Элемент перемен

На следующий день Року, Гияцо и Макиттук отправились в путь. Чем дальше они продвигались по тундре, простиравшейся к востоку от мыса Курука, тем холоднее и ветренее становилось вокруг. Густая шерсть Лолы начала смерзаться в ледяные сосульки. Под их тяжестью она снова и снова постепенно снижала скорость, приземлялась и отказывалась взлетать, пока Року не размораживал её шерсть с помощью покорения огня.

Уже стемнело, а небо было ясным и полным звёзд, когда, после очередного сеанса разморозки, Лола не позволила им снова забраться в седло. Раздраженно фыркнув, она отошла от них и упала на появившийся благодаря огню Року сухой участок голой земли. Затем перекатилась на бок и затихла.

— Что с ней? — спросила Макиттук.

Гияцо почесал огромную бизониху за рогами.

— Думаю, так она даёт понять, что ей нужно отдохнуть.

Словно подтверждая его слова, Лола сразу же захрапела.

Макиттук зевнула.

— Не могу с ней не согласиться.

Року протёр глаза и посмотрел на зубчатые силуэты гор, всё ещё видневшиеся на горизонте. Ему отчаянно не хотелось останавливаться, когда он знал, что болезнь в это самое мгновение продолжала распространяться, но другого выбора не было.

— Тогда разобьём здесь лагерь на ночь, — согласился он.

Они вытащили свои пожитки из седла Лолы. Макиттук использовала покорение воды, чтобы соорудить ледяное укрытие, достаточное большое для трёх человек и небесного бизона. Року с помощью покорения огня растопил снег и высушил хворост, который собрал. А Гияцо использовал покорение воздуха, чтобы слепить снеговика.

Когда всё было готово, они забрались внутрь. Року разжёг огонь, и, когда воздух потеплел, они сняли рукавицы, ботинки и верхнюю одежду. Троица молча съела часть припасов, которые собрала и распределила Макиттук, затем все пожелали друг другу спокойной ночи и улеглись спать.

Дыхание Гияцо и Макиттук почти сразу стало глубоким и ровным, но Року продолжал ворочался с боку на бок. Он попробовал медитировать и считать огненных хорьков, затем техники глубокого дыхания и создания зрительных образов Воздушных кочевников. Сон по-прежнему отказывался приходить.

Сев, Року растопил немного снега в чашке, достал один из чаёв, которые привёз с собой из Страны Огня, и смотрел на пламя, ожидая, пока чай заварится.

Несколько мгновений спустя Року услышал шорох, а затем кто-то втянул носом воздух.

— Что это? — раздался голос Макиттук.

— Чай с корнем валерианы, — ответил Року. — Считается, что он помогает успокоить мятущийся дух.

Девушка приподнялась на локте.

— А твой дух неспокоен?

— Можно и так сказать.

— Мой тоже, — призналась покорительница воды и села. — Дашь попробовать?

— Конечно, — Року нашёл ещё одну пустую чашку, налил в неё немного чая и передал Макиттук.

Та принюхалась и сморщила нос.

— Пахнет, как сапоги охотника в конце дня, — она сделала глоток чая и через мгновение с гримасой проглотила его. По её телу пробежала дрожь. — И на вкус не лучше. Думаю, мой дух станет спокойнее, если я не стану допивать это. Без обид.

— Нет проблем, мне же больше достанется, — Року протянул свою чашку, и Макиттук перелила в неё содержимое своей.

Затем она провела рукой вниз, и от стены укрытия откололся кусочек льда. Ещё один лёгкий взмах, и лёд растаял, превратившись в воду, которая полилась в её чашку медленной, извивающейся струйкой. Когда чашка наполнилась, девушка протянула её Року, который подогрел её круговым движением пальца.

— Узрите! — провозгласил Року с притворной торжественностью. — Аватар Року — подогреватель холодных напитков.

Макиттук тихонько усмехнулась, и они погрузились в уютную тишину. Внутри потрескивал огонь, а снаружи свистел ветер. Року тянул свой чай, Макиттук пила горячую воду, Гияцо перевернулся во сне, а Лола тихонько захрапела.

