Ты мне не нравишься, и в будущем тоже не понравишься

Перевод: Alliala

Редактура: Astarmina

До того, как Линь Сюнь произнес слова «Нравится — так признайся», Юэ Цяньлин почти никогда не задумывалась об этом.

Все её действия, продиктованные подсознанием, сводились к тому, чтобы украдкой взглянуть на него, а если осмелиться чуть больше, то просто начать с ним разговор, создавая повод для общения.

Что касается признания, то она даже не рассматривала это в своих планах.

Причина была до банальности проста — она боялась.

Признание в период флирта — это своего рода естественный ритуал.

Но для неё признание было сродни азартной игре.

Если выиграет — счастливая семейная жизнь, если проиграет — остаётся лишь вымыть лицо и лечь пораньше спать.

Поэтому, когда Линь Сюнь предложил признаться в любви, её инстинктивная реакция была отрицательной.

Но как только эта незнакомая мысль проникла в её сознание, она, словно семя, упавшее в благодатную землю, незаметно пустила корни и начала прорастать. Постепенно, едва ощутимо, она оплела каждое нервное окончание её тела.

Иногда, просто во время еды или прогулки, эта мысль внезапно всплывала на поверхность.

Но тут же трусливая натура быстро загоняла её обратно.

А ночью, в тишине, когда всё вокруг затихало, эта мысль начинала дико разрастаться.

Не раз Юэ Цяньлин, лежа в постели, в своём воображении проигрывала сотни вариантов признания, придумывала фразы и сцены, даже решая на утро воплотить это в жизнь.

Однако в последнее время у неё совсем не было возможности увидеться с Гу Сюнем.

Поскольку нужно было подготовить окончательный вариант дипломной работы и защиту, а также потому, что Юэ Цяньлин была выбрана выдающимся выпускником факультета изобразительных искусств, ей необходимо было, согласно требованиям, совместно с другими студентами создать большую гравюру на память о выпуске.

Поэтому после завершения корпоративного мероприятия она обратилась в компанию с просьбой завершить стажировку и вернуться в университет для подготовки к выпуску.

Между тем, на факультете компьютерных наук требования были менее строгими, поэтому Гу Сюнь по-прежнему ежедневно находится в компании HC Interactive Entertainment, и в последнее время он по вечерам даже не возвращаелся в университет.

Согласно информации, которую Инь Сюэ узнала у Цзян Цзюньнаня, он, похоже, уже заранее съехал из общежития.

В результате Юэ Цяньлин, испытывая некую робость, почувствовала облегчение, думая: «И не видеть его — тоже хорошо», словно объективные обстоятельства подавили её порыв.

Итак, в это время она спокойно готовилась к выпуску.

Одним из важных дел было найти жилье.

Согласно правилам университета, после выпускной церемонии выпускники должны были покинуть кампус в течение недели.

Сначала Юэ Цяньлин хотела снять квартиру вместе с Инь Сюэ, но они вдвоем обошли все жилые комплексы и квартиры-лофты в доступной от их компаний зоне, и ни одного подходящего варианта не нашли.

Погода становилась все жарче, а дней до выпуска оставалось настолько мало, что их можно было пересчитать по пальцам. В итоге обе девушки отказались от идеи совместной аренды и решили искать жилье поближе к своим компаниям.

Таким образом, выбор стал значительно шире.

В течение короткого времени Юэ Цяньлин не смогла найти соседа для совместной аренды жилья, поэтому сняла однокомнатную квартиру в жилом комплексе, расположенном в двух станциях от компании HC Interactive Entertainment.

За исключением того, что хозяин квартиры оказался немного придирчивым, всё прошло довольно гладко. На осмотр помещения и подписание договора ушло два дня, и, наконец, всё уладилось.

Когда она полностью освободилась, подняв голову, обнаружила, что акации вдоль тенистой аллеи университета уже покрылись пышными цветами.

Грозди белых мелких цветков настолько обильно покрыли ветви, что те стали склоняться под их весом, а нежно-зелёные листья выглядели лишь как дополнение, заставляя могучие деревья с крепкими стволами казаться чуть мягче в эти дни прощания.

