Ценная вещь.

Во время лекции, полностью игнорируя рамки приличия и косые взгляды студентов, Дэон как обычно невозмутимо доедал свой второй завтрак — фирменные «Герцогские пироги». Пока вокруг велись занудные теоретические споры о градации маны, глава рода Арджент просто восполнял колоссальные энергетические затраты.

Звон колокола, возвестивший об окончании занятия, разорвал тишину аудитории. Студенты торопливо собирали вещи, спеша покинуть полумрак амфитеатра, и зал вскоре полностью опустел.

Дэон поднялся со скамьи последним. Заложив страницу древнего гримуара шелковой лентой, он забрал исписанные листы плотной бумаги. Размеренным шагом направляясь к выходу, юноша анализировал всё, что сегодня узнал на лекции Лиоры Фейн. Ноги сами вели его по гулким переходам Магического корпуса. Лиам всё это время, как и всегда, следовал за ним бесшумной, едва заметной тенью, безупречно сливаясь с окружением.

На повороте у высокой стрельчатой арки траектория его движения резко оборвалась.

Столкновение вышло глухим и внезапным, словно в какой-то клишированной манхве или аниме. Дэон, чье тело после жесткой перестройки энергоканалов теперь напоминало монолит, даже не шелохнулся. Встречный женский силуэт, напротив, отлетел назад, совершенно не удержав равновесия.

Раздался шуршащий шелест, и на каменные плиты пола веером посыпались тетради, свитки и документы. Звук падающих и катящихся камней казался среди этого бумажного фейерверка странным. Лиам за спиной Герцога мгновенно подобрался, но, распознав отсутствие угрозы, замер.

Дэон застыл. От неожиданности он просто не знал, как реагировать на столь дурацкую ситуацию, а потому не сделал ни единого движения, но внешне эта минутная фиксация выглядела так, будто он абсолютно спокоен и полностью контролирует обстановку. Серые пустые глаза смотрели на сидящую девушку сверху вниз — холодно, отстраненно и пугающе высокомерно. Складывалось однозначное впечатление, что великий Герцог из чистого сословного презрения не желает помогать подняться юной дочери низшего дворянина.

На полу, опираясь ладонями о холодный камень, сидела Селин Илейн — главная героиня новеллы, в которую Дэон попал. На фоне суровых стен боевого магического факультета она казалась воплощением чистоты, а её бирюзовые глаза сейчас смотрели на него с явным, неподдельным страхом. В её облике сквозила хрупкость, которую любому каноничному персонажу сразу хотелось защищать.

Но на Дэона шарм главной героини не действовал. Его ум оперировал только фактами. Рядом с Селин лежала деревянная коробка, из приоткрытой крышки которой высыпались прозрачные, тускло мерцающие белые камни — световые кристаллы-накопители, поставляемые боевыми магами из экспедиций. Селин была студенткой Факультета Света. Очевидно, каноничная, безотказная доброта заставила её вызваться помочь лазарету и тащить эту тяжесть самостоятельно.

Переборов дрожь под его ледяным взглядом, девушка поспешно склонила голову, признавая высокий статус стоявшего перед ней человека.

— Простите мою неосторожность... Ваша Светлость, — тихо, но отчетливо произнесла Селин, не смея подняться. — Я не должна была бежать по коридорам Магического корпуса. Рада видеть вас в здравии.

Дэон продолжал удерживать гримуар под мышкой, сохраняя маску абсолютного безразличия. Ледяное молчание затягивалось, и Селин, восприняв его как требование объясниться, заговорила чуть поспешнее, надеясь на снисхождение :

— Вы, должно быть, не помните меня, Герцог Арджент. Но я помню вас... Более месяца назад, когда хоронили ваших родителей, я стояла в многотысячной толпе у черного зева фамильного склепа. Моя семья владеет небольшим поместьем на южной границе ваших земель. В тот день все были в панике, дворяне шептались о скором крахе Герцогства, но вы вышли вперед... Я слышала вашу речь, Ваша Светлость. Вы сказали, что Ардженты всегда были железной опорой для этих земель, и ничего не изменится. Ваши слова, прозвучавшие как звон стали, дали моей семье надежду. Я до сих пор храню уважение к вашей твердости...

