«Чёрт»

Перевод: Alliala

Редактура: Astarmina

Ливень оказался совершенно неожиданным, моментально нарушив порядок в школе.

Пешеходы на улице бросились бежать, на остановке автобуса за каких-то десять минут выстроилась длинная очередь. Те немногочисленные счастливчики, у кого были зонты, сгорбившись, шли вперед, а некоторые, торопясь по своим неотложным делам, просто бросались под дождь.

Юэ Цяньлинь стояла в одиночестве у входа в спортивный зал, её разум был абсолютно пуст. Она пребывала в оцепенении какое-то время, пока не зазвонил телефон.

Опять та старшая студентка.

— Цяньлин, почему ты ещё не пришла?

Девушка резко очнулась и, не раздумывая, ответила:

— Уже иду!

— Хорошо, поторопись, это в здании Минхуэй, – напомнила старшая. — У нас мало времени, скоро надо будет уходить.

Повесив трубку, Юэ Цяньлинь посмотрела на проливной дождь за закрытой дверью и вдруг почувствовала, как у нее сжалось сердце.

На какое-то время она утратила контроль над эмоциями и не могла найти выхода, а мысли путались. На данный момент участие в конференции было единственным, что приходило ей в голову.

Гу Сюнь изначально собирался вернуться в общежитие, но не ожидал, что дождь начнется так внезапно, и оказался запертым под навесом возле тенистого сквера.

Ему, впрочем, было все равно – дел срочных не было, и он мог подождать.

Вдруг Цзянь Цзюньнань с черным зонтом в руках направился в его сторону.

— Я такой сообразительный! В такой сильный дождь, когда увидел, как те ребята из спортивного института бегут на склад спортзала, сразу понял, что тут что-то неладное. Пошел за ними, и точно — внутри была целая куча зонтов. Я чуть не надорвался, пока выхватил один! — он поднял голову и сказал: — пошли, вернемся играть в игры.

Гу Сюнь уже собирался сделать шаг, но вдруг его взгляд замер.

С расстояния в десяток метров он увидел, как Юэ Цяньлин протянула руку под дождь, немного помедлила, а затем начала снимать мантию выпускника, словно собираясь накрыться ею, чтобы пробежать через дождь.

Гу Сюнь едва заметно вздохнул и повернулся к Цзян Цзюньнаню:

— Может, ты отнесешь зонт Юэ Цяньлин?

— Что?

Цзян Цзюньнань огляделся по сторонам и, наконец, заметил ее среди толпы.

— Ей?

В такие моменты отдать зонт девушке — для Цзян Цзюньнаня это было вполне естественно.

Только он никак не мог понять, почему Гу Сюнь сам этого не сделал.

— Ты просто так отдаешь мне этот шанс?

Гу Сюнь приподнял бровь и слегка усмехнулся:

— Ты боишься?

— Черт, чего тут бояться?

Цзян Цзюньнань, взяв зонт, направился к Юэ Цяньлин.

Поднявшись по ступенькам, он закрыл зонт, заботливо стряхнул с него воду и только потом подошел к ней со спины, слегка похлопав её по плечу.

Юэ Цяньлин как раз собиралась выбежать под дождь, но, обернувшись и увидев Цзян Цзюньнаня, замерла на месте, немного удивившись.

— Что-то нужно?

Цзян Цзюньнань протянул ей зонт.

— Гу Сюнь попросил меня передать тебе зонт.

Цзян Цзюньнань заметил, как Юэ Цяньлин пристально посмотрела на всё ещё капающий водой зонт, словно о чём-то задумавшись. Лишь через несколько секунд она подняла голову.

— Не нужно, спасибо.

Сказав это, она набросила на голову свою мантию и побежала под дождь.

— Эй, у неё что, какие-то особые предпочтения?

Цзян Цзюньнань был совершенно сбит с толку. Он снова убедился, что мысли девушек действительно трудно понять. Бормоча себе под нос, он вернулся обратно:

— Она отказалась.