Церемония выпуска была назначена на начало июня, но чем ближе подходил этот день, тем труднее Юэ Цяньлинь было заснуть.

Странный институт с чрезмерным чувством ритуальности: стены, посвящённые выпуску, уже оформлены, на уличных фонарях развешаны транспаранты, а каждый день кто-то из однокурсников выкладывал в соцсети посты, чтобы запечатлеть последние дни университетской жизни. На стадионе из динамиков периодически звучала песня «Прощание».

Вся эта атмосфера постоянно напоминала ей, что нужно сделать что-то важное, создавая иллюзию, будто всё уже готово для этого.

Если раньше она представляла себе возможные ситуации только перед сном, то теперь, стоило ей остановиться и задуматься, в голове невольно начинали звучать слова, которые сказал Линь Сюнь.

Казалось, если упустить этот момент, лучшей возможности больше не представится.

Накануне выпускной церемонии Юэ Цяньлин ворочалась в кровати, не в силах уснуть. Увидев, что Инь Сюэ и Фан Цинцин тоже сидят в телефонах, у неё вдруг возникло непреодолимое желание что-то сделать.

— Цинцин, Инь Сюэ, хочу у вас кое-что спросить.

В темноте комнаты девушки одновременно ответили:

— Спрашивай.

Но слова застряли у Юэ Цяньлин в горле, и она так и не смогла их произнести.

После долгого ожидания Инь Сюэ цокнула языком и сказала:

— Ну, говори же.

— Да ничего, — Юэ Цяньлин повернулась лицом к стене. — Просто позвала вас.

— Ну ты даешь... — заворчала Инь Сюэ. — Ты знаешь, что дружба — это последний луч света в твоей жизни?

Юэ Цяньлин несколько минут смотрела на стену, сама не понимая, что её так взволновало.

Это неопределённое состояние, словно кипящая вода, распирало её грудь, а сердцебиение становилось всё более хаотичным.

Хотя ничего ещё не произошло, ощущение было, будто она уже пережила войну без единого выстрела.

В этот момент телефон внезапно завибрировал.

[Верблюд]: Братья, время для операции настало!

[Пшеница]: Удачи! Спецназовец!

Увидев, что откликнулся только Пшеница, Верблюд тут же отметил ещё двоих.

[Верблюд]: @Краш всея универа @Пончик, что такое, мне вас ещё и уговаривать?

[Пончик]: Не приду, я спать пошла.

[Верблюд]: ?

[Верблюд]: В 11 часов уже спать? С каких это пор у тебя такой «пенсионерский» режим?

[Пончик]: У меня же завтра утром церемония выпуска!

[Верблюд]: ?

[Пшеница]: ?

[Краш всея универа]: ?

[Краш всея универа]: Ты ещё не выпустилась?

[Пончик]: Да, я же выпускница этого года.

[Верблюд]: Черт, ты все время говоришь про работу, я думал, ты уже давно выпустилась!

[Пончик]: ...Нет, просто я начала стажировку пораньше.

[Верблюд]: Без комментариев.

Он повернулся и написал Гу Сюню в личные сообщения.

[Верблюд]: Я все время думал, что она старше тебя, а оказалось, вы одного выпуска.

[Верблюд]: Я еще подумал, что ты молодец, решил закрутить роман с девушкой постарше.

Собеседник ответил ему только одной улыбкой.

[Верблюд]: Эх, ну что ты ждешь? Вы же в одном городе, да еще и одного выпуска, это же так идеально! Давай, действуй!

[Верблюд]: Силой отнимать и присваивать!

[Овощи нарушают закон, сэр]: Ты снова тайком читаешь любовные романы жены?

[Верблюд]: ...Не ценишь мою доброту.

Верблюд отвернулся и снова открыл групповой чат.

[Верблюд]: @Пончик, кстати, ты же говорила, что собираешься признаться? Уже готова действовать?

Юэ Цяньлин почти успокоилась, но, увидев сообщение Верблюда, снова не смогла сохранить хладнокровие.

[Пончик]: Катится-по-полу.gif

[Верблюд]: Так ты призналась или нет?

