Мыс Курука

Мыс Курука — обнесённое стеной нагромождение ветхих строений изо льда, костей и шкур — теснился над большим причалом, где в водах залива застыли до весны лодки. Над поселением висели густые, пахнущие мускусом клубы дыма — местные сводили концы с концами за счёт многочисленных кожевенных мастерских, харчевен, игорных притонов пай-шо, лавок с лапшой из водорослей и дешёвых постоялых дворов. Узкие и вечно грязные из-за слякоти улочки были переполнены грубоватыми на вид людьми в поношенных мехах, которые тащили тяжёлые грузы, — одни на санях, другие с помощью медведесобак или буйволо-яков.

Местечко явно строилось не для красоты, и жили здесь в основном не семьи, а рабочие.

— Мыс Курука существует благодаря торговле мясом и мехами, — объяснила Макиттук, ведя Гияцо и Року по улицам. Была середина дня, но дым и затянутое облаками небо погрузили город в тревожные сумерки. — Если кто-то знает, где найти других заражённых животных, то только здесь.

Року кивнул, всё ещё недовольный тем, что их знакомый с ястребиным лицом отказался сообщить какую-либо информацию о том, где был убит его двоюродный брат.

— Почему это место называется мысом Курука? — полюбопытствовал Гияцо.

— Предположительно, потому что именно здесь родился Аватар Курук, — ответила девушка.

— Правда? — Року задумался. Курук не снился ему с той ночи, когда на стойбище напал карибу-медведь. Возможно, особая духовная связь с этим местом поможет.

— Сомневаюсь, — покачала головой Макиттук, развеяв его надежды. — Здесь ничего не было до времён Киоши, когда началась активная торговля между четырьмя народами. Местные торговые гильдии, вероятно, придумали такое название, чтобы набить себе цену.

Жаль.

Они остановились перед харчевней, у которой стояла доска, увешанная обрывками пергамента, приколотыми булавками. Здесь были объявления о поиске рабочих рук, сдаче комнат в аренду, продаже подержанных шкур, сапог, саней и прочего. Проходящие мимо посетители харчевни бросали на странную троицу настороженные взгляды, но не трогали их.

— С чего начнём? — спросил Року. — Наведаемся к местному вождю?

Макиттук рассмеялась.

— Не выйдет, здесь нет вождя.

— Ладно, — кивнул Року, на ходу меняя план. — Тогда просто поспрашиваем местных.

— Дерзайте, а я пока пополню наши запасы и куплю кое-какие ингредиенты, которые могут пригодиться для потенциальных лекарств, — сказала покорительница воды. — Встретимся позже на этом же месте.

Року с Гияцо кивнули, и Макиттук ушла.

— Как думаешь, почему она решила отправиться с нами? — нахмурился Гияцо, наблюдая, как девушка исчезает в шумной толпе. За те несколько дней, что понадобились им, чтобы добраться до мыса Курука, Макиттук ничего не рассказала о себе — несмотря на все попытки Воздушного кочевника разговорить её.

— Не знаю, — коротко ответил Року, которые не горел желанием обсуждать Макиттук за её спиной. — В любом случае, нам, наверное, стоит разделиться, чтобы охватить большую территорию.

— Как вариант, — кивнул Гияцо и толкнул Року локтем в бок. — Но что, если ещё один убийца из Царства Земли попытается похоронить тебя заживо, а меня не окажется рядом, чтобы откопать тебя?

Року испустил многострадальный вздох.

— Ты собираешься припоминать мне об этом вечно?

— Даже не сомневайся.

Вместе они начали расспрашивать местных, не видел ли кто или не слышал о диких животных с безумными глазами, пеной из пасти и фиолетовыми язвами, нападающих на людей без причины.

Они расспросили всех прохожих, готовых остановиться и поговорить, затем мужчин, пьющих и поглаживающих бороды за столиками для пай-шо; посетителей харчевен, которые вытаскивали из рыбьего мяса кости или жевали засоленные морские огурцы; даже рабочих, которые укладывали на сани замороженные туши черепаховых и тигровых тюленей и выдро-коал, словно вязанки хвороста.

