Договор Смерти.
Особняк рода Арджент погрузился в глухую, удушливую ночную тишину, но внутри главного кабинета воздух буквально звенел от подступающей катастрофы.
Дэон замер, тяжело опираясь ладонями о край массивного дубового стола. На угасающем краю его восприятия, вызванного растворяющим эхо-импульсом Омбрантов, четко отпечатался силуэт нарушителя. Незваный гость затаился в заброшенных подвальных переходах, в обход всех защитных барьеров.
Лиам, замерший у дверей, мгновенно считал резкое изменение в лице хозяина. Смертельно побледневшая кожа герцога и его заострившийся взгляд сказали элитному слуге больше, чем любые приказы.
— В подвале чужак. Живым, — хрипло, едва сдерживая рвущийся наружу кашель, вытолкнул из себя Дэон.
Лиам не кивнул — он просто растворился в воздухе. В этот миг в его движениях проступила пугающая, монументальная сила. Лиам не был обычным слугой. Он был внуком Себастьяна — легендарного деда, сильнейшего дворецкого и безжалостной тени прошлого Герцога Арджента. Сила Лиама была абсолютной, и сейчас этот спящий монстр вышел на охоту.
Оставшись один, Дэон больше не мог сдерживаться. Жесткие спирали Кая Вальдора и его собственные узлы продолжали яростно перемалывать остатки изолированного чужеродного алгоритма Омбрантов.
«Нужно убрать следы быстро, этот кот...Он не сможет проигнорировать колебания воздуха», — лихорадочно застучали шестеренки инженера в его голове.
Дэон разорвал пуговицы рубашки, безжалостно пачкая пальцы в собственной крови. Благодаря постоянно работающим узлам, его регенерация уже запустилась на полную мощность, но эта фантастическая регенерация требовала колоссального количества энергии. Желудок Дэона моментально скрутило от дикого, почти животного голода. Ему физически необходимо было сожрать половину запасов кухни прямо сейчас, чтобы просто не упасть в обморок от истощения, но времени не было.
Он стремительно скинул окровавленный шелк, бросив его прямо в камин в своем, где ткань мгновенно испепелялась в пламени, и полез в шкаф за чистой рубашкой. В этот самый момент тяжелая дубовая дверь кабинета с глухим стуком распахнулась, едва не слетев с петель.
В комнату буквально влетел запыхавшийся, растрепанный Эш. Глаза Эша полыхали ярким, концентрированным алым светом. В этом мире новеллы сильные эмоции или резкое пробуждение магии всегда заставляли глаза магов светиться, выдавая их внутреннее состояние с головой. И сейчас Эш был в состоянии дикого, фанатичного возбуждения.
— Арджент! Какого черта?! — почти закричал Эш, тяжело дыша и впиваясь взглядом в Дэона, который как раз набрасывал на плечи чистую сухую рубашку, скрывая дрожь в руках. — Моя магия... импульс моей чертовой «Мертвой Хватки» прошла мимо меня! Алгоритм один в один, но источник — другой! Как ты это сделал?! Как ты скопировал технику Великого Рода за секунду и не сдох от разрыва каналов?!
Эш сделал три стремительных шага к столу, его алые глаза горели безумным азартом. Он жаждал ответов.
— Замолчи, Эш, — холодно и жестко перебил его Дэон, застегивая пуговицы на ходу.
Его серые глаза оставались мертвыми и темными. Дэону приходилось тратить колоссальные ментальные силы, удерживая себя в состоянии глубокой медитации. Он подавлял любые эмоции, потому что знал: если он поддастся им хотя бы на секунду, его собственные глаза вспыхнут таким ярким, ослепительным светом, что это выдаст его истинный, чудовищный потенциал и полностью разрушит маску «пустоты».
