Выбор

Приняв неизбежное стечение обстоятельств, на которое Дориан никак не рассчитывал, клятва, данная самому себе, не будет нарушена. И плевать, какие последствия… даже если это смерть.

Тяжело вздохнув, Дориан поднял ладони чуть выше плеч и устремил взгляд на Шарлотту, что окутана все-разрушающей белой аурой.

– Я к тебе не притронусь! Ведь если сделаю это… я запятнаю память о Кристине.

– Какой благородный! – фыркнула Шарлотта, – Даже если это будет означать смерть?!...

Возникла затяжная пауза, в которой было отчетливо видно, как золотой свет в глазах Ламберта начал меркнуть.

– Если тебе и правда, плевать на Августа Ламберта… действуй… – тихо промолвил Ламберт.

Дориан широко раскрыл глаза, так как его резко потянула назад, а руки и ноги уже вот–вот сомкнуться, ведь тело согнулось из–за сокрушительного удара в живот.

Шарлота возникла возле Дориана так стремительно, что это был явно не «скачок». Она снова использовала Стигму «Иман» – Пространство.

Дориан за секунду преодолел расстояние в несколько десятков километров, оставляя за собой ореолы из ударных толчков, а следом он врезалось в гору, проделав в ней огромное углубление в котором запросто мог поместиться небольшой городок… но место этого по центру находиться окровавленная туша с золотыми глазами.

И это был всего лишь удар кулаком без применения ауры, магии или энергии… просто удар кулаком…

Вот какая мощь таиться в тех, кто перешагнул на «Первый» ранг силы.

– Ты ещё жив?

Всё в глазах Дориана двоиться, но всё же он увидел перед собой Шарлотту, которая идёт по воздуху уверенным шагом, а за её спиной растелилась ночь и белоснежные свет луны.

Тело парня начало само–исцеляться, но боль, которую он в данный момент ощущает… она просто разрывает его разум и не даёт нормально думать.

– Ты же мог увернуться! – остановилась Шарлотта в пяти метрах от центра углубления, а её лицо окутал гнев, – СРАЖАЙСЯ!!!

– Нет… – дрожащим голосом ответил Дориан.

Шарлотте подобный ответ не понравился, поэтому она обратилась во вспышку света, которая вонзилась в тело Дориана на скорости, что превышает скорость звука, тем самым пробив толстую гору насквозь.

Дориан рухнул на землю, а его кости тот час срослись и вернулись в плоть, которая уже практически само–исцелилась.

Медленно поднявшись на ноги, Ламберт вновь увидел перед собой Шарлотту. Только на сей раз она идёт по каменной почве.

– Ты и правда, считаешь, что имеешь право горевать о моей дочери?! Чтить её память?!

– Да… – кивнул Дориан, сбросив с лица капли пота, – Она… была моим другом!

Шарлотта остановилась в трёх шагах от Ламберта.

– Верно! – стали её глаза влажными, – Кристина никогда не слушала чужого мнения, поэтому вы с ней и сблизились. Ведь в тебе она видела не чудовище, а обычного мальчика, на плечи которого упала тяжёлая ноша.

В груди Дориана возникла боль, а перед глазами застыла жизнерадостная аловолосая девочка, что всегда шла против правил и слушала только своё мнение.

– Ты же видел ту видеозапись… видел, да?... – по щекам Шарлотты покатились слёзы.

– В–в–видел, – дрогнул голос Дориана, как и его плечи.

– Тогда ответь мне! Это был ты?... Или нет?...

– Это был…. – парень на секунду замолчал, а в его памяти предстал самый роковой день в его жизни, – Я не знаю… – наконец–то ответил он честно, а следом поднял взгляд, – Я просто хотел их спасти… я не хотел никого убивать!...

– Ложь! – обнажила Шарлота зубы в жутком оскале, – Ты сидел на трупе мой дочери и насмехался над её угасшей жизнью!... Ты и правда – проклятие нашего века. Чего ещё было ожидать от того, в чьих жилах зародилась сила самого Единого – Истинной Тьмы. Тебя нужно было убить ещё в младенчестве. Но нет… ты ведь сын Лаерты. Она была любима семьёй и всеми Династиями. Она истинное проявление Света! Только из–за неё тебе позволили жить… и это было самой большой ошибкой в истории Ламбертов… – её тело вспыхнуло белой аурой, – И, кстати, я не услышала ответа. В тот день… это был ты?! Или нет?!

Дориан даже не успел, не то, что ответить, а даже подумать, как его тело уже обратилось в кровавую массу из порванной плоти, которая летит на огромной скорости в нескольких метрах над землёй.

– ОТВЕЧАЙ!!!

Шарлота остановила полёт Дориана, рухнув на него сверху и прибив к каменной земле, тем самым переломав парню все кости, а от самого удара образовалось углубление на метров десять.

Схватив Дориана за шею, Шарлотта подняла парня с земли и поставила его прямо перед собой.

