Второй день сожительства.
Второй день сожительства.
— Ну, я пошла. Обед в холодильнике.
Коната прошептала это, обувая лоферы в прихожей.
— О, спасибо. Иди осторожно.
Я проводил её взглядом.
В такие моменты я кажусь себе добычей, угодившей в пасть плотоядного растения.
Старшеклассница уходит на занятия.
Дверь захлопнулась, и я сделал шаг к порогу, чтобы запереть замок.
Казалось бы, вещь обыденная, но до чего же прекрасная картина.
Еще недавно я и помыслить не мог о подобном.
Коната открыла дверь и покинула комнату.
За мгновение до того, как дверь снова закрылась, она слегка приподняла правую руку.
Я машинально поднял руку в ответ.
В такие моменты я кажусь себе добычей, угодившей в пасть плотоядного растения.
Дверь захлопнулась, и я сделал шаг к порогу, чтобы запереть замок.
То, что я принимал за мистическую защиту, на деле оказалось «оберегом», опирающимся на мощь науки.
Щелк.
На периферии зрения вечно мелькают персонажи моих рисунков.
Однако прежде чем я успел коснуться двери, замок лязгнул — кто-то запер его снаружи.
«Странно... Как это? Не помню, чтобы я отдавал ей ключи».
Похоже, с моих ключей тайком сняли дубликат.
Сверяясь с правками редактора в раскадровке, я вносил изменения то тут, то там.
Впрочем, Коната вполне на такое способна.
— А? Что? Откуда ты узнала, что я обошел несколько кафе?
Теперь подобное меня уже не пугает.
Я проводил её взглядом.
«Как бы то ни было, отныне и до самого возвращения Конаты — это время принадлежит только мне!»
Краткое чувство свободы заставило меня невольно вскинуть руки.
Впрочем, мои текущие дела мало чем отличались от вчерашних, когда Коната была дома.
«Точно, пойду проветрюсь. Нет ведь правила, что я обязан работать только дома!»
Когда-то я по неосторожности использовал дату рождения в качестве пароля, но потом понял, насколько это опрометчиво, и сменил все коды.
— А? Да, хорошо. Я и впрямь не особо голоден, так что это кстати... Но как ты узнала?
Я направился было к прихожей, но вдруг замер.
Коната уже вернулась домой.
Сперва загляну в ближайшее сетевое кафе.
Школьница уходит на занятия. Похоже, в жизни... (Ошибка загрузки контента! Пожалуйста, обновите страницу или смените браузер).
Стояло лето, но я чувствовал, как тело пробирает холод.
— Неплохо, работа движется споро.
В такие моменты я кажусь себе добычей, угодившей в пасть плотоядного растения.
Стояло лето, но я чувствовал, как тело пробирает холод. Я отсоединил планшет от компьютера и убрал его в рюкзак.
На экране внезапно всплыло селфи Конаты.
«Неужели я боюсь выходить на улицу? Неужели та жизнь в заточении была для меня настолько сладостной?»
Я хотел бы отдаться этому чувству без остатка.
— Неплохо, работа движется споро. Я отсоединил планшет от компьютера и убрал его в рюкзак.
На периферии зрения вечно мелькают персонажи моих рисунков.
Тогда я, кажется, удалил и приложение для слежки, которое тайком установили на мой телефон.
— Ну, я пошла. Обед в холодильнике.
— А? Что? Откуда ты узнала, что я обошел несколько кафе?
Погруженный в эти мысли, я поспешил домой.
...
Я открыл холодильник: там лежали онигири и омлет, бережно укрытые пищевой пленкой.
По спине пробежал холодок.
Я отсоединил планшет от компьютера и убрал его в рюкзак.
То, что я принимал за мистическую защиту, на деле оказалось «оберегом», опирающимся на мощь науки.
«Невозможно... Образ Конаты в нижнем белье выжжен в памяти и не желает уходить. Нужно передохнуть».
Я снял рюкзак с планшетом и, разуваясь, ответил.
Вот оно что. И хотя изначально это был ошейник, призванный лишить меня свободы, теперь его можно принять за своего рода экстравагантный аксессуар.
Похоже, в жизни... (Ошибка загрузки контента! Пожалуйста, обновите страницу или смените браузер).
«Неужели я боюсь выходить на улицу? Неужели та жизнь в заточении была для меня настолько сладостной?»... Вот оно что. И хотя изначально это был ошейник, призванный лишить меня свободы, теперь его можно принять за своего рода экстравагантный аксессуар.
Сверяясь с правками редактора в раскадровке, я вносил изменения то тут, то там.
«Как бы то ни было, отныне и до самого возвращения Конаты — это время принадлежит только мне!»
— Зная твой характер, ты вряд ли долго засиживаешься в кафе с одной чашкой кофе. Ты ведь заботишься о заведении, а потому заказываешь еще и десерт. Обойдя так четыре места, разве ты не наелся досыта?