[Пончик]: Пока нет…

[Верблюд]: Почему ты всё ещё не сделала это?

Сердцебиение Юэ Цяньлин снова стало неровным. Она ещё не успела напечатать ответ, как в чате появилась ещё одно сообщение.

[Верблюд]: Ха-ха-ха-ха, чего ты боишься?

[Краш всея универа]: Конечно, она боится быть беспощадно отвергнутой.

Чёрт возьми, он вообще умеешь нормально говорить?

[Пончик]: Заткнись!

[Краш всея универа]: Что, разозлилась от стыда?

Люди часто склонны принимать импульсивные решения глубокой ночью.

Юэ Цяньлин почти дрожащими пальцами набрала текст.

[Пончик]: Заткнись! Завтра я точно сделаю это!

Из-за этого импульса Юэ Цяньлин наоборот почувствовала облегчение.

Но той ночью она всё равно не смогла уснуть.

Только под утро, когда небо начало светлеть, она наконец провалилась в беспокойный сон и даже увидела сновидение, где она признаётся в своих чувствах Гу Сюню. А он отвечает: «На самом деле я тоже давно обратил на тебя внимание».

Девушка была настолько поражена, что не могла вымолвить ни слова, и тут зазвонил будильник.

Вернувшись к реальности, она уставилась в потолок, мысленно вновь переживая только что увиденный сон.

Инь Сюэ и Фан Цинцин, зевая, встали с кроватей. Увидев, что Юэ Цяньлин не шевелится, одна из них протянула руку и похлопала её по плечу.

— Просыпайся, уже шесть тридцать. В семь тридцать нужно быть в спортзале!

В конце концов, это важный этап в жизни, и каждый хочет выглядеть красиво и привлекательно.

Юэ Цяньлин, вспомнив о том, что ей предстояло сделать сегодня, резко пришла в себя и поспешно встала с кровати.

К сожалению, усталость после сна сразу отразилась на её лице. Смотря в зеркало, она никак не могла избавиться от ощущения, что выглядит немного уставшей.

Юэ Цяньлин, нанося макияж, то и дело спрашивала у Инь Сюэ и Фан Цинцин, как она выглядит.

— Ты выглядишь прекрасно!

Фан Цинцин, уже облачённая в мантию выпускника, улыбаясь, сказала:

— Ты просто как сошедшая с небес фея!

Но такой откровенно льстивый комплимент не успокоил тревогу Юэ Цяньлин.

— Не буду ли я выглядеть слишком изможденной?

— Сестра, ты идешь на свою церемонию выпуска! – Инь Сюэ с недоумением посмотрела на неё и, выделяя каждое слово, сказала: — а не на свою свадьбу!

— О...

Надев черные мантии выпускников, они втроем вместе отправились к спортивному залу.

На этом месте собрались все выпускники университета, а для факультета академических наук достались самые отдаленные места.

Погода сегодня была не особо хорошей: по дороге низко вились комары, а вдоль обочин кишели муравьи.

Небо было мрачным, тяжелые тучи нависали над горизонтом, и в воздухе не ощущалось ни малейшего ветерка.

На открытом стадионе кондиционеры не работали, и все чувствовали себя словно в огромной пароварке. К тому же на всех были мантии выпускников, которые совершенно не пропускали воздух, из-за чего становилось трудно дышать.

К счастью, Инь Сюэ принесла с собой маленький вентилятор и постоянно направляла поток воздуха на свой лоб.

— Когда же этот ректор закончит свою речь? Он что, не жарится? – пробурчала она.

Рядом с ней Фан Цинцин, почти растаявшая от жары, без сил произнесла:

— Пусть побыстрее заканчивает, у меня уже лицо блестит от жира. Эй, Цяньлин, у тебя есть пудра?

Через несколько секунд, не получив ответа, Фан Цинцин повернула голову и увидела, что Юэ Цяньлин вытянула шею и смотрит на сидящих напротив.

— Что ты там разглядываешь? – спросила девушка.

— А? Ничего... – смущённо ответила Юэ Цяньлин.

Хотя на словах сказала так, но всё же она внимательно осматривала ряды сидений и, заодно, достала из сумки пудру, протянув её Фан Цинцин.

