[Пламя]

Лейн, находясь в озере, постоянно пытался учить как можно больше рун. Казалось, он отвлекался лишь только для того, чтобы поесть немного мяса, и то только раз в несколько дней. День за днём, ночь за ночью, он всё лучше и лучше понимал заклинание и его принцип работы. На самом деле ему это далось очень сложно. Быть постоянно в концентрации было очень трудно и практически невозможно для человека. Но Лейн почему-то мог делать подобное, и это даже если не считать того, что он не спал. 14 дней... Именно столько в конце концов понадобилось ему, чтобы наконец-то выучить заклинание [Пламя].

Он устал... Слишком сильно устал. 14 дней без сна и нормальной еды, где он почти не пил воду, только в крайнем случае из озера или иногда жевая чистый снег. Труп Вольфа, которого он убил и принёс, всё ещё находился недалеко на дереве, правда, вонь и вид были... ужасными. Он лениво присел в воде, удовлетворённый своими усилиями. [Пламя] не только сделает еду более съедобной и безопасной, но и наконец позволит ему путешествовать дальше. Сейчас он находился не так далеко от границы, хотя расстояние явно было больше 50 километров, и это не учитывая то, что после границы нужно минимум ещё 100 километров пройти, чтобы дойти до ближайшей деревни.

Также он часто ощущал, что внутри него растут новые и открытые истории. Одна из них была зловещей и могущественной — по крайней мере, история четвёртого ранга, другая была тоже злобной, но не так, как первая, и имела всего лишь первый ранг. Разумеется, они ещё не созрели и только начали развиваться, но обе застряли в начальном состоянии. Это означало, что о нём знают много людей, и некоторые либо боятся его, либо опасаются. Разумеется, это привело к тому, что в нём начала зарождаться новая и могущественная история.

Но маги были не глупыми, они также понимали, что не стоит распространять о ком-либо слухи, ведь с природой Истории ложь может превратиться в истину, а истина — в ложь. Поэтому маги старались всегда хранить молчание о могущественных людях, не желая делать их сильнее. Разумеется, так думали многие новички... Ведь истинные намерения магов были совершенно обратными: они хотели, чтобы неопытный маг поддался искушению и стал магом с открытой историей. Как только это произойдёт, маг станет лёгкой мишенью для разных кланов и преступных организаций.

Лейн не очень хорошо знал, откуда они поймут, что у человека открытая история, но они это точно знали. Как только он примет написанную ему историю, среди народа начнут ходить странные слухи:

— "А ты тоже слышал, что у Демона Искажения есть самая большая слабость? Оказывается, он умрёт, если увидит кого-то!"

Или ещё что-то подобное, а возможно, хуже...

Единственным исключением стали Артур и Мерлин. В мире Лейна они оба были только легендами, но здесь... Здесь было что-то другое. Две семени разных планет столкнулись, и в результате в этот мир пришла легенда короля Артура и могущественного колдуна Мерлина. Мерлин показал Лейну не только рунические заклинания, но и странное колдовство. Ведь никто в памяти Лейна не мог по щелчку пальцев что-либо сделать, кроме Мерлина...

И этот псих действительно был нездоровым. Вместо того чтобы охотиться на слабого монстра третьего ранга за границей, он решил убить лидера секты убийц, причём дважды. В первый раз вместо лидера в его ловушку попала Чаён, затем он целенаправленно пошёл в ловушку, чтобы испытать удачу.

"Должен сказать, он почти добился успеха, что показывает, насколько он могуч. Я слышал, что после его неудачного покушения лидер убийц была вынуждена уйти на лечение и потеряла руку. Разумеется, она уже должна была её вернуть."

Лейн действительно восхищался силой Мерлина, но не понимал, почему он решил пойти на такие риски. Опять же, охота за границей была куда лучше, чем рисковать в чужой ловушке.

Лейн вздохнул.

"Если у него была обида, он мог бы сначала стать магом третьего ранга, а затем уже пытаться убить её."

Лейн покачал головой. Возможно, он просто не знал, в каких обстоятельствах был Мерлин. Возможно, были какие-то веские причины, из-за которых он не мог так поступить. Но гадать об этом уже было бессмысленно.

