Девушка-студентка, похожая на подругу детства, вспоминает

Глава 4: Судьба треугольника

— До завтра!

— Ага, до завтра.

Обещание, которое мы давали друг другу в детстве.

Такое безответственное — и всё же тогда мы с такой чистой, наивной уверенностью верили, что обязательно снова увидимся на следующий день.

— Было весело.

Пусть это воспоминание длиной всего в один год, даже сейчас оно остаётся где-то в глубине моей памяти — яркое и тёплое.

Ту перчатку нам отдал какой-то прохожий…
Конечно, она не была новой — старая, потрёпанная, изношенная.

Но даже сейчас это моё самое драгоценное сокровище.

Наше расставание случилось так внезапно.

У нас и изначально не было никаких контактов друг друга. Я просто изо дня в день продолжала ждать его в нашем обычном месте.

На следующий день. И ещё на следующий…

Но в итоге он так и не пришёл.

…Я плакала. Плакала навзрыд.

— Лишь намного позже я поняла, что любила его. Что это была моя первая любовь.

Пи-пи-пи-пи. Звук будильника выдёргивает меня из сна.

…Опять. Опять этот сон.

С тех пор как я поступила в старшую школу, он мне почти не снился, но в последнее время, кажется, возвращается снова и снова.

Я заставляю сонный мозг окончательно проснуться и иду умываться.

Нет смысла вечно цепляться за прошлое.

Вытерев лицо полотенцем, я беру телефон, который всё ещё стоит на зарядке.

Проверяю уведомления — и вижу сообщение от Масато.

Масато: «Доброе утро~ Постараюсь быть на станции к 15:00.»

Масато: «По прогнозу дождь начнётся около 18:00, так что, может, выйдем пораньше?»

Сегодня у нас с Масато запланировано свидание. А завтра мы ещё и должны пойти в парк развлечений вместе с Мидзухо.

Иными словами, эти два дня — решающая битва.

…И всё же мои нынешние чувства невероятно трудно выразить словами.

Я люблю Масато. Если совсем мягко — я от него без ума.

Первым чувством, что пустило во мне корни, было желание обладать им — не отдавать его никому.

Но чем лучше я узнавала Масато… тем чаще начала думать, что в него, должно быть, влюбляется каждая женщина рядом.

…Я люблю Масато больше всех. И ни за что не собираюсь уступать это место.

Но ведь это Масато. Если прямо сейчас кто-нибудь признается ему в любви и попросит встречаться — протянет ли он ей руку?

Если так… может быть, тогда лучше… просто делить его между всеми нами?..

Я и сама прекрасно понимаю, насколько безрассудна такая мысль.

И всё же правда остаётся правдой: я хочу Масато — какой угодно ценой.

Даже если… он будет принадлежать не только мне одной.

Я быстро набираю ответ Масато.

Сегодня вечером мы собираемся пройтись по магазинам и подготовиться к завтрашнему походу в парк развлечений.

А до этого у нас ещё есть немного времени. Поскольку Мидзухо занята на подработке, мы решили выполнить обещание, которое дали друг другу ещё тогда, в бэттинг-центре, — поиграть в кэтчбол.

Я подхожу к входу, где хранится мой софтбольный инвентарь.

Беру свою перчатку, которой пользовалась, когда ещё активно играла… и взгляд сам собой падает на старую, бережно убранную в глубину.

Я осторожно достаю её.

Для софтбольного мяча она слишком маленькая.

— …Интересно, чем он сейчас занимается?

Это одна из парных перчаток, которые мы тогда получили вместе с тем мальчиком…

Я хранила её всё это время из-за своей неотвязной привязанности. …Точнее, просто не смогла выбросить.

— Если у него всё хорошо — этого уже достаточно.

Раз уж он даже снится мне, значит, это и правда было счастливое воспоминание.

Сейчас я уже почти не помню, о чём мы тогда говорили.

Но то, что после этого я продолжала играть в софтбол все школьные годы, заставляет меня лишь усмехнуться собственной простоте.

Наверное, это и была моя первая любовь.

Мидзухо говорила, что детские романы «не считаются».

И всё же для меня это дорогое воспоминание.

Перчаткой ещё можно пользоваться, но она слишком старая. По сравнению с современными она просто неудобна, так что я осторожно убираю её обратно в глубину шкафа.

Для меня эта перчатка — как талисман.

— Ну что ж. Пора собираться.

Даже если мы собираемся просто немного подвигаться, передо мной будет человек, которого я люблю.

Такого понятия, как «слишком старалась», не существует. Одежда, макияж… дел у меня полно.

Настроившись, я встаю перед шкафом.

