20 июля (вторник) — Юта Асамура

Торжественное закрытие первого триместра прошло в спортзале с кондиционерами – туда собрали всю школу. После церемонии, вливаясь в поток учеников, которые почти гуськом возвращались в классы, я тоже вышел из зала.

И тут же на кожу навалилась влажная жара. Барабанные перепонки атаковала оглушительная какофония цикад. С момента яростных баталий на спортивном фестивале прошёл уже целый месяц – и я даже не заметил, как.

Я повернул взгляд в сторону и увидел школьное поле. Под насыщенно-синим небом от толстых столбов, поддерживающих сетку вокруг бурой земли, тянулись чёткие чёрные тени. Палящее солнце безжалостно проводило границу между светом и тенью – так отчётливо, что казалось, будто ощущаешь его физическое давление.
Свет, не терпящий ни расплывчатости, ни самообмана.

– Фух… – вырвалось у меня.

Будто меня прижали к стенке. Итоги вступительных экзаменов решатся тем, насколько хорошо мы прокачаемся за это лето третьего года.

– Кстати, Мару ведь реально крут, да?
– А?

Я обернулся – рядом оказался Ёсида.

– Они прошли третий раунд.
– Ага, слышал.

Бейсбольная команда старшей школы Суйсэй, где Мару капитан, уже пробилась в третий раунд восточно-токийского отборочного турнира.
Если послезавтра, 22 июля, они выиграют четвёртый матч – выйдут в топ-16.

– У нас тут вообще один из самых жёстких регионов по стране. Если войти в шестнадцать лучших – это реально круто. Может, взять у Мару автограф?
– Ты так интересуешься бейсболом?
– Да не особо.

Неожиданно.

– Просто… если кто-то реально крут – хочется ему об этом сказать.
– Понимаю.

То есть Мару своим старанием смог произвести впечатление даже на людей, которым бейсбол в принципе неинтересен.

– О? Чего это ты такой довольный, Асамура?
– Ну…

Подумал, что он молодец.

***

После церемонии было короткое собрание класса – и сразу роспуск. Вечером у меня подработка, но до неё ещё есть время. Вернуться домой? Или где-нибудь передохнуть?

С завтрашнего дня – летние каникулы, и в класс мы какое-то время уже не вернёмся. Я тщательно проверил парту – ничего ли не оставил.
Пальцы коснулись холодного металла. Пусто. Отлично.

– Асамура, можно тебя на минутку?

Я обернулся – передо мной стояла Аясэ.

Дома – на расстоянии. Снаружи – ближе. За этот месяц мы начали спокойно разговаривать и в классе.

Поначалу одноклассники пару раз замечали:
«Вы что-то часто вместе», но мы отвечали: «Мы же одноклассники», и вскоре вопросы сошли на нет.

Ну да – одноклассники разговаривают. Это нормально. А нормальное со временем перестаёт бросаться в глаза.

– Что случилось?
– У Майи есть разговор. С нами.

С Нарасакой? И со мной тоже?
Интересно.

– Саки-и! Асамура-а! Простите, что заставила ждать! Та-да!

С этим жизнерадостным криком в почти опустевший класс буквально впрыгнула девушка. Да, это была Нарасака Майя.

Подскочив к нам, она широко улыбнулась. Я вспомнил, как Аясэ однажды назвала её «подсолнухом». И правда – просто находясь рядом, она будто делала пространство светлее.

– Нарасака, ты хотела поговорить со мной и Аясэ?
– А?! Откуда ты знаешь?! Асамура, ты что, телепат?!

Она театрально прижала ладонь ко рту, изображая шок. Аясэ рядом со мной тихо вздохнула.

– Это ты сказала, что есть разговор. Я только что ему передала.
– Аха-ха, ну да, sure, sure~
– Простите, а эта загадочная иностранка кто?

На мой комментарий Нарасака нарочито кашлянула и продолжила:

– Итак! У вас уже есть планы на послезавтра?!
– Послезавтра?.. – 22 июля, второй день каникул. Четверг. – Особых нет.
– Что-то намечается?

Глаза Нарасаки лукаво блеснули.

– Пойдём болеть за бейсбольную команду Мару?

А, точно. Его матч.

– Мы не только вас зовём – я уже многим написала! Почти все, кто тогда ездил в бассейн летом, смогут прийти!

В голове всплыло лицо Синдзё с его улыбкой – он из их компании.

– Значит, почти все собираются.
– Ага! – Нарасака гордо выпятила грудь. – Последнее лето, матч за выход в топ-16! Мару так старается, хочется, чтобы он играл при мощной поддержке!

Я невольно вспомнил спортивный фестиваль. Не навязывать «ожидания», а просто поддерживать – вот это, пожалуй, правильно.

– К тому же соперник – сильная школа!
– Вот как…

В спорте я не силён, но если Нарасака так говорит, значит, матч реально на грани.

– Ну так что? Вы сможете?
– Я пойду.

Я и тогда, на фестивале, думал: хочу хоть раз увидеть, как Мару играет официальный матч.

– А ты, Аясэ?
– Ну… на один день можно.

– ЙЕЕЕС! Ура-а! Саки-и!

Нарасака вскинула руки, требуя «дай пятюню».
– Э… йе-е-й? – Аясэ растерянно, но всё же ответила.
Ладони хлопнули.

– Если хотите – зовите ещё кого-нибудь! 22-го все вместе идём на стадион! А я побежала дальше звать народ, адьюнара~!

…Что за прощание такое?

Смешав французское и японское, Нарасака умчалась, как вихрь.

Я задумался. Кого бы пригласил я? Наверное, Ёсиду – общий друг, да и за матч Мару он явно переживал. Аясэ сказала, что попробует позвать старосту и Сато.

И всё-таки…
Нарасака, похоже, прямо-таки исполняет роль капитана фанатов.
Похоже, с Мару они и правда очень близки.