Соучастница

Когда Далисай передала приказ Созина «Ничего не делать», Та Мин не просто встревожилась, она пришла в ярость. Но спор с Далисай ни к чему не привёл. Как бы ни была умна учёная с Угольного острова, в конечном итоге она просто очередная подчинённая Созина.

Однако Та Мин решила, что c неё хватит слепого следования приказам принца. Она не станет соучастницей преступления. Не станет стоять в стороне и «ничего не делать», пока Хуацзи отравляет город и убивает тысячи людей. Даже если это будет стоит ей будущего, к которому она стремилась всю жизнь.

Она уже отправила почтового ястреба к Року, но пока не добилась аудиенции у царицы Го Сюнь. Когда Та Мин спросили, по какой причине она хочет встретиться с царицей, та ответила туманно. В конце концов, она не знала, кто ещё может быть участником заговора. Однако оказалось, что просто сказать «Это срочное дело величайшей важности» недостаточно. Кроме того, Та Мин запоздало осознала, что, если ей всё-таки удастся найти способ поговорить с царицей, ей понадобится нечто большее, чем просто пересказать разговор, который она подслушала, прячась под полом. Ей нужны были доказательства.

Вот почему глубокой ночью эмиссар Народа Огня взбиралась по стене виллы министра мира Омашу.

Когда министр Ба Синг Се спросил, где Хаудзи хранит оставшийся минерал Ламбака, тот ответил: «В безопасном месте». А какое место может быть безопаснее собственного дома? Его кабинет Та Мин уже обыскала и ничего не нашла.

Медленно и осторожно перебирая руками, она взобралась по верёвке к окну, пока внизу раскинулся спящий город. Ослабь Та Мин хватку, падение было бы долгим. Покои Хуацзи находились почти на самом верху башни, и, поскольку он был одним из самых высокопоставленных чиновников в городе, его резиденция была построена на одном из самых высоких ярусов города-горы. Выше были только сам горный пик и несколько зданий, включая царский дворец.

В конце концов Та Мин достигла цели. Открыв окно, она забралась внутрь, не беспокоясь, что в комнате кто-то спит. Если не считать слуг, Хуацзи жил один, и Та Мин видела, как министр в то утро отправился в одну из военных крепостей на юге. Предполагалось, что он будет отсутствовать по меньшей мере пару недель.

Та Мин сняла перчатки, которые помогли ей не стереть кожу ладоней о верёвку, и размяла руки, чувствуя, как горят мышцы плеч. Затем она пересекла тёмную комнату, прижалась к стене возле двери и, затаив дыхание, стала ждать.

Вскоре послышались тяжёлые шаги приближающегося охранника. Они остановились по другую сторону стены. На мгновение воцарилась тишина, а затем тяжёлая деревянная дверь со скрипом отворилась. Та Мин затаила дыхание и застыла на месте. За последние несколько дней она издалека наблюдала за передвижениями охранников, так что это было ожидаемо. Главное, чтобы он не стал тщательно проверять комнату. Та Мин специально начала действовать к концу смены самого ленивого охранника, чтобы увеличить шансы на успех.

К счастью, охранник даже не стал заходить внутрь. Дверь закрылась. Шаги стихли.

У неё был по меньшей мере час до того, как охранник закончит обход и вернётся.

Та Мин оторвала себя от стены, развязала чёрный пояс на талии и положила его у основания двери, затем задёрнула занавески. Заметив лампу на письменном столе у стены, она зажгла её издалека лёгким движением руки.

Убранство покоев Хуацзи её не удивило. Всё было выполнено в золотых, зелёных и тёмно-коричневых цветах. На стенах висели роскошные гобелены, рядом стояли изящные мраморные статуи. Дополняли всё это высокие зеркала и окна, кессонный потолок и мебель, которая выглядела так, словно стоила больше, чем совокупная дневная зарплата каждого жителя местных трущоб. В центре комнаты возвышалась массивная кровать с балдахином, увенчанная резной пагодой.

Та Мин оглядела комнату, пытаясь понять, где министр мог спрятать минерал Ламбака. Она начала с письменного стола, но не нашла в ящиках ничего, кроме свитков, кисточек и чернильниц. Обшарила гардероб, шкафы и тумбочки, проверяя карманы мантий и заглядывая в самые тёмные углы. Осторожно и методично заглянула за гобелены и зеркала, простучала стены и паркетный пол, надеясь найти фальшивую панель. Всё тщетно.