Хотя у них вошло в привычку мало разговаривать друг с другом, Року внезапно захотелось побольше узнать о своей новой спутнице. Возможно, из-за чая.

— Откуда ты? — спросил он.

Маккитук дала тот же ответ, что и Гияцо.

— С севера.

— А где твоя семья? — не сдавался Року. — Пожалуйста, не говори «на севере».

Макиттук сделала очередной глоток воды.

— Я потеряла их.

— Должно быть, тебе тяжело приходится, — посочувствовал Року. — И одиноко. Особенно здесь.

— Я не одна, — покачала головой Макиттук. — Эта земля полна духов.

Року приподнял бровь.

— Ты можешь видеть духов?

Макиттук сделала глоток и посмотрела на него поверх чашки своими аметистовыми глазами.

— А ты нет? Ты же Аватар.

— Не могу, — признался Року, пытаясь понять, шутит она или действительно серьёзно. — На что это похоже?

Девушка отвела взгляд.

— Трудно описать. Как будто я могу находиться в обоих мирах одновременно — стоя одной ногой в каждом.

— Ты всегда могла их видеть?

— Нет, — она покачала головой, — на это ушли годы тренировок.

— А кто тебя учил?

— Та же покорительница воды, которая научила меня целительству.

Року чувствовал, что за этой историей кроется нечто большее. В конце концов, он встречался со многими просветлёнными гуру, Воздушными монахами и монахинями, но никто из них ни разу не утверждал, что способен видеть или существовать в обоих мирах одновременно. Он никогда даже не читал о подобном. Но Макиттук хранила молчание, вероятно, ещё не готовая полностью довериться ему. Может, со временем это измениться.

— А полностью перейти в мир духов ты можешь?

Покорительница воды кивнула.

— А ты?

— Думаю, однажды у меня получилось, — сказал Року, вспоминая тот странный миг на пике осеннего равноденствия* в Священной пещере острова Ламбак, когда он стал свидетелем слияния двух великих духов. — Но не по своей воле.

— Тогда что ты умеешь делать? — спросила она.

— Покорять огонь. И воздух, — Року немного подумал. — Ещё однажды я покорил землю… но пока только один раз.

— А воду?

Року покачал головой. Он пытался, и не единожды, но что-то не ладилось. С другой стороны, он не мог покорить и воздух с землёй, пока его жизнь не оказалась в опасности. Возможно, его первое покорение воды должно произойти в схожих обстоятельствах. Не говоря уже о том, что противоположный элемент в цикле, по слухам, являлся самым трудным для освоения любым Аватаром.

— Давай попробуем, — предложила Макиттук.

— Сейчас? — удивился Року.

— Почему нет? — она отставила чашку. Взмахнув руками, девушка отделила со стены ещё немного льда и собрала его в идеальную сферу, замершую между её ладонями.

Року допил чай и принялся внимательно наблюдать.

Макиттук провела руками над льдом, словно придавая ему форму, но не прикасаясь к нему. Вращающийся шар превратился в кружащуюся воду. Через несколько мгновений та стала кольцом снега, а ещё через несколько — снова твёрдым льдом. Руки Макиттук замерли, шар перестал вращаться и лёг ей в ладонь. Девушка передала его Року со словами:

— Помни, что вода — это элемент перемен.

Року сделал глубокий вдох, а затем попытался повторить её вращательные движения руками. Ледяной шар тут же выкатился из ладони и с мягким стуком упал на землю.

— Хм, — протянула Макиттук. — Ты должен почувствовать его.

— Я почувствовал, — Року взял шар и взвесил его в руке. — Он холодный, твёрдый и тяжёлый.

— Вода — элемент перемен, — повторила девушка. — Но перемены приходят со временем, а время — лишь иллюзия. Любая форма, которую может принять вода, уже заключена в ней. Так что, да, она твёрдая, холодная и тяжёлая. Но если взглянуть глубже, она также и лёгкая, как падающий снег, быстрая, как река, и мощная, как накатывающая волна.

В этот момент Макиттук напомнила ему сестру Дишу.

— Хорошо, — Року глубокомысленно кивнул, не сводя глаз с ледяного шара. — Но что это значит?

