Когда сеть начинает сжиматься.
Магический барьер звенел от избытка маны, и этот звук подозрительно напоминал Дэону бормашину в кабинете стоматолога такой же противный, предвещающий боль и непомерные расходы.
Внутри круга Кай Вальдор выглядел как само воплощение войны: расслабленный, сияющий, с мечом, который казался продолжением его руки.
Дэон же чувствовал себя так, будто его выставили против танка с кухонным ножом. Ладони вспотели внутри кожаных перчаток, а ноги казались налитыми свинцом. Две недели изнурительных тренировок с Маркусом в поместье, где рыцарь вояка гонял до кровавого пота юного Герцога, лишь подтвердили печальный факт: Дэон — не боец, а попаданец с сомнительным багажом знаний из цивилизованного мира, где самой опасной дуэлью была перепалка в комментариях под постом.
— Нападай, Дэон, — Кай улыбнулся, и в этой улыбке не было тепла. — Покажи, что ты выучил за время своего затворничества, кроме новых дерзких слов.
«Я выучил, что в этом мире ужасный сервис и полное отсутствие интернета, — мысленно огрызнулся Дэон. — Но тебе, золотой мальчик, это знание не поможет».
Дэон краем глаза заметил быстрое движение на гостевой террасе. Диона должна была быть на лекциях по истории магии, но вместо этого стояла у самых перил, сжимая в руках старинные карманные часы на серебряной цепочке. Она нашла их на столе в столовой , когда Дэон забыл их в утренней спешке, слишком увлеченный попытками запихнуть в себя завтрак.
Диона пришла на полигон, чтобы просто отдать их, но, увидев брата в центре боевого круга, замерла. Часы в руках мерно тикали, отсчитывая секунды до катастрофы.
Дэон сразу заметил сестру , но не позволил этому стать чем-то значимым.
Юный герцог не стал ждать и сделал резкий выпад , как его учил капитан рыцарей. Стандартный прием, сухой и предсказуемый, как инструкция к микроволновке.
Кай даже не сдвинулся с места, а просто качнул плечом, и клинок Дэона рассек пустоту с таким свистом, будто сам воздух смеялся над его неуклюжестью.
«Слишком быстр...Черт, он действительно гений. Чит главного героя в действии», — пронеслось в голове.
Второй замах, третий. Кай играл с ним, как скучающий кот с полуживой мышью, у которой к тому же тоже лапки. Принц лениво отбивал удары, едва касаясь стали Дэона, заставляя того тратить последние крохи выносливости.
Студенты за барьером начали перешептываться и послышались смешки.
— И это всё? — Кай внезапно сократил дистанцию и ударил мечом по клинку Дэона с такой силой, что у того онемела кисть. Вибрация прошла по костям до самого плеча. — Ты сменил манеры, Арджент, но остался тем же слабым книжным червем. Ты жалок! Твоё место в библиотеке, под слоем пыли, а не здесь.
Кай нанес боковой удар плоской стороной клинка. Это не была попытка убить , скорее осознанная попытка унизить. Боль в ребрах вспыхнула ослепляющим пожаром, Дэон рухнул на колено, хватая ртом воздух, который внезапно стал густым и невкусным.
Лиам, который все это время стоял неподвижно сделал еле заметный шаг, а лицо которое не выражало никаких эмоций вдруг напряглось. Элиза сжала руки и казалось ее лицо скрывало страшное беспокойство.
«Проклятье... никакой "памяти тела" не хватит против таланта, если это тело привыкло только переворачивать страницы...Что мне делать?».
Дэон судорожно перебирал варианты. Победить Кая честно невозможно, даже если каким-то чудом он продолжит бой еще минуту, результат не изменится — Дэон проиграет.
Дэон стоял на одном колене, тяжело опираясь на тренировочный клинок. Руки заметно дрожали — не от страха перед принцем, а от дикого перенапряжения и осознания собственной слабости. Он не планировал участвовать в бою, но и проиграть сейчас тоже не хотелось. Дэон выглядел растерянным, и эта растерянность была Дионе слишком знакома.
