IF - Сон бабочки. Глава 47

Когда взгляды людей устремились на неё, Артезия вздрогнула и напряглась.

Она знала, что если не хочет этого, может съёжиться и спрятаться за спину Мари. Седрик обещал защищать её и сдержит слово. Можно было вообще не делать ничего страшного.

Но Артезия знала, что так нельзя.

Она хотела скорее вырасти. Хотела стать хорошим взрослым. Чтобы тогда защищать маму. И бедных девочек тоже.

Щека девочки, сидевшей на земле и смотревшей на неё снизу вверх, была сильно распухшей — видимо, её ударили. Вся в грязи, испачканная после того, как повалялась на земле, она была ужасно грязной. Это было так похоже на её собственное лицо, что сердце снова и снова сжималось.

Вспомнив самую достойную особу из всех, кого она знала, — императрицу, — Артезия постаралась подражать ей и спросила:

— Эта девочка действительно украла деньги?

Ей всегда хотелось, чтобы кто-нибудь спросил её так. Никогда, когда Бел или другие слуги наговаривали на неё, мать не спрашивала, правда ли это.

Ей хотелось получить шанс оправдаться, объясниться. Желание накапливалось в горле, как листья, забившие водосток. А если она не могла выплеснуть их и плакала, мать злилась ещё больше.

Девочка закричала:

— Я не воровка! Я правда не крала!

— Не вам, юная леди, вмешиваться в это дело. Если не эта девчонка, то кто же украл мои деньги? — с видом, будто это само собой разумеется, ответил мужчина средних лет.

Артезия посмотрела на девочку. Та несколько раз судорожно сглотнула от обиды, но плакать не стала.

— Значит, вы не видели этого своими глазами? — спросила Артезия.

— В лавке были только я и эта девчонка. И пока я отвлёкся на мгновение, денежный ящик опустел, а эта девчонка сбежала.

— Вы сразу бросились в погоню? — уточнила Артезия.

— …Да, — мужчина на мгновение запнулся.

Артезия молча смотрела на него.

«Значит, не сразу. Почему?» — задумалась она на секунду.

Мужчина не мог сразу оторваться от того, чем занимался. Либо он держал в руках что-то очень тяжёлое или ценное, либо у него были покупатели. Первое маловероятно: он не мог бросить тяжёлый предмет и сразу побежать, наверное, он убрал товар и только потом погнался. Скорее всего, попрощался с покупателем и потом уже бросился вдогонку.

— У вас были покупатели? В лавке не только вы двое были, верно?

— Какое это имеет значение? — возмутился мужчина.

— Потому что нельзя подозревать без доказательств. Вы не видели, как она крадёт, в лавке были другие люди, и нельзя обвинять ребёнка в воровстве только из-за того, что он беден.

Если он принимал покупателя, то он и денежный ящик не всё время проверял. Скорее всего, когда он положил деньги от покупателя, то и заметил пропажу. Словам мужчины о "мгновении" верить нельзя. Неизвестно, когда опустел ящик, и если так, то и утверждение, что в тот момент в лавке были только девочка и хозяин, недоказуемо.

Артезия спокойно высказала это, но мужчина возразил:

— Все мои покупатели — достойные люди. Если эта нищенка не украла, зачем ей было убегать?

— Вы ударили её, назвав воровкой! — крикнула девочка.

— Вор заслуживает побоев!

— Тогда я проверю, — сказала Артезия.

— Что?

— Вы сказали, что сразу погнались за ней, когда она убежала с деньгами. Тогда деньги должны быть у неё сейчас. Я проверю.

Услышав это, девочка вскочила и начала расстёгивать верхнюю одежду.

— Хорошо. Проверяйте, юная леди!

Увидев решимость девочки, мужчина впервые опешил.

Если бы не вмешалась аристократка, даже если бы деньги не нашли, он бы сказал «просто ошибся» и вышвырнул её. Но раз вмешалась знатная особа, за свои слова нужно было отвечать.

Артезия посмотрела на него:

— Если ваши слова правда, вы ведь не боитесь проверки?

— Давайте.

Мужчина хотел было возмутиться, но, увидев молодого рыцаря за спиной Артезии, не посмел. Соперница была не просто маленькой девочкой, а аристократкой с двумя вооружёнными рыцарями охраны.

