Судьба и мгновения (3)

「Зимняя Вьюга」 — это предание Мифической эпохи. Из-за этого сведений о сущностях Четырех Мифов, включая Вьюгу, почти не осталось. Даже я, получив благословение 「Осеннего Ветра」, обладаю лишь одним доступным талантом.

Однако с 「Летним Солнцем」 всё иначе.

Летнее Солнце — это сущность единственного мифа, который человечество веками оберегало на землях Восточного Княжества. Следовательно, информации о нём сохранилось куда больше, чем об остальных трех силах. Среди этих полезных сведений было одно: Летнее Солнце способно резонировать с сущностями других мифов. В отличие от остальных сил, которые не могут распознать присутствие друг друга, пока те сами себя не раскроют, Летнее Солнце уникально — оно служит теплым проводником, указывающим на чужое существование.

Именно поэтому сомнениям не осталось места.

Малявка несла в себе Летнее Солнце.

Поздняя ночь.

— …

Я сижу на диване в гостиной, не в силах сомкнуть глаз. В голове крутятся мысли. Есть ли в этом хоть какой-то смысл? Вероятность обнаружить последнего потомка императорского рода в доме, купленном после отставки… Один шанс на миллионы.

И тем не менее, факты говорят сами за себя:

Императорская семья, похищение, Летнее Солнце, Княжество, Абсолютная магия. И девчонка, запечатанная в пустующем особняке.

Осколки разбитого пазла идеально встали на свои места. Когда что-то кажется невозможным, на ум приходят неопровержимые улики. Пытаясь найти хоть один повод для опровержения, я в итоге натыкался лишь на новые подтверждения. Чем больше я размышлял, чем усерднее сравнивал повадки и внешность малявки со свойствами Второго принца, тем отчетливее истина заменяла сомнения. Сияющие платиновые волосы, золотые глаза, невероятная гениальность.

Я ведь не идиот. Я не из тех, кто закрывает глаза на правду, столкнувшись с ней лицом к лицу, а потому смог хладнокровно сделать вывод.

Малявка — наследница престола. Последняя принцесса Империи, похищенная Восточным Княжеством.

***

В отличие от прежних времен, утро Эферны в последнее время стало очень свежим. Её больше не мучили пронзительные боли внизу живота, а перед глазами не плыл туман. Каждый раз, открывая глаза, она знала, кого благодарить за это, и испытывала признательность, но не показывала виду. Пятнадцатилетней девушке было просто неловко выражать подобные чувства.

С ясной головой она поднялась с постели и принялась за свои привычные утренние дела, состоящие из двух пунктов: умывание и завтрак. Это были те самые минимальные правила для «человеческой жизни», о которых говорил Эрн. Она села за стол, закончив умываться. Скоро Мистер принесет еду.

Но…

— …Всё еще спит?

Не обнаружив Эрна на кухне, Эферна направилась в его спальню. Как она и думала, Эрн еще спал. Эферна легонько толкнула его:

— Мистер, вставай.

— У-ух…

— Уже утро. Надо поесть.

Эрн перевернулся на другой бок, но так и не поднялся. Неужели он лег слишком поздно? Обычно он берег свой сон как зеницу ока.

— Раз ты недоволен, поспи еще.

В полусонном состоянии Эрн внезапно обхватил талию Эферны обеими руками. Он притянул её, весившую едва ли половину от его веса, к себе на кровать и прижал, не давая пошевелиться.

— …Мистер?

Эферна оказалась в объятиях Эрна и уставилась на его лицо. Сейчас оно выглядело более расслабленным, чем обычно. Впервые Эферна могла без спешки рассмотреть его черты.

「…А ты красивый.」

Резкие, мужественные черты лица. Он определенно был из тех мужчин, чья внешность безупречна. До её носа донесся его запах. Мужской аромат, смешанный с мылом. Слегка дурманящий, так что она не могла перестать принюхиваться.

「Он всё равно спит и ничего не увидит.」

Эферна уткнулась лицом в его грудь. Она широко раскинула руки и крепко обняла его.