Дэон внешне никак не отреагировал,но внутри запустился лихорадочный аналитический процесс.

Он мысленно листал страницы оригинальной новеллы, пытаясь вспомнить хоть малейшее упоминание о прошлом Селин. Строчка за строчкой, глава за главой... Ничего. В тексте первоисточника не было ни единого слова о том, что Селин Илейн — уроженка Герцогства Арджент. Сюжет оригинальной истории снова трещал по швам.

В финансовых отчетах, которые ему готовил регент Каэль Освальд перед отбытием в Академию, этой фамилии Дэон не видел, но он сам же просил Каэля сократить огромные папки документов до самой сути, убрав оттуда мелкую бумажную волокиту. Логично, что Каэль просто объединил всех небольших пограничных землевладельцев в одну общую графу «Прочие хозяйства».

Дэон быстро проанализировал текущую диспозицию. На данном этапе Селин для принца Кая абсолютно ничего не значила — их связывали исключительно учебные дела. Романтическая линия еще даже не зародилась. Кай был слишком эгоистичен и зациклен на давлении отца-Императора, чтобы замечать кого-то вокруг. Он отчетливо помнил их самую первую встречу в Академии, когда Кай подошел к Селин лишь ради дежурного жеста королевской милости, а Дэон бесцеремонно встрял между ними своим приветствием.

«Значит, сейчас они чужие друг другу», — заключил Дэон.

Этот факт открывал колоссальные перспективы. К тому же Дэон прекрасно помнил канон: в будущем способности Селин к исцелению станут сильнейшими в империи. Её магия Света сможет буквально вытаскивать людей с того света. Самому Дэону это было не то чтобы нужно — благодаря уникальному контролю маны из иного мира его собственные раны и каналы затягивались поразительно быстро, но вот отдать такую невероятно ценную «вещь», живое стратегическое оружие, в руки прожорливой империи Вальдоров...

Нет... Дэон очень не любил делиться тем, что по праву принадлежало его роду.

Иметь главную героиню в качестве лично преданного вассала, пока будущий Император считает её случайной талантливой студенткой — козырь, способный перевернуть всю доску.

Нужно было закрепить её лояльность прямо сейчас, без лишней мимики и фальшивых улыбок, оставаясь ледяным герцогом.

«Достаточно создать правильную точку опоры — остальное она достроит сама.»

— Илейн, — нарушил тишину ровный, спокойный голос Дэона. — Рисковать вещами из-за спешки — это не лучшая идея... Ты могла пораниться.

Селин вздрогнула и виновато опустила голову. Дэон сделал короткий кивок Лиаму. Его бесшумный спутник тут же шагнул вперед, присел на одно колено и за несколько секунд аккуратно собрал все рассыпанные свитки, ценные бумаги и кристаллы обратно в деревянный ящик, бережно протянув его девушке.

Селин растерянно приняла коробку. Дэон спокойно продолжил:

— Южная граница. Значит, твой отец — барон Илейн. Тот самый, чье хозяйство обеспечивает наш приграничный гарнизон. Хорошее хозяйство, у меня к нему нет претензий.

Селин от удивления даже глаза округлила, а сердце пропустило удар. Великий Герцог не просто понял, кто она, а сообразил, чем занимается её семья, и лично подтвердил, что знает об их исправной службе на благо рода. В её глазах это выглядело как пугающая, но одновременно восхитительная осведомленность правителя, который держит под контролем каждый сантиметр своих земель.

— Д-да, Ваша Светлость... Всё так. Спасибо за вашу оценку, — поспешно подтвердила она, и в её голосе вместо страха зазвучала глубокая благодарность.