Она вцепилась в перила террасы, глядя на него сверху вниз, в памяти всплыл тот день, когда напали на их карету: свист стрелы, запах грязи…и Дэон, тогда, среди хаоса, он выглядел точно так же — бледный, сбивчивый, совершенно не понимающий, как спастись, но всё равно пытающийся ее защитить. Дэону не было дела до героизма, он просто не мог поступить иначе.
И сейчас на песке полигона стоял не великий Герцог Арджент, там стоял её старший брат, который снова оказался слабее обстоятельств, но упрямо отказывался сдаваться.
— Он ведь действительно не может его победить… — осознание ударило Диону под дых.
Дэон был слаб, тело едва слушалось, но все же продолжал принимать удары принца Кая, притягивая к себе всю ярость и внимание принца, как громоотвод. Просто чтобы она оставалась в тени.
«Мне нужен всего один шанс... Всего один момент, что бы сбить его ритм боя...Дело уже не в личных разборках, а в чести рода Арджент, я должен сделать хоть что-нибудь...».
Герцог закрыл глаза на секунду, отчаянно обращаясь к самой сути своей крови — магии «Воля Арджентов». Он понимал, что сейчас совершит самую большую глупость, поставив на кон собственное здоровье и годы жизни, но иного выхода не было.
Он не стал вызывать сияющие иглы, вместо этого он насильно, рывками сжал уходящую ману в теле и «пустил» нити, как было прописано в той книге. Тончайшие, почти невидимые волокна серебряной маны поползли по земле, маскируясь под магические помехи от барьера. Сети были нестабильны и дрожали, словно тонкая паутинка на ветру, постоянно теряя форму и собираясь вновь.
Дэон почувствовал, как сердце пропустило удар, а в легких стало тесно, будто их сжали невидимые тиски. До этого дня его мана лишь бесцельно утекала в пустоту, но сейчас, под насильным контролем, впервые была принудительно заперта внутри без правильного способа циркуляции. Использование этой непокорной «Воли Арджентов» превратило его сосуды в перегруженные провода, готовые лопнуть от внутреннего давления в любую секунду. Ядро в груди судорожно сжалось, пытаясь удержать этот бешеный поток.
— Я встаю, Кай, — прохрипел Дэон, с трудом поднимаясь с колена, дрожь в руках стала почти неуправляемой, но он заставил пальцы крепче сжать рукоять меча. — Просто земля здесь слишком гостеприимная, не хотелось уходить.
Кай шагнул вперед для финального удара, намереваясь отправить Дэона в технический нокаут, но внезапно его правая нога дернулась, словно зацепившись за невидимую преграду. Это не была грубая подножка, скорее изящное вмешательство нити в структуру пространства под его сапогом. Принц на мгновение потерял равновесие — всего на долю секунды, а в мире мастеров этого уровня такая заминка — вечность.
Этого хватило, герцог не стал бить мечом , он понимал, что промахнется, и просто рванулся вперед, сокращая дистанцию до минимума, входя в «грязную» зону боя.
Глухой звук удара разнесся в тишине. Голова принца дернулась назад, лед в глазах сменился искренним недоумением. В толпе ахнули так синхронно, будто у всех разом отобрали кошельки.
— Ты… — Кай коснулся разбитой губы и на безупречной коже расцветал багровый след, а глаза вспыхнули яростью, способной плавить железо. Принц не понял, что произошло. На долю секунды его движение просто сломалось, будто кто-то выдернул из него идеальный ритм.
Дэон стоял напротив него, едва держась на ногах. Из носа потекла струйка крови — яркая, горячая плата за магическую диверсию и насильное подчинение магии рода. Перед глазами плыли черные мушки, но он заставил себя немного приподнять уголок губы, придавая ей вид усмешки.
— Ты победил в фехтовании, Кай, — тихо сказал Дэон, вытирая кровь тыльной стороной ладони. — Можешь забрать кубок, если он тут предусмотрен, но ты проиграл в бою. Бой — это не дефиле с острыми железками…Это результат, а результат сейчас на твоем лице.
Магистр Брант сделал шаг вперед, его глаза сузились за стеклами очков. В отличие от студентов, которые видели только «везение» Дэона, он почувствовал: едва уловимое колебание пространства и то, как мана Арджента была вынуждена двигаться нестабильно, искажая воздух вокруг него.
— Остановить поединок! — крикнул Брант, голос перекрыл начавшийся ропот. — Достаточно! Первый день, а вы уже пытаетесь выбить друг другу зубы!