Я приезжаю на станцию.

Пройдя через турникет и окинув взглядом округу, почти сразу замечаю Масато.

Длинное чёрное пальто поверх серого вязаного свитера. Даже зимой… нет, именно потому, что сейчас зима, особенно ясно видно, насколько у Масато хорошая фигура и безупречное чувство стиля.

Как всегда, его внешность просто смертоносна.

— Масато, прости, что заставила ждать!

— А, доброе утро, Коюми. Я и сам только что пришёл, так что всё нормально.

Женщины поблизости смотрят в нашу сторону с завистью.

«Завидуйте! Я ведь иду на свидание с таким мужчиной!»

— Тогда пойдём?

— Конечно! Хотя, если подумать, играть в кэтчбол посреди зимы — это даже забавно.

— Эй, эй! Пока ещё не настолько холодно!

Когда мы только договаривались об этом, на улице и правда было жарко, но сейчас уже заметно похолодало…

От станции до парка идти около пятнадцати минут.

Но когда я разговариваю с Масато, эти пятнадцать минут пролетают как одно мгновение.

— Беспокоит только погода. Похоже, позже может пойти дождь.

— Да… Если будет похоже, что вот-вот начнётся, давай пораньше вернёмся к станции. Я на всякий случай взяла складной зонт!

— А, я тоже взял. Тогда так и сделаем.

«Угх… Масато тоже взял складной зонт… А я-то надеялась на шанс с «давай пойдем под одним»…»

Мне жаль, что один из моих планов провалился, но, конечно, лучше всё же не промокнуть, так что я смиряюсь.

— У меня есть перчатка, но она очень старая.

— О, правда? Ей ещё можно пользоваться?

— Наверное… думаю, да. Только не бросай слишком сильно, ладно?

— Всё будет нормально! У меня тоже старая перчатка, а они, как ни странно, довольно крепкие.

Своей старой перчаткой я уже не пользуюсь, но когда-то играла с ней постоянно.

Пока родители не купили мне новую.

— Кстати, Коюми, а на какой позиции ты играла?

— Хм, как думаешь?

— Дай подумать…

Болтая обо всякой ерунде, мы доходим до парка.

Когда рядом со мной идёт Масато, настроение само собой взлетает до небес.

— Мы пришли~!

— О, и правда никого нет.

Это из-за плохой погоды? В парке почти пусто.

Хотя, может, просто только младшеклассникам приходит в голову играть на улице в такое время года…

Я ставлю сумки на скамейку и разминаю плечи.

Давно я не бросала мяч! Надеюсь, всё будет в порядке.

Поскольку Масато сказал, что у него нет мяча, я принесла софтбольный. Для обычного кэтчбола ведь чуть более жёсткий мяч подойдёт, верно?

— Блин, теперь я уже начинаю переживать, смогу ли вообще.

— Всё нормально! Я не буду бросать сильно!

— Нежнее, пожалуйста…

Я невольно думаю, что даже слегка робкий Масато — это ужасно мило.

Закончив лёгкую разминку, мы отходим друг от друга на расстояние. Ничего серьёзного, поэтому пальто мы оба не снимаем.

— Ну, поехали~ Хоп!

— Ой—!

Я бросила легко, но Масато всё равно не смог толком поймать мяч, и тот упал на землю.

— Прости. Всё-таки софтбольный мяч и правда сложно ловить такой перчаткой.

— Правда? Дай посмотреть.

Перчатка у Масато и правда показалась мне слишком маленькой, так что я подхожу ближе.

С любопытством смотрю на его руку.

— …Э?

Голос сам сорвался с губ.

Я уже видела эту перчатку.

Нет, «видела» — слишком слабое слово.

Я видела её буквально сегодня. Ту самую перчатку, которую так бережно храню у себя дома.

У неё был точно такой же дизайн.

Старая. Потёртая.

Удар был таким, будто меня со всей силы огрели кувалдой.

Мозг отказывался это обрабатывать.

— …П-подожди, Масато.

— А?

— Откуда ты… её взял?

— Ну, я её не покупал. Кажется… мне её кто-то отдал.

Мой разум приходит лишь к одному выводу.

По телу проходит потрясение, какого я не испытывала никогда в жизни.

— Как такое вообще возможно?..

Хотя я сама этого сознательно не вспоминала, с губ вдруг срывается то слово — то имя.

— Ты… Ма-кун?

— А…?

Воспоминания начинают всплывать одно за другим.

Размытые очертания медленно обретают форму.

«Давай и завтра играть в кэтчбол!»

«До завтра!»

Я вспоминаю сказанные тогда слова.

Вспоминаю обещание, которым мы обменялись.