– Я буду мучить тебя, пока ты не признаешься… ЭТО БЫЛ ТЫ?!

Не услышав ответ, она положила ладонь на грудь парня.

– Молчишь, да?!...

Из ладони женщины вырвался луч ауры, что пронзил грудь Дориана насквозь.

– Агрх!!! – захрипел парень, а сквозь его сжитые зубы побежала кровь.

– ЭТО БЫЛ ТЫ!!! ТЫ!!! ПРИЗНАЙ ЭТО!!!

Вновь не услышав ответ, Шарлотта высвободила из своего тела белый огонь и подожгла Ламберта заживо.

– Может быть, огонь Бруксов развяжет тебе язык?! Как считаешь?!

Кожа Дориана начала бурлить, а следом и вовсе превратилась в желеобразную массу, которая начала падать к ногам Шарлотты. Так же в огне сгинули его последние обноски, и теперь парень полностью голый.

И не смотря на жуткие пытки, Дориан продолжил молчать.

– Какой же ты мерзкий!!! – развеяла Шарлотта свой огонь и Ламберт тот час рухнул на колени.

Дышать было настоящей пыткой, глаза залило кровью, а тело опоясала горячая докрасна боль. Но даже так, Дориан не просит пощады. Он знал, что виноват. Знал, что заслужил подобные мучения. Поэтому он не скажет ни единого слова, и просто будет принимать то, к чему привела его жизнь.

– Знаешь, я кое–что в тебе заметила. В момент боя с Кинимоном, ты на секунду отдался своим инстинктам. Стал тем самым монстром. Но… тебя кто–то остановил. Неужто у тебя появилась возлюбленная? Хотя нет. Кто в здравом уме согласиться лечь с тобой в одну постель! Значит… – её глаза вдруг округлились, – Ты кого–то приютил… да?! – женщина села на корточки, схватилась Дориана за подбородок и подняла его окровавленное лицо, которое уже практически исцелилось, – Посмотри мне в глаза!

Дориан хотел отвести взгляд, но не смог, ведь глаза Шарлотты – это сама «власть», которой невозможно противостоять!

Одна из четырех стигм – Гадаган – Стигма «Прорицания», начала сиять ярче остальных. И эта Стигма может даже предсказать будущее. Но случалось это очень редко. За всю историю «Парадиза», лишь три раза. В основном эта Стигма просчитывает события на несколько секунд вперёд, а так же она слышит душу того, на кого смотрит её хозяин.

– Я слышу… весёлый смех… девочка… ребёнок… ХА–ХА–ХА–ХА–ХА!!! – Шарлотта отпустила подбородок Дориана, а её лицо вмиг ожило, – Приютил малое дитя?! Ты?! Это даже не смешно! Что ты ей дашь, болван?! Она познает с тобой лишь разочарование и…

Шарлотта замерла, а её глаза начали сиять с новой силой.

– Я убью этого ребёнка!... Да… так и сделаю! И я даже знаю, где она! У Альбионов! Это ведь логично, так как ты пришёл на «званый вечер» от их имени. Значит, ты оставил им своё дитя. Мне лишь и нужно, что наведаться к Артуру в гости, а следом исследовать дом Альбионов… и поверь, я найду её по щелчку пальцев.

Женщина поднялась на ноги, а её злобная улыбка лишь ширилась, видя, что Ламберт застал в холодном ужасе. Ведь Дориан прекрасно знает… Шарлотта не шутит. Этой женщине чужды эмоции к врагу. Она убьёт даже ребёнка, лишь бы достигнуть своих целей. Её любви достойны лишь Бруксы, и никто другой.

– Ты же дал клятву, что не тронешь меня, верно?! – начала она злорадно смеяться, видя, как рот Дориана пытается вымолвить хотя бы слово, но место этого он играет губами в немую игру, – Так наслаждайся своим выбором… а я пошла за твоим ребёнком! И да, можешь дождаться меня в Афинах. Одна нога тут, вторая – уже у Альбионов. Управлюсь за месяц, а может даже и за две недели, – она начала отходить вперёд спиной, – Дашь мне убить её, и тога мы с тобой квиты. Ты закроешь свой долг!... И я даже отдам тебе «Семи–Глазку», дабы ты убил Августа. Для меня здесь одни плюсы, поэтому я не лгу. Ведь то, что ты испытаешь, будет куда хуже смерти. Но!... Если ты сейчас остановишь меня, то сделке конец! Это едино–разовое предложение.

Дориан в буквальном смысле оцепенел, ведь перед ним предстал сложный выбор: либо перешагнуть через себя и сразиться с матерью погибшей подруги, либо позволить Шарлотте убить Евангелину.

– Молчишь?... – развернулась Шарлотта, – Значит, согласен?

Дориан опустил взгляд, а его руки начали дрожать. Он поклялся самому себе, поклялся Кристине, что не тронет Шарлотту…

– Что ж, мы договорились! Возвращайся в мой дворец. Я привезу туда труп твоего ребёнка, а потом, когда ты её увидишь, и познаешь отчаянье, я дам тебе «Семи–Глазку».

