Знакомство

Лейн молча смотрел на девушку, которая, казалось, совершенно не стеснялась вторгнуться в его личное пространство. Она же, словно угадав его мысли, немного замялась, прежде чем начать говорить.

— Знаешь, два месяца назад мне поставили диагноз — рак мозга, — сказала она тихо, но твёрдо, глядя прямо в глаза Лейну. — Тогда врачи сказали, что у меня осталось два месяца. А теперь, как ты понимаешь, остался только один.

Лейн замер, поражённый её словами.

— Вот как... — пробормотал он. — Так вот почему ты такая наглая и прямолинейная.

Элизабет улыбнулась, но в этой улыбке была горечь.

— Ха-ха, действительно. Раньше я бы боялась подойти к кому-то вот так, с ходу. Боялась, что подумают обо мне. Но теперь... Времени просто нет, чтобы жить по правилам.

Лейн молчал, всё ещё переваривая услышанное.

— А ты? Почему ты сидишь здесь один? И почему выглядишь таким одиноким? — спросила она, не отводя взгляда.

Лейн отвёл глаза, словно вопрос задел его за живое.

— Семь лет назад умер мой отец, — начал он сухо. — Мне было всё равно. А вот два года назад... умерла мама. В тот же день моего брата убили. Убийца не скрывал мотивов — он хотел отомстить моему отцу. Забавно, правда? Человек, который ничего не значил для меня, стал причиной гибели тех, кого я любил.

Элизабет слушала внимательно, не перебивая.

— У меня были друзья, — продолжил он, стиснув зубы. — Сначала я хотел подружиться с ними ради выгоды, но потом начал им доверять. И зря. Они воспользовались мной и предали. С тех пор я остался один. Ни друзей, ни семьи, никого.

Он замолчал, и Элизабет кивнула, словно понимала его боль.

— Знаешь, я тоже одна, — тихо сказала она. — Единственный ребёнок в семье. Ни братьев, ни сестёр, ни дядей, ни тётей. Три года назад моя лучшая подруга попыталась продать меня насильнику. А год назад исчез отец. Мама умерла вчера.

Её голос был спокойным, но Лейн почувствовал, как сильно это ранит её.

— И что ты теперь собираешься делать? — спросил он.

Она усмехнулась.

— Жить. Пока могу. А ты?

Лейн не ответил. Вместо этого он перевёл разговор на другое:

— Ты любишь книги?

Её лицо озарилось лёгкой улыбкой.

— Я их слушаю. Читать не могу, но голос за кадром иногда приносит больше тепла, чем люди вокруг.

Так начался их долгий разговор о книгах. Они обсуждали сюжеты, делились любимыми моментами, и Лейн, к удивлению Элизабет, знал все произведения, о которых она говорила. Он даже рассказывал о книгах на разных языках, которые изучал.

Когда стемнело, и лампы на улице зажглись, Элизабет вдруг сказала:

— Лейн, можно я поживу у тебя месяц?

Он удивился её прямоте.

— Ты серьёзно? В доме парня, которого только что встретила?

Она кивнула с дерзкой улыбкой.

— Почему бы и нет? Ты же не будешь против?

Лейн почувствовал, как уголки его губ начинают подниматься в улыбке, но он быстро сдержал себя.

— Чудачка, — пробормотал он, отворачиваясь.

— Ты тоже, — прошептала она.

Этой ночью, впервые за долгое время, Лейн ощутил, что его одиночество начало трещать по швам.

Сегодня он узнал про новое чувство, в которое он не верил, любовь.