Надежда, рожденная из отчаяния
Когда Цинь Юймо, Шэнь Хуайшу и Ци Минюй стояли в Зале усердного правления, они сами не могли поверить в происходящее. Даже евнухи то и дело бросали на них странные, полные любопытства взгляды.
Цинь Юймо держался спокойнее всех — принцесса Пинъяо обладала самым высоким статусом среди трех сестер и никогда не дурнувала с ним. Шэнь Хуайшу же стоял неподвижно, его бледное лицо и потухший взор отражали полное отчаяние и покорность судьбе.
Пока Регент заканчивал обсуждение дел с министрами, у троицы была возможность переговорить.
— Я кое-что слышал, примите это к сведению, — вполголоса начал Цинь Юймо. — Вчера принцесса Цзяхэ устроила в своем поместье банкет, куда была приглашена кузина из дворца Регента.
Сердце Ци Минюя пропустило удар. Неужели всё это — последствия интриг Цзяхэ? Он затаил дыхание, боясь перебить Юймо.
— Мисс Гу была влюблена в Регента, но безответно. Цзяхэ дала ей порошок, убедив, что если подсыпать его в еду, Регент без памяти влюбится в неё.
— Как такое возможно? — изменился в лице Ци Минюй. — Откуда у благородных дам такие снадобья?
— Не знаю, существует ли такое лекарство на самом деле, но мисс Гу поверила. Вчера она подсыпала порошок в ужин Регента, но его обнаружили на месте. Когда князь узнал правду, он немедленно выдал кузину замуж за одного из своих генералов, — Юймо еще сильнее понизил голос. — За генерала Вэя. Того самого, что овдовел и в свои сорок лет живет бобылем.
Ци Минюй почувствовал неладное: — Она действительно пыталась отравить Регента?
— Именно так. Похоже, Цзяхэ действовала по указке Вдовствующей императрицы. Они хотели подставить кузину, рассчитывая, что Регент смягчится ради памяти покойной матери.
— И в итоге её отдали грубому вояке, — нахмурился Ци Минюй, глядя на Юймо. — Откуда у тебя такие подробности?
— У принцессы Пинъяо очень осведомленные источники, — уклончиво ответил тот.
— Но... — Минюй всё еще был в замешательстве. — Какое отношение это имеет к нам?
Логично было бы наказать принцесс напрямую. Зачем призывать консортов во дворец и давать им полномочия?
— Подозреваю, Регент считает ниже своего достоинства лично возиться с двумя принцессами. Он дает вам власть, чтобы вы сами могли противостоять своим женам, — прошептал Юймо. — Он даже разрешил вам брать наложниц.
Шэнь Хуайшу всё это время хранил молчание, никак не реагируя на их слова. Наложницы? С характером Цзяхэ, стоит ему только взглянуть на другую девушку, она найдет способ вырезать весь его род под корень.
— Говорят, у генерала Вэя скверный нрав, — добавил Ци Минюй. — Ходили слухи, что свою первую жену он забил до смерти.
— Не может быть, — изумился Юймо.
— На поле боя они герои, но кто знает, какие они дома, — вздохнул Минюй. — Впрочем, это нас не касается. Меня волнует другое: действительно ли Регент даст нам реальную власть?
Юймо помолчал и медленно покачал головой:
— Не знаю. Возможно. А может, это просто способ проучить принцесс.
— Проучить? — в зал вошла принцесса Пинъяо. В своем темном одеянии и походном плаще она выглядела воинственно и решительно. — Он не пощадил собственную кузину, что ему две принцессы? Регент действительно намерен наказать Цзяхэ и Цзяюй, но вы должны сами ухватиться за этот шанс. Главное — не будьте бесполезным куском грязи, из которого ничего не слепишь.
Мужчины тут же смолкли и почтительно поклонились. Пинъяо подошла к Цинь Юймо и бесцеремонно потрепала его по щеке:
— Старайся. Не разочаруй меня.
Юймо густо покраснел. Двое других консортов переглянулись: они не знали, завидовать ли его удаче или сочувствовать тому, что с ним обращаются как с изнеженным комнатным мужем. Однако, поразмыслив, они поняли, что сочувствовать нужно себе. По крайней мере, Юймо не избивают. Пинъяо была властной и своенравной, но никогда не опускалась до тирании и побоев.
— Ах да, — Пинъяо обернулась у самого выхода, лениво взглянув на мужа. — Принцы Шэнь и Ци, возможно, и заведут себе наложниц, но ты даже не смей об этом думать.
С этими словами она вышла. В зале воцарилась тишина.
— Регент прибыл!
Троица мгновенно подобралась и пала на колени: — Приветствуем великого Регента!
Цзи Юйцан вошел в сопровождении Линь Фэна, который тащил стопку докладов, в очередной раз сетуя про себя на то, что личного телохранителя используют как главного евнуха. Атмосфера в зале стала гнетущей.
Князь подошел к столу и окинул присутствующих холодным взглядом:
— С сегодняшнего дня вы будете прибывать во дворец к утреннему собранию вместе с министрами. Ждать будете здесь. Вам подготовят столы. Каждый день вы обязаны писать по одному политическому эссе. Темы на ваш выбор: война, благосостояние народа, управление, внешняя политика или торговля.
Он сделал паузу:
— Каждому из вас я выделю по четыре охранника. Через месяц те, кто проявит выдающиеся таланты, получат должности политических советников в Зале усердного правления. Если же окажетесь бездарными и никчемными — не вините судьбу в несправедливости.
В сердце Шэнь Хуайшу невольно вспыхнул огонек надежды. Возможно, небеса наконец услышали его мольбы и дали этот единственный шанс посреди кромешной тьмы. Он обязан вцепиться в него зубами. Иначе... иначе он погибнет навсегда.