Даже после того, как мы больше не смогли встречаться, я всё равно хотела увидеть его.

Я всё время думала о том, как сильно хочу поговорить с ним ещё хоть раз.

Ах, теперь я вспомнила.

Когда я впервые встретила Масато…

Он сидел на скамейке и сосредоточенно смотрел в ноутбук.

Теперь, когда я думаю об этом… тогда причина, по которой ноги сами понесли меня к нему…

…Может быть, всё потому, что я наконец нашла человека, которого так давно хотела увидеть.

Точки соединяются в линию.

И когда они соединяются… меня переполняет счастье, которому нет слов.

Я стягиваю с руки свою перчатку и бросаюсь Масато на шею.

И только обняв его, понимаю, что по щекам уже текут слёзы.

— Это правда… Масато, ты всё это время был Ма-куном…! Я так, так долго хотела тебя увидеть! Куда ты исчез? Почему пропал так внезапно?!

— П-подожди, Коюми.

Масато берёт меня за оба плеча.

От одного осознания, что человек, которого я всегда любила, оказался тем самым единственным, в кого я снова влюбилась после нашей встречи, у меня перехватило дыхание.

Всем сердцем я чувствовала: это и есть судьба.

Я встречаюсь взглядом с Масато.

Ах, я и правда его люблю.

Смотрю на Масато прямо перед собой — и тогда…

— Мне кажется… ты ошиблась человеком.

— А…?

Температура тела падает в одно мгновение.

«Ч-что… ты такое говоришь?..»

— Д-да быть не может! Ведь это же… та самая перчатка, которую мы получили вместе, правда? Когда были маленькими, в том парке, мы примерно год всё время играли там в кэтчбол…

— …Прости.

Прости? Почему ты говоришь «прости»?

— Ты ведь шутишь, да? Послушай, я совсем не злюсь, что ты исчез! Я просто так счастлива, что мы снова встретились! И имя! Я совсем его забыла, но только сейчас вспомнила, что раньше звала тебя Ма-куном, и потому…

Я понимаю, что тараторю с какой-то бешеной скоростью.

Но на лице Масато, который меня слушает, всё это время только мучительное, виноватое выражение.

— …Прости.

— Я не понимала.

Сейчас я могу сказать это так ясно именно потому, что всё прекрасно помню: тогда, в том месте, со мной в кэтчбол играл именно этот Масато.

И перчатка тоже — такой древний дизайн сейчас уже нигде не купишь, а я точно знаю, что тогда мы получили их вместе, значит, это должен быть он.

И всё же.

Почему ты это отрицаешь?

— Послушай, даже если ты извиняешься, я всё равно ничего не понимаю. Я ведь тогда правда очень ждала встречи с Ма-куном, понимаешь? Даже когда думала, что, может, больше никогда тебя не увижу, я не могла сдаться, поэтому даже вступила в софтбольный клуб и продолжала играть…

Я и сама понимала, что говорю бессвязно.

Но остановиться не могла.

Не могла принять это.

Я не понимала чувств Масато, который всё это время стоял с таким измученным лицом и смотрел вниз.

Потому что мне было страшно.

— Это что-то, о чём тебе нельзя никому говорить? Е-если так, я никому не скажу! Я всё сохраню в тайне, так что, пожалуйста… просто скажи «да»…

— …

— Мне только это и нужно. Просто «да» или «мы снова встретились»… только это…

Не заметив, я сама вцепилась ему в плечи.

Сколько бы я ни трясла это стройное тело, выражение его лица не менялось.

У меня бессильно опустились руки.

…И тут на голову мне упало что-то холодное.

— Почему ты врёшь?

— …Я не вру.

— Врун!!

Я сама не ожидала, что у меня вырвется такой громкий крик.

— Я не могла ошибиться!! Ты был Ма-куном, и у нас были две одинаковые перчатки!

— …

— Даже в университете, когда я впервые тебя нашла, я сама заговорила с тобой! Если подумать, значит, уже тогда какая-то часть моего сердца всё поняла…! Это ведь такое счастье, так почему же…!

Почему ты делаешь такое грустное лицо?

Слова застряли в горле, и я прикусила губу.

Дождь начал усиливаться.

Слёзы, катившиеся по моим щекам, уже давно превратились из слёз радости в слёзы горя.

Я отвернулась от него — от его неизменного выражения лица.

— …Я ухожу домой.

Схватив вещи, я бросилась бежать.

И ни разу не обернулась.

— Почему… ну почему…!

Боль, печаль, растерянность и гнев — всё смешалось в один клубок.

И мне не оставалось ничего, кроме как смотреть в промокшее от дождя небо.