— Позже. Твой алгоритм сработал как эхолот, — ровно, чеканя каждое слово, произнес герцог, превозмогая пульсирующий в желудке голод. — Прямо сейчас в подвалах моего особняка чужак. Лиам уже ушел на перехват, но мне нужно твое звериное восприятие, чтобы зажать крысу в угол. Мой импульс был одноразовым. Помоги мне, Омбрант.
Азарт в глазах Эша на секунду сменился удивлением, но парень мгновенно подобрался. Опасность в чужом доме, где он находился в качестве гостя — это был вызов.
— В твоем доме лазутчик? — Эш опасно оскалился, его маленькие клыки блеснули в полумраке. — Веди, Арджент. Разберемся с этим.
Они стремительно спустились по винтовой лестнице в глубокие, пахнущие сыростью и вековым камнем катакомбы особняка. Дэон шел первым, внешне напоминая монолитную ледяную статую, хотя внутри его тело требовало калорий, а каналы еще поднывали от недавнего криза. Эш двигался следом, его алый взгляд сканировал каждую тень.
Долго искать не пришлось. В самом конце заброшенного коридора, у глухой стены, обнаружился Лиам.
Дворецкий Арджентов стоял абсолютно неподвижно, удерживая за шиворот прижатого к полу человека. Одежда нарушителя была разорвана в клочья, а его собственные энергетические каналы были завязаны Лиамом в тугой, болезненный узел — профессиональный почерк школы Себастьяна. Лазутчик не мог даже пошевелиться.
— Взял живым, Ваша светлость, — тихо доложил Лиам, не оборачиваясь.
Дэон подошел ближе, Эш шел вровень с ним. Лазутчик был одет в элитную темную форму без опознавательных знаков, лицо скрывала плотная маска.
— Сними с него маску, Лиам, — приказал Дэон.
Дворецкий резким движением сорвал ткань. В ту же секунду атмосфера в подвале рухнула в ледяную бездну.
Хитрая, азартная ухмылка Эша Омбранта исчезла, словно её и не было. Его лицо в одно мгновение превратилось в гневную, смертоносную маску истинного дикого кота. Алый свет в его глазах вспыхнул с такой яростью, что осветил сырые стены подземелья.
Перед ними на коленях, тяжело хрипя, стоял личный слуга Эша. Тот самый молчаливый парень в черной ливрее, который приехал вместе с ним и должен был охранять покои молодого господина Омбранта.
— Ах ты... шваль, — тихо, рыком процедил Эш, шаг за шагом приближаясь к предателю. Его боевая мана тяжелой волной накрыла подвал. — Мой собственный пес... Тварь. Кто тебя перекупил? Император? Великий Род? Сброд аристократии?
Лазутчик лишь зажмурился, не смея смотреть в горящие яростью глаза своего господина. Факт был неоспорим: слуга Омбрантов оказался шпионом, который использовал визит Эша, чтобы проникнуть в самое защищенное место особняка Арджент.
Дэон внешне оставался бесстрастным, но внутри его аналитический мозг запустился на максимальную скорость. Холодная логика попаданца выдала страшный вердикт:
«В каждом Великом Роду есть такой шпион... Никому нельзя верить...Абсолютно никому».
Герцог медленно перевел свой тяжелый, ледяной и пронзительный взгляд на Лиама. Перед глазами Дэона мгновенно всплыл образ Элизы личной служанки Дионы. Если Омбрантов, мастеров скрытности и шпионажа, предали собственные люди прямо под носом... то почему он, Дэон, должен верить Лиаму? Почему он должен верить Элизе? Что, если весь его особняк — это змеиное гнездо, готовое вонзить нож в спину Дионе, маленькому Дэвиону и ему самому? Паранойя попаданца достигла пика.
Лиам, обладавший феноменальной, почти сверхъестественной интуицией элитного дворецкого, мгновенно почувствовал этот леденящий, подозрительный взгляд хозяина. Он понял всё без слов. В его глазах не было ни обиды, ни страха — лишь абсолютное, непоколебимое понимание.
