Девушка из баскетбольного клуба средней школы пускается во все тяжкие
Когда вы слышите слово «лето», я думаю, что у каждого оно ассоциируется с чем‑то своим.
Это может быть море или река, а может — что‑то из еды, например, арбуз или мороженое.
В это время года, безусловно, много всего интересного, но лично мне сразу приходит на ум «летний фестиваль».
Впервые я попал на фестиваль, проходивший недалеко от дома. Поскольку у меня не было родителей, раньше я ничего не знал о фестивалях.
Было темно, но свет от прилавков с едой и бумажных фонариков освещал всю территорию.
Я увидел место, где все улыбались, веселились и наслаждались самим духом фестиваля.
Я помню, как радовался, даже будучи ребёнком.
С тех пор, хоть я и парень, я надевал юкату и довольно часто ходил на фестивали с несколькими близкими друзьями.
Так почему же я вспомнил обо всём этом?
Потому что Юка пригласила меня на мой любимый летний фестиваль.
«Скоро пройдёт большой летний фестиваль…»
Я был ещё недостаточно взрослым, чтобы отказаться от приглашения Юки.
Кстати, позже Шиори‑тян пригласила меня на тот же летний фестиваль со словами: «Хочу на фестиваль!» — но, когда я сказал, что у меня уже есть планы, она сказала, что расстроилась, но как будто бы была рада моему отказу. Странно.
Я ждал Юку на площади возле станции, где мы договорились встретиться, и рассеянно играл в смартфоне.
Она написала мне пару минут назад — значит, скоро должна прийти.
Я приложил руку к груди.
«…Почему я нервничаю?»
Я злился на себя.
Она ещё учится в средней школе, а я уже студент университета, так что с точки зрения общепринятых социальных норм это определённо преступление.
Если бы Коюми или Мидзухо узнали, то они бы точно назвали меня лоликонщиком. Хотя я уже познакомил её с Коюми.
Даже я до недавнего времени не воспринимал её в таком ключе.
Для меня Юка была как милая младшая сестрёнка. Я представлял, как она постоянно вызывает меня на матч, проигрывает, а потом усердно тренируется с сосредоточенным выражением лица.
Я считал её очень классным баскетболистом и в то же время находил её милой.
Я думал, что она станет ещё лучше и превзойдёт меня.
Вот и всё, ничего больше.
До того дня.
Всё перевернулось с ног на голову.
«Я не хочу быть твоей младшей сестрёнкой».
Когда она это сказала, у неё было такое лицо, будто она вот‑вот заплачет.
Мне оставалось только смириться.
А потом…
«…Могу я сделать… ещё кое‑что?»
«…Чёрт!»
Я покраснел, просто вспомнив об этом.
Нет, нет, нет! Это плохо! Это неприлично!
…Почему я веду себя как девчонка?.. Постойте, может, это и правильно? В каком‑то смысле…
Я прикрыл лицо рукой.
Когда мы играем в баскетбол, она такая же, как и раньше, — и это нормально. Но в остальное время, когда мы наедине, Юка начинает агрессивно приставать ко мне, и это усложняет ситуацию.
Серьёзно… Что мне делать?
Её чувства меня радуют. Конечно, радуют. Это чистая привязанность, и исходит она от человека, к которому я уже испытываю симпатию. Как тут не радоваться?
Но… есть ещё разница в возрасте.
Юка ещё встретит много людей, и время, проведённое со мной, должно остаться лишь маленьким воспоминанием из детства.
«Эй, эй, мистер!»
«…?»
Пока я размышлял об этом, ко мне обратились две девушки, похожие на гяру.
Ух ты. Современные гяру даже умеют носить юкату.
«Если ты свободен, не хочешь с нами потусить? Мы заплатим».
«Или ты ждал, что мы к тебе подкатим?»
Девушки‑гяру заигрывают с парнем!
Погодите, неужели в этом мире это обычное дело?
«Э‑э‑э… Извините. Я встречаюсь кое с кем».
«О, с другим парнем? Тогда он тоже может с нами потусить~»
…Они на удивление настойчивы. Неужели девушкам в моём прежнем мире приходилось сталкиваться с тем же, когда к ним подкатывали парни?
