делили землю, но в итоге построили так, чтобы не досталось никому. Глухая стена через четыре метра и никакого выхода. Спрятаться там было не за чем.

— Инудзука, смотри, — Ями толкнул меня в плечо, указывая на разлом в стене библиотеки на уровне второго этажа. — Если нападение произошло здесь, нападавший мог сидеть внутри здания и спрыгнуть к Аоки-куну, когда тот отвернулся.

— Почему «если»? Я вам не вру! — нахмурился парень. — Ладно, я много врал в жизни, не осуждаю, если не верите. Но я сейчас серьезно, пацаны!

— Мы верим тебе, Аоки-кун. Просто нужно сложить логическую картину, — вздохнул я. — Пойдемте внутрь. У меня будет к тебе вопрос, Ями-кун.

— Само собой. Я уже готовлю ответ.

Толкнув тяжелую дверь, мы замерли. Темный читальный зал остался таким только в памяти — реальность Закулисья его не пощадила. Полки пустые, ни единой книги. Пол местами пробит, из дыр сочится черная жижа, а маленькие окна пропускают лишь пугающий зеленый свет.

— Вы зашли сюда вместе с Амано-сан? — спросил я.

— Да, я пошел за ней, но слышал лишь удаляющиеся шаги. Увидеть её я не успел.

— Значит, она тебя тоже не видела?

— Сначала — нет. Мы пересеклись только перед выходом, когда Амано вернулась со стороны читального зала.

— Капец у тебя морда задумчивая, Инудзука… — тихо фыркнул Аоки. — Что, всё настолько серьезно?

— Серьезно — это мягко сказано. Я просто пытаюсь понять, где скрывался обладатель тех когтей.

— Н-ну… — Харуто смущенно отвел взгляд. — Можем пойти в женский туалет… Амано же это та самая русая девка?

— Да, «та самая русая девка», — с улыбкой передразнил его Ями.

— Т-та не дави на меня! У меня плохо с именами!

— Пойдемте уже. Мы в ином мире, что такого, если мы туда зайдем? Мы же не в реальности! — пытался я скрывать свое смущение.

— В-верно. Погнали, пацаны! — Аоки важно поправил рюкзак.

Смущаться и правда было странно. Здесь из живых только мы трое. Видимо, старые моральные принципы всё еще цеплялись за название на табличке. Двери не было — её просто вырвали. Внутри уцелело всего две кабинки из пяти. И только в одной унитаз оказался на удивление чистым.

— Значит, она была здесь, — пробормотал Аоки, осматривая кабинку, а потом резко замотал головой. — Да твою же мать! Я не извращенец, честно! Я просто констатировал факт! Вы же понимаете… просто я не привык так выражаться, ничего похабного!

— Да, Амано заходила сюда, другого не дано, — повторил Ями, словно пытаясь поддержать товарища. — Я до сих пор не понимаю, зачем ей понадобилось именно это место. Человеческий организм мог бы потерпеть, тем более мы тогда почти не двигались. Если только она не хотела этого еще задолго до перехода.

Мне не нравилось, куда катится наше обсуждение. Обсуждать физиологию девушки было неловко до жути, но в этом крылась странность.

— Амано-сан слишком пугливая, — подытожил я. — Она могла захотеть в туалет еще до перемещения, но побоялась сказать. А когда стало невыносимо, идея пойти в кусты в мертвом городе смущала. Поэтому найти что-то цивильное — вполне в её духе.

— Вполне логично, — пожал плечами Ями. — Но тогда пугает другое: мы могли находиться в паре метров от того, кто всё это замышляет. Или, по крайней мере, от чего-то, что напрямую связано с силой, затаскивающей людей в этот мир.

Черт… Если это правда, то в голове не укладывается, как близко мы были к разгадке. Впрочем, делать громкие выводы еще рано. Я не могу утверждать наверняка, но это могла быть просто еще одна форма жизни этого проклятого места. Всё-таки те твари, что мы видели в школе и в доме Аоки, выглядели совершенно иначе.