Барьер спал, а Дэон почувствовал, как мир вокруг начинает подозрительно наклоняться вправо.
Кай стоял неподвижно, глядя на свою кровь на пальцах. Принц был унижен не поражением — технически он всё еще стоял на ногах, а Дэон выглядел как жертва кораблекрушения, — а самим фактом того, что «червь» посмел огрызнуться, и, что хуже всего, у него это получилось.
— Это было… грязно, — прорычал принц, сверля Дэона злобным взглядом.
— Это было эффективно, — парировал Дэон, чувствуя, как внутри всё вибрирует — Привыкай, Кай! Мир за стенами этой Академии не будет играть с тобой по правилам рыцарских романов, там кусают за пятки и бьют в спину, считай это бесплатным уроком политологии.
Развернувшись, он двинулся к выходу, изо всех сил стараясь удержать равновесие и остатки самоуважения. Студенты молча расступались перед ним. Это не походило на триумфальное шествие сказочного героя, скорее, это напоминало отступление раненого, но смертельно опасного паука, окружённого змеями. Люди инстинктивно чуют опасность, даже если её источник весит сорок килограммов и истекает кровью.
Он встретил Диону у самого выхода полигона, она подбежала к нему, подхватив под руку, едва не повалив своим порывом.
— Дэон! Твоё лицо… ты весь в крови! Ты с ума сошел? Зачем ты это сделал? — прошептала Диона, голос дрожал от смеси гордости и ужаса. Она не просто поддерживала его, а практически несла на себе, чувствуя, как его тело содрогается от едва сдерживаемого озноба.
Дэон тяжело оперся на её плечо, и пальцы впились в ткань платья. Перед глазами всё плыло, а в груди разливался странный холод, сменяющийся колючим жаром — та самая мана, что раньше уходила в пустоту, теперь рвалась обратно в ядро, протестуя против насильного удержания.
— Чтобы он запомнил… — Дэон тяжело выдохнул. — Когда он захочет посмотреть на тебя, он сначала вспомнил обо мне…
Герцог на мгновение обернулся. Принц Кай всё еще стоял в центре арены, окруженный своей свитой, но золото облика больше не казалось ослепительным. Разбитая губа принца была темным пятном на безупречном холсте империи.
— Идем, — сказал Дэон.
Лиам и Элиза шли рядом бесшумно, как две тени. Лиам ловко перехватил хозяина из рук Дионы, лицо оставалось бесстрастным. Элиза же встала за спиной Дионы, одним своим присутствием создавая непроницаемый барьер между ними и любопытными взглядами студентов.
Только оказавшись в карете, за плотно зашторенными окнами, Дэон позволил себе окончательно обмякнуть на мягком сиденье.
«Ну и денек, — пробормотал он, глядя на свои дрожащие руки. — В моей прошлой жизни самым экстремальным событием был поход в налоговую. А тут — принцы, магия, риск преждевременного старения…»
— Это было глупо, — Диона сидела напротив, лихорадочно вытирая его лицо шелковым платком, который быстро становился алым. — Ты мог умереть. Ты ведь использовал всю свою ману, да?
— А что мне оставалось? — хрипло ответил он. — Принц не оставил мне выбора. Кай хотел не просто дуэли, он хотел показательной порки… Если бы я позволил ему это сделать, если бы я просто сдался… Диона, я Герцог… Нравится мне это или нет.
Он тяжело выдохнул, глядя на свои дрожащие руки, которые всё никак не могли успокоиться.
— В этом мире нельзя быть слабым Герцогом, если бы я сегодня остался лежать в пыли, завтра от нашего Рода начали бы откусывать куски все, кто почувствовал вкус крови… Я просто не мог проиграть.
Дэон закрыл глаза.
«Я хотел отвлечь внимание принца, а не оставить отпечаток на памяти всей Академии...но теперь ты не будешь смотреть на Диону, ты будешь смотреть на меня как на проблему, а проблемы ты привык решать радикально».
Как только тяжелые двери особняка закрылись, отсекая их от внешнего мира, силы окончательно покинули Дэона. Мир крутанулся, как в центрифуге, и молодой герцог осел на холодный мраморный пол.