Уперев руки в бока, Та Мин вздохнула и окинула взглядом места, которое ещё не проверила. Если бы она жила здесь, где бы устроила тайник?

Её взгляд упал на главное преступление против вкуса в комнате — кровать.

Та Мин заглянула под неё, приподняла матрас, сняла подушки и откинула тонкие шёлковые одеяла и простыни. Ничего.

Ухватившись за один из деревянных столбиков кровати, Та Мин подтянулась. Свободной рукой она ощупала резную крышу пагоды и уже собиралась сдаться и попробовать другую сторону, когда её пальцы наткнулись на расшатанную «черепицу». Та Мин подцепила её и сунула пальцы внутрь, коснувшись чего-то, напоминающего по форме металлическую коробочку, в которой ювелиры хранят дорогие кольца.

Схватив коробочку, Та Мин спрыгнула вниз и подняла крышку, которая откинулась на петлях, словно створка раковины моллюска.

Внутри на тёмно-зелёным бархате лежал чёрный камень — не больше куска угля, но в несколько раз тяжелее. Та Мин подняла его, чтобы рассмотреть получше. Чёрная поверхность камня была гладкой на ощупь и в свете лампы отливала красным.

Это, должно быть, и был тот самый камень Ламбака, о котором рассказывал Року. Но как кто-то умудрился приготовить из него яд? И какой?

Та Мин пришло в голову, что трогать камень голыми руками, возможно, плохая идея. Быстро положив находку обратно в металлическую коробочку, она захлопнула крышку и вытерла пальцы о брюки.

Та Мин уже направилась обратно к окну, когда из коридора снова донесся приглушённый звук шагов. Но это были не одиночные неторопливые шаги, а несколько, и приближались они быстро.

Времени на побег не осталось. Но её не должны были поймать с камнем.

Та Мин залезла на кровать и спрятала коробочку обратно в тайник, едва успев снова спрыгнуть на пол, когда в комнату ворвались несколько охранников.

Та Мин выдавила улыбку.

— Извините, я как раз искала...

Неторопливым щелчком пальцев одна из охранников отправила каменные наручники через всю комнату. Они обернулись вокруг запястий Та Мин, болезненно стянув их за спиной прежде, чем она смогла договорить.

У Та Мин пересохло во рту.

— Что всё это значит? Я законный дипломат Народа Огня! — воскликнула она.

Охранники расступились, и в комнату вошел министр Хуацзи с самодовольной улыбкой на лице.

— Странное место для дипломата посреди ночи, но, полагаю, лучше, чем под полом во время правительственной встречи.

Та Мин моргнула. Значит, путешествие в южную крепость на самом деле было уловкой, ловушкой, и Та Мин угодила прямо в неё.

— Как вы узнали, что это была я? — спросила она.

— Я знал, что мне тогда не показалось и я действительно что-то слышал, так что позже той же ночью вернулся туда... со своей ширшу. Старушке не потребовалось много времени, чтобы пройти по следу из сажи обратно к покоям эмиссара Народа Огня. С тех пор мои люди не спускали с тебя глаз.

Та Мин сглотнула; внутри всё сжалось от страха. Хуацзи знал, что она разговаривала с Далисай, отправила ястреба к Року и пыталась добиться аудиенции с царицей. Он не оставит её в живых.

— Зачем ждать? — продолжила спрашивать Та Мин. — Почему не арестовать меня сразу?

Министр мира жестом подозвал охранников.

— Потому что теперь у меня есть свидетели. Дипломат Народа Огня оказалась подосланной ко мне убийцей.

Та Мин уставилась на него с яростью, сменившей страх.

— Я не пыталась убить вас! — воскликнула она, хотя теперь такое желание действительно у неё возникло.

— Уведите её, — бросил Хуацзи охранникам.

Та Мин подхватили под руки за и потащили прочь из покоев министра. По пути она плюнула ему под ноги.

— Вам это с рук не сойдёт! Вы предстанете перед судом!

Хуацзи опустил взгляд на брызги слюны, запятнавшие его сверкающий пол. Затем поднял глаза на Та Мин с самодовольной улыбкой.

— Думаешь?

Она собиралась сказать ему, что Аватар уже в пути, когда министр поднял сжатую ладонь с небольшим свитком. Та Мин сразу узнала его. Это было послание, которое она отправила Року — Хуацзи перехватил ястреба.

Гнев Та Мин погас, оставив лишь горький пепел.

Что бы с ней ни случилось, помощи ждать неоткуда.

И какой бы ни была причина, по которой Хуацзи планировал отравить свой народ, никто не сможет остановить его.