Шарлотта обратилась в поток белого огня и направилась в сторону ближайшего город, дабы сесть на космический корабль и отправиться в «Пантеон».

– НАКОНЕЦ–ТО!!!

В шаге от Дориана, материализовавшись прямо из воздуха, предстала Кристина, на которой нет живого места и она вся истекает кровью.

– Ты решил две проблемы! Шарлотта простит тебя, а так же ты избавишься от надоедливой девчонки!!! – она встала на колени и обняла Дориана, уткнувшись окровавленным лицом в его грудь, – Только мы двое… помнишь?! Как раньше! Тебе никто не нужен!!! ТОЛЬКО Я!!! Я!!! Я!!! Я!!! Я!!! Я!!! Я!!! ТЫ МОЙ!!!

Перед глазами Ламберта застыла детская улыбка, из–за которой его дни стали не такими уж и пасмурными, а еда наконец–то обрела вкус.

Дориан положил ладонь на голову Кристины, а следом сжал в кулак её опалённые, и пропитанные кровью, алые волосы.

– А?! Что?!... – округлились глаза трупа.

Ламберт потянул за волосы и отодрал эту тварь от своей груди.

– Свали! – отшвырнул он от себя Фантома и поднялся на ноги, устремив взгляд в ту сторону, куда направилась Шарлотта, – Прости меня, Кристина... я не смогу сдержать обещания… снова…

***

– ХА–ХА–ХА!!!

Заливаясь мерзким хохотом, Шарлотта Брукс перемещалась по горному краю вспышками света, направляясь в сторону города «Элрог».

Можно было бы использовать «Стигму» Пространства, но лучше лишний раз этого не делать. Ведь Стигмы тратят огромные запасы Итона, а так же после их применения на следующий день голова будет разрываться от мучительной боли, которую не заглушить никакими препаратами.

Дабы Вильям не вмешивался в драку, которая не состоялась, Шарлотта переместила себя и Изгоя в самые дальние уголки планеты «Гоморра», которые находятся за сотни тысяч километров от «Афин». Поэтому Вильяму потребуется время, что бы вмешаться. Хотя вмешиваться уже нет смысла. Драки не будет, ведь Шарлотта получила то, что больше всего желала… долгожданную месть!

«Кто бы мог подумать! Этот монстр приютил ребёнка. И он… он очень сильно её ценит. Душа не может лгать. Значит, увидев труп этой девочки, он наконец–то осознает, что я пережила. Изгой поймёт, что значит – терять своего единственного ребёнка. И убивать его больше нет нужды, ведь Изгой будет обречён на вечные муки! Да и к тому же он принесёт мне труп Августа Ламберта! Это самое верное стечение обстоятельств, на которое я вообще могла рассчитывать!» – ширилась улыбка Шарлотты.

– А?!...

Шарлотта резко остановилась, так и не добравшись до выхода из горного края, а следом она обернулась, почувствовав вдалеке жуткую и невероятно могущественную силу. Она так давит, что горы в округе покрылись трещинами, а некоторые даже раскололись на две части.

Крошечные камни на земле начали подпрыгивать, а воздух вдруг исказился, словно где-то неподалёку разлили горючую жидкость.

– Что про…

Затылок Шарлотты углубился в каменную поверхность вековой горы, а её стопы больше не касаются земли. И это было ещё не всё. Теперь на лице женщина громоздкая ладонь, а длинные пальцы крепко держат её голову.

Шарлотта широко раскрыла глаза, увидев через щель между пальцев, Дориана Ламберта… и его глаза в данный момент пылают ярким светом, но в тоже время от его лика исходит жуткая тьма, словно обнажая его истинную суть души.

Дориан отвёл свободную руку за спину, а его кулак тот час вспыхнул огне–громовой стихией, которая обратилась в сферу, что с каждой секундой становиться всё больше и больше.

«Его огонь цвета крови, а молнии – золота!... Как это возможно?! Я ведь помню, что раньше его стихии были как у всех магов, и они ни чем не отличались. Но сейчас… эта магия… что он сделал со своим Итоном?!» – опешила Шарлотта.

Взгляд Дориана был как у настоящего убийцы, который готов идти по головам лишь бы достигнуть своих целей. Это означала лишь одно… он не собирается отдавать своего ребёнка.

Дориан, сконцентрировав достаточно «Итона» в своей технике, даже не огласив её, вонзил огне–громовую сферу в грудную клетку Шарлотты.

Возник взрыв, что окутал здешние края алым и золотым свечением, а к небесным ночным угодьям возвысился столб огне–громовой стихии, который расщепил ближайшие горы в самую настоящую магму.

Это был сигнал к началу битвы между Дорианом Ламбертом – «Изгоем» из рода Ламбертов и Шарлоттой Брукс, Главой Династии «Брукс», прозвище которой – «Багровый Ужас».