Гу Сюнь поднял голову, бросил взгляд на дорогу и небрежно сказал:

— Не нужно, забудь об этом.

Они вдвоём, под одним зонтом, направились в общежитие.

Церемония выпуска уже закончилась, и у Гу Сюня не оставалось никаких дел в университете. В общежитии у него тоже почти ничего не было, он просто собрал свои туалетные принадлежности и был готов переехать в свою недавно арендованную квартиру.

А Цзян Цзюньнань ещё несколько дней назад отправил свой багаж домой почтой и завтра планировал отправиться в путешествие.

Подумав, он вспомнил, что его рейс был назначен на восемь утра. От университета до аэропорта путь занимал больше часа, а от нового жилья Гу Сюня — всего около двадцати минут. Поэтому он решил взять свои вещи и переночевать у Гу Сюня.

Юэ Цяньлин в итоге так и не успела на конференцию.

Когда она пришла, тот человек уже уехал на машине.

На обратном пути в общежитие ей поступил голосовой звонок.

Юэ Цяньлинь посмотрела на экран телефона и увидела, что звонит абонент с именем «Краш всея универа».

Она уже начала немного раздражаться при виде этого.

Слегка нахмурившись, она ответила на звонок и безжизненно сказала:

— Что тебе?

Холодный голос на другом конце сказал:

— Заходи в игру.

— Не хочу, мне плохо, — ответила она.

В трубке на мгновение повисла тишина.

Затем его голос стал чуть теплее.

— Где болит?

— Слышу твой голос – и уже плохо.

Юэ Цяньлин не была в настроении продолжать болтовню и сразу же завершила голосовой вызов.

Вернувшись в общежитие, она увидела, что Фан Цинцин и Инь Сюэ собирают вещи. Она поспешила в ванную, решив не давать себе времени на раздумья.

Через полчаса она проводила их, а затем вернулась в общежитие, чтобы собрать свои вещи.

Как только закончила, она собралась уходить, но на телефон одно за другим начали приходить сообщения.

[Пшеница]: Хочу в бой, аааааа!

[Пшеница]: Верблюд, как насчёт того, чтобы нам вдвоём поиграть в паре?!!!

[Верблюд]: Окей.

Юэ Цяньлин взглянула на чат и набрала несколько слов.

[Пончик]: Я тоже могу.

[Пшеница]: Не нужно лишних слов! Собираемся!

[Верблюд]: @Краш всея универа, а ты?

Прошло довольно много времени.

[Краш всея универа]: Я могу.

Юэ Цяньлин тяжело вздохнула и зашла в игру.

Делать что-то другое тоже неплохо, чтобы не держать этот ком в груди.

Но Верблюд с друзьями никогда раньше не видели, чтобы Юэ Цяньлин играла так азартно.

Независимо от того, благоприятный ли рельеф местности, совершенно не обращая внимания на стратегию, она просто преследовала и атаковала всех подряд. Иногда так увлекалась, что, ослепленная жаждой победы, даже умудрялась ударить своих союзников.

Проиграв, она просто говорила: «Еще раз». Победив, она произносила те же слова, совершенно безэмоционально.

Она не говорила, словно полностью погруженная в свой телефон, и играла молча.

На пятом раунде Верблюд заметил у Юэ Цяньлин 18 убийств и, кажется, что-то начал подозревать, но не решился спросить.

И вот они дошли до финальной зоны.

Круг сузился до последнего этапа, а Юэ Цяньлин и Линь Сюнь все еще находились далеко за пределами безопасной зоны.

Они не нашли машину, поэтому им пришлось бежать пешком.

В наушниках внезапно появилась шумная и беспорядочная возня. Юэ Цяньлин бросила взгляд, чей микрофон светится, нахмурилась и сказала:

— Линь Сюнь, почему у тебя там так шумно?