— Я рад, что встретил тебя здесь, Селин, — всё так же ровно и бесстрастно добавил Дэон. — У тебя редкий и очень сильный потенциал в магии Света. В лазарете Академии тебя часто нагружают чужой работой, но ты не должна позволять использовать свою доброту в ущерб себе. Помни, что ты представляешь южные земли Герцогства Арджент. Твои успехи здесь — это гордость для твоего отца и для всего нашего Герцогства. Отнеси, что ты уже взяла и помни...

Селин затаила дыхание. Эти слова попали в самую точку, в этой огромной столице, собственный Герцог признавал её успехи.

— Если тебе когда-нибудь станет тяжело или ты столкнешься с несправедливостью в Академии, —спокойно сказал Дэон, — не держи это в себе. Ты всегда можешь передать весточку через Лиама или прийти в мой особняк. Дом Арджент — это твоя опора. Мы своих не бросаем.

У Селин перехватило дыхание. Страх перед ледяным Герцогом окончательно испарился, уступив место огромному, светлому чувству облегчения и преданности. Ей больше не было одиноко в этих стенах. За её спиной стоял непоколебимый, железный Герцог.

— Спасибо вам... Ваша Светлость, — искренне, от самого сердца произнесла Селин, низко склоняя голову. — Я сделаю всё возможное, чтобы не подвести вас и оправдать ваше доверие.

Дэон едва заметно кивнул, полностью удовлетворенный результатом, и размеренным шагом направился к выходу из крыла. Лиам безмолвным призраком двинулся следом.

Дэону не пришлось менять свое поведение или притворяться добряком. Оставаясь верным своему ледяному образу, он просто поддержал свою подданную, когда та нуждалась в опоре. И теперь, когда Кай Вальдор в будущем решит подойти к ней со своими дежурными похвалами, они не произведут на Селин никакого впечатления. Ведь её сердце и её лояльность уже были безоговокочно отданы дому Арджент, по собственной воле.

---

Выйдя из полумрака крыла Магического корпуса, Дэон невольно сощурился. За высокими стрельчатыми окнами расстилался серый, затянутый тяжелыми тучами пейзаж. Осень в этом году полностью вступила в свои права, и сейчас над Академией Вальдор шел затяжной сезонный дождь. Вода сплошной пеленой стекала по стеклам, размывая очертания вековых деревьев в королевском парке, а по крышам учебных корпусов разносился монотонный, убаюкивающий гул тяжелых капель. В коридорах пахло сыростью и старым камнем.

Дэон медленно шел к выходу на главную площадь корпуса, как вдруг наткнулся взглядом на приметную фигуру у массивных дубовых дверей.

Там стояла Диона в сопровождении своей личной служанки Элизы, которая преданно держала наготове сухой теплый плащ для госпожи. Рядом с ними крутился Эш. Сам парень активно жестикулировал и что-то увлеченно рассказывая, в то время как его слуга в черной ливрее замер чуть поодаль, явно привыкший к гиперактивности своего молодого господина. Эш пересказывал какую-то очередную нелепую сплетню с Факультета магического корпуса или вспоминал забавный случай с утренней тренировки. Дэон остановился на безопасном расстоянии, в тени одной из монументальных колонн, и стал безмолвно наблюдать за ними издалека. Лиам послушно замер на полшага позади.

И тут произошло то, чего Дэон никак не ожидал увидеть.

Диона... рассмеялась.

Это не была её привычная, отрепетированная вежливая полуулыбка, которую она использовала на светских раутах как щит.

Нет...сейчас её плечи расслабленно подрагивали, а с губ сорвался чистый, искренний и удивительно живой легкий смех. Она даже слегка прикрыла рот ладонью, словно сама смутилась такой резкой вспышке эмоций, но теплые искорки в её глазах скрыть было невозможно. Для Дионы, привыкшей вечно держать спину ровно и нести на себе груз ответственности за весь свой род, это было сродни чуду. Кажется, она впервые за долгое время по-настоящему, искренне радовалась моменту, забыв о масках.