К сожалению, в спортивном зале было слишком много людей, и все были одеты в одинаковые выпускные мантии. Юэ Цяньлин с помощью одного только взгляда никак не могла найти, где находится Гу Сюнь.

Так, в ожидании, прошло больше часа, и, наконец, настал черёд церемонии переворачивания кисточки на академической шапке.

Такое количество людей должно было поочерёдно подняться на сцену, и было неизвестно, когда дойдёт очередь до факультета Гу Сюня. Чем дольше ждала Юэ Цяньлин, тем больше она волновалась.

В этот момент внезапно зазвонил телефон.

[Цзо Маньмань]: Сестра Цяньлин, я сдала выпускные экзамены и сейчас дома у тебя с мамой и папой.

}Цзо Маньмань]: Могу я поиграть в игры на твоем iPad?

Это была одна из младших кузин Юэ Цяньлин, прилежная и послушная, вся семья очень её любила.

Но в этот момент у неё не было настроения задавать лишние вопросы, она рассеянно печатала.

[Пончик]: Можно.

[Цзо Маньмань]: Тогда могу ли я войти через твой игровой аккаунт?

[Цзо Маньмань]: У тебя так много красивой одежды.

[Цзо Маньмань]: Грустное выражение.jpg

[Пончик]: У моего аккаунта высокий ранг, будет подобрано очень сильный противник, ты справишься?

[Цзо Маньмань]: Я играю в паре с моим крутым однокурсником!

[Пончик]: Тогда просто заходи.

[Цзо Маньмань]: Спасибо, сестра! Я ничего трогать не буду!

Только отправив сообщение, Юэ Цяньлин заметила, что вокруг началось какое-то волнение. Она еще не успела поднять голову, как Инь Сюэ и Фан Цинцин легонько хлопнули ее по рукам с двух сторон.

— Смотри, это Гу Сюнь.

Юэ Цяньлин повернула голову в сторону центра. Двадцать человек выстроились в две линии, Гу Сюнь стоял на самом краю второй линии, но он все равно был самым заметным из всех.

Можно было почувствовать, что взгляды почти всех сосредоточены на нем.

Юэ Цяньлин пристально смотрела на него. Вручение дипломов, переворачивание кисточки на шапочке, прозодил этап за этапом, и он вместе с потоком студентов спустился со сцены.

Взгляд Юэ Цяньлин неотрывно следовал за ним, пока он не вернулся на своё место.

Наконец-то она узнала, где он сидит. С тех пор её взгляд больше не покидал его, и она даже не заметила, насколько долго и скучно тянулась эта церемония выпуска.

Несколько часов пролетели словно одно мгновение.

Когда ведущий объявил о завершении церемонии, половина людей в зале уже разошлась, а оставшиеся покидали свои места организованно, через выходы.

Это был самый подходящий момент.

Юэ Цяньлинь глубоко вдохнула и подала свою сумку Инь Сюэ.

— Ты поможешь мне отнести это в общежитие? У меня есть небольшое дело, я скоро вернусь.

Прежде чем Инь Сюэ и Фан Цинцин успели спросить, что именно у нее за дело, они увидели, как она встала и направилась в противоположную сторону.

Спортивный зал был очень большим, расстояние от одного конца до другого составляло несколько сотен метров. Едва Юэ Цяньлин прошла половину пути, Гу Сюнь уже вышел через выход.

Она заволновалась и, подняв подол академической мантии, побежала трусцой.

Она добежала до того самого выхода, за которым находилась стена выпускников, подготовленная школой. Там многие фотографировались, было людно, и Юэ Цяньлин на мгновение потеряла Гу Сюня из виду.

Именно в этот момент зазвонил ее телефон — это была выпускница, старше на год, которая уже закончила учебу.

Юэ Цяньлин искала Гу Сюня, отвечая на телефонный звонок.

— Цяньлин, ты только что закончила церемонию выпуска, верно?

Юэ Цяньлин рассеянно ответила «Мм» и спросила:

— Что случилось?