Но никто не слышал о такой болезни и мало кто поверил, что она вообще существует. Некоторые предположили, что они приняли за новую болезнь обычную чесотку или какое-то другое распространённое заболевание. А один человек даже спросил, не нализались ли они ледяных жаб, и если да, то где нашли их в это время года.

Вскоре зимнее солнце начало опускаться за горизонт, уступая место тьме полярной ночи. Температура упала, снег покрылся ледяной коркой. Лавочники зажгли фонари. Улицы опустели, люди потянулись в игорные притоны и харчевни.

— Пора заканчивать, — сказал Року Гияцо после последней неудачной попытки узнать что-то полезное. — Попробуем ещё раз утром.

Гияцо согласился, и они вернулись к доске объявлений, где расстались с Макиттук. Однако девушки нигде не было видно.

Гияцо заглянул в переполненную, шумную харчевню.

— Может, она замёрзла и зашла внутрь?

— Иди проверь, а я подожду здесь на случай, если она подойдёт, — сказал Року.

Гияцо кивнул и исчез внутри.

Року сунул рукавицы в передний карман парки. Дрожа, он несколько мгновений тщетно осматривал окружающие улицы, пока его внимание не привлекли прикрепленные к доске объявления. Он бегло просмотрел список подержанных вещей, которые можно было купить или обменять, и объявления о работе.

В конце концов Року заметил, что в городе, похоже, была доступна только одна работа. Торговая компания западного Царства Земли искала способных охотников, знакомых с горами к востоку от мыса. Объявление было размещено несколько раз. Некоторые листки уже успели поистрепаться и выцвести от времени, а другие явно были написаны свежими чернилами.

— Нет, — объявил Гияцо, снова появившись на улице с исходящей паром кружкой в рукавице. — Её там нет.

— Гияцо, смотри, — Року подозвал друга и указал на объявления торговой компании.

Воздушный кочевник прищурился, читая.

— Очевидно, им нужны охотники. И, очевидно, желающих не нашлось.

— Но почему? — не сдавался Року.

Гияцо пожал плечами.

— Потому что торговая компания западного Царства Земли — воплощение зла?

С этим было трудно поспорить. В конце концов, именно их добыча полезных ископаемых привела к смерти сестры Гияцо Ямы. И именно их люди вторглись на остров Ламбак в поисках редкого минерала и в итоге уничтожили деревню клана. Но Року покачал головой.

— Думаю, здесь дело не в этом, а в конкретном районе, — сказал Року. — Что, если никто не хочет охотиться там, потому что люди боятся?

— А, — сказал Гияцо, наконец-то сообразив, куда клонит Року. — Из-за странных нападений животных.

Року самодовольно улыбнулся.

— В точку.

— Но если все из-за этого избегают работы, разве хотя бы один человек, с которым мы сегодня разговаривали, не упомянул бы об этом?

Року потёр подбородок.

— Возможно, мы зашли не с того конца. Вместо того чтобы спрашивать о больных агрессивных животных, нам следовало спросить об исчезнувших охотниках.

— Хм-м, — Гияцо попытался отпить из кружки, но напиток успел замёрзнуть. Он протянул кружку Року. — Не подсобишь?

Року покрутил пальцем над чашкой, пока напиток не оттаял. Гияцо сделал глоток и удовлетворенно вздохнул.

— Отличное молоко буйволо-яка, — пробормотал он. — Хотя немного жирновато.

— Может, нам стоит попытаться расспросить ещё кого-нибудь? — спросил Року, возвращая внимание Гияцо к насущной проблеме.

— Почему нет, — кивнул Воздушный кочевник.

Они вошли в харчевню, и первый же человек, которого они спросили, подтвердил теорию Року. Как и второй, и третий. И хозяин харчевни, который услышал их разговоры.

За последние месяцы несколько охотников отправились в горы на востоке и не вернулись. Ходили слухи, что их похитил злой дух в отместку за слишком частую охоту на этих землях. После этого никто больше не соглашался браться за эту работу.

Однако Року не мог избавиться от чувства, что в исчезновении охотников повинны не духи, а заражённые животные. Решено: утром они отправятся в те самые горы и докопаются до истины.