Слуга Арджентов сделал шаг назад, повернулся к Дэону и плавно опустился на одно колено, низко склонив голову. Он завел руку за спину, быстрым движением расстегнул верхние пуговицы своего строгого воротника и с силой потянул ткань в сторону, обнажая шею и верхнюю часть груди прямо в районе сердца.
— Герцог Дэон Арджент, — спокойно, глубоко произнес Лиам, и его голос эхом разнесся по каменному подвалу. — Я знаю, о чем вы думаете. И вы правы... В это смутное время глава Рода обязан сомневаться в каждом, но я, мой дед Себастьян, Каэль и Элиза... мы не можем быть шпионами.
Лиам закрыл глаза и принудительно активировал свое мана-ядро.
В ту же секунду сквозь его бледную кожу на груди, прямо над сердцем, проступили светящиеся, пепельно-серые магические руны. Они переплетались в сложный, зловещий узор, глубоко въевшийся в саму структуру его энергетики. Это были не просто татуировки.
— Это Договор Смерти, Ваша Светлость, — тихо объяснил Лиам, пока руны тускло пульсировали в такт его сердцу. — Кровная печать преданности, высеченная на наших мана-ядрах еще при рождении. Наша магия напрямую связана с жизнью линии Арджент. Если у меня или у Элизы возникнет хотя бы малейшая мысль о предательстве, шпионаже или заговоре против вас или леди Дионы... эта печать мгновенно сдетонирует. Мана-ядро выгорит изнутри за долю секунды, не оставив нам шанса сделать даже шаг. Наша верность зашита в нашу кровь и смерть.
Дэон пристально всматривался в геометрию, инженерный разум подтвердил: структура абсолютна. Это был идеальный, необратимый предохранитель. Лиам не врал, Элиза тоже была чиста. У дома Арджент был надежный, пуленепробиваемый тыл, скрепленный древней магией крови.
Глухое напряжение в груди Дэона наконец немного отпустило. Взгляд попаданца на секунду закрылись, удерживая сознание в тихой гавани медитации, не давая им вспыхнуть ярким триумфальным светом. У него были верные союзники.
Дэон открыл глаза и перевел взгляд на Эша, который продолжал тяжело дышать от ярости, глядя на своего связанного слугу. Игра умов закончилась — началась суровая реальность тотальной политической войны.
— Похоже, Эш, — спокойно произнес Дэон, и его ледяной голос заставил Омбранта обернуться. — Кто-то очень сильно хочет стравить наши Рода между собой или выкрасть то, что лежит в моих подвалах. Лиам, запри эту крысу в самые глубокие застенки. Нам предстоит долгий... очень долгий разговор.
Спустя полчаса кабинет Дэона снова был заперт изнутри.
Эш сидел в глубоком кресле, полностью растеряв свою вальяжность. Его левая нога нервно и часто дергалась, отстукивая рваный ритм по ковру. Руки парня были сжаты в кулаки, а распущенные волосы закрывали лицо. В глазах все еще тлел зловещий, угасающий алый свет — эмоции Омбранта бурлили, сменяясь от ярости к глубокой, параноидальной тревоге.
— Твою мать... — глухо процедил Эш, не глядя на Дэона. — Если этот ублюдок был крысой, то кто еще? Мой личный телохранитель, кухарка, секретари отца? Арджент, в моем Герцогстве Омбрант может быть целое гнездо этих тварей.
Эш резко поднял голову, его глаза снова на секунду вспыхнули ярче:
— Мне нужно срочно передать послание отцу. Лично в руки Великому Герцогу. Но как?! Столичные почтовые конторы под завязку забиты ищейками. Если они перехватят письмо о том, что мы раскрыли шпиона — шпионская сеть в наших землях тут же заляжет на дно, или, что еще хуже, они устранят моего отца!