— Ну, тут такое дело. Наш генеральный директор Вэй был в командировке с нами, в Цзянчэне. Как раз сегодня у него свободное время, и я подумала, что это отличный повод поддержать наших младших. Я пригласила его в университет провести что-то вроде встречи или лекции. Сейчас даже глава нашего отдела здесь, чтобы его принять. Ты придешь? Всё-таки это выпускной, и кто знает — может быть, генеральный директор Вэй заметит твой талант, и это откроет для тебя новые перспективы.

Этот генеральный директор Вэй... Конечно, Юэ Цяньлин знала, кто он. Это был продюсер одной из самых популярных онлайн-игр в стране.

Это была мечта многих профессионалов — возможность пообщаться с ним лицом к лицу, и она даже не думала, что такая возможность неожиданно свалится ей на голову.

Но она с таким трудом решилась признаться в своих чувствах Гу Сюню именно сейчас. Если она упустит этот шанс, то неизвестно, когда снова сможет набраться смелости.

Пока она колебалась, её взгляд случайно скользнул к углу возле стены выпускников, и она внезапно увидела, что Гу Сюнь стоит там.

Он уже снял мантию выпускника и был одет в простую белую футболку, без всякого выражения глядя в объектив камеры.

Рядом с ним стояла девушка, сияя от радости и показывая пальцами знак «V», а другая присела напротив, чтобы сделать фотографию.

Еще несколько девушек стояли рядом, кажется, тоже ждали своей очереди, чтобы подняться и сделать фото.

Неизвестно, какая это уже по счету, но Юэ Цяньлин явно ощущала, что терпение Гу Сюня вот-вот иссякнет.

Она сжала губы.

Старшая подождала немного и спросила:

— Цяньлин, ты идешь?

Она немного подумала и спросила:

— Старшая, а сколько еще будет длиться встреча?

— Примерно чуть больше часа, а потом уже пойдем ужинать.

— Старшая, можно я подойду чуть позже? — Юэ Цяньлин посмотрела на Гу Сюня и серьезно сказала: — у меня сейчас срочные дела.

— Хорошо, поторопись.

Когда шестая девушка подошла к Гу Сюню с просьбой сделать совместное фото, его терпение окончательно иссякло.

Сегодня он и так был в плохом настроении, а жаркая и душная погода только усугубляла ситуацию. Несколько часов, проведённых в душном спортивном зале, и куратор, сидящий рядом, не дававший шанса уйти раньше времени, сделали своё дело.

И вот, едва он вышел наружу, его снова остановили несколько малознакомых одногруппников, уговаривая сделать фото. Он не раз хотел просто развернуться и уйти, но, понимая, что все с его факультета, сдержался.

Однако, судя по всему, эта череда фотографий не собиралась заканчиваться. Если так продолжится, он мог бы сразу отправиться в музей университета в качестве восковой фигуры.

— Извините, у меня дела.

Кинув эту фразу, он развернулся и собрался уходить.

Вдруг он услышал, как кто-то зовет его.

Обернувшись, он увидел, что куратор машет ему рукой.

Гу Сюнь нахмурился и огляделся вокруг.

Ему только что явно показалось, что его звала какая-то девушка.

Через мгновение куратор уже подошел к нему.

— Уходишь? Подожди немного. Профессор Чжан идет сюда, чтобы сфотографироваться со всеми.

Профессор Чжан не был преподавателем для студентов бакалавриата, но Гу Сюнь несколько раз работал с ним над экспериментальными проектами.

Подумав о том, что в этом году профессор Чжан уходит на пенсию, Гу Сюнь кивнул.

Однако он не остался на месте, а пошел сесть на скамейку в тени деревьев.

Звонкий и раздражающий звук цикад, словно магическая мелодия, непрерывно звучал в ушах. Гром раскатывался вдали, обещая дождь, который никак не начинался, а редкие порывы горячего ветра приносили с собой лишь ощущение беспокойства.

Гу Сюнь взял телефон, открыл диалог с Пончиком, но его действия на этом и остановились.

Через несколько минут телефон внезапно завибрировал.

Гу Сюнь мгновенно разблокировал экран, но увидел, что это Пшеница написал в общем чате.