Это тяжело (сказано с позиции стороннего наблюдателя).
Я подумал, что стоит отказаться более решительно, чтобы они отстали.
И в этот момент…
«Простите!»
Это был непривычно громкий голос.
Две девушки вздрогнули и обернулись.
Там стояла Юка, одетая в ярко‑синюю юкату.
«Этот человек — мой… мой… мой старший брат, так что, пожалуйста, оставьте его в покое».
«О, так ты его младшая сестра?»
«О, он ждал свою младшую сестрёнку, какой милый старший брат~»
Пауза после «мой…» показалась мне очень долгой. С ней всё в порядке?
«Ну что ж, сестрёнка, не могла бы ты дать нам контакты твоего брата? Мы можем встретиться в другой раз~»
«Да‑да, у тебя сегодня свидание с братом, верно? Мы не хотели помешать, в другой раз попробуем ещё раз~»
А, они явно думают, что она моя настоящая сестра.
Юка быстро встала передо мной, вся дрожа.
«Э‑э… Юка?»
Когда я обратился к ней тихим голосом, Юка глубоко вдохнула, словно собираясь с духом, подняла голову и закричала:
«Вообще‑то мой брат — мой парень, так что, пожалуйста, отстаньте от нас и идите домой!»
«Погодите, правда?!»
В конце концов гяру, которые ко мне приставали, сдались и ушли.
Юка покраснела, когда они в конце пожелали ей «удачи». Интересно, в чём они хотели, чтобы она была «хороша»?
Мы с Юкой шли в сторону фестивальной площадки.
«Эм… Мне жаль. Я вдруг повысила голос…»
«Нет‑нет, это ты мне помогла. Я пытался придумать, как заставить их уйти».
Я посмотрел на Юку, которая шла рядом со мной.
На ней была бледно‑голубая юката со скромным цветочным узором, в которой она выглядела застенчивой. Ярко‑красный оби (пояс) был приятным акцентом, который оживлял весь наряд. Обычно Юка носит цветочную заколку для волос, но сегодня на ней была декоративная заколка со сложным орнаментом, которая придавала ей более зрелый вид.
«Хм… Как тебе?»
Заметив мой взгляд, Юка слегка развела руками, чтобы я мог рассмотреть её со всех сторон.
Да… Это просто сногсшибательно.
«Тебе очень идёт. Ты выглядишь взрослее, чем обычно. Ты красивая».
«А‑а, спасибо…»
П‑почему я так смущаюсь?!
Хотя я знаю почему.
«Масато‑сан… Ты круто выглядишь. Юката тебе очень идёт».
«…Хе‑хе, спасибо».
«Хе‑хе»? Что за «хе‑хе»? Звучит крипово.
У Юки, которая стояла рядом со мной, покраснело лицо. Наверное, и у меня тоже. Я почувствовал, как пылают щёки.
Но… Да ладно вам! Она же в средней школе учится! На первом году обучения! Я знаю, какая она милая, и считаю, что это преступление, но встречаться с ней или делать что‑то в этом роде — это неправильно! Она же совсем ребёнок!
«Ах, эм… Масато‑сан».
«Хм? Что это такое?»
Не успел я опомниться, как мы подошли ко входу в храм, где проходил фестиваль.
Храм был ярко освещён огнями от киосков с едой и фонарей. Вокруг было много семей, пар и детей, так что атмосфера действительно была праздничной.
Посреди всего этого Юка подняла на меня глаза.
«…Можно взять тебя за руку?»
«…Да. Давай возьмёмся за руки».
Если бы нашёлся человек, который отказался бы от такого предложения, я бы хотел с ним познакомиться.
Я бы его ударил.
«Ух ты, это потрясающе! Ты так много выиграл!»
«Я на удивление хорошо справляюсь с такими вещами».
После этого мы с Юкой какое‑то время наслаждались фестивалем.
Мы покупали еду в киосках и играли в стрельбу по мишеням.
Теперь мы ловили суперболы. (ПП: фестивальная игра, в которой надо ловить разноцветные пластиковые шарики сачком из тонкой бумаги.)