— Мари, проверь, — велела Артезия.

Мари, наблюдавшая за происходящим с тревогой «ну что же делать», подошла к девочке.

Девочка с достоинством позволила себя обыскать. В карманах штанов нашлись две монеты и грязный шнурок; в верхней одежде ничего не было. Короткие, нищенские рукава не позволяли ничего спрятать.

— Наверняка, наверняка она передала деньги сообщнику, пока убегала! — выкрикнул мужчина.

— Вы же сказали, что погнались сразу.

Мужчина, не в силах больше возражать, побледнел. Артезия сказала:

— Потеряли купюры?

— …Это…

— Монет и серебра я не вижу. Их невозможно спрятать на теле. Провести ещё более тщательный обыск?

— …Нет, но…

— Если вы не можете доказать, она не воровка.

Лицо мужчины побагровело.

Артезия немного помедлила. Альфонс склонился к ней и тихо сказал:

— Я помогу этому человеку дойти до полицейского участка и заявить о пропаже.

— Ты поможешь?

— Да.

Альфонс подошёл к хозяину лавки и взял его за плечо. Негромко сказав ему несколько слов, он увёл его в конец улицы.

Артезия приблизилась к девочке. Та смотрела на неё своими карими глазами.

— Почему вы мне поверили? — спросила она вместо благодарности.

Артезия не удивилась. Тот, кого постоянно подозревают, с трудом верит, что кто-то может поверить ему.

Немного подумав, она сказала:

— Ты бедна.

— Да.

— И дети редко находят работу. В денежном ящике вряд ли была дневная выручка. Не думаю, что кто-то рискнёт потерять только что найденную работу из-за еды на один день.

К тому же взрослые подозревают только тех, кого привыкли подозревать.

Артезия проглотила эти слова. По правде говоря, она просто хотела поверить — и поверила. Люди обычно верят в то, во что хотят верить.

Девочка покачала головой:

— Вы ошибаетесь. Если деньги очень нужны сегодня, можно и украсть. Особенно когда хозяин плохой.

— Ты бы украла?

— Да. Я бы тоже.

— Хорошо, что ты не воровка, — пробормотала Артезия.

Девочка низко опустила голову.

— Спасибо, что помогли.

— Не я тебе помогла, а ты не воровка.

— Всё равно меня бы избили и выгнали. Я думала, он хороший человек…

— Ты недавно начала работать?

— Да. Три дня назад. Я даже зарплату не получила…

Артезия подумала, что он, наверное, и не собирался платить.

Грустным голосом девочка сказала:

— Я хотела купить младшим братьям и сёстрам белый хлеб на зарплату…

Артезия прониклась жалостью к этой девочке. Снова поколебавшись, она посмотрела на Мари.

— Мари, можно тебя попросить?

— Говорите, — та улыбнулась, уже догадываясь, что она скажет.

— Можешь написать рекомендательное письмо?

— С хорошей рекомендацией сложно, но в нашем особняке нужны новые служанки. Я поговорю с экономкой.

Девочка слишком мала, чтобы работать служанкой, а найти молодую младшую служанку не так трудно. Но если считать её помощницей, которая заодно будет компанией юной госпоже — неплохо. В аристократических домах часто берут на службу детей с малых лет.

Эта девочка не воровка, она честная и смелая. Дать ей шанс — неплохо.

Поэтому Мари охотно сказала девочке:

— Послезавтра приходи в особняк Эфрона. Скажи, что тебя посоветовала Мари Карваль.

Девочка не знала, насколько знатен дом Эфрона, но широко раскрыла глаза и уставилась на Мари.

— В д-дом аристократов?

— Сколько тебе лет и как зовут? Я скажу страже.

— М-мне одиннадцать, меня зовут Элис, — ответила девочка запинаясь.

Мари дала ей серебряную монету, велев подлечить лицо и купить чистую одежду.

— Элис, я надеюсь снова тебя увидеть.

Артезия сказала это искренне и, взяв Мари за руку, поднялась в карету.

Элис отошла на обочину, пропуская карету, и, когда та тронулась, низко поклонилась ей вслед. Это был первый шанс в её жизни.