— Мой сосед по комнате.

Сказав это, он повернулся к Цзян Цзюньнаню, который прокручивал видео в Douyin, и сказал:

— Потише.

Цзян Цзюньнань убавил громкость и протянул телефон ему:

— Вечером пойдем в этот ресторан?

— Все равно.

Линь Сюнь бросил эти два слова, снова повернулся к своему телефону, а Юэ Цяньлин тем временем оказалась в «токсичной зоне».

В тот момент эмоции Юэ Цяньлин внезапно вышли из-под контроля — она бросила телефон и разрыдалась.

Пшеница и Верблюд были напуганы её внезапным искренним плачем и поспешно начали утешать:

— Не плачь! У Линь Сюня есть лекарства, он сможет тебя поддержать.

Сказав это, они посмотрели на Линь Сюня, который всё ещё находился в двухстах метрах от Юэ Цяньлин.

Через несколько секунд Юэ Цяньлин погибла от радиации. После трагического крика «А-а-а!» её персонаж превратился в ящик, а экран беспощадно переключился на вид от лица Линь Сюня.

Юэ Цяньлин заплакала ещё громче.

— Да ладно тебе, я ещё жив, у нас есть шанс победить. Чего ты ревёшь? — сказал тот.

Ему казалось, что она сегодня ведёт себя особенно странно. Ведь только что они хорошо поладили и даже поиграли немного. Чего ей теперь плакать?

Поэтому он спросил:

— Что с тобой сегодня?

— Что со мной? Что ещё может быть со мной? Конечно же, я переживаю отказ! — Юэ Цяньлин, продолжая плакать, горестно воскликнула: — я переживаю отказ, разве ты не понимаешь?!

На экране игры единственный оставшийся персонаж вдруг перестал двигаться.

Даже Верблюд замолчал, как-то странно притихнув.

После нескольких секунд тишины Юэ Цяньлин вдруг услышала, как Линь Сюнь с лёгкой улыбкой сказал своему, какому-то, соседу:

— Сегодня вечером я угощаю ужином.

Тут же раздался голос другого мужчины:

— Здорово! Тогда я не буду стесняться!

Гу Сюнь обернулся и с улыбкой посмотрел на Цзян Цзюньнаня:

— Делай, как хочешь.

Тот заметил, что выражение лица у него какое-то странное, и с легкой насмешкой спросил:

— Что за большая радость?

Гу Сюнь только собирался ответить, как в наушниках снова раздался плачущий голос девушки:

— Да меня, черт возьми, отвергли, а ты еще других в ресторан зовешь! Ты вообще человек?!

Гу Сюнь приподнял бровь и продолжил бежать к безопасной зоне:

— И что мне до того, что тебя отвергли?

Юэ Цяньлин, и без того на грани срыва, разрыдалась еще сильнее, так громко и жалобно, что даже Верблюд на это смотреть не смог бы.

Только Пшеница, с совершенно беспечным видом, спросил:

— Чего?! Ты реально сегодня пошла признаваться?! Да ладно! Ты же говорила, что ты у нас королева красоты! Как вообще такое возможно, чтобы тебя отвергли?! Нет такого мужчины, который бы отказал красавице! Разве что он не мужчина!

— Я была королевой школы, а он краш всея университета! — Юэ Цяньлин плача закричала. — Он просто не замечает меня, и что я могу с этим поделать!

Пальцы Гу Сюня внезапно замерли, а в голове всплыло какое-то странное воспоминание, случившееся несколькими часами ранее.

Казалось, что даже находящийся в другом городе Верблюд начал строить какие-то нелепые догадки.

— Что? Краш всея университета? — осторожно спросил он. — Серьёзно? В каком университете ты в Цзянчэне?

Юэ Цяньлин не понимала, почему он вдруг это спросил, но в её душе действительно накопилось слишком много обид, которые хотелось вылить.