[Пшеница]: Сегодня же выходной! Неужели никто не хочет сыграть в PUBG?

[Пшеница]: Народ, вы где?

[Пшеница]: Ладно, раз никто не отвечает, пойду сам в тренировочный режим пострелять.

Гу Сюнь нахмурился и выключил телефон.

Не прошло и немного времени, как снова началась вибрация.

Он снова открыл, и опять это был Пшеница, только на этот раз он отправил всего лишь один вопросительный знак.

Гу Сюнь уже не хотел смотреть, собираясь выключить экран, как тот вдруг упомянул кое-кого.

[Пшеница]: @Пончик, почему ты играешь в паре?

[Пшеница]: У тебя есть кто-то ещё на стороне?

Снова раздался глухой гром, и из зарослей за спиной внезапно вспорхнули воробьи и, взмахивая крыльями, пролетели мимо Гу Сюня.

Он немного отклонился назад, чтобы избежать контакта с птицами, а затем нахмурился и открыл игру.

В списке друзей, как и ожидалось, отображалось, что она в игре.

Гу Сюнь открыл её зрение наблюдателя и первым делом посмотрел в левый верхний угол.

«Цзянчэнский король перестрелок 001».

А затем в центре экрана он увидел, как мужской персонаж с энтузиазмом обчищает лут.

Гу Сюнь скривил губы.

Что за чёрт, что это за подросток?

В следующую секунду Пончик со снайперской винтовкой за спиной рванула в атаку в ближний бой и тут же рухнула в лужу крови. Тот парень мгновенно подбежал к ней, чтобы поднять.

Притворяется слабачкой?

Думает, что это мило?

Гу Сюнь не смог больше смотреть и вышел из наблюдения.

Как только он потушил экран, вдруг кто-то тихо позвал его.

Этот голос достиг его слуха, и Гу Сюнь на мгновение оказался в замешательстве.

Затем он медленно поднял голову.

Юэ Цяньлинь робко стояла перед ним, одетая в академическую мантию, на её лбу выступил тонкий слой пота, она плотно сжимала губы, её взгляд метался, но всё же был устремлён на него.

Гу Сюнь пришёл в себя, посмотрел ей в глаза на несколько мгновений и тяжело выдохнул.

— Что случилось?

Юэ Цяньлинь спрятала руки за спину, её пальцы нервно переплелись.

Очевидно, что вокруг была очень спокойная обстановка, но у нее в голове звенело, и она не могла расслышать даже собственный голос.

— У тебя... есть девушка?

Как только эти слова сорвались с ее губ, Гу Сюнь уже практически понял, к чему она клонит.

Он отвернулся, потер шею и только потом холодно ответил:

— Говори прямо.

Сердце Юэ Цяньлин билось так беспорядочно, словно готово было выскочить из груди. Она чувствовала, насколько сильно покраснело ее лицо в этот момент. Почти на автомате, руководствуясь лишь инстинктом, она заговорила:

— На самом деле... Ты всегда нравился мне... У меня есть шанс?

Наступила тишина. Даже воздух словно замер на мгновение.

Юэ Цяньлин стояла, Гу Сюнь сидел, и она никак не могла отвести взгляд от него.

Казалось, его вовсе не удивили её слова. Гу Сюнь, немного помедлив, произнёс:

— Ты мне не нравишься.

Эти слова, словно удары молнии, раз за разом поражали Юэ Цяньлин.

Её разум внезапно опустел, взгляд застыл, она даже забыла, как дышать.

Только губы неосознанно двигались, но голос был настолько слаб, что даже она сама не могла его услышать.

Увидев, что девушка продолжала стоять неподвижно, словно собираясь что-то сказать, Гу Сюнь поднялся, глубоко вздохнул, и, чётко проговаривая каждое слово, произнёс:

— Ты мне не нравишься, и в будущем тоже не понравишься. Ты совсем не мой тип.

Цикады в разгаре лета то приближались, то удалялись, аромат гардений витал в воздухе. Все мечты и надежды Юэ Цяньлин были разрушены его словами, рассеявшись на ветру.

На горизонте наконец сверкнула молния.