Не знаю, насколько интересна сама игра, но мне понравилось делать это в особой атмосфере фестиваля.
Сначала я немного смущался, но гулять по фестивалю с Юкой было так весело, что я, кажется, забыл о своей застенчивости.
Увидев улыбку Юки, я решил, что, может быть, лучше просто наслаждаться этим моментом вместе, а не зацикливаться на чём‑то.
Хотя я понимаю, что просто откладываю решение проблемы.
«Э‑э, извините, но с собой можно взять только десять…»
«О, это правило такое?»
«Взамен вы можете взять приз из этой подборки», — сказал владелец киоска.
Он указал на призы, предназначенные тем, кто попал в цель.
Я не увидел ничего, что мне хотелось бы получить.
«…Это очень специфические призы…»
«О, можно я выберу что‑нибудь?»
«О, ты что‑то хочешь?»
«Да. Мне нравится эта маска».
Юка выбрала милую маску лисы.
Мы вышли из киоска с суперболлами вместе с весёлой Юкой.
«Юка, тебе нравятся лисы?»
«Не особо, но… Вот, держи, Масато‑сан».
«А, так это мне нужно надеть?!»
Юка с улыбкой протянула мне маску лисы.
Поддавшись на её уговоры, я неохотно надел маску.
Погодите, это…
«Юка, я ничего не вижу в этой маске!»
«Всё в порядке! Я держу тебя за руку!»
«Так в этом и смысл?!»
Пока мы так дурачились, из динамиков, установленных по всему храму, раздалось объявление:
«Сейчас начнётся фейерверк, который завершит фестиваль».
О, уже пора.
«Юка, давай отойдём куда‑нибудь в спокойное место, чтобы посмотреть на фейерверк».
«Хорошо».
Но я правда не мог этого предвидеть.
Надо снять лисью маску.
Я подумал об этом, но…
«…Погоди, Юка. Эта маска не снимается».
«А?!»
Юка удивилась, но при этом рассмеялась.
Эй, я сам в шоке! Она так плотно сидит на голове, что не сдвигается ни на миллиметр!
«Я сниму её. Масато‑сан, можешь присесть на корточки?»
«О, конечно, прости…»
Мы свернули на боковую тропинку, чтобы не загораживать главную дорогу. Когда я присел на корточки, Юка потянулась у меня за спиной, чтобы развязать шнурки, которые крепко удерживали маску.
…Может быть, дело в том, что она делает это спереди, но её лицо совсем близко, и, хоть я ничего не вижу, я немного нервничаю.
Может быть, это из‑за того, что всё так похоже на то, что было раньше.
Через мгновение маска была снята.
Я хотел поблагодарить Юку и…
И снова её лицо оказалось прямо передо мной.
Знакомое зрелище.
Знакомое… ощущение.
Она медленно приблизилась.
Я инстинктивно отпрянул и упал в заросли.
«Эй, Юка, какого чёрта…»
«Фу‑фу‑фу… Нельзя терять бдительность, Масато‑сан… Подожди».
Юка с озорным видом посмотрела на меня… но вдруг резко замерла.
Её взгляд был прикован к моему телу.
А?
Я и не заметил, что моя юката зацепилась за торчащую из земли ветку, оголив левое плечо.
Разумеется, под одеждой ничего не было.
Я не осознавал, насколько это опасно.
Когда я наконец подумал: «Это плохо», — было уже слишком поздно.
Юка, у которой глаза были совершенно безумные, набросилась на меня.
Она потащила меня дальше в чащу.
Все участники фестиваля направлялись к храму, чтобы лучше видеть фейерверк, и никто не обращал внимания на заросли на боковой тропинке, где мы оказались.
Шум доносился издалека. Здесь были только мы с Юкой.
По крайней мере, так я думал.
«П‑подожди, Юка… Ты не можешь так поступать!..»
«Это всё из‑за Масато‑сана. Он спровоцировал меня, показав такое эротичное зрелище!..»
После этого нежные руки и губы Юки принялись ласкать каждый сантиметр моего тела.
Я потерял счёт, сколько раз она меня поцеловала.
Звуки фейерверка стихли вдали.
Я видел только раскрасневшееся, возбуждённое лицо Юки.