— Что, хочешь отомстить за меня?

Верблюд сухо засмеялся:

— Да, давай-ка посмотрим, какой недальновидный идиот посмел отвергнуть нашу маленькую милашку. Завтра я с ножом отправлюсь в Цзянчэн!

Пшеница тут же подхватил:

— Точно! Мы боевые товарищи, прошедшие огонь и воду, как мы можем позволить, чтобы ты терпела такое унижение? Назови его имя, и мы прямо сейчас с ножами отправимся прикончить этого тупого идиота!

Хотя слова этих интернет-друзей были грубоваты, Юэ Цяньлинь действительно почувствовала утешение.

Она шмыгнула носом и хриплым голосом сказала:

— Давайте, Южный университет, кампус на берегу реки. Найдите парня по имени Гу Сюнь и прикончите его для меня!!!

— Его зовут Гу Сюнь, да? Хорошо, я запомнил имя этого идио...

Пшеницаа договорил лишь до половины, и её голос вдруг резко оборвался.

В наушниках вдруг стало так тихо, будто кто-то нажал на кнопку паузы.

Хотя игра продолжалась, трое игроков внезапно замолчали, и обстановка наполнилась странной тишиной.

Мёртвой тишиной.

Но Юэ Цяньлин была не в состоянии обдумывать их поведение.

Через несколько секунд она увидела, как Линь Сюнь, оставшийся неподвижным, также погибает от яда, и эта игра окончательно закончилась поражением.

Эмоции, которые Юэ Цяньлин сдерживала несколько часов, вырвались наружу, словно прорвавшаяся горная река, которую уже невозможно остановить. Она сняла наушники, положила голову на стол и дала волю слезам, громко рыдая.

Спустя более часа, когда слёзы иссякли, Юэ Цяньлин наконец-то подняла голову.

Она открыла телефон и увидела, что трое других игроков уже вышли из сети.

В групповом чате тоже никто не писал, было тихо, совсем не похоже на прежнее шумное общение, будто все забыли про неё.

Юэ Цяньлин вытерла глаза и глубоко вздохнула, запрокинув голову.

Неизвестно, высохли ли потоки воды в её голове, но наконец она всё поняла.

Её мучила не холодность Гу Сюня, а её собственные надуманные ожидания и фантазии.

Ориентируясь на то волнение, которое испытала при первой встрече, она сама разожгла костёр, превратив искру в бушующий пожар.

И тогда сама же погрузилась в это, ради него развернулась и прыгнула обратно в ту яму, из которой уже выбралась.

Из-за его холодности девушка постоянно сомневалась в себе. Работа и так была утомительной, но она заставляла себя вставать пораньше и краситься, потому что сомневалась в своей внешности, совершенно не замечая, как её уверенность в себе постепенно угасала.

Растущая неуверенность выливалась в её притворную нежность и наигранность перед Гу Сюнем.

Он этого не ценил, а она сама это терпеть не могла, даже почти забыла, что и она когда-то была той, кого все окружали вниманием и восхищением.

Даже на сегодняшней встрече подсознательно считала, что Гу Сюнь важнее, но в итоге реальность жестоко её отрезвила.

Он вообще ничего не сделал, а её эмоции полностью зависели от него: она радовалась, когда он был счастлив, и грустила, когда он был печален, совершенно не осознавая, что уже потеряла саму себя, утопая в иллюзии собственных чувств.

Фрагменты прошлого снова и снова всплывали в голове Юэ Цяньлин, и она наконец смогла взглянуть на себя со стороны, осознав, насколько же глупо себя вела.

Она решила отказаться от Гу Сюня и отбросить ту Юэ Цяньлин, которая любила его.

Ей действительно не нравилась та версия самой себя.

Словно сбросив кокон, Юэ Цяньлин, потирая покрасневшие от слез глаза, встала на ноги.