Макиттук попыталась найти другой способ объяснить.

— Ты ведь учился у Воздушных кочевников, верно? Насколько я знаю, один из основных принципов их философии заключается в том, что всё в мире связано, включая прошлое, настоящее и будущее.

— Есть такое.

— Всё, что произошло, происходит и произойдёт — всё сплетено друг с другом, словно ткань.

— В общих чертах, да, — кивнул Року, размышляя, может ли положить лёд на землю. Он уже не чувствовал ладони.

— Представь себе воду таким же образом. Как только ты почувствуешь эти нити, то сможешь тянуть и толкать за них, чтобы покорить воду. Так понятнее, Аватар Року?

Року действительно начал улавливать суть.

— Кажется, да.

— Тогда попробуем ещё раз.

Року сделал ещё один глубокий вдох. Уставился на лёд. Почувствовал его. Но когда попытался снова двигать руками как Макиттук, лёд опять шлепнулся на землю.

— Может, если ты покажешь мне движения ещё раз… — начал он.

— Давай подойдём к этому с другого конца, — сказала Макиттук. По мановению её руки лёд поднялся и слился обратно со стеной. — Какое первое слово приходит тебе на ум, когда ты думаешь о воде?

Року вытер ладонь о штанину.

— Смерть, — без колебаний ответил он.

Макиттук удивлённо подняла брови.

— Не думала, что мы доберёмся до сути проблемы так быстро. Почему вода ассоциируется у тебя со смертью?

И снова Року не пришлось задумываться, чтобы ответить.

— Мой брат-близнец… — Року подтянул ноги к груди, позволив себе почувствовать знакомую печаль. — Однажды ночью, когда мы были детьми, мы пошли купаться к морю, и его унесло подводным течением или волной. Он просто… исчез. Сколько я ни нырял, я так и не смог его найти. Не смог спасти.

Макиттук опустила глаза.

— Боль утраты особенно сильна, когда нет возможности до конца понять, как это произошло, — тихо сказала девушка. Похоже, она знала об этом не понаслышке. Возможно, это было как-то связано с ее семьей.

— А ещё был Уло, — продолжил Року. — Долгая история, но он был покорителем воды. Главой клана на одном далёком острове. Я пытался помешать ему убить кучу людей и преуспел, но при этом лишил его жизни.

Року бросил взгляд на спящего Гияцо.

— И мои действия также привели к смерти другого человека — подруги, с которой мы познакомились на острове.

«Пусть пламя Малайи освещает наш путь», — мысленно произнёс Року.

Макиттук снова подняла глаза, но не стала предлагать ему избитые слова утешения.

— Понятно, почему ты связываешь воду со смертью, но, если ты хочешь разблокировать свою связь с этой стихией, тебе нужно понять, что вода это ещё и жизнь.

— И как мне это сделать? — спросил он.

— В этом тебе придётся разобраться самому.

И правда: прямо как сестра Диша.

— Я спать, — сказала Макиттук через мгновение. — Мы продолжим работать над твоим покорением воды, чтобы ты не был совершенно бесполезен в этом путешествии. Спасибо, что угостил чаем, пусть он и отвратительный. Как доберемся до гор, угощу тебя чашкой ледниковой воды, подогретой до идеальной температуры. После этого ты забудешь о чае.

— Посмотрим, — хмыкнул Року. Как говорится, каждому свое. — Ещё раз спасибо, что отправилась с нами. У меня такое чувство, что твоя помощь понадобится нам больше, чем мы думали.

— Рада хоть кому-то быть полезной, — сказала Макиттук, затем легла и перевернулась на бок.

Року вздохнул и вернулся к наблюдению за пламенем. Ему и раньше приходило в голову, что произошедшее может помешать ему овладеть покорением воды. Верный философии Воздушного кочевника, каждый раз, когда его посещало чувство вины, Року старался прочувствовать её, понять и отпустить. Но, по-видимому, на самом деле она никогда не уходила, вместо этого поселившись где-то глубоко в его сердце.

*В оригинале «летнего солнестояния», но это ошибка, которая должна быть исправлена в следующих изданиях книги.