Дэон молча слушал его, сохраняя маску абсолютного, ледяного спокойствия, чтобы его серые глаза не вспыхнули слишком ярким светом от подступающей злости, он привычно погрузил разум в глубокую медитацию. Внутренний стратег лихорадочно просчитывал переменные.
Паранойя Эша была обоснована, но Дэон и сам понимал: радоваться рано. Да, Лиам и Элиза были чисты благодаря Договору Смерти, высеченному на их ядрах, но в огромном особняке Арджент в столице и в главном поместье Рода работали сотни других слуг: конюхи, стражники, повара, прачки. Дэон физически не мог прямо сейчас выстроить их всех в шеренгу и заставить раздеться, чтобы проверить клеймо. Это вызвало бы панику и досрочно спугнуло бы потенциальных крыс.
Вместо этого он решил действовать системно и жестко. Дэон поднял руку , и Лиам появившись ниоткуда склонил голову , уже сменив испачканные перчатки на чистые.
Дэон перевел на него мертвый взгляд:
— Лиам. Подготовь скрытый приказ для Каэля Освальда. Отныне каждый, абсолютно каждый новый слуга, наемник или стражник, пересекающий порог любого поместья Арджент, обязан подписать Договор Смерти на мана-ядре. Без исключений.
Лиам внимательно слушал.
— Что касается уже нанятого персонала, — продолжил Дэон, и в его голосе звенящим металлом проступила воля главы Рода. — Проведи скрытую аттестацию под предлогом проверки магического фона особняка. Проверь каждого на наличие клейма. Тех, у кого договора нет, но чья преданность подтверждена поколениями — немедленно клеймить. Всех остальных, кто вызовет малейшее подозрение или откажется от печати... — Дэон сделал короткую паузу, его желудок снова мучительно скрутило от дикого регенеративного голода, напоминая о цене силы, — уволить, а если найдет прямые улики шпионажа — ликвидировать на месте. Тихо.
— Будет исполнено, Ваша Светлость, — без тени сомнения ответил Лиам. Он понимал, что его молодой хозяин сейчас защищает Род от полного уничтожения.
Эш, внимательно слушавший этот ледяной инструктаж, замер. Его нога перестала дергаться. Парень с каким-то диким, мрачным восхищением посмотрел на Дэона.
— Договор Смерти для всего персонала... Жестко ты, Арджент, но чертовски правильно, — Эш тяжело вздохнул и запустил пальцы в волосы. — Моему роду нужен такой же тотальный контроль. Отец слишком доверяет старой гвардии, но я не могу использовать для этого своих людей в столице — я не знаю, кто из них чист.
Эш подался вперед, его алые глаза сузились, возвращая блеск:
— Мне придется либо лично возвращаться в Герцогство Омбрант, бросив Академию, чего делать очень не хочется... Либо нанять независимых людей. Настоящих наемников из Гильдии Теней. За огромные деньги они доставят мое личное послание отцу в обход всех постов.
Дэон едва заметно кивнул. План Эша был рискованным, но единственно возможным в его ситуации.
— Делай что должен, Эш, — ровно произнес Дэон, поднимаясь из-за стола. Накинутый на плечи темный камзол скрывал, как его тело все еще слегка подрагивает от голода. — Но сделай это до рассвета. А сейчас... Лиам, распорядись, чтобы в мою комнату принесли тройную порцию ужина. Всё, что есть на кухне. Живее.
Лиам понимающе прикрыл глаза — он знал о прожорливости хозяина — и исчез в коридоре.
Эш тоже поднялся, на его губах снова появилась, хоть и с трудом, привычная хитроватая усмешка, а свет в глазах окончательно погас.
— Тройную порцию? А ты растешь, Арджент. Ладно, пойду писать письмо отцу, пока паранойя окончательно не выжгла мне мозг. Спасибо за помощь... Братец.
Когда Омбрант вышел, Дэон остался один в темнеющем кабинете. Он посмотрел в окно, за которым немного успокоился дождь.