Наконец отдохнув, Лейн решил использовать своё новое заклинание, весь в предвкушении.

Он мысленно вспоминал знакомые рунические знаки, а затем начал чертить их мысленно в реальности. Это было сложно объяснить: процесс казался происходящим внутри головы, но почему-то также проявлялся перед его глазами, в реальности. Казалось, его глаза были ответственны за проекцию заклинания из разума в реальность.

“Глаза — зеркало души, да?“

Сначала появилась жёлтая нить, которая приняла форму круга. Затем внутри круга начали вставляться определённые рунические знаки в определённом порядке. Сначала всё было как рисунок, сделанный ребёнком, — каракули, знаки, будто всё было в хаосе. Затем всё начало обретать свою красоту и форму. Знаки начали образовывать странную, но красивую картину. Линии связывали сами знаки, каждая деталь была на месте. Заклинание начало светиться, а затем вспыхнуло жёлтым пламенем. В пламени огня руническое заклинание исчезло, но оно, разумеется, просто превратилось в пламя.

Если Лейн перестанет вливать свою ману в пламя, то оно потухнет, а затем заклинание исчезнет. Был также ещё один способ использовать это заклинание — да и практически все заклинания. Их можно было начертить. Чертить где угодно: на оружии, на одежде, на земле, на стене, да даже в воздухе. Умелые мастера могли легко начертить заклинание, тем самым создавая артефакты, которые работали за счёт маны. Но этих умелых мастеров становилось всё меньше и меньше...

Дело было в том, что для начертания заклинаний нужно также понимать его. Не удастся просто скопировать его из рисунка, тем самым создав заклинание. Процесс был точно таким же, как происходило только сейчас, только всё надо было делать не с помощью маны, если только конечно не чертить в воздухе, а с помощью определённых жидкостей. Самым распространённым вариантом, конечно, была кровь. Неважно, какая — животного или человека. Кровь была проявлением жизненной силы, из-за чего можно было чертить любое заклинание или формацию.

Конечно, только умелые люди могли это делать... Но существовали также простые формации, которые не требовали понимания владельцем заклинания. Это был очень опасный вид формации. Например, наивный Уэйн, который умер из-за этой заклинации простой формации...

"Пламя очень горячее, но я влил всего лишь немного маны..." — заметил Лейн.

Это было хорошо.

Вернёмся к мастерам артефактов. Так почему же маги просто не чертят знакомые им заклинания на своей одежде и оружии? Всё просто. Многие вещи не могут выдержать мощь заклинания и чаще всего бывают одноразовыми. Как, например, артефакт Чаён, который она использовала, чтобы однажды сбежать от Мерлина. Для заклинаний требуется мощный сосуд, что является редкостью.

Заклинания телепортации были утраченными, из-за чего их ценность была выше. Поэтому Чаён носила в себе настоящее сокровище, можно сказать, реликвию. Хотя между её реликвией и Реликвиями Истории была большая разница. Например, то, что Реликвии Истории появляются сами, из-за страшных историй.

Например, зеркало, возможно, увидело что-то, связанное с жуткой и популярной историей. Между зеркалом и историей появляется связь, из-за чего оно становится очень опасным и ценным. Самые мощные реликвии, по слухам, обладают способностью мыслить. Но они всё также считаются редкими.

Считаются...

Только так было внутри границы, а что насчёт этих земель? Неизвестно. Лейн не хотел даже думать об этом.

Он, удовлетворённый, наконец развеял своё заклинание. Вышел из озера и взял свой рюкзак. Пора исследовать намного больше, улучшать владение мечом и убивать побольше тварей первого ранга, чтобы поскорее стать пиком первого ранга.

"Наконец-то я чувствую себя хоть немного подготовленным. Сначала разберусь со стаей Вольфов, а потом уже пойду тренироваться с мечом и в поисках новых руин или... храмов. Гробницы тоже подошли бы, но лучше я воздержусь."

С позитивным настроем Лейн отправился в ту сторону, где 14 дней назад убил 10 Вольфов. Осталось всего-то 190.