Пролог. Юта Асамура
Бог испытывает честных людей. Змей-искуситель, посланный богом, всегда готов оскалить на тебя клыки.
Это был осознанный сон. Сон, в котором понимаешь: «Я сейчас сплю». Рядом со мной, за рулём ярко-красного кабриолета, сидела Саки — моя сводная сестра и одновременно девушка.
— Юта. Какой приятный ветер, — сказала Саки, глядя на море.
Увидев её профиль, я сразу понял: это осознанный сон. Ну и банальщину же я себе напридумывал. Кататься вдоль побережья на красном кабриолете с девушкой, сидящей на пассажирском сиденье — будто сцена из романтического фильма эпохи Сёва. Я, конечно, никогда таких фильмов не смотрел, но само представление о них имел. И раз Саки сидит справа от меня, значит, машина ещё и с левым рулём. Интересно, кто вообще вообразил подобную сцену? Я сам.
Белый песчаный пляж бесконечно тянулся справа, а мелкое море уходило вдаль до самой линии горизонта, где сливалось с небом. В синем небе кружили белые чайки, и даже это казалось проявлением моей заурядной фантазии. Море и чайки — ну до чего банально. Хоть бы морские котики или коршуны. Да что угодно.
Картина вдруг сменилась. Не успел я понять, где мы оставили машину, как мы с Саки уже шли вдоль прибоя. Волны накатывали и отступали, омывая щиколотки. Оттягивающая назад вода неожиданно сильно потянула ноги, и я чуть не потерял равновесие.
— Ого…
Я невольно споткнулся, пытаясь удержаться.
— Надо же, ты знаешь такое выражение — «споткнуться в танце».
Ну… в старых романах оно постоянно встречается. Хотя погодите, Саки сейчас прочитала мои мысли? Хотя да, это же сон. Тут возможно всё.
— Юта, ты столько всего знаешь. Мне тоже нельзя отставать.
Это было очень похоже на то, что сказала бы реальная Саки. И одновременно отражало мои собственные мысли — я это понимал.
Но на самом деле всё наоборот. Фотоальбом, который мы поклялись заполнять вместе. Чтобы он стал следом нашей связи. Потому что я хотел идти рядом с ней до самого далёкого будущего. И всё же, даже дав эту клятву, я боялся, что Саки однажды оставит меня позади…
В какой-то момент я понял, что Саки рядом нет. Я поспешно завертел головой по сторонам и увидел её далеко впереди — она шла вдоль береговой линии. Цепочка следов тянулась по мокрому песку. Её спина казалась ужасно далёкой. Я невольно закричал прямо во сне.
Саки обернулась. Неизвестно когда на ней появилась большая шляпа. Лицо скрывалось в тени широких полей. Она широко раскрыла рот, что-то крича. Она… звала меня?
Я попытался броситься следом, но ноги увязли в песке, и я упал. Волны смыли следы, которые соединяли нас с Саки. Я снова закричал вслед маленькой фигуре вдалеке… И резко поднял голову со стола.
Сердце тяжело и быстро колотилось. Кажется, мне приснился неприятный сон, но стоило проснуться — и воспоминания буквально рассеялись, словно облака. Осталось только смутное чувство тревоги. Но тревога из сна будто просочилась в реальность и всё ещё раскачивала сердце. Я невольно вздрогнул.
— Что-то… слишком холодно.
Почувствовав, как замёрзли открытые предплечья, я переключил кондиционер на слабый режим.
На следующий день после дождя воздух стал чуть более влажным, а температура немного спала. День, когда удушающая жара наконец немного отступила.
Убедившись, что шум кондиционера стал тише, я поднялся со стула и потянулся возле письменного стола. Стоило немного передохнуть.
С начала летних каникул прошла уже примерно неделя. Отчёты, которые нужно было закончить за время отдыха, продвигались вполне успешно, но подготовка к лекциям и повторение материала были ещё далеки от завершения. А вечером меня ждала смена в книжном магазине. До этого хотелось успеть ещё немного позаниматься.
По сравнению со школой материал, конечно, стал гораздо сложнее, так что и времени на усвоение уходило больше. И это ведь пока только общеобразовательный курс. Стоило представить, насколько труднее будут профильные дисциплины через два года, как начинала болеть голова. Тем более факультет социальных данных и дата-сайенса строился на объединении гуманитарных и естественных наук, а значит, приходилось осваивать передовые области сразу обоих направлений.
— Хотя… хорошо ещё, что из естественных наук здесь в основном математика…
Если бы меня заставили серьёзно изучать современную физику или химию, одной головы точно бы не хватило. Читать подобные книги мне нравилось, но в школе из естественных наук я углублённо занимался только физикой, а остальное проходил лишь на базовом уровне. Слишком высокая планка.