— Дэон! — крик Дионы эхом разнесся по особняку, в нем больше не было и следа аристократической выдержки, только первобытный ужас сестры за брата.
Лиам подхватил Дэона под мышки, легко занося его в кабинет на первом этаже и укладывая на диван.
— Элиза, неси аптечку из вещей Герцога! Ту, что с черной меткой! — скомандовал Лиам, обычно спокойное лицо сейчас было напряжено.
Слуга быстро обнажил руки Дэона, вдоль вен на предплечьях пульсировали тонкие, жутковатые серые нити. Они выглядели так, будто под кожу загнали стальную проволоку.
— У вас признаки Магического отката, — Лиам влил в рот Дэону густую, невыносимо горькую настойку. — Магия без контроля сжигает каналы и ядро. Вы рискнули парой лет жизни ради одного удара рукоятью, Ваша Милость. Это было… нерационально.
Дэон приоткрыл один глаз, морщась от вкуса зелья.
Диона в ужасе дернулась, когда пальцы Дэона, сжимавшие её ладонь, внезапно свело судорогой. Его вены на руках не просто пульсировали, они посерели, превратившись в сетку изломанных линий, напоминающих трещины на старом надгробии.
— Дэон! Посмотри на меня! — закричала Диона, но взгляд Дэона был пустым и направлен сквозь нее.
Дэон слышал голос сестры словно из-под толщи воды. Внутри него что-то рвалось, и магия Арджентов, лишенная контроля, пожирала его плоть, компенсируя недостаток мастерства.
— Диона… — прошептал Дэон, и из его уголка рта толчком выплеснулась густая, темная кровь. — Я… я всё испортил, да?
Его голова бессильно упала, а лицо выражало явное расстройство.
В холле воцарилась тяжелая, удушливая тишина, прерываемая лишь судорожным дыханием Дионы.
Дэон не понимал ни политики, ни законов этого мира, но в этот момент почувствовал — тень, которую он пытался отогнать от сестры, только что накрыла его с головой.
В главном зале императорского дворца пахло старым камнем и холодным металлом. Император Эвандер Вальдор молча изучал донесение.
Кай стоял в нескольких шагах позади, прижимая лед к челюсти, взгляд был тяжелым, а губы плотно сжаты.
— Ты пропустил удар, Кай? — голос императора был сухим, как треск костей.
— Я хотел поставить его на место, отец, — Кай наконец поднял голову, в глазах полыхнула смесь ярости и недоумения. — Дэон Арджент всегда был никем... Тенью, которая годами не вылезала из библиотек. Он даже не смотрел в мою сторону и просто сидел в своем углу, тихий и бесполезный, но сегодня в холле Академии... он вел себя так, будто это я — пустое место. Арджент смотрел на меня сверху вниз! Я хотел вернуть его в ту дыру, из которой он вылез!
Кай на секунду зажмурился от боли в челюсти.
— Но он использовал грязный прием... Я — лучший в своем поколении, и видел каждое его движение, но в последний момент что-то просто... помешало. Он не боится меня, отец... Совсем...Невозможно так быстро превратиться из книжной моли в бешеного серого волка!
Эвандер подошел к окну, заложив руки за спину и тишина в зале стала удушливой.
— Тихие одиночки опаснее всего, когда им нечего терять, — император медленно сжал кулак. — Если библиотекарь решил, что он соперник принцу крови, значит, мы слишком ослабили поводок.
Эвандер коротко взглянул на секретаря в тени.
— Готовьте указ «Кровные узы»! Раз Ардженты решили выйти на свет, мы привяжем этих диких волков к стопам трона так, чтобы они больше не могли сделать ни шагу без нашего дозволения.
Кай поднял голову. Принц открыл рот, чтобы возразить этот указ был кандалами, о которых он читал лишь в древних хрониках, но, наткнувшись на ледяной взгляд отца, он промолчал. Принца била мелкая дрожь, попытка восстановить честь обернулась тем, что отец превратил его в живой ошейник для Рода Арджент.
— Свободен, — бросил Император.
Кай вышел из зала, едва переставляя ноги, принца тошнило от холода этих стен.
В тени человек в форме поставил надпись на пергаменте. Под печатью тайной службы, застыло единственное слово:
«ПРОБУДИЛСЯ».