Я еще раз осмотрел кабинку, но мы ничего не нашли. В порыве какого-то злого азарта я даже размахнулся топориком и разбил бачок унитаза. Осколки фаянса разлетелись в стороны, но внутри не оказалось ничего, кроме густой черной жижи. Значит, Амано действительно заходила сюда только по нужде и ничего подозрительного не оставила. А если бы она что-то заметила, то с её пугливостью точно бы нам разболтала.

Когда мы наконец покинули туалет, на душе стало чуть спокойнее. Находиться там было… до невозможности неловко.

— Получается, монстряк, которого я встретил, до жути важный? — криво улыбнулся Аоки, пытаясь бравировать. — Только недавно вступил в команду, а уже принес такую ценную информацию. Эх, горжусь собой!

— Ага, найти бы его еще, а то толку от этой информации будет мало, — я скептически покачал головой. — Ями-кун, где именно ты находился всё то время, пока Амано была в туалете?

— Я не смел ей мешать и стоял прямо у двери в коридоре, — спокойно ответил Рэн. — Прямых доказательств моим словам нет, так что тебе остается либо сомневаться, либо верить мне на слово.

— Ями-кун, ты мой друг, с чего бы мне в тебе сомневаться? Искренне надеюсь, что ты не врешь. А если врешь… то ты всё ближе к тому дню, когда я тебя «убью», — я тихо усмехнулся собственной шутке, направляясь обратно к главному входу.

— А это действительно смешно, — негромко рассмеялся Рэн, следуя за мной.

— Э? Я один прикола не выкупил? — вздохнул Харуто, плетясь в хвосте.

Мы начали подниматься на второй этаж, и наши шаги гулко отзывались в пустоте здания. Наверху нас встретил узкий коридор — в реальном мире мне здесь бывать не приходилось. По обе стороны тянулись двери: судя по всему, когда-то здесь располагались кабинеты немногочисленных сотрудников библиотеки.

Тратить время на осмотр каждой комнаты не хотелось, поэтому мы сразу направились к самой дальней двери справа. Табличка на ней давно стерлась. Внутри комната оказалась гораздо светлее остального здания, и виной тому была та самая дыра в стене. Края были неровными, словно кто-то выломал огромный кусок камня и дерева, оставив отверстие, в которое спокойно мог бы пролезть человек.

Я подошел к разлому и осторожно выглянул наружу. Сомнений не было: это то самое место, что мы видели снизу. Первое, за что зацепился взгляд — глубокие борозды на обломках рамы. Казалось, по дереву с силой провели пятью острыми ножами. Хотя… вряд ли это были ножи. Могли ли такие следы остаться просто при разрушении стены? Вряд ли. Ровные линии тянулись от левого края на уровне моего запястья и обрывались в пустоте.

Пока я обдумывал происхождение этих царапин, Ями замер рядом, а Аоки прошел вглубь комнаты к единственному уцелевшему столу из темного дерева. Харуто резко нагнулся к полу, скрывшись за мебелью.

Я уже успел позабыть, что мы с Рэном всё еще «на связи», но внезапно телефон в кармане подал голос. Ритмичный треск мгновенно превратился в оглушительный белый шум — звук, который издает телевизор на нерабочем канале. Ями нахмурился и достал свой мобильник, который буквально захлебывался в помехах.

Рэн открыл рот, чтобы что-то сказать, и резко развернулся к дыре в стене. Его слова были уже не нужны — я и сам всё увидел. В отверстие с силой влетела огромная зеленая лапа, расширяя проход, а следом показалась омерзительная рожа типичной «зелени», что стаями бродит по улицам этого мира.

Мы синхронно отшатнулись. Ями вскинул руку, и из его пальцев с влажным звуком выскочили когти. Я перехватил топорик, чувствуя, как рука от плеча до кончиков пальцев вспыхивает багровым пламенем. Аоки, к моему удивлению, не закричал и не бросился бежать — он встал плечом к плечу со мной, вцепившись обеими руками в свой ржавый топор.

Я ведь не хотел сегодня драться… Почему нам везет как утопленникам?