Я бросил взгляд на стол. Лежавшая там книга под названием «Введение в социальный дата-сайенс I» была вся утыкана стикерами, и разноцветные бумажки торчали из обреза страниц, словно плавники рыб.
Этот учебник нужно было закончить за один семестр, а уже осенью начнётся «Введение II». Появятся и полевые исследования, так что ощущение именно научной работы станет куда сильнее. Университет всё больше будет восприниматься не как место, где тебя учат, а как исследовательский институт. Меня это устраивало, хотя лёгким путь точно не будет.
Вздохнув, я поднял голову. В поле зрения попал книжный шкаф. Я машинально подошёл ближе и среди беспорядочно расставленных книг вытащил аккуратно вставленный между ними изящный фотоальбом в кожаном переплёте. Совсем недавно его вручила мне Саки. Глубокий каштановый переплёт украшал рисунок компаса, словно с морской карты. Альбом приятно тянул руку своей тяжестью, хотя внутри пока была лишь одна фотография на первой странице. На снимке были мы с Саки. Фото сделано здесь же, в моей комнате, на фронтальную камеру смартфона, а потом распечатано.
По сути, это был наш с Саки судовой журнал. Запись нашего совместного путешествия. Доказательство пути, который мы решили пройти вдвоём.
Я невольно вспомнил тот осознанный сон. Мы решили идти вместе. И чтобы не забыть об этом, договорились вклеивать в альбом фотографии наших воспоминаний.
Первый снимок появился совсем недавно. Сам файл хранится в общей папке, доступной нам обоим, так что посмотреть его можно в любой момент. Но Саки, наверное, было важно именно то, что память остаётся в материальной форме, поэтому она настояла на распечатке. Точно так же, как любит старинные исторические здания.
Хранение фотоальбома поручили мне — всё-таки одна стена моей комнаты полностью занята книжными полками. Если хочешь спрятать дерево — спрячь его в лесу. А книгу — среди груды книг. Конечно, мы не собирались фотографировать ничего такого, что нельзя никому показывать, но и выставлять это на всеобщее обозрение тоже не хотелось.
Хотя второй фотографии в альбоме ещё не было, мы уже решили, какой она станет. Вообще-то именно я, можно сказать, предложил её ещё до того, как Саки заговорила о первом снимке-прологе.
После поступления в университет наши с Саки ритмы жизни начали постепенно расходиться, и мы всё чаще разминались. У меня появилось ощущение, что так мы можем отдалиться друг от друга. Поэтому я решил, что должен хотя бы немного стараться открывать себя сам.
Вот что я сейчас чувствую. Вот о чём думаю. Мне казалось, что такими вещами стоит делиться с Саки — партнёром, который плывёт со мной на одном корабле. Потому что я слишком часто привык запечатывать собственные чувства внутри себя.
«Примете вы это или отвергнете — всё начинается только после того, как вы сами выразите свою волю».
Я вспомнил слова инструктора из автошколы. И одновременно это должно было помочь мне лучше понять чувства Саки — что она сейчас ощущает, о чём думает. Общение существует только тогда, когда оба человека и говорят, и слушают. Недостаточно лишь рассказывать о себе. Но и молча быть только слушателем тоже нельзя…
Вторая фотография для альбома. Наше с Саки воспоминание о море, где будем только мы вдвоём. Мы уже договорились об этом, и ради поездки я даже оформил дополнительную страховку на машину. Родителям мы ещё ничего не говорили, но как они отреагируют, если узнают, что мы едем к морю вдвоём? На этот раз не было никаких серьёзных обстоятельств, как тогда в Атами. Если бы мы ехали компанией друзей, как в выпускную поездку, это выглядело бы вполне нормально — подобное уже случалось. Но только вдвоём…
И всё же я не хотел врать. К тому же, если вдруг что-то произойдёт и потом выяснится, что мы были только вдвоём, всё может стать ещё сложнее.
— Наверное, для начала лучше просто съездить одним днём посмотреть море…
Как брат и сестра, мы вполне могли позволить себе такую поездку. Хотя, если честно, у этого плана была одна важная проблема. Этим летом Саки была ужасно занята. В дизайнерском агентстве, где она проходила стажировку, сейчас шла работа над крупным проектом — мероприятием под названием «Роппонги Арт Фест». До открытия оставалось совсем немного, и количество её рабочих дней, как и продолжительность работы, заметно выросли.
Мы договорились, что поедем к морю, когда подготовка к фестивалю немного уляжется. Но если к тому времени Саки будет совершенно вымотана, я уже всерьёз подумывал отменить поездку. Мне не хотелось заставлять её перенапрягаться.
«Держись», — мысленно поддержал я её.
А потом подбодрил и самого себя. Наверное, тот сон приснился мне потому, что казалось: только Саки уверенно делает шаги в сторону своей «новой жизни».
Я вернул фотоальбом на полку и снова открыл учебник.