Глядя на эту картину, Дэон почувствовал, как глухое напряжение, сковывавшее его грудь после тяжелого разговора с главной героиней наконец отпускает.

На его лице — обычно каменном, холодном и пугающе безупречном — вдруг проступило что-то человеческое. Уголки его губ дрогнули и приподнялись в еле заметной, мимолетной улыбке. Она была настолько тонкой и невесомой, что сторонний наблюдатель счел бы это за игру теней от зажженных на стенах магических факелов, но это была самая настоящая, теплая улыбка облегчения. Дэон был искренне рад, что в этом жестоком, переписанном мире новеллы, где каждый шаг мог стать роковым, Диона нашла того, с кем могла просто побыть собой. С кем могла так легко и безмятежно смеяться под шум осеннего дождя.

Дэон уже собирался развернуться и уйти через боковую галерею, чтобы не нарушать их момент, но тихий шорох шагов и стук капель по гранитному крыльцу выдали его присутствие. Диона повернула голову на звук.

Мгновение и её лицо тут же изменилось, вернув себе привычное, безупречно холодное и строгое выражение леди из высшего общества. От недавнего искреннего смеха не осталось и следа. Она окинула Дэона оценивающим взглядом и, скрестив руки на груди, недовольно проговорила:

— Ты слишком долго, Дэон. Мы с Эшем уже начали думать, что тебя заперли в кабинете за нарушение дисциплины на лекции магистра Фейн.

Зато Эш при виде Герцога отреагировал совершенно иначе. Глаза хитро блеснули, и он оживился, словно истинный дворовый кот, который наконец-то дождался свою любимую игрушку. На губах заиграла привычная дерзкая усмешка. Шагнув навстречу Дэону, он бесцеремонно поравнялся с ним и начал подразнивать:

— О-о, явился наш великий и ужасный Герцог Арджент! Какими важными государственными делами ты был занят в пустых коридорах, а?

Дэон лишь молча и выразительно посмотрел на него, сохраняя каменное выражение лица, но Эша этот ледяной взгляд, как обычно, ни капли не смутил. Наоборот, парень задорно толкнул его локтем в плечо и заискивающе заглянул в глаза:

— Слушай, на улице такой паршивый сезонный ливень, в общежитии Академии тоска смертная. Пусти сегодня в гости в особняк Арджент? Обещаю не трогать твои любимые древние гримуары. Ну, почти не трогать. Леди Диона, скажи ему! У вас же там наверняка тепло, камин горит, пироги герцогские еще остались...

Диона лишь утомленно вздохнула на эту пантомиму, но в её глазах промелькнул едва заметный интерес. Ей тоже не хотелось возвращаться в душные стены своего особняка Арджент в такой серый вечер.

Дэон на секунду задумался, переводя взгляд с неугомонного Эша на напустившую на себя равнодушный вид Диону.

В его голове привычно защелкали аналитические шестеренки попаданца:

«Политически это нецелесообразно...»

Но затем Дэон мысленно махнул на всё рукой. В конце концов, не вечно же ему 24/7 строить из себя строгую, холодную и недосягаемую статую. Иногда можно позволить себе побыть просто студентом Академии в компании близких людей.

— Ладно, — ровно ответил Дэон, хотя внутри него разлилось странное, непривычное тепло. — Наша карета как раз готова. Лиам, распорядись, чтобы на ужин приготовили больше приборов.

— Ура! — Эш победно вскинул лапками вверх, едва не подпрыгнув на месте. — Слышала, Диона? Нас ждет герцогский прием! Чур, я еду на лучшем месте у окна!

Диона лишь снисходительно качнула головой, но уголки её губ снова едва заметно дрогнули.

Вся троица в сопровождении молчаливого Лиама, Элизы и слуги Эша вышла из-под сводов корпуса навстречу стене проливного осеннего дождя. И хотя небо над столицей Империи оставалось беспросветно серым, Дэон почувствовал, что этот мир перестал казаться ему чужим.