Соседки по общежитию уже разъехались, все было убрано до чистоты. Она в последний раз убрала комнату, убедилась, что ничего не осталось, о чем можно было бы пожалеть, и, навстречу закату, быстрым шагом покинула университет.

До нового съемного жилья было всего чуть больше получаса на машине. Добравшись до жилого комплекса, Юэ Цяньлин направилась к своему зданию.

Ожидая лифт, она решила достать телефон, чтобы посмотреть время, но обнаружила несколько новых сообщений.

Очень странно, что Пшеница, Верблюд и Линь Сюнь вдруг начали писать ей в личные сообщения.

[Пшеница]: Ты... в порядке?

[Верблюд]: Всё хорошо? Когда будет время, можно поговорить?

Интернет-друзья всё-таки неплохи, удивительно, что они беспокоятся о ней.

Юэ Цяньлин коротко ответила им обоим, пролистала вниз и взглянула на сообщение от Линь Сюня.

[Краш всея универа похлопал меня по плечу и сказал, что не нужно открывать это.]

[Краш всея универа]: ?

[Краш всея универа]: ...

Сумасшедший, что ли?

Увидев несколько странных сообщений от него, Юэ Цяньлин почувствовала, как внутри закипает злость.

[Пончик]: Если есть дело — ставь свечку, если нет — кланяйся, бесишь!

[Краш всея универа]: О...

Написав это, она убрала телефон и зашла в лифт.

Оглядываясь на незнакомую обстановку, Юэ Цяньлин глубоко вдохнула, ощущая чувство обновления.

От лифта она повернула налево, и там находилась арендованная Юэ Цяньлин квартира. Она ввела код, и дверь автоматически открылась.

Девушка вошла в квартиру, таща за собой чемодан. Она уже собиралась закрыть, как вдруг услышала, как напротив открылась дверь, и раздался голос парня.

— Разве ты не говорил, что идешь поесть? Почему ты вдруг вернулся в универ?

Юэ Цяньлинь машинально обернулась, подняла взгляд и встретилась глазами с Гу Сюнем, который как раз пересекал порог двери.

Юэ Цяньлин не знала, как описать свои чувства в этот момент.

Если кратко, то если бы это был первый этаж, она бы тут же выпрыгнула из окна.

Утром она неудачно призналась в чувствах, а к вечеру уже переехала в соседнюю дверь.

Ей даже не нужно было слышать, что скажет Гу Сюнь, чтобы понять, что он, скорее всего, в этот момент описывал её словами: «назойливая, липкая, неотступная».

А Гу Сюнь действительно смотрел на неё, его взгляд становился всё более сложным.

Юэ Цяньлин ещё больше утвердилась в своих мыслях.

Только вот ничего не подозревающий Цзян Цзюньнань, стоявший позади Гу Сюня, закончил обуваться, поднял голову, увидел, что тот вдруг остановился и, посмотрев в сторону, удивлённо воскликнул:

— Чёрт! Юэ Цяньлин? Ты тоже тут живёшь? Вот это совпадение! Теперь вы соседи!

Она заметила, как выражение лица Гу Сюня становилось всё более странным, словно вот-вот треснет, и он даже сделал шаг в её сторону, как будто хотел что-то сказать.

Правда, зачем?

Она ведь ещё ничего не сказала!

Юэ Цяньлин тут же схватилась за дверную ручку и выпалила на одном дыхании:

— Это всего лишь совпадение! Я не следила за тобой и не собираюсь надоедать. Тебе вовсе не обязательно смотреть на меня таким взглядом. Если не доверяешь, просто переезжай!

Две двери находились совсем рядом. Гу Сюнь сделал пару быстрых шагов вперёд и как раз собирался что-то сказать, но заметил, как Юэ Цяньлин инстинктивно отступила на полшага назад.

— Я...

Перед ним дверь вдруг захлопнулась с громким «Бам!», поднимая облачко пыли, которое закружилось в свете лампы.

— Чёрт.