— М-м…

Она чувствовала себя счастливой. Глубокое удовлетворение заполнило пустоту в её сердце. Тело Эрна казалось ей крепким как скала. Из-за военного прошлого его плечи были широкими, а руки — сильными. Пока Эрн не проснулся, Эферна изучала его тело своими органами чувств.

Мистер проснулся. Я почувствовала легкое разочарование. Мне хотелось, чтобы он поспал еще хотя бы часок. Но грусть длилась недолго.

— Мистер, тебя что-то тревожит?

Сегодня он выглядел особенно странно. Ладно бы он просто проспал утро, но видеть его рассеянным весь день было действительно непривычно. Я села прямо перед ним.

— Есть что-то, о чем ты не можешь мне рассказать?

Его взгляд пересекся с моим. Он смотрел на меня, явно ведя тяжелую внутреннюю борьбу.

— …Ладно. Пожалуй, лучше рассказать тебе всё прямо.

Вместо того чтобы продолжать бубнить себе под нос, он вздохнул и заговорил немного неловко:

— Малявка.

— Что?

— Только не пугайся, когда услышишь это.

— Хорошо.

Неужели это что-то настолько страшное, что я должна испугаться? Я задумалась об этом на секунду.

— Ты ведь не знаешь, откуда ты родом, верно?

— Угу.

Поскольку я жила в том доме с самых малых лет, знать это было невозможно.

— Твоя фамилия — Грандеум.

— …Что?

— Ты принцесса этой страны.

Слова вырвались сами собой, чисто рефлекторно. Грандеум. В этой стране не было человека, который бы не знал этого имени.

— Ты сейчас шутишь?

— Я знаю, что в это трудно поверить. Наверное, звучит как полнейший бред.

Всё было именно так, как говорил Мистер. Это звучало как бред. Будь это шуткой, я бы просто посмеялась и забыла.

— Нет.

— Тогда зачем ты говоришь это, если не шутишь?

— В какой бы обстановке я это ни преподнес, твоя реакция была бы точно такой же.

И то правда. Скажи он это в романтичной атмосфере или прямо сейчас — разницы никакой. Так он и решил: раз всё равно придется сказать, лучше сделать это раньше, чем позже.

— Ребенок, ты должна знать правду.

Он мягко положил ладонь мне на голову. Прижал меня к себе, словно пытаясь успокоить, чтобы я не натворила глупостей от испуга, и тихо произнес:

— Объяснение будет долгим.

**

Она, проведшая большую часть жизни в одиночестве, при воспоминании о прошлом первым делом видит холодную тьму.

Густые деревья окружают место, похожее на лес. Кто-то бежит вместе с ней, тяжело и прерывисто дыша. Каждый раз, когда она пытается вспомнить детали, в голове воцаряется пустота. Потому что тогда она спала. Невозможно вспомнить то, чего не было в сознании.

Она закрывает и открывает глаза. Перед ней предстает следующее воспоминание.

Обычная комната. Уже тогда она была заперта внутри проклятого особняка. В доме было несколько служанок. Воспоминания тянутся долгой чередой. Девочка жила благодаря их заботе. Хотя служанки всегда казались безэмоциональными и странными, в особняке было много книг, которые спасали её от скуки.

Если подумать, в те времена она могла покидать дом. Могла свободно гулять снаружи. Большую часть времени она проводила в четырех стенах лишь потому, что была слишком мала. До поры до времени девочка росла самым обычным ребенком, ничем не отличаясь от других: ела, когда голодна, играла, как вздумается, и засыпала — привычная рутина.

Но в один прекрасный день всё изменилось.

Её заперли. Служанки исчезли. Вся еда и мебель из дома испарились. Ей нельзя было отходить от здания дальше чем на десять метров. Еды не было, и ей пришлось голодать. Она хотела позвать на помощь, но не могла даже выйти во двор.

Через день её замучила жажда. Через два — сковал голод. Через три дня всё её тело ослабло, и она потеряла способность двигаться.

Перед лицом смерти она осознала силу, сокрытую внутри неё. Силу превращать солнечный свет в жизненную энергию. Ей приходилось использовать эту силу каждый божий день, чтобы просто выжить. Не желая умирать, она инстинктивно впитывала солнечные лучи, восполняя силы и проведя в спячке половину суток.

Но её тело, лишенное питательных веществ, неизбежно перестало расти. Муки голода вонзились в её органы подобно кинжалу — невыносимая, вечная пытка.

Почему, почему всё это происходило именно с ней? Она не раз проклинала бога. И каждый раз, когда видела в окно случайных прохожих, внутри неё закипала необъяснимая ярость.

「Почему? Почему только я?」

Наверняка в мире полно грешников, которые заслуживают таких страданий куда больше. С этими мыслями она неизменно засыпала. Спасение пришло к девочке спустя почти десять лет.

— Ты кто?

Человек с черными волосами и синими глазами.

— Голодна?

Он стал для нее настоящим чудом.

История, долгая ли, короткая ли, подошла к концу.

Вспоминая былое она вернулась в реальность

— Ох…

Эферна собирала мысли в кучу.

— То есть… я член императорской семьи?

— Именно так.

— Люди из Восточного Княжества вживили в меня силу под названием 「Летнее Солнце」 и заперли в том доме?

— Всё верно.

— …До этого момента я всё поняла.

Это была лишь общая суть. Важно то, что следовало далее.

— Второй принц, мой кровный родственник, который неизлечимо болен, ищет меня, чтобы я заняла его место на троне. А ты после отставки купил дом, наткнулся на меня, а потом получил от принца приказ разыскать принцессу. Выходит…

Эферна прошептала:

— …И в этом есть хоть какой-то смысл?

Ей казалось естественным, что Эрн с самого начала купил этот дом с намерением найти её.

— Это правда, что ты нашел меня тогда совершенно случайно?

— Если бы это было не так, я бы уже давно доложил Второму принцу.

И уж точно стащил бы туда всех возможных специалистов, чтобы снять с неё ограничители. Эферна тоже это понимала, поэтому ни капли не сомневалась в Эрне.

— …

Эрн молча смотрел на неё.

— Думаю, мне нужно это обдумать. Если всё, что ты говоришь, правда… я стану правительницей.

Она была удивительно спокойна. Возможно, потому что еще не до конца осознала, что станет Императрицей — её эмоции колебались минимально для её возраста. Это даже немного пугало.

Странно. То, что сказал Мистер, совсем не удивило меня.

Да, я поразилась тому, что мой род оказался куда благороднее, чем я думала. Но, может, из-за того, что я и раньше подозревала, что мое происхождение необычно… Слова Мистера лишь подтвердили мои догадки. Поэтому вместо удивления я сосредоточилась на том, как использовать эту информацию.

「Если я займу трон Императрицы, смогу ли я удержать его рядом с собой?」

Император — это тот, кто может всё. Даже когда я вырасту, найдется масса способов оставить Мистера при себе.

Я вернулась к реальности и посмотрела на его лицо. Неожиданная реакция. И в то же время скрытый страх. Наверное, из-за того, что я слишком спокойна. Будь я обычным ребенком, я бы так себя не вела. Заметив это…

— …Если честно, мне не верится. И немного страшно.

Я замотала головой, широко раскрыв глаза. И тогда его взгляд изменился.

— Я просто хочу, чтобы всё оставалось как прежде.

Притворившись испуганной, я скользнула к Мистеру в объятия. Он успокоился, увидев естественное для ребенка поведение, и крепко обнял меня. Я ощутила прилив счастья, который был в разы сильнее, чем когда я просто прикасалась к нему.

Уголки моих губ судорожно дергались от желания расплыться в улыбке, пока его запах проникал мне в нос. Уцепившись за него, я наслаждалась его объятиями. И в то же время я думала:

「Что же